– Конечно. Ты против?

– Нет, нисколько, – Костя развел руками и сел обратно на землю.

– Тебе, я смотрю, досталось? – Эрик окинул его критическим взглядом. – А что в том футляре? Ружье? И что это за форма на тебе?

– Постой, – Брагин собрался с мыслями и, не ответив на вопросы сыщика, спросил сам: – Ты-то что здесь потерял? Искал меня, чтобы сообщить приятное известие? Или агентство само пустилось в бега?

– Вообще-то это не твое дело, Костя, но, поскольку ты восстановлен в должности, а следовательно, опять работаешь на нашего общего шефа, могу поделиться. Я здесь по делу.

– По маленькому? – нашел в себе силы грубовато пошутить Брагин.

Эрик рассмеялся и указав пальцем в землю, продолжил:

– Конкретно на этом месте – да. Отошел, понимаешь, на минутку, а тут ты, как живой…

– Ты с группой?

– Да, – Эрик присел рядом с Брагиным и внимательно посмотрел ему в глаза.

– Ты чего-то боишься? Расскажи. Здесь небезопасно? Ты видел что-нибудь странное?

Костя кивнул, но слова никак не могли пробиться сквозь туман спутанных мыслей. Эрик поднес к губам переговорное устройство и вызвал помощь. Подоспевшие агенты отнесли Брагина к вертолету и скормили ему две плитки шоколада, банку протеинового порошка и половину содержимого аптечки. Спустя пару часов, обжигаясь сваренным на походной газовой плитке кофе, он сидел на колесе вертолета и в подробностях рассказывал сыщику о своих приключениях.

– Немудрено, что ты за баранами полез, – заключил Эрик и похлопал Брагина по плечу. – Так это новое оружие, говоришь?

Он повертел в руках винтовку, но от испытания воздержался.

– Очень мощное, – добавил Костя.

– Получается, от загадочных врагов нас сейчас отделяет лишь эта гряда? – Эрик указал на цепь невысоких гор с другой стороны долины. – Но мы летели именно с той стороны и никого не заметили.

– Стал бы я лезть в подземные реки и озера без веской причины, как ты думаешь? – обиженно спросил Брагин.

– Да ты не обижайся, – Эрик махнул рукой, – это я просто размышляю. А где находился лагерь, ты сможешь показать?

– Не знаю, – Костя пожал плечами, – я же пришел туда со стороны моря, а сейчас даже примерно не представляю, где нахожусь.

– Карты когда-нибудь читал? – Эрик вынул из планшета небольшую карту и разложил перед Браги-ным.

– Так вот же он, кружком помечен, – после недолгого изучения листка сказал Костя.

– Ты уверен? – уточнил Эрик и с профессиональным недоверием посмотрел Брагину в глаза.

– На все сто, – заверил Костя прикладываясь к кружке. – Только что тебе с него проку? «Астрономы» оттуда ушли, а после них там побывали враги. Вряд ли в лагере осталось что-то ценное.

– Это в лагере. А в ущелье? – задумчиво спросил Эрик.

– Об этом я не думал, – признался Брагин. – Может, они там все-таки что-нибудь добывали? Нет, тогда бы мы эти камни просеивали, дробили, сортировали как-то наконец. Но ничего же не было. Просто выдалбливали пещеры под всякие склады, а породу выносили и сваливали под откос…

– Разберемся, – сказал Эрик и приказал своим воинам готовиться к маршу.

– Надо выслать вперед дозор, – опасливо посоветовал Брагин.

– Само собой, – ответил Эрик и улыбнулся, – только все наши дозоры давно уже на месте.

– Зачем же ты, в таком случае, меня расспрашивал?

– Профессия такая, – Эрик пожал плечами и поднялся в вертолет.

Вид опустевшего ущелья подействовал на Брагина угнетающе. Он долго стоял перед ручейком, на том месте, где обычно встречался с Лизой, а потом, чтобы отогнать воспоминания, решил все же посетить загадочный барак.

Когда его не пустили даже на порог, Костя не удивился, а только негромко рассмеялся.

– Что у нас случилось? – поинтересовался Эрик, появляясь на крыльце строения. – Ты чем-то расстроен?

– Все три дня моего пребывания в этом ущелье.я пытался проникнуть чуть дальше того места, где сейчас стою.

– Ничего не вышло?

– Как это ты догадался? – ехидно спросил Костя. Эрик улыбнулся и поманил его пальцем.

– Идем, только потом не говори, что вовсе не хотел знать больше, чем того требовали соображения личной безопасности.

– Ого, какой поворот! – Брагин перестал смеяться и, немного поколебавшись, шагнул внутрь барака.

Изнутри все строение было поделено на множество изолированных комнат, выходящих в единый коридор. Ничего примечательного в них не оказалось, зато последнее помещение, в которое коридор упирался, было гораздо просторнее прочих и походило на какую-то химическую лабораторию. На столах и полках стояли колбы, реторты, спиртовки и другой стеклянный хлам, в углу – вытяжной шкаф, высотой под самый потолок, а на середине комнаты разместился широкий стол с тяжелой каменной столешницей. Нечто подобное Костя однажды видел, когда жизненные обстоятельства привели его в морг. Только на этом столе не было желобов и сливного отверстия.

Однако главным украшением комнаты было не это. Костя подошел к Эрику, который с видом искусствоведа рассматривал расписанную стену. С живописью у Брагина особого взаимопонимания никогда не было, но среди рабочей обстановки лаборатории настенная картина выглядела настолько необычно, что Костя встал рядом с сыщиком и тоже принялся ее внимательно разглядывать.

– Что это за курица? – спросил он негромко.

– Это павлин, – задумчиво ответил Эрик. – Видишь хохолок?

– А хвост он почему не распустил? – спросил Костя.

– А перед кем ему выпендриваться? – г Эрик покачал головой. – Странно…

– Что? – Костя взглянул на сыщика и, проследив за направлением его взгляда, снова обернулся к картинке.

– Рисунок в целом выполнен небрежно, словно второпях, зато очень тщательно прорисована голова, особенно глаз. А если подойти поближе, – Эрик приблизился к стене вплотную, – можно увидеть, что око этой райской птицы расчерчено на сегменты.

Брагин подошел к картине и присмотрелся.

– Какие же это сегменты? – он покачал головой. – Насколько я помню геометрию, сегменты выглядят немного не так. Это… это… черте что какое-то, мозаика эпохи Возрождения.

– Искусствовед из тебя… – Эрик скептически покачал головой. – А зрачок единый видишь?

– Вижу, – согласился Костя. – Знаешь, мне почему-то кажется, что этот глаз больше похож на человеческий, чем на птичий, хотя, честно говоря, павлина я видел только по телевизору и не обращал внимания, есть ли у него глаза вообще.

– Могу тебя заверить, что есть, – сказал Эрик и жестом подозвав одного из подручных, приказал сфотографировать картину.

– Ну, а теперь… – Эрик указал на дверь чуть левее картины, и Костя сообразил, что это второй выход из барака. Секундой позже он вспомнил и то, что этим торцом барак упирался в скалу.

– Нет, только не это, – простонал он. – Опять пещеры?!

– Я думаю, твои друзья ушли именно этим путем, – сказал Эрик.

– Неужели враги не сообразили пойти за ними? Почему они покинули ущелье через устье? – удивленно спросил Костя.

– Не знаю, – Эрик пожал плечами, – их что-то остановило, а поскольку я не имею ни малейшего представления – что, мы тоже не пойдем в скрытую за дверью пещеру.

– Как же так? – Костя заволновался. – Постой, мы же не враги, почему ты боишься?

– Чутье, наверное, – ответил Эрик и, решительно развернувшись, пошел к обычному входу.

Костя постоял немного в нерешительности, потом подошел к двери и, взявшись за ручку, крикнул вслед сыщику:

– А заглянуть хотя бы можно?

– Брагин! Отойди от двери! – закричал Эрик и бросился обратно в комнату.

Костя от неожиданности вздрогнул и непроизвольно толкнул дверь.

Глава 17

Красавчик нехотя поднялся с постели и, потягиваясь, побрел в ванную. Первый день самостоятельной работы прошел довольно скучно. Объект сидел в офисе до • шести, а потом, заехав на часок в ресторан, вернулся домой. Все беседы Беляева касались только текущей работы его многочисленных предприятий и положения на бирже. За ужином компанию ему составила длинноногая девица, к которой Беляев относился скорее как к части имиджа, дорогой запонке или заколке для галстука. Он, улыбаясь, слушал ее щебетание, и Красавчик искренне посочувствовал Беляеву, поскольку его самого через пять минут прослушивания бессмысленных речей девицы стало тошнить.

Вечером Красавчик сдал вахту одному из своих коллег и отправился домой, где его поджидала заскучавшая последние три дня подружка. Наобещав, что больше не будет уезжать «ни в какие Стамбулы», он прекрасно провел время и теперь собирался дополнить комплект полученных положительных эмоций принятием пенной ванны.

Сквозь шум воды он услышал грохот стереосистемы и содрогнулся. Почему его нежная девушка обожала «металл», являлось для Красавчика совершенной загадкой. В очередной раз пообещав себе разобраться в этом феномене, он погрузился в ванну и блаженно прикрыл глаза. Высокая пена приятно скользила, поднимаясь к самой шее. Из-за грохота музыки Красавчик даже не услышал, как открылась дверь. Почувствовав, что в ванную ворвался прохладный воздух, он открыл глаза.

В дверном проеме стоял человек в черной шапочке-маске и с пистолетом. Оружие он держал стволом вверх. Это означало, что Красавчику предстояло не скончаться от полученных огнестрельных ранений, а либо выслушать сообщение, либо пройти с незнакомцем в неизвестном направлении. Красавчик не стал разыгрывать удивление, он только немного подался вперед и взглянул в оставшееся между человеком и дверным косяком пространство. У кровати, направив пистолет на испуганную подружку, стоял еще один незнакомец. Красавчик принял прежнее положение и вопросительно посмотрел на вошедшего. Музыка внезапно стихла, и человек заговорил.

– Снимешь «наружку», отзовешь техников и доложишь банкиру, что Беляев вне подозрений, – приказал он, опустив пистолет на уровень глаз Красавчика.

Все ясно?

– Абсолютно, – спокойно ответил сыщик, – только все перечисленное может сделать исключительно банкир. Я всего лишь исполнитель его воли.

– Увидим, – сказал человек и попятился из ванной, держа Красавчика под прицелом.

Выйдя в спальню, он немного повернул голову и приказал напарнику:

– Одевай сучку…

Второй незнакомец кивнул и, грубо схватив девушку за руку, толкнул ее к платяному шкафу. Красавчик услышал, как она всхлипывает и торопливо шуршит одеждой. Лезть с голыми руками на пистолеты было бессмысленно, и Красавчик сосредоточился на том, чтобы не совершить какой-нибудь глупости. Наконец хлопнула входная дверь, и он пулей выскочил из ванной. Схватив купальный халат, он нырнул под кровать, достал оттуда короткую штурмовую винтовку и бросился на лестничную площадку. Шаги похитителей быстро удалялись. Красавчик остановился и прислушался. Шаги были слышны и выше, и ниже этажом. Сыщик затянул пояс халата и, вопреки логике, двинулся по лестнице вверх. Поскольку он был босиком, а махровый халат при ходьбе не издавал никакого шороха, звук его передвижения услышать было невозможно. Он поднялся на один этаж и снова прислушался. Внизу хлопнула входная дверь. Прижавшись к стене рядом с приоткрытым подъездным окном, Красавчик осторожно выглянул на улицу. Незнакомцы пробежали через газон и затолкали упирающуюся девушку в машину. Красавчик осмотрел почти пустынную улицу и увидел еще один автомобиль. Из его окон торчало два винтовочных ствола. Один смотрел чуть вверх, скорее всего на окна его квартиры, а другой держал под прицелом подъезд. Красавчик отпрянул под защиту стены и по-прежнему неслышно двинулся вверх по лестнице. Шедший впереди неизвестный остановился и осторожно открыл какую-то задвижку. Сыщик сразу же догадался, что враг собирается выйти на крышу и спуститься через соседний подъезд. Он твердо решил, что незнакомца следует взять, а потому решительно двинулся вперед. Он исходил из того, что парень, страховавший похитителей в подъезде, отнюдь не так крепок нервами, как его по – дельщики, раз принялся удирать, не дождавшись, пока они сядут в машину, и оставил тем самым дверь в квартиру Красавчика без наблюдения. Ему следовало влепить пулю в косяк, как только Красавчик попытался выйти, и держать его внутри до последнего. Вместо этого парень струсил и бросился бежать, а значит, его легко «расколоть».

Красавчик настиг врага у самого люка. Парень был в такой же, как у других, маске. Он, не оглядываясь, поднял крышку и уже занес ногу над первой ступенькой, когда приклад винтовки коротко ударил в его выпуклый затылок. Враг рухнул животом на откинутую крышку и затих.

Красавчик вынул из-за пояса противника пистолет и взвалил бесчувственное тело на плечо. Злодей оказался подозрительно легким. Сыщик быстро вернулся в квартиру и принялся торопливо одеваться.

Он еще натягивал свитер поверх бронежилета, когда враг, приходя в сознание, застонал.

– Так я и знал, – негромко сказал Красавчик и рывком стянул с противника маску. – Девка!

По плечам пленницы рассыпались золотистые волосы. Она подняла на Красавчика плавающий взгляд и вздрогнула. Руки девушки сыщик предусмотрительно сковал наручниками, которые пропустил через металлическую балку тяжелой кровати. Пленница подтянула ноги к животу и кое-как уселась рядом с кроватью. Она смотрела на Красавчика, тщательно скрывая испуг под нахмуренными бровями.

– Не напрягайся, – ровным тоном сказал сыщик, – не трону. Пока.

Он надел кобуру, сунул в нее пистолет и накинул Поверх легкую куртку.

– Сейчас поедем в нашу контору, там разок-другой уколемся, поболтаем, и я тебя отпущу, – Красавчик наклонился и доброжелательно заглянул девице в глаза.

– Договорились?

Она молча замотала головой и прикусила нижнюю губу.

– Ну, что же ты упрямишься? – почти нежно, с немного осуждающими интонациями сказал Красавчик. – Знаешь же, что бессмысленно. Ну, попалась. С кем не бывает? На войне как на войне. Вся наша жизнь – игра в догонялки. Сегодня я тебя догнал, завтра ты меня… Расслабься, красавица.

– После допроса вы меня убьете, – утвердительно сказала девушка, и голосок ее дрогнул.

– Да, – насмешливо согласился Красавчик, – а потом съедим! Ты же не в гестапо, дура! Насчет того, что отпустим, я, положим, приврал, но убивать тебя, поверь, удовольствие ниже допустимого.

Он присел на край кровати и закурил.

– Даже насиловать не будем, обещаю, если сама не попросишь, конечно, – он немного посмеялся над своей шуткой и уже более серьезно закончил: – Я тебя обменяю.

– Я среди наших никто, пешка, – девица покачала головой.

– Вот и посмотрим, насколько серьезно у вас построена служба. Бросая своих солдат в плену, командиры рискуют потерять доверие остальных. А тем более если бросят такую симпатягу, – Красавчик затянулся и выпустил дым девушке в лицо. – Ну что будем дружить?

– Будем, – тихо согласилась пленница, – только не меняйте меня обратно. Они мне этого не простят.

– Ничего не могу обещать, – честно признался Красавчик, – но постараюсь.

Девушка втянула золотистую головку в плечи и заплакала. Сыщик покачал головой и неслышно вздохнул. «Куда катится наш чертов мир?» – подумал он и едва удержался, чтобы не погладить этого почти еще ребенка по голове.

– Да, ситуация неприятная, – сказал банкири прошелся по кабинету.

Красавчик отметил, что в голосе шефа не хватает искренности. «Придираюсь? Решил для себя, что он негодяй, и теперь пытаюсь подогнать все его действия и слова под эту формулировку? А как же факты? Нет, простые придирки такими доказательствами не подкрепляются. Они всегда беспочвенны. А здесь, к сожалению, все с точностью до наоборот, – размышлял он, глядя, как банкир прикуривает сигару.

– Одного из них, вы, говорите, убили?

– Да, пришлось, – Красавчик развел руками. – Я защищался…

– Понимаю! – банкир одобрительно закивал. – И не собираюсь вас осуждать за это. Только не отразится ли такое жесткое сопротивление на судьбе вашей знакомой?

– Их интересует достижение поставленной цели, а потери – неизбежный сопутствующий фактор любой вооруженной акции.