Трол кивнул. Вопрос он задал скорее, чтобы направить мысли мага в нужном направлении, ответ он и сам знал. Зато Крохан тоже спросил, уже более трезво:

— Тогда что нужно сделать, чтобы они пошли в лоб?

Роват неожиданно прогудел в полный голос:

— Вы не о том думаете. Нам необходимо время… Просто, чтобы Ибраил восстановился. Поэтому следует… послать им перебежчика, который будет знать только то, что нам нужно. И запрограммирует того, кто всей этой сворой командует, да так, опять же, как нужно нам.

Трол мельком посмотрел на бывшего имперского рыцаря.

— Думаешь, они не догадываются, в каком состоянии Ибраил? И неспособны осознать, что нам необходимо время? — Он покачал головой. — Нет, из этого ничего не выйдет.

— Тогда, — отозвался Крохан, — следует послать им парламентёра. Может быть, они не прочь договориться? Ведь как день ясно, что без крови они нас не возьмут. Может быть… — Его голос упал. Высказывая своё соображение, он и сам начинал понимать, насколько оно бессмысленно. — Может, они захотят обойтись без сражения?

— Ничего не выйдет, — твёрдо отозвался Роват.

— Знаешь, Чивилем, — обратился Трол к знахарке, — выйди-ка. Пожалуйста.

— Да я… — Чивилем не решилась продолжить. Она лишь подхватила свою горскую шаль, положила её на волосы, замотала одним привычным движением концы вокруг лица, как делали женщины этих земель на похоронах, и ушла.

— Она всё расскажет деревенским, — ровно проговорил Крохан.

— Этого всё равно не избежать, — сказал Роват.

— Среди них есть неглупые люди, они и сами до всего додумаются, — отозвался Трол.

— Что же делать? — спросил Ибраил. Трол потёр лоб ладонью.

— Если даже деревенским ясно, что это не окончательная победа, тогда… Да, значит, имперцы должны думать так же. И чем более уверенными они будут, тем тупее атакуют. Возможно, тогда они и совершат ошибку, о которой думает Ибраил.

— Вообще-то, я ни о чём не думаю, — отозвался маг.

— Ты сам сказал, что они должны пойти напролом в уверенности, что ты теперь ни на что не способен. И что всё решат мечи… которых у нас явно не хватает. — Трол потряс головой. — Нет, не так, не мечи, а их превосходство в силе. Тупое, наглое преимущество силы.

— И что тогда? — спросил Крохан. Трол посмотрел на него удивлённо.

— Я не знаю. Но это наш единственный шанс.

— Довольно странный шанс, ты не находишь? — с трудом ворочая языком, отозвался Ибраил. Но он не протестовал. По крайней мере, не отвергал эту идею на корню.

Крохан вдруг согласился:

— Умно, если будем скулить, как щенки, то они… Совершат ту же ошибку, что и с первым налётом этих фламинго.

— Всё равно получается, что нужны переговоры, — отозвался Роват.

Трол кивнул, решаясь на неприятное, но необходимое решение.

— Людьми жертвовать не станем. Нужно будет пойти и сыграть в слабость, в растерянность…

— Нет, — жёстко, даже враждебно отозвался Роват, — тебе нельзя идти, пойду я.

— Тебе тоже нельзя, — сказал Крохан, — тебя казнят без разговоров, как перебежчика. — Он вздохнул и оповестил ещё об одной своей идее: — Деревенские думают, что мы неуязвимы, только это и придаёт им стойкости. Если хотя бы один из нас погибнет, э-э… то всё развалится.

— Тогда кто? — спросил Роват.

— Мне кажется, фигура для этого задания у нас есть, — снова подал голос Ибраил.

Когда он назвал имя, Крохан кривовато усмехнулся и хлопнул себя ладонью по бедру, закованному в стальную пластину.

— Согласен. — Он попытался не радоваться слишком заметно. — Дарем, этот ноющий и вечно всем недовольный богатей.

— Он может оттуда не вернуться, — сказал Роват с упрёком.

— Каждый может, — отозвался Крохан твёрдым голосом, — тут погибнуть. Зато он произведёт то впечатление, какое нам, возможно, необходимо.

— Интересно, где Батар? — прошептал Ибраил. Он уже засыпал, реакция после растраты жизненных сил накатывала на него, маг даже не пытался с ней бороться.

Трол не стал ментальным способом искать орденца.

— Я пойду поговорю с Даремом, — сказал Роват, поднимаясь. — Попробую объяснить ему, что он должен выпросить у Шамрела, или кто там командует имперцами, хотя бы три дня.

— Да, пусть решат, что это единственное, на что мы рассчитываем, — согласился Крохан. — Нет, знаешь, я тоже пойду. Уж очень у тебя уверенный вид, а я-то изучил этого… барыгу вдоль и поперёк.

Трол не улыбнулся, но ощущение, что всё пройдёт как надо, у него окрепло. Вот только… действительно, куда задевался Батар?

Дверь в комнату мага неожиданно открылась. В дверях стоял бледный, но уже почти спокойный Батар. Он встретил взгляд Трола и вздохнул.

— Что? — спросил Трол и тут же понял, что задавать этот вопрос не стоило. — Пойдём, покажешь.

Он вышел из комнаты чуть раньше, чем Роват и Крохан. Почему-то Тролу сейчас не хотелось, чтобы они оказались с ним. Он не был уверен, что сумеет правильно оценить то, что собирался показать ему Батар, если его умные и тонко чувствующие друзья будут поблизости. Чувствующие без всякой магии, на одном человеческом восприятии, на жизненном опыте и дружеском отношении к Тролу.

Молча, потому что Батар не хотел говорить о том, что его так взволновало — сказывалась выучка рыцаря Белого ордена, — они прошли по переходам замка, о которых Трол даже не знал.

Оказавшись на стенах, Трол осмотрелся. Вдалеке, практически на склонах гор, окружающих долину, виднелись разъезды имперцев на конях. Их было хорошо видно, потому что Псы восседали в чёрных доспехах и на чёрных, как уголь, конях. Нужно будет спросить Ровата, подумал Трол, не из этих ли самых гвардейцев он сам? Когда бывший имперский рыцарь был ещё на той стороне, он тоже носил чёрные доспехи и вполне мог служить одним из офицеров этой отборной и наиболее преданной Императору части.

Сейчас они вынуждены были так далеко откатиться потому, что ледяной туман всё ещё стоял у стен Дотимера. Лишь некоторые его клубящиеся языки были ветром унесены куда-то вбок, в сторону горских полей, где от его касания поникала рожь, превращаясь в поблёскивающую, как снег, скатерть на тощей почве.

Придётся закупать зерно для посевов следующей весной, да и о прокорме деревни в эту зиму придётся позаботиться, подумал Трол. Но тут же оборвал себя, главное сейчас было не то, как дотянуть до весны следующего года, а как вообще выжить в этой войне.

Стены с этой стороны замка поднимались над поверхностью горного склона едва ли на пятнадцать футов. Лишь ров добавлял ещё футов десять-двенадцать. Но сейчас он, словно водой, был заполнен жемчужным туманом. А некоторые языки даже поднимались до половины стены.

Батар уверенно шагал вперёд. Трол уже всё понял, поэтому не спрашивал его, куда они направляются.

В промежутке между невысокими и узкими башенками стена оказалась пониже, чем в других местах. И там… Трол даже замедлил шаг. Да, ветер вбросил сюда немного морозного тумана. Поэтому на стенах…

Они подошли ближе. Три фигуры замерли в тех позах, в каких их застал туман. Юноша, кажется, его Трол видел во время учений, которые проводил Крохан с Батаром. Он стоял, выпрямившись во весь рост, сжимая в оледеневшей руке такое же побелевшее, как и кожа юноши, копьё. Даже льняная его рубашка, поверх которой был затянут кожаный нагрудник, теперь больше напоминала алебастр, чем мягкую ткань. Какая-то женщина, чей рот раскрылся в немом теперь крике. Её лицо сохранилось до мельчайших подробностей, даже слёзы, неожиданно показавшиеся из глаз, когда она поняла, что уже не может убежать от смерти, что ноги отказали ей, застыли крохотными жемчужинами. И пожилой мужчина, мощный, как почти все горцы, с широким и коротким топориком, на лице которого застыло выражение удивления и растерянности.

— Почему они не ушли? — спросил Трол, хотя и сам догадывался, в чём тут дело.

— Мальчишка, вероятно, полагал, что, отступив, сыграет труса, — отозвался Батар тихим голосом. — Ведь ему приказали держаться тут любой ценой. А двое остальных были наблюдатели, они просто не поняли, потому что… не ушёл мальчишка. — Батар вздохнул, вероятно, он знал этих людей. Трол ещё раз удивился, насколько легко и глубоко Батар, рыцарь, обученный войне и сражениям, проникся жизнью и судьбами всех этих людей. Насколько он оказался приспособлен для того, чтобы быть их заступником и лидером.

— Они теперь всегда будут… такими? — спросил Батар.

Трол поднял глаза. На обоих башенках, возвышающихся над ними, стояли деревенские. Перегнувшись через парапет с зубцами, они следили за тем, что делают их командиры.

— Да, теперь они… так и лягут в могилу. Обратившись в статуи. — Трол повернулся к Батару. То, что он собирался сказать, предназначалось главным образом тем людям, которые теперь, без сомнения, слышали их. — Смерть бывает разной, Батар. И такой тоже.

— Пока мы похоронить их не можем.

— Да, выходить за пределы стен было бы глупостью. Но похороним, когда отгоним имперцев и этих… шакалов из стаи Аргоната.

— Я прикажу перенести их в холодную кладовую, — отозвался Батар. — И укутать саваном.

— Прикажи ещё, чтобы при наплывах этого магического тумана люди всё-таки отступали. Даже если туман не очень плотный или кому-то приказали не уходить с поста… Имперцы в туман всё равно не сунутся.

Батар кивнул. Потом подошёл к краю стены и посмотрел вниз. Трол последовал за ним. Там лежали два мёртвых вола и чья-то корова. Передняя часть животных застыла, превратившись в статуи, зато задние их ноги остались нормальными.

— Трол, — спросил Батар, — у нас очень мало еды. Половина туловища этих скотин выглядит незамерзшёй. Как думаешь, можно это использовать в пищу? — Он помолчал. — Ну, если правильно разделать, получится немало хорошего мяса…

— На этот вопрос сможет ответить только Ибраил. — Трол мотнул головой. — Не таская его сюда, просто разделай туши и отнеси мясо ему на осмотр. Когда он проснётся.

— Теперь понятно, чего они хотят, — задумчиво проговорил Батар. — Уничтожить всех нас и получить… Да, вернуть замок и деньги. — Он посмотрел Тролу в глаза. — Понимаешь, они рассчитывали всех нас прикончить, всех без исключения.

— А ты разве сомневался в этом? — спросил Трол.

— Надеялся, что деревенских они, может быть, не убьют.

Трол лишь похлопал Батара по плечу и пошёл на центральную башню. Следовало всё-таки убедиться, что атаки уцелевших фламинго сегодня не будет. Да и следить за миссией, порученной Дарему, оттуда было легче. От неё теперь зависело, как и когда состоится следующий штурм.

Глава 6

Из лагеря имперцев и осаждающих замок горцев Дарем вернулся глубокой ночью. На лице его виднелись синяки, одежда была изорвана. В прорехах были видны следы ожогов от небольших магических молний, которыми стрелял в него Шамрел-маг. Но ничего страшнее этого, да ещё выслушанных угроз, с богатеем не произошло. Видимо, он и в самом деле был удачной кандидатурой для переговоров.

Перед сном Трол зашёл к Ибраилу и посидел в изголовье его кровати. Но так и не решился задать вопрос, который беспокоил его больше всего.

— Нам остаётся только надеяться, — сказал Ибраил, вычитав его в сознании Возрождённого.

Трол кивнул.

— На всякий случай я приказал подержать Дарема в отдельной комнате со стражей.

— Думаешь, они подкупили его и надеются, что он откроет ворота? — поинтересовался Ибраил.

— Вряд ли они станут действовать так грубо. Но осторожность не помешает.

Отправившись к себе, Трол приготовился уснуть, но не успел. Его перехватил один из мальчишек Батара, в глазах которого застыл испуг. Он сжимал древко копья так, что побелели костяшки пальцев. Отправившись с ним, Трол увидел над общественным выгоном деревни и примыкающими к ним строениями для скота бледное, розовато-фиолетовое марево.

— Что это? — спросил его Батар, который, похоже, и не собирался уходить со стен.

Трол всмотрелся в это зарево, стараясь предвидеть новую угрозу.

— Ничего не понимаю, — ответил он, наконец. — Какая-то магическая операция, довольно головоломная, которую Шамрел производит над большим количеством живых существ.

— Фламинго?

— Не знаю, может быть, не только над птицами, — ответил Трол и на этот раз уже совсем решительно отправился спать.

Ему показалось, что он только закрыл глаза, только коснулся головой подушки, только почувствовал расслабляющее тепло первого сна, как кто-то уже тряс его за плечо. Он открыл глаза и поднял голову. В темноте над ним склонился Роват.

— Они готовятся, — почему-то шёпотом проговорил он. — В воздух поднялись первые птицы.

— Буди Ибраила, — приказал Трол и быстро, как на пожаре, принялся одеваться.

Ибраила пришлось поднимать на главную сторожевую башню замка на руках. Ноги не держали мага, в глазах застыла тяжёлая, непроходящая муть слабости, смешанной с боязнью боли, которую ему ещё предстояло пережить. Трол всмотрелся в него, но так ничего и не вычитал. Хотя определённо, Ибраил что-то предвидел.

Птицы уже почти в полном составе кружили в воздухе и издавали свои воющие вопли, но ещё не приближались к замку. Они лишь поднимались всё выше, и только теперь Трол сумел оценить эффективность магического трюка, который вчера устроил Ибраил. Обратить в паническое бегство такую массу хорошо тренированных бойцовых фламинго было непросто. Сейчас это представлялось невероятной удачей. Если бы имперцы сумели организовать вторую атаку на замок, когда Ибраил лежал без сил, её успех был бы предопределён.

Наконец, снова выстроившись в тёмном, предутреннем воздухе несколькими неправильными клиньями, фламинго направились к Дотимеру. Напрягая зрение, Трол смотрел на нависающую над замком птичью стаю, пытаясь понять, какие изменения в них осуществил своим колдовством Шамрел.

Но быстрее и точнее всего, конечно, это осознал Ибраил. Сначала он попробовал заговорить, объясняя замеченные в птицах изменения, потом оттолкнул двух поддерживающих его стражников Батара и, чуть не приплясывая на месте от возбуждения, размахивая руками, наконец-то произнёс:

— Смотри, Трол, — он даже подёргал Возрождённого за рукав куртки, — этот идиот перегрузил фламинго. Вместе с двумя седоками и корзинами с шарами он навалил на каждую по несколько сот фунтов булыжников.

— Зачем это ему понадобилось? — спросил Батар, который находился поблизости.

— Он считает, что, сбрасывая булыжники на мою магическую крышу, он разорвёт её в клочья. К тому же и утяжелённые птицы способны будут пробить её и опустить ниже. А тогда сбросить колбы с леденящим туманом им ничто не помешает.

— Разве твоя магическая пелена не обожжёт их? — поинтересовался Трол.

— Может быть, и обожжёт, но это мало повлияет на их боеспособность.

— Как же они могут лететь с полным запасом шаров да ещё сотнями фунтов булыжников? — снова спросил Батар.

Ибраил бросил на него неприязненный взгляд.

— А они и не летят, они только управляют своим полётом, когда взмахивают крыльями. По воздуху их практически перетаскивает магия Шамрела. — Маг всмотрелся в тёмную массу, приближающуюся над землёй к замку, и кивнул. — Чтобы руководить этим налётом, он и сам взгромоздился на птицу… Так и есть, сидит на вожаке стаи и даже командира всей этот летучей своры держит поблизости на всякий случай. Не хочет, чтобы они отступили ещё раз.

Батар, который не умел читать сознание мага, сокрушённо покачал головой.

— Если они так здорово подготовились к этому штурму, если у них такие возможности, то я не вижу, как мы сумеем с ними справиться.

— Знаешь-ка, — резковато проговорил Ибраил, — уходи с башни и забирай своих ребятишек. Предоставь всё тем, кто знает, что делать.

Батар неуверенным жестом приказал двоим своим дружинникам спускаться и, потоптавшись, последовал за ними. Трол повернулся к Ибраилу и увидел, что маг улыбается. В глазах его играли хитрые огоньки, и он бы стал совсем прежним Ибраилом, если бы не почти злобная усмешка, которая кривила его губы. Трол ничего не стал спрашивать, он уже и сам всё понял.

— Этот дурак забыл или не захотел принимать во внимание, что мы побывали в замке Керр-Ваб. — Ибраил вышел на середину башенной площадки и поднял руки.

Знакомые слова заклинания антимагии полились ровно и плавно, словно маг в последнее время многократно учился произносить их. Трол и сам мог бы в унисон с магом проговаривать эти слова, совершая те же ментальные жесты. Но решил, как Ибраил незадолго до этого потребовал, оставить ситуацию на попечение того, кто умел с ней лучше управляться.