Табор чуть слышно зашипел, изысканно склонился над рукой матроны и удалился. Вскоре Майлз увидел его на противоположной стороне фонтана, маневрирующего с целью занять позицию рядом с Айвеном – но Майлз почему-то почувствовал, что Табор охотится не за военными секретами. Не удивительно, что Майлз, похоже, мало заинтересовал его. Но охота Табора за блондинкой была прервана сигналом его посла, и ему пришлось уйти вслед за высшими чинами.

– Какой приятный молодой человек, этот лорд Форпатрил, – проворковала дама Майлза, – Нам всем здесь он очень нравится. Супруга посла сказала мне, что вы родственники? – Она склонила к нему голову, ожидая.

– Сколько-то-юродные братья, – объяснил Майлз. – А… кто эта молодая леди рядом с ним?

Матрона гордо улыбнулась.

– Это моя дочь, Сильвет.

Конечно же, дочь. У посла и его жены острое барраярское понимание нюансов социального положения – Майлз, принадлежащий к старшей ветви семьи, не говоря уже о том, что он сын премьер-министра графа Форкосигана, имел более высокий ранг, чем Айвен, если не в военном, то в социальном отношении. Что означало – о Господи! – что он обречен. Он навечно застрянет с очень важными матронами, в то время как Айвен – Айвен будет уводить всех дочерей…

– Прекрасная пара, – сказал Маилз хрипло.

– Не правда ли? Только, какие именно братья, лорд Форкосиган?

– А? О, да, Айвен и я. Наши бабушки – сестры. Моя бабушка была старшей дочерью принца Ксава Форбарры, а бабушка Айвена – младшей.

– Принцессы? Как романтично.

Майлз прикинул, не описать ли ей подробно, как бабушку, ее брата и большинство их детей порубили в мелкий винегрет во время ужасного правления императора Юрия Безумного. Нет, супруга мэра могла решить, что эта история просто преувеличена и ужасающа или, хуже того, романтична. Он сомневался, что до нее дойдет истинная жестокая глупость поступков Юрия и их последствия, разошедшиеся во всех направлениях, и по сей день безобразящие историю Барраяра.

– У лорда Форпатрила есть замок? – лукаво спросила она.

– О, нет. Его мать, моя тетя Форпатрил, – светская барракуда, которая проглотила бы тебя живьем , – владеет очень хорошей квартирой в столице, Форбарр-Султане. – Майлз сделал паузу. – У нас был когда-то замок. Но он сгорел дотла в конце Периода Изоляции.

– Разрушенный замок. Это почти также хорошо.

– Чертовски живописно, – уверил ее Майлз.

Кто-то оставил маленькую тарелку с остатками закуски на бортике фонтана. Майлз взял булочку и начал крошить ее в воду золотым рыбкам. Они подплывали к поверхности и хватали крошки с кратким бульканьем.

Одна отказалась всплывать к приманке и продолжала скрываться в глубинах. Как интересно: золотая рыбка, которая не ест; вот это и есть решение проблемы Айвена с пересчетом рыбок. Возможно, упрямая рыбка была дьявольской цетагандийской конструкцией, чьи холодные чешуйки блестели как золото, потому что они и были сделаны из него.

Он мог бы с кошачьей стремительностью выхватить ее из воды, с механическим хрустом и электрическим шипением раздавить ногой и затем выставить напоказ с триумфальным криком – «Ага! Благодаря быстроте моего ума и рефлексов я обнаружил среди вас шпиона!»

Но если его предположение неверно… Хлюп! под его ботинком, матрона в ужасе, и сын премьер-министра Барраяра мгновенно приобретет репутацию молодого человека с серьезными эмоциональными трудностями…. «Ах-ха!» – Он представил, как он гогочет в лицо шокированной женщине, поскальзываясь на рыбьих кишках: «Видели бы вы, что я делаю с котятами!»

Большая золотая рыбка наконец лениво поднялась и со всплеском взяла крошку, обрызгав начищенные сапоги Майлза. «Спасибо тебе, рыбка» – мысленно обратился к ней Майлз.– «Ты только что спасла меня от серьезного общественного скандала.» Конечно, если цетагандийские техники действительно искусны, они могли разработать механическую рыбу, которая ела бы и даже немножко гадила…

Супруга мэра задала еще один наводящий вопрос об Айвене, который Майлз, поглощеный рыбкой, не сумел полностью уловить.

– Да, что самое неприятное в его заболевании… – промурлыкал Майлз и собрался было начать монолог, порочащий гены Айвена – припомнить кровосмесительные браки среди аристократии, радиоактивные районы, оставшиеся от Первой Цетагандийской Войны, и императора Юрия Безумного, – когда кодированный комм в его кармане подал звуковой сигнал.

– Извините меня, мэм, меня вызывают.

«Благослови тебя Бог, Элли» – подумал он, сбегая от матроны, чтобы найти тихий уголок и ответить на вызов. Никого из цетагандийцев не видно. На галерее он нашел незанятую нишу, прикрытую от посторонних глаз зелеными насаждениями, и включил связь.

– Да, коммандер Куинн?

– Майлз, слава Богу! – торопливо заговорила она. – Похоже, у нас здесь Проблема, и ты ближайший к месту дендарийский офицер.

– Какая именно проблема? – ему не нравились ситуации, начинающиеся с заглавной буквы. Элли обычно не была склонна к паническим приувеличениям. Его желудок нервно сжался.

– Я не смогла получить заслуживающие доверия детали, но похоже, что четверо или пятеро наших солдат, которые были в отпуске внизу, в Лондоне, забаррикадировались в каком-то магазине с заложником и не подпускают полицию. Они вооружены.

– Наши парни или полиция?

– И те и другие, к сожалению. Начальник полиции, с которым я говорила, отвечал так, как будто он был готов залить стены кровью. Очень скоро.

– Час от часу не легче. Что, черт возьми, по их мнению, они делают?

– Будь я проклята, если знаю. Сейчас я на орбите, готовлюсь спуститься, но пройдет от сорока пяти минут до часа, прежде чем я смогу добраться туда. Танг в худшем положении, ему понадобится совершить двухчасовой суборбитальный перелет из Бразилии. Но я думаю, ты сможешь быть там примерно через десять минут. Вот, сейчас пошлю адрес на твой комм.

– Как нашим парням разрешили вынести дендарийское оружие с корабля?

– Хороший вопрос, но я боюсь, нам придется приберечь его для аутопсии. Так сказать. – мрачно сказала она. – Ты сможешь найти это место?

Майлз глянул на адрес на экране.

– Думаю, да. Встретимся там. – Так или иначе…

– Хорошо. Куинн связь закончила. – Канал погас.

Глава 3

Майлз спрятал комм в карман и пристально оглядел зал. Прием был в самом разгаре. Здесь присутствовала, наверное, добрая сотня людей: их одежда представляла собой ослепительное многообразие земных и галактических мод, а в толпе попадались мундиры и помимо барраярских. Некоторые из прибывших пораньше уже уходили, провожаемые своими барраярскими сопровождающими через службу безопасности. Цетагандийцы, похоже, действительно ушли, также как и их друзья. Похоже, обстановка для его исчезновения более чем удачная.

Айвен все еще болтал со своей прекрасной спутницей внизу за фонтаном. Майлз безжалостно его атаковал.

– Айвен. Встретишь меня у главного входа через пять минут.

– Что?

– Чрезвычайная ситуация. Объясню позже.

– Что за…? – начал Айвен, но Майлз уже выскальзывал из зала и направлялся к задним лифтовым шахтам. Ему пришлось заставить себя не бежать.

Когда дверь в их общую с Айвеном комнату задвинулась за ним, он скинул с себя зеленый мундир, сорвал сапоги, и бросился в чулан. Он выдернул оттуда черную футболку и серые брюки дендарийского мундира. Барраярские сапоги происходили из кавалерии; дендарийские ботинки развились из обмундирования пехотинцев. Когда у тебя есть лошадь, барраярские куда практичнее, хотя Элли Майлз не мог объяснить этого никогда. Два или около того часа в седле по сильно пересеченной местности, и икры, натертые до кровавых мозолей, убедили бы ее, что эта конструкция имеет и утилитарное, а не только декоративное, назначение. Но лошадей здесь нет.

Он запечатал дендарийские боевые ботинки и поправил серо-белый китель в воздухе, слетая обратно по шахте лифта с максимальной скоростью. Он задержался в самом низу, чтобы одернуть китель, вздернуть подбородок и глубоко вздохнуть. Невозможно фланировать, не вызывая подозрений, если ты при этом хватаешь ртом воздух. Он выбрал запасной коридор, идущий вокруг зала к главному входу. Цетагандийцев все еще не видно, слава богу.

Глаза Айвена расширились когда он увидел приближение Майлза. Он сверкнул улыбкой блондинке, извиняясь, и прижал Майлза к горшку с растением, как будто пытаясь скрыть его из виду.

– Какого дьявола? – зашипел он.

– Ты должен вывести меня отсюда. Через охрану.

– О, нет, я не должен! Галени пустит твою шкуру на коврик для ног если заметит тебя в таком виде.

– Айвен, у меня нет времени спорить и нет времени объяснять, и именно поэтому я действую в обход Галени. Куинн не вызвала бы меня, если бы я не был нужен. Я должен идти немедленно.

– Ты окажешься в самоволке!

– Нет, если меня не хватятся. Скажи им – скажи, что я ушел в нашу комнату из-за мучительной боли в костях.

– Опять тебя прихватила эта остео-суставная дрянь? Держу пари, врач посольства сумеет достать тебе тот самый противовоспалительный препарат…

– Нет, нет – не больше, чем обычно, в любом случае – но, по крайней мере, я этим действительно страдаю. Есть шанс, что в это поверят. Пошли. Возьми ее. – Майлз указал подбородком в сторону Сильвет, ожидающую Айвена за пределами слышимости с вопросительной миной на лице.

– Зачем?

– Маскировка. – Улыбаясь сквозь зубы, Майлз локтем развернул Айвена в сторону парадных дверей.

– Как дела? – прощебетал Майлз Сильвет, захватывая ее руку и продевая через свою. – Так приятно познакомиться с вами. Вам нравится прием? Чудесный город, Лондон…

Они с Сильвет тоже прекрасная пара, решил Майлз. Краем глаза он глянул на охрану, когда они проходили мимо. На нее они обратили внимание. А он, если повезет, останется в их памяти маленьким серым пятном.

Сильвет в замешательстве взглянула на Айвена, но к тому времени они уже ступили на солнечный свет.

– У тебя нет телохранителя – запротестовал Айвен.

– Я скоро встречусь с Куинн.

– Как ты собираешься вернуться назад в посольство?

Майлз приостановился.

– Тебе придется придумать это пока я не вернусь.

– Гр-р! Когда ты вернешься?

– Я не знаю.

Внимание внешней охраны привлекла наземная машина, с шипением остановившаяся у входа в посольство. Оставив Айвена, Майлз бросился через улицу и влетел двери подземки.

Десять минут спустя, сделав две пересадки, он оказался в гораздо более старой части города, с реставрированной архитектурой 22 века. Ему не пришлось проверять номера улиц, чтобы найти место назначения. Толпа, баррикады, сверкающие огни, полицейские парящие машины, пожарные, «скорая помощь»… «Проклятье» – пробормотал Майлз, и начал пробираться вниз по улице. Он еще раз повторил слова, переходя на монотонный бетанский акцент адмирала Нейсмита: «О, дерьмо…»

Майлз не сомневался, что главный полицейский – тот, что с мощным коммом, а не один из полудюжины в броне и с плазменными ружьями Он протолкался через толпу и перепрыгнул через заграждение.

– Вы здесь командуете?

Констебль в замешательстве покрутил головой по сторонам, затем посмотрел вниз. Сперва просто изумившись, он нахмурился, как только понял, что на Майлзе за мундир.

– Вы один из этих психопатов? – потребовал он ответа.

Майлз покачался на пятках, раздумывая, что на это ответить. Он подавил все три первых ядовитых реплики, которые пришли ему на ум, и выбрал взамен:

– Я адмирал Нейсмит, командующий Дендарийским Флотом Свободных Наемников. Что здесь происходит? – он прервал себя, чтобы медленно и деликатно вытянуть указательный палец и поднять к небу дуло плазменного ружья, направленное на него закованной в броню женщиной. – Пожалуйста, дорогая, я действительно на вашей стороне.

Она недоверчиво сверкнула на него глазами через лицевой щиток, но командир полицейских кивнул, и она ретировалась, отступив назад на несколько шагов.

– Попытка ограбления, – сказал констебль. – Когда служащая попыталась помешать этому, Они на нее напали.

– Ограбление? – сказал Майлз. – Простите меня, но это бессмысленно. Я считал, что все дела здесь ведутся с помощью компьютерных кредитных переводов. Здесь нет наличных, чтобы их красть. Это, должно быть, какое-то недоразумение.

– Не деньги, – сказал констебль. – Товар.

Краем глаза Майлз заметил, что это винный магазин. Витрина была покрыта звездочками и трещинами. Он подавил тошнотворное чувство беспокойства и продолжил, сохраняя легкомысленный тон:

– В любом случае, я отказываюсь понимать это противостояние со смертельным оружием из-за магазинной кражи. Не слишком ли резко вы реагируете на такой пустяк? Где ваши парализаторы?

– Они удерживают женщину в заложниках, – мрачно сказал констебль.

– Ну и? Парализуйте их всех. Господь отличит своих.

Констебль странно посмотрел на Майлза. Он не читал собственной истории, решил Майлз – источник этой цитаты был, как это не прискорбно прямо по ту сторону Канала.

– Они утверждают, что у них есть какое-то устройство, которое сработает, если они отключатся. Они заявили, что весь этот квартал взлетит на воздух. – констебль замолк на секунду, – Это возможно?

Майлз тоже замолчал.

– Вы еще не опознали кого-нибудь из них?

– Нет.

– Как вы сообщаетесь с ними?

– Через комм-пульт. По крайней мере, сообщались – похоже, они уничтожили его несколько минут назад.

– Мы, конечно же, оплатим все разрушения, – выдавил Майлз.

– Это не все, за что вы заплатите, – прорычал констебль.

– Ну…

Краем глаза Майлз заметил парящую машину с надписью СЕТЬ ЕВРОНОВОСТИ, опускающуюся на улицу.

– Я думаю, пришло время это прекратить.

Он тронулся в сторону винного магазина.

– Что вы собираетесь делать? – спросил констебль.

– Арестовать их. На флоте им будет предъявлено обвинение в том, что вынесли оружие с корабля.

– В одиночку? Они пристрелят вас. Они же пьяны в стельку.

– Я так не думаю. Собирайся я дать себя подстрелить собственным солдатам, у них раньше уже были возможности получше, чем эта.