— Вот поэтому-то я и здесь. Тут кроются большие возможности.

— Ну вот и разговаривай с моим отцом относительно этих роботов, а я лучше займусь какими-нибудь другими делами.

Чейз надеялся, что она не участвовала в незаконном производстве «астральной пушки». Но, с другой стороны, он видел, как на фотографии она держала ее в руках, так что, возможно, она все-таки в этом замешана. Он решил оставить выяснение этого вопроса на потом, когда он получше узнает ее.

— Ты говоришь об искусстве? Мне кажется, эти твои кружки в виде игуаны просто великолепны и фрески тоже. Если у тебя есть своя студия, мне бы очень хотелось на нее взглянуть, когда мы вернемся.

— Ты что, серьезно?

— Ну конечно, почему бы и нет? Я бывал в студиях у нескольких художников, и мне всегда казалось, что там замечательно.

— Ах да, я и забыла. Ты же возил порнографию.

— Неправда. Я продавал искусство. Жаль, что у меня нет образцов, я бы показал тебе. Я имел дело с теми художниками и фотографами, которые относились к женскому телу с благоговением, граничащим с обожанием. Я не продавал всякую грязь.

— Это ты так говоришь.

Роботы сделали свое дело, вернули опустевшие ящики на шаттл и так же плавно и уверенно проследовали обратно в свою комнату. В отличие от живых рабочих они не требовали к себе внимания и могли спокойно замереть в ожидании, пока их снова не позовут. Айвори больше ни слова не сказала о них, но у Чейза осталось впечатление чего-то необычного. Когда они поднимались на борт, он оглянулся через плечо: коридор, должно быть, тянулся на целую милю в глубь астероида, и в нем он насчитал не меньше дюжины дверей. Может быть, здесь Спайдер хранит свое оружие, которое он, возможно, продает колонистам? Узнать это было частью его задания. Но пока что он занял пилотское кресло и притворился, что его единственная цель — произвести впечатление на ставшую внезапно чужой и далекой Айвори Даймонд.

Когда они прибыли на аванпост, Айвори неохотно, но все же согласилась показать Чейзу свою студию. Они уже подошли к лифту, ведущему в семейные апартаменты, как неожиданно двое людей преградили им путь. Чейз узнал их по фотографиям: это были Стокс и Вик. Чейза удивило, что Айвори вдруг сделала шаг вперед, как бы защищая его. Он, однако, был уверен, что и сам может постоять за себя. Он легко отстранил ее и улыбнулся Стоксу, делая вид, что не замечает его явного намерения свернуть ему шею.

Чейз как раз вовремя взял себя в руки, не выдав, что узнал Стокса. Это было бы непростительной ошибкой новичка, но он чувствовал, что в присутствии Айвори ему трудно вести себя профессионально. Внутренне собравшись, он приветствовал этих двоих так, как будто он видел их впервые.

— Если у вас есть дело к мисс Даймонд, — начал он, — обратитесь сначала к ее секретарю. Сейчас она занята со мной.

Стокс шагнул вперед. Он заложил пальцы за ремень и заговорил. Его грубый тон вполне соответствовал его позе:

— Последний раз, когда я тебя видел, ты лежал голый в клетке. Не знаю, почему Спайдер тебя выпустил, но никто не смеет мне приказывать, кроме него самого и Айвори.

Чейз обернулся к Айвори:

— Это Стокс?

Айвори кивнула и представила их — очень кратко, просто назвав имена. Удовлетворив таким образом любопытство Чейза, она обратилась к Стоксу:

— Ты так часто нарушал порядок, что уже, должно быть, совсем забыл о его существовании. Чейз со мной, и для тебя этого должно быть достаточно, чтобы оказывать ему некоторое уважение. Сейчас у нас есть дело наверху, а ваше место — в казино, присматривать за ранними посетителями.

Айвори нажала кнопку лифта, и двери тотчас же открылись. Она взяла Чейза за локоть и потянула за собой.

Двери закрылись, прежде чем Стокс или Вик успели что-либо процедить им вслед.

— Держись от них подальше, — предупредила она. — Они не умнее наших роботов, и с ними опасно находиться рядом.

— Я уже это понял, — заметил Чейз. — Но я тридцать шесть лет прекрасно прожил без твоей защиты, и мне бы хотелось, чтобы ты дала мне возможность разобраться со Стоксом и Виком самому.

— Я делаю то, что считаю нужным, — возразила Айвори. — И между прочим, если бы ты так хорошо умел заботиться о себе, как говоришь, ты бы все еще работал в Аладо, а не прятался на границе.

— Возможно, тут ты права, — смутился Чейз. Он сунул руки в карманы.

— Может быть, ты посмотришь мою студию в другой раз?

— Нет. Показывай, куда идти.

Очевидно, Спайдер был из тех людей, которые любят роскошь и размах. Его апартаменты были огромными, не меньше самой «Алмазной шахты». Айвори отвела Чейза в свое крыло и открыла дверь в просторное, ярко освещенное помещение, потолок которого был сделан так, как положено в студии художника. Справа стояли два широких стола, гончарное колесо, печь для обжига глины и ряд шкафов, в которых хранились глина, инструменты и глазурь.

Дальнюю стену занимало зеркало, пол был выложен Дубовым паркетом — это могло служить отличным местом для танцев. В стороне, у другой стены, стояли мольберт и еще несколько столов с принадлежностями для рисования. Было видно, что эту студию использовали для занятий самыми разными видами искусства. Заинтересовавшись, что может рисовать Айвори, Чейз подошел к мольберту.

Он никак не ожидал увидеть ангела, но Айвори действительно рисовала его. Его удивительная красота ошеломила Чейза. Как и на фресках, Айвори использовала приглушенные оттенки красновато-коричневого и золотистого. Эфирное существо лучилось светом, но все же казалось до боли земным. Его руки были распростерты, взгляд устремлен на небо: он, казалось, парил между земным миром и небесным. Светлый, женственный и гибкий, этот ангел был очень похож на Айвори, если бы не облако рыжих кудрей, мягко развевающихся сзади, за его крыльями.

— Чудесно, — сказал он. — Это автопортрет?

— Спасибо. Нет. Я хотела нарисовать мою мать.

— Чейзу ничего не говорили о матери Айвори.

— Расскажи мне о ней, — попросил он.

— Здесь нечего рассказывать. Она умерла, когда я была маленькой, я почти совсем ее не помню.

— А что говорит о ней твой отец?

Айвори подошла к столу и начала машинально перебирать кисти, отмокающие в банке со скипидаром.

— Практически ничего. К тому времени, когда я стала достаточно взрослой, чтобы задавать вопросы, я увидела, что они причиняют ему невыносимую боль. Я не думаю, чтобы, кроме моей матери, он действительно любил каких-нибудь других женщин, которые были с ним рядом.

— Даже Летнее Рагу?

— Летнюю Луну! — Ее сильно позабавила его шутка, и она засмеялась чистым, искрящимся смехом. Чейз с удивлением увидел, что, когда она отбросила свою обычную серьезность, перед ним оказалась молодая женщина, любящая посмеяться и не ищущая особого повода для веселья. Очарованный, он притянул ее в свои объятия и поцеловал, сначала легко, а потом со всевозрастающей настойчивостью, пока она наконец не разжала губы, позволяя более глубокий поцелуй.

Он запустил пальцы в ее волосы и прижал к себе, пока не почувствовал, что ее руки обвиваются вокруг его шеи, и понял, что она больше не стремится убежать.

Как и прежде, ее поцелуй был сладок, и ему было приятно держать ее в объятиях. Его руки скользнули к ее тонкой талии, потом к бедрам. Он притянул ее к себе, показывая, как сильно она его привлекает. С того момента, как он прикоснулся к ней, он не делал над собой никакого усилия, у него не возникло никакой задней мысли, что все это часть хорошо разработанного плана по поимке преступника. Конечно, нет, он просто был мужчиной, который так же изголодался по блаженству, как и трепещущая красавица в его руках, и он пожалел о том, что в этой хорошо обставленной студии не было кровати.

Когда наконец Айвори выскользнула из его объятий, он заметил, что щеки ее пылали, а дыхание стало учащенным, и понял, что она испытала такое же головокружительное чувство, что и он.

— Иди сюда. — Он попытался поймать ее руку, но она снова не далась, и он не стал преследовать ее дальше. Его остановил не только страх быть отвергнутым, но и то, что она могла пожаловаться отцу. Это не входило в его планы.

— Я думаю, ты права, — согласился он. — Если мы и дальше будем так отвлекаться, то можем не бояться опоздать к обеду. Мы на него просто не попадем.

Айвори сделала еще один неуверенный шаг назад.

— Как у тебя это получается?

— Что именно?

Айвори испугалась своих слов и просто покачала головой. Она не хотела, чтобы он узнал, насколько она была неопытна, и не хотела показать ему, какое сильное впечатление произвел на нее этот поцелуй. Его это могло бы только удивить, а она не вынесла бы и мысли, что он может посмеяться над ней за то, что ей нравились его поцелуи.

Айвори постаралась взять себя в руки.

— Найди Андре — это тот, кто прислуживал нам за ленчем. Он проводит тебя в комнату для гостей и даст одежду, подходящую для обеда.

Она вышла из студии прежде, чем Чейз успел попросить ее остаться. Но сам он не торопился уходить. Он остановился, чтобы внимательнее рассмотреть картину. На этот раз ему показалось, что это рыжеволосое создание не парит в небе, а отчаянно стремится покинуть землю. «Хотела ли этого и Айвори? — подумал он. — Пыталась ли она вырваться из пиратского мирка и открыть для себя мир, лежащий за его пределами?»

Она была не такой, как он ожидал и как ему описывали. Если бы он смог настроить ее против Спайдера, он разрушил бы его пиратскую империю изнутри. Это был другой план, не тот, что ему дали, но это не значит, что он не может осуществиться. Одной из причин, по которой он обычно так успешно справлялся со своими заданиями, была его способность любое событие оборачивать в свою пользу. Внутренний голос говорил ему, что с Айвори может быть связано падение Спайдера.

Он посмотрел на часы. Если он поспешит, то успеет встретиться с Ейлом до обеда. Если нет, то ему придется найти способ ускользнуть позднее и встретиться с ним в «Алмазной шахте». Подумав, что в следующий раз, когда он будет целовать Айвори, ничто уже его не остановит, он отправился на поиски Ейла. Отослав его, он сможет целиком отдаться выполнению приказа Спайдера и сделает все, что в его силах, чтобы подарить Айвори ночь, которую она запомнит на всю жизнь.

Глава 3

Даже днем обстановка в «Алмазной шахте» была приятно безмятежной. Чейз обошел комнаты, осмотрел все темные углы в поисках Ейла Линкольна и наконец нашел его сидящим возле стойки бара. Они выполняли много совместных заданий, но их сотрудничество всегда больше походило не на дружеское состязание, а на агрессивное соперничество. Не потому, что они были слишком разными, чтобы понимать друг друга, а скореенаоборот, потому что были слишком похожи по вкусам и стилю поведения.

Ейлу тоже было за тридцать, и он также был пилотом Аладо, перешедшим на службу в подразделение разведки. Ростом шесть футов два дюйма и весом сто девяносто фунтов, он казался немножко ниже Чейза. У него были густые темно-каштановые волосы, а глаза зеленые и такие светлые, что его взгляд казался ледяным. Темные глаза Чейза смотрели гораздо теплее. Ейл был красив, но его красота была более резкой и несколько хищной.

Чейз уселся неподалеку от Ейла. Поймав его взгляд в зеркале, он забарабанил пальцами по стойке. Для бармена и любого другого стороннего наблюдателя это было просто беззаботное постукивание, однако для них с Ейлом оно являлось одним из полудюжины условных сигналов, обозначающим конец задания. Ейл провел рукой по волосам — такой же безобидный жест. Это означало, что сообщение Чейза принято.

Чейз отвернулся от Ейла, заказал «вулкан» и принялся тихо потягивать его, приглядываясь к другим посетителям бара. Он заметил пару широкоплечих бритоголовых мужчин, но среди них не было того пирата, которому он с таким удовольствием врезал вчера в казино. Он посмеялся про себя тому, как предсказуемо закончилась их стычка. «Вулкан» был довольно крепким и, желая сохранить к вечеру ясную голову, Чейз оставил большую часть его в треугольном стакане и отправился искать Андре.

Ейл Линкольн смертельно устал. Он только что вернулся с задания, выполняя которое, в одиночку захватил полдюжины контрабандистов. Он ожидал, что ему дадут возможность отдохнуть, но его отправили на «Алмазную шахту» прикрывать Дрю Джордана. Возмущенный тем, что Дрю теперь его отсылает, он заказал себе еще один «вулкан» и принялся пить, даже не дожидаясь, пока улетучится голубой парок. «Вулкан» ударял в голову, ну и черт с ним, он хотел этого.

Даже если его услуги здесь не требовались, Ейл решил задержаться в «Алмазной шахте» на несколько дней и осмотреться. Он рассудил, что не помешает передать Шефу собственное впечатление о том, как продвигаются дела у Дрю, а также со своей стороны описать посетителей «Шахты». Он слышал, что у Спайдера работают самые красивые проститутки в Галактике. Встреча с одной такой могла бы послужить для Ейла дополнительным прикрытием. Решив, что он вполне имеет право расслабиться и развлечься каким-нибудь экзотическим способом, он остался в баре, чтобы спокойно напиться.

Частные апартаменты находились на верхнем этаже, и едва Чейз вышел из лифта, его встретил Андре. Он был одет в такую же голубую рубашку и свободные брюки, как и весь обслуживающий персонал в «Алмазной шахте».

— Пожалуйста, идите за мной. Я покажу вам вашу комнату. Мне сказали, что вы придете раньше, и я уже на чал волноваться, не заблудились ли вы.

Подобно многим служащим Спайдера, Андре был светловолос и голубоглаз, но на этом сходство кончалось. Он не был крепким и мускулистым, а скорее просто стройным и двигался изящно, как танцор, его жесты были легкими, как порхание бабочки. Сначала Чейз удивился, как мог такой женоподобный субъект попасть на службу к Спайдеру, но быстро сообразил, что цель подобного выбора — оградить Айвори от более агрессивных мужчин Чейз отметил про себя этот факт, показывающий, заботу Спайдера о добродетели своей дочери.

— Как же здесь можно заблудиться? — спросил Чейз с добродушной улыбкой. — Разве здесь нет подходящей аппаратуры для слежки? И служба охраны, наверное, достаточно наблюдает за всеми, где и кто находится.

Удивленный вопросом Чейза, Андре тоже улыбнулся, показав маленькие острые клыки.

— Наше оборудование слишком сложно, чтобы в нем разбирался такой человек, как я. Но здесь у нас можно потеряться и по-другому.

Чейз сообразил, что имеет в виду Андре, и кивнул:

— Для других — может быть, но меня девочки Летней Луны не интересуют.

Андре явно смутился. Толстый темно-синий ковер заглушал звуки их шагов, а его шаги были такими легкими, как будто он шел, пританцовывая.

— Это касается только ее девочек или женщин вообще?

Чейз не стал ждать, пока Андре предложит ему соответствующую мужскую дружбу, которую он, похоже, был готов завязать.

— Извини, Андре, мне определенно нравятся женщины. И здесь меня интересует только одна, это Айвори.

Они миновали столовую с изящными фресками, в которой Чейз завтракал этим утром, потом просторное фойе.

Коридор разветвлялся здесь направо и налево, и вдоль него Чейз успел насчитать восемь дверей, прежде чем они подошли к последней комнате слева. Андре набрал код, открывающий дверь, и вручил Чейзу карточку с последовательностью цифр, чтобы тот мог попадать в свою комнату самостоятельно.

— Шансы угадать гораздо выше в казино, чем здесь, — пояснил Андре, лукаво улыбаясь.

Чейз рассмеялся:

— Посмотрим.

Он вошел в комнату первым и с удовольствием обнаружил, что две стены ничем не заняты и сделаны из прозрачного пластика; за ними открывался эффектный вид заполненного звездами космоса Ковер был темно-синим, как и в коридоре, такими же были покрывало на кровати и полотенца в ванной Вся обстановка была как и на любой базе, но отличного дизайна В дополнение к кушетке здесь еще было удобное кресло с откидной спинкой, в котором можно было посидеть и расслабиться, стоял стол и над ним экран, на который можно было вызвать что-то по своему вкусу из обширного набора развлечений. Однако Чейз сомневался, что эта комната понадобится ему для чего-то еще, кроме отдыха и сна. Андре открыл шкаф:

— Ваш багаж находится здесь. Я взял на себя смелость предложить вам костюм для сегодняшнего вечера. Когда будете готовы, пожалуйста, присоединяйтесь к остальным в фойе.

Чейз зевнул и потянулся:

— У меня есть время вздремнуть?

— Да, конечно. Обед накроют не раньше чем в девятнадцать сто Если что-нибудь понадобится, позвоните, звонок возле двери. Пока я здесь, могу предложить вам что-то еще?

Андре, похоже, был не прочь предложить свои личные услуги, но Чейз покачал головой и закрыл за ним дверь. Он устал, но, прежде чем прилечь, быстро осмотрел комнату на предмет подслушивающих устройств. Нимало не удивившись, он обнаружил камеру, умело запрятанную в панели управления экраном Местонахождение микрофона было так же хорошо замаскировано, но для человека с такими способностями, как у него, не составляло большого труда ее найти. Тщательный осмотр ванной показал, что она чиста, и, успокоившись, что за ним теперь не будут постоянно следить, Чейз завел часы, чтобы они разбудили его через час, лег на кушетку и заснул.

Он проснулся при первом же писке будильника, принял душ, побрился, обвязал полотенце вокруг талии и затем заглянул в шкаф, чтобы посмотреть, что ему предложили в качестве одежды для вечера. Он обнаружил там темно-зеленую военную форму, украшенную золотыми галунами и тремя звездами генерал-лейтенанта. Она была ему впору, но он не мог поверить, что Спайдер действительно хочет видеть его в таком наряде. Он нажал звонок, и почти немедленно появился Андре.

— Вы ошиблись. Мне дали не ту одежду, — объяснил Чейз.

Андре бросил восхищенный взгляд на мускулистый торс Чейза, вытащил из кармана аккуратно сложенный список и сверился с ним.

— Нет, Спайдер действительно просил дать именно эту форму. Моя ошибка в том, что я не предупредил вас: ему больше нравятся особые костюмы, а не обычная одежда. Вечер становится гораздо более праздничным, если каждый изображает кого-то, как на маскараде. У нас большой выбор костюмов, но Спайдер любит делать своим гостям сюрпризы, оставляя право выбора за собой.

— Сейчас он именно так и делает?

В других обстоятельствах Чейз вернул бы форму Андре и надел бы свой обычный костюм, но он не стал самоутверждаться. Теперь от него ожидали, чтобы он энергично начал выполнять приказ Спайдера и искать расположения Айвори.

— Ну что ж, меня никогда не привлекала военная служба, но я думаю, что могу стать генералом на один вечер.

— В этом и состоит идея Спайдера. Это просто правила игры, которые здесь приняты.

Пират, занимающийся вооружением мирных областей Галактики, любит переодеваться в маскарадные костюмы — эта мысль поразила Чейза и показалась ему абсолютно абсурдной. Однако, отпустив Андре, он нарядился в свою красиво скроенную форму, которая, как оказалось, удивительно хорошо на нем сидела. Интересно, кем был последний человек, надевавший ее? Хотя, если подумать, вряд ли ему действительно хотелось это знать. Он погасил свет и спустился в фойе. Войдя, он едва смог скрыть свое разочарование: Айвори здесь не было.

Маленький светловолосый человек, одетый как Наполеон Бонапарт, отставил свой напиток и поздоровался:

— Добрый вечер. Меня зовут Эвери Бергер. Зная вкус Спайдера при выборе гостей, полагаю, я должен был бы узнать вас, но, боюсь, ваше лицо мне незнакомо.

— Тот самый Эвери Бергер? — переспросил Чейз, не ожидавший встретить здесь известного поэта, лауреата Нобелевской премии.

— Ну да, конечно, — подтвердил поэт, — но вы не ответили на мой вопрос, генерал. Интересно, кто вы такой?

Еще до того, как гениальность Эвери оценил Нобелевский комитет, его прекрасные, утонченные стихи хвалили критики, и они были необыкновенно популярны среди публики. Чейз помнил некоторые из них. Он не стал смущать его, цитируя их, но тем не менее встреча с любимым поэтом внушила ему нечто вроде благоговейного трепета.

— Это большая честь для меня познакомиться с вами, — начал он. — Но я сам простой пилот, и у меня нет никаких особых заслуг ни перед кем, кроме самого себя.

Он радостно улыбнулся, когда увидел, что к ним присоединяется Айвори.