– Вы думаете, с нею могло что-то случиться? – испуганно спросил Сент-Винсент.

– Будем надеяться на лучшее, – заявила Таппенс с фальшивым воодушевлением, чем повергла мистера Сент-Винсента в уныние.

– Послушайте, мисс Робинсон, вы должны что-то сделать. Я готов хорошо заплатить. Я не допущу, чтобы с нею что-то случилось. Похоже, вы мне сочувствуете. Поэтому признаюсь честно: я просто боготворю ту землю, по которой ступает эта девушка. Она восхитительна, она удивительное создание…

– Пожалуйста, назовите мне ее имя и расскажите о ней, все что знаете.

– Ее имя Джанет и… фамилии я не знаю. Она работает в шляпном магазине мадам Виолетты на Брук-стрит, но девушка она порядочная. Она постоянно отчитывала меня… вчера я пришел туда… ждал, когда она закончит работу… все остальные девушки вышли, а она – нет… Тогда я выяснил, что она утром не пришла на работу… и ничего не сообщила о своем отсутствии… Мадам Виолетта была в бешенстве.

Я узнал ее адрес и поехал туда. Мне сказали, что накануне вечером она не пришла ночевать, и никто не знал, где она. Я просто потерял голову. Хотел обратиться в полицию, но знал, что Джанет жутко разозлится, если я это сделаю. Вдруг выяснится, что с ней все в порядке и она просто уехала куда-то по своим делам. Затем я вспомнил, что она показывала мне рекламное объявление вашего агентства. Она еще сказала, что одна из женщин, покупавших у них шляпки, была в восторге от ваших талантов, такта и тому подобного. И тогда я отправился прямо к вам.

– Понятно, – отозвалась Таппенс. – Какой у нее адрес?

Молодой человек назвал улицу и дом.

– Ну, хорошо, – задумчиво произнесла «мисс Робинсон». – То есть я хотела сказать… насколько я понимаю, вы помолвлены с этой молодой особой?

Сент-Винсент покраснел до самых ушей.

– Видите ли… не совсем так. Я ей ничего не говорил. Но поверьте мне, я намерен просить ее стать моей женой, как только снова увижу ее… если я когда-нибудь снова увижу ее.

Таппенс отложила блокнот.

– Вы желаете заказать нашу специальную услугу «двадцать четыре часа»? – спросила она деловым тоном.

– Простите? – не понял ее клиент.

– В этом случае гонорар удваивается, ведь мы привлекаем к расследованию весь наш персонал. Мистер Сент-Винсент, если ваша девушка жива, я скажу вам, где она, уже в это же время завтра.

– Что? Боже, это замечательно!

– На нас работают лишь самые опытные агенты, и мы гарантируем результаты, – решительно заявила Таппенс.

– Да-да, у вас, должно быть, первоклассный персонал.

– О да, еще какой! – ответила Таппенс. – Кстати, вы не дали мне описание внешности вашей молодой особы.

– У нее самые восхитительные на свете золотистые волосы. Я бы назвал их волосами цвета заката. Да-да, именно так, цвета заката. Знаете, я до недавнего времени не думал о таких вещах, как закат. Поэзия… в окружающем мире ее гораздо больше, чем мне раньше казалось.

– Рыжие волосы, – сухо произнесла Таппенс и сделала пометку в блокноте. – Какой, по-вашему, рост у молодой леди?

– О, она довольно высокая; кроме того, у нее потрясающие глаза, темно-голубые, я полагаю. И еще у нее решительные манеры, иногда это даже приводит в замешательство мужчин.

Таппенс написала в блокноте еще несколько слов, затем закрыла его и встала.

– Если вы позвоните мне завтра в два часа, я, пожалуй, смогу вам что-нибудь сообщить, – сказала она. – Всего доброго, мистер Сент-Винсент. До свидания.

Вернувшись, Томми застал Таппенс за изучением одной из страниц «Дебретта»[3].

– Я выяснила все подробности, – коротко сообщила она. – Лоуренс Сент-Винсент – племянник и наследник графа Шеритона. Если мы справимся с этим делом, нам гарантирована известность в самых высоких кругах.

Томми ознакомился с ее записями.

– Как ты думаешь, что на самом деле случилось с этой девушкой? – спросил он.

– Думаю, – ответила Таппенс, – что она убежала, движимая зовом сердца, чувствуя, что любит этого молодого человека слишком сильно и потому рискует потерять голову.

Томми недоверчиво посмотрел на нее.

– Знаю, как поступают в книгах, – сказал он, – но в обычной жизни первый раз об этом слышу.

– Разве? – удивилась Таппенс. – Впрочем, пожалуй, ты прав. Но смею думать, что Сент-Винсент проглотил бы подобный ответ. Сейчас он полон романтических иллюзий. Кстати, я гарантировала ему решение его проблемы ровно через сутки с оплатой по специальному тарифу.

– Таппенс, ты в своем уме? Зачем ты это сделала?!

– Просто эта идея неожиданно пришла мне в голову. Я сочла ее вполне здравой. Не беспокойся. Предоставь это мамочке. Мамочка лучше знает.

Она вышла, оставив Томми в расстроенных чувствах.

Вскоре он встал, вздохнул и вышел следом за ней, чтобы сделать то, что было в его силах, мысленно ругая жену за излишне пылкое воображение.

Когда через полчаса Томми вернулся, усталый и измученный, то обнаружил, что Таппенс извлекает из тайника, устроенного среди папок с бумагами, пакетик с печеньем.

– У тебя взмыленный вид, – заметила она. – Чем ты занимался?

– Обходил больницы с описанием этой девушки, – простонал Томми.

– Разве я не велела тебе оставить это дело мне? – возмутилась Таппенс.

– Тебе не отыскать эту девушку в одиночку до двух часов завтрашнего дня.

– Это почему же?.. Более того, я уже нашла ее!

– Ты? Нашла? Что ты хочешь этим сказать?

– Все очень просто, Ватсон. Элементарно.

– Где она сейчас?

Таппенс указала себе за спину.

– В моем кабинете.

– Что она там делает?

Таппенс рассмеялась.

– Старая дружба, – сказала она, – чайник, газовый рожок и полфунта чая – вот и все чудо. Видишь ли, – продолжила Таппенс, понизив голос, – мадам Виолетта владеет магазином, в котором я покупаю шляпки. Недавно я встретила среди тамошних продавщиц мою давнюю знакомую. Когда-то мы с ней вместе работали в госпитале. После войны она ушла оттуда, открыла шляпный магазин, разорилась и пошла работать к мадам Виолетте. Мы с нею обтяпали это дело. Она привлекла внимание молодого Сент-Винсента к нашему объявлению, а затем исчезла. «Блестящие сыщики Бланта». Для них нет ничего невозможного. Хорошая реклама для нас – и повод для молодого Сент-Винсента поскорее сделать ей предложение. Джанет уже отчаялась услышать от него столь желанные слова.

– Таппенс, – произнес Томми. – Ну, ты даешь! У меня нет слов. Это же верх безнравственности! Ты нарочно подтолкнула молодого человека к женитьбе на девушке иного социального класса…

– Чушь! – отрезала Таппенс. – Джанет – замечательная девушка. Просто удивительно, что она любит этого жалкого бездельника. С первого полувзгляда видно, что нужно его семейству. Им нужна здоровая свежая кровь. Джанет – именно то, что им требуется. Она будет заботиться о нем, как мать, избавит его от привычки пить коктейли и шляться по ночным клубам, заставит вести здоровую жизнь истинного сельского джентльмена. Иди познакомься с ней.

Таппенс открыла дверь соседней комнаты. Томми вошел следом за ней.

Высокая девушка с красивыми рыжими волосами и приятным лицом поставила на стол чайник, из носика которого все еще шел пар, и одарила их ослепительной белозубой улыбкой.

– Надеюсь, ты не будешь ругать меня, медсестра Коули… то есть миссис Бересфорд. Я подумала, ты непременно захочешь выпить чашку чая. В свое время в госпитале ты частенько готовила для меня чай в три часа утра.

– Томми, позволь мне представить тебе мою старую подругу, медсестру Смит.

– Смит, ты сказала? Как интересно! – всплеснул руками Томми. – Что? О, ничего… небольшая монография, которую я собирался написать.

– Держи себя в руках, Томми!

Она налила ему чашку чая.

– Ну а теперь давайте все вместе выпьем чаю. Выпьем за успех «Международного детективного агентства». За «Блестящих сыщиков Бланта»! Пусть им всегда сопутствует удача!

Глава 3

Дело розовой жемчужины

– Господи, что это ты делаешь?! – требовательно спросила Таппенс, входя в святая святых Международного детективного агентства Теодора Бланта, иначе «Блестящие сыщики Бланта». Ее хозяин и повелитель лежал на полу кабинета в окружении книжных куч.

Увидев ее, Томми кое-как поднялся на ноги.

– Пытался расставить эти книги на верхней полке шкафа, – пожаловался он. – А чертов стул меня не выдержал.

– Кстати, а какие именно? – спросила Таппенс, поднимая с пола том. – Хмм, «Собака Баскервилей»… Я бы с удовольствием перечитала ее.

– Ты поняла мою идею? – спросил Томми, осторожно стряхивая с себя пыль. – Полчаса с Великими Мастерами Своего Дела… что-то в этом духе. Знаешь, Таппенс, я не могу отделаться от ощущения, что мы с тобой пока любители… в некотором смысле мы не можем не быть ими, но не будет вреда, если мы, так сказать, постараемся постичь азы. Эти книги – детективные романы ведущих мастеров жанра. Было бы неплохо испробовать разные стили и сравнить результаты.

– Хм, – отозвалась Таппенс. – Я часто задумываюсь о том, как эти сыщики жили бы в реальной жизни. – Она взяла в руки другую книгу. – Боюсь, тебе будет нелегко стать Торндайком[4]. Ты ничего не смыслишь в медицине, не говоря уже о юридических знаниях. И вообще, точные науки никогда не были твоей сильной стороной.

– Пожалуй, – согласился Томми. – В любом случае я купил хорошую фотокамеру и буду делать снимки следов, увеличивать негативы и все такое прочее. А теперь, мой друг, задействуй-ка клеточки серого вещества… что это, по-твоему?

Он указал на нижнюю полку шкафа. На ней лежали футуристической расцветки халат, турецкая туфля и скрипка.

– Элементарно, мой дорогой Ватсон, – ответила Таппенс.

– Именно, – подтвердил Томми. – Антураж Шерлока Холмса.

Он взял скрипку и неспешно провел смычком по струнам. Таппенс издала стон.

В следующую секунду зазвонил звонок на столе. Это означало, что в приемную вошел посетитель и сейчас с ним разговаривает Альберт. Томми торопливо положил скрипку на место и ногой затолкал книги за письменный стол.

– Особой спешки, вообще-то, нет, – заметил он. – Альберт займет его рассказом о том, что я в данный момент общаюсь по телефону со Скотленд-Ярдом. Возвращайся в себе, Таппенс, и начинай печатать на машинке. Ее стук придаст нашему агентству атмосферу активной деятельности. Впрочем, нет, я передумал: лучше ты будешь стенографировать мои указания. Давай, прежде чем Альберт введет жертву в мой кабинет, посмотрим, кто это.

Он приник к «глазку» в стене, позволявшему наблюдать за приемной Альберта.

Посетителем оказалась девушка примерно того же возраста, что и Таппенс, с довольно осунувшимся лицом и презрительным взглядом.

– Одета дешево и броско, – прокомментировала Таппенс. – Впускай ее, Томми.

Через минуту посетительница за руку поздоровалась с прославленным «мистером Блантом». Таппенс сидела, скромно опустив глаза, с карандашом в руке и раскрытым блокнотом.

– Моя секретарша мисс Робинсон, – представил ее Томми взмахом руки. – Можете спокойно говорить при ней.

Сказав эти слова, он откинулся на спинку кресла и, с минуту посидев с закрытыми глазами, устало произнес:

– Должно быть, утомительно добираться сюда автобусом в это время дня.

– Я приехала на такси, – ответила девушка.

– О! – с досадой воскликнул Томми и укоризненно посмотрел на голубой автобусный билет, торчавший из ее перчатки. Девушки проследила за его взглядом и, улыбнувшись, вытащила билет.

– Вы имеете в виду это? Я подобрала его на мостовой. Моя маленькая соседка собирает билеты. Это для нее.

Таппенс покашляла. Томми бросил на нее испепеляющий взгляд.

– Давайте перейдем к делу, – быстро произнес он. – Вы нуждаетесь в наших услугах, мисс…

– Кингстон-Брюс, – ответила девушка. – Мы живем в Уимблдоне. Вчера вечером одна леди, которая гостит у нас, потеряла очень дорогую розовую жемчужину. С нами также ужинал мистер Сент-Винсент, он упомянул ваше агентство. Сегодня утром моя мать послала меня спросить у вас, не возьметесь ли вы расследовать это дело?

Девушка говорила хмуро, едва ли не грубо. Было ясно как божий день, что никакого согласия между нею и матерью нет и в помине, а сюда она пришла не по своей воле.

– Понятно, – чуть озадаченно ответил Томми. – Вы не обращались в полицию?

– Нет, – ответила мисс Кингстон-Брюс. – Не обращались. Было бы глупо позвонить в полицию, а потом найти эту идиотскую жемчужину за камином или куда там она еще могла закатиться.

– О! – воскликнул Томми. – Значит, жемчужина все-таки потерялась?

Мисс Кингстон-Брюс пожала плечами.

– У людей привычка устраивать шум из-за ничего, – пробормотала она.

Томми откашлялся, прочищая горло.

– Конечно, – произнес он с сомнением в голосе, – в данный момент я чрезвычайно занят…

– Я вас понимаю, – сказала девушка, вставая со стула. В ее глазах блеснула довольная искорка, что не ускользнуло от Таппенс.

– …тем не менее, – продолжил Томми, – я думаю, что смогу съездить в Уимблдон. Назовите мне ваш адрес.

– Дом «Под Лаврами», Эджуорт-роуд.

– Запишите, пожалуйста, мисс Робинсон.

– Тогда мы будем вас ждать. До свидания, – не слишком любезно произнесла мисс Кингстон-Брюс, помолчав.