– Ты хорошо подготовилась, – одобрительно заметил он, принимая у нее оружие. – Но откуда у тебя бойцы, которые прикрывали наш отход?
– Это люди Хамида Ахмадова.
– Хамида Ахмадова, – повторил Ахмед. Он определенно уже слышал от нее это имя. И память не подвела его и на этот раз. —Того, кто казнил предателей-чеченцев, продавшихся русским? Весьма изобретательный и, главное, решительный полевой командир. Такими и должны быть настоящие моджахеды. Ты выбрала себе хорошего помощника.
В ответ Мадина презрительно усмехнулась:
– Он запросил два миллиона долларов за содействие в твоем освобождении, иначе ни за что не соглашался дать мне своих людей.
– Вот как? – глаза духовного вождя и командира шахидов «Аль-Кайды» грозно прищурились. – Я всегда считал, что из чеченцев не выйдет истинных воинов джихада. В них нет настоящей веры. Да любой воин нашей Организации посчитал бы за счастье участвовать в освобождении своего лидера.
Он рассчитывал, что его слова вызовут у Мадины ответное негодование и возмущение корыстолюбием чеченского полевого командира. Но вместо этого она подошла к нему и, опустив взгляд, тихо сказала:
– Ахмед, мне больно это говорить, но я должна сообщить тебе… – она сбилась, не закончив фразу, но затем, приняв окончательное решение, заговорила твердым, хорошо поставленным голосом: – Руководству Организации стало известно о твоих контактах с американцами. О том, что ты уже давно сотрудничаешь с американской разведкой и получаешь за это деньги. Решением остальных членов Совета ты лишен своей должности в руководстве Организацией, а твое имущество и банковские счета конфискованы. Правда, чтобы избежать огласки этого факта, решение принято втайне от остальных членов Организации, —добавила Мадина, словно это дополнение в корне меняло ситуацию.
Ее слова поразили Ахмеда как гром среди ясного неба. Нет! Как секира палача, обрушившаяся на его шею! В сущности, так и есть. Исключение из членов Совета Организации и конфискация имущества – это фактически вынесенный смертный приговор. И уже наверняка назначены палачи, которые приведут приговор в исполнение… Но что с того, что он был связан с ЦРУ?! Еще неизвестно, кто с кем сотрудничал! Разве от этого он стал меньшим сторонником всемирного Джихада?! Хоть раз проявил трусость и мягкотелость?! Чем же тогда его контакты с ЦРУ пошли во вред движению?! Да, его шахиды не сражались с американцами, когда те высадились в Афганистане, но разве это могло спасти талибов от поражения?! Зато сколько подготовленных им акций прошли успешно, и все исключительно потому, что планировались на основании информации, полученной от ЦРУ! Но кого в руководстве Организации заинтересуют его объяснения? Да и кто будет их слушать после того, как Совет признал его связь с врагом и вынес по этому поводу свое решение? Лишен денег и власти. Он больше не лидер «Аль-Кайды»! Он никто. Ходячий труп. От Карающего Ахмеда осталось только его грозное имя.
Ахмед в ярости взглянул на Мадину:
– Это русские! Только они докопались до связей с американцами. Ведь последнюю акцию в России разработало и от начала и до конца координировало ЦРУ. Это русские свиньи через своих агентов или Аллах знает как сообщили членам Совета о моих контактах с ЦРУ! И, клянусь Аллахом, они поплатятся за это!
Мадина настойчиво потянула его к привязанным в кустах лошадям.
– Нам повезло, что русские убили людей Хамида. Теперь у нас четыре лошади. Меняя их, мы сможем скакать всю ночь и к рассвету будем уже далеко. А потом я проведу тебя по известному мне маршруту через границу в Грузию.
Но Ахмед резко вырвал у Мадины свою руку:
– И что я там буду делать?! Без денег и моих людей!
– Но с тобой буду я. И я помогу тебе вернуть деньги и все остальное, что… Что у нас отняли, – закончила Мадина, заменив в последней фразе слова «ты потерял» более уместными.
В ее словах, а главное, во взгляде было столько уверенности, что Ахмед даже устыдился охватившей его паники… Она права, тысячу раз права. Он не должен раскисать. Еще никому не удалось запугать Карающего Ахмеда, не удастся и впредь. Все то время, что он находился в российском плену, он думал о том, что сделает, когда окажется на свободе. Разрабатывал план своей мести, потому что с того момента, как он оказался в российской тюрьме, его главной целью стала месть. Месть тем, кто бросил его в застенок и сорвал подготовленную им акцию, которая по своим масштабам должна была затмить все предыдущие акции «Аль-Кайды», включая воздушную атаку нью-йоркского торгового центра. Но теперь на первый план встала проблема денег. Никакую акцию невозможно провести без предварительной подготовки и соответствующего финансирования. И чем она масштабнее, тем больше денег требуется на подготовку. К тому же он не собирается ограничиваться единичной акцией. Серией демонстративных актов можно привлечь к себе новых сторонников и вновь встать во главе движения… Конечно же! Ему нужна своя собственная организация, где он будет единоличным лидером. На создание такой организации потребуются колоссальные деньги, но… он знает где и, главное, как эти деньги добыть.
На застывшем лице Карающего Ахмеда прорезалась таинственная улыбка. Решительным движением он забросил за спину полученный от Мадины автомат и вскочил в седло.
– Едем! Только не к границе, а в лагерь Ахмадова.
Мадина недоуменно взглянула на мужа. Его намерение выглядело не только нелогичным, но и рискованным. Освободившись из плена российских спецслужб, он мог оказаться в заложниках Хамида.
– Ахмадов тут же потребует те два миллиона долларов, что я пообещала ему за помощь в твоем освобождении, – напомнила она.
– Он их получит! – к поляной неожиданности Мадины, заявил Ахмед.
Если он не ошибается в психологии Ахмадова, тот алчен до власти и денег. Значит, станет ему надежным союзником. А опыт бывшего чеченского гэбиста пригодится в реализации его плана. Мадина хоть и женщина, но жаждет того же. Значит, у него уже два последователя. А будут и другие. Обязательно будут. Трепещите, неверные! Карающий Ахмед уже простер к вам свою сокрушающую десницу.
14. ПОМОЩНИКИ
С плохо утрамбованных стен на пол землянки и на установленный посередине самодельный стол осыпалась земля. Под потолком, сложенным из деревянных жердей, накрытых свежесрубленными ветвями, висел керосиновый фонарь, заправленный самопальным бензином. При генерале-президенте Хамид получал долю доходов от реализации бензина и солярки с грозненской нефтебазы. Сейчас ограничивается контролем за работой нескольких перегонных мини-заводиков, где предприимчивые чеченцы производят бензин из сливаемой из трубопроводов нефти. От запаха несгоревших паров бензина, который в непроветриваемой землянке чувствовался все острее и острее, у Мадины начала кружиться голова. Если бы это было возможно, она бы уже давно выбралась на воздух. Но сейчас, когда Ахмед полностью завладел вниманием Хамида, этого делать никак нельзя, чтобы не нарушить установившуюся между ними атмосферу откровенности. Ничего, она согласна потерпеть. Лишь бы Ахмед добился своей цели. Тем более что это их общая цель.
Тряхнув головой, Мадина вынырнула из полуобморочного состояния и вновь услышала размеренный голос Ахмеда.
– … для выполнения этого плана потребуются управляемые реактивные снаряды большой мощности с лазерным наведением и лазерный целе-указатель. Ну и, конечно, грамотные и бесстрашные воины, прежде всего квалифицированный минометчик.
В заключительной части изложения своего плана Ахмед неотрывно смотрел в лицо сидящего напротив него полевого командира. Хамид же, наоборот, постоянно отводил глаза. Стремясь скрыть свою неспособность противостоять пристальному взгляду исламского лидера, Ахмадов старательно делал вид, что внимательно разглядывает атлас российских автодорог, на котором, за неимением топографической карты, Ахмед изредка делал необходимые пояснения. Он боится показать Ахмеду свою слабость, – сообразила Мадина, наблюдая за поведением Ахмадова. Она незаметно усмехнулась. Никто не может выдержать взгляда Ахмеда, когда он вот так пристально смотрит в глаза. Но Хамид, конечно, этого не знает и упорно старается демонстрировать Ахмеду свою независимость. При этом даже не догадывается, что в разговоре Ахмед, как пастух овцу, ведет его за собой, и все его ответы заранее предрешены…
Когда они посреди ночи прибыли в его полевой лагерь вдвоем, без сопровождения выделенных в помощь Мадине ахмадовских телохранителей, Хамид отнесся к их появлению весьма настороженно. По требованию Хамида их сейчас же окружили его бойцы. Но уже первой произнесенной фразой Ахмед перехватил инициативу у полевого командира. Сначала он заинтриговал Хамида и для дальнейшего разговора увел его в штабную землянку, где их не могли подслушать посторонние. Хамид сам предложил продолжить разговор в землянке и даже не догадался, что к этому решению его искусно подвел Ахмед. Теперь он жадно внимает Ахмеду, а когда тот закончит, будет изображать глубокое раздумье, хотя и так очевидно, что он согласится. Да он уже согласился, иначе бы не старался так произвести на Ахмеда лучшее впечатление. Вон как вспыхнули его глаза, когда Ахмед назвал сумму, которую он намерен выбить из российского правительства. Еще бы! Даже за в сотню раз меньшую сумму Хамид готов продать отца, мать и всех своих родственников… Внезапно Мадина задумалась. Фактически она сделала то же самое. И что в итоге? Стала женой Ахмеда, но и только. Вот уже несколько лет, не щадя себя, она помогает ему в его деле. И даже вытащила его из тюрьмы, когда его взяли в плен российские спецназовцы. Но при этом Ахмед никогда не делал ей такого предложения, какое сделал сейчас Хамиду. Чем заслужил Хамид такое расположение? Ведь Ахмед намерен сделать его своим первым помощником в руководстве новой организации… Мадина с ревностью взглянула на Ахмадова, но тот, внимающий словам Ахмеда, не заметил ее завистливого взгляда.
– С бойцами проблем не будет, – поспешил ответить «бригадный генерал», когда Ахмед закончил свою речь и вопросительно взглянул на него. – С такими деньгами мы сможем нанять самых лучших.
Мадина едва заметно усмехнулась: своим «мы» Хамид причислил и себя к организаторам предстоящей акции. А Ахмадов тем временем продолжал:
– Есть у меня на примете и первоклассный минометчик. Как раз такой, какой нужен. Рамзан Гадаев из Чири-Юрта. Закончил артиллерийское училище, командовал минометным взводом. До того, как Джохар объявил независимость Чечни, Рамзан служил где-то на Дальнем Востоке. А когда мы начали формировать национальную гвардию, вернулся назад. В первой войне с русскими отлично себя показал, особенно в боях за Грозный. Его минометчики столько русских танков и бронемашин сожгли, на целый механизированный батальон хватит. Ну и солдат выкосили изрядно. Джохар даже хотел назначить Гадаева командующим всей артиллерии национальной гвардии. Да уж слишком тот молод. После победы в 96-м Рамзан уехал в свое село. Создал и возглавил там отряд самообороны. Если бы не старейшины, ох и дали бы его бойцы русским в нынешней войне. Но старики решили не связываться с русскими. Испугались зачистки, вот и сдали село без боя. Пришлось Рамзану отойти на время от ратных дел. Хотел я его в свой отряд взять. Два раза гонцов посылал. Да только жаден стал Рамзан. Больших денег за свои услуги требует. А откуда у меня большие деньги? Но если ему хороший куш пообещать – согласится. На все согласится. Уж я-то знаю, – закончил Ахмадов с ехидной улыбкой.
Ахмед одобрительно кивнул:
– Вижу, что не ошибся в вас, генерал. Вы отлично знаете свою страну и своих людей. Но кроме бойцов, нам понадобится и уникальное оружие.
Лицо Ахмадова приняло задумчивое выражение.
– Есть у меня на примете один человек, русский офицер. В прошлую войну он помогал нашим с оружием. За деньги, конечно, – «бригадный генерал» рассмеялся. – Весьма неплохо на этом заработал. Сейчас он большой человек, начальник дивизионного склада арттехвооружения в Ростовской области, полковник. Думаю, на его складе есть то, что нам нужно.
– Свяжись с ним! – от возбуждения Ахмед даже перешел на «ты». – Обещай любые деньги! Нам никак не обойтись без этих реактивных снарядов!
– Думаю, мне удастся уговорить русского, – ответил Хамид. – Но за свой товар он потребует живые деньги. Не тогда, когда все будет закончено, а уже сейчас.
– Что ж, – Ахмед развел руками. – Это законное право продавца: требовать оплаты в момент передачи товара. Но это вполне разрешимая проблема. —Ахмед повернулся к Мадине и, улыбнувшись ей, осведомился: – Не так ли?
Мадина ответила мужу такой же улыбкой… Он понимает и признает, что она необходима ему. Необходима не меньше, чем Хамид и его люди. И в той Организации, которую Ахмед создаст на деньги, полученные в качестве выкупа от российского правительства, она также будет нужна ему. Он не сможет без нее обойтись и сделает, обязательно сделает, таким же ближайшим помощником, как и «бригадного генерала» Ахмадова. И еще неизвестно, кто из них двоих окажется для Ахмеда полезнее и ценнее.
15. ЖАРКИЙ ДЕНЬ
Она проснулась резко и сразу, словно и не было еще мгновение назад глубокого сна. Мадина открыла глаза и несколько секунд, не шевелясь, прислушивалась к звукам в доме и во дворе. Дом был маленький, хотя и двухэтажный. С чего это хозяйка назвала его большим? Видимо, чтобы поднять цену за аренду. Хотя запрошенная ею цена оказалась вовсе не высокой. Вот и Хамид торговался с ней только для вида.
– Спи, еще рано, —донесся рядом голос Ахмеда.
Он прав. Сегодня ключевой день, требующий от всех предельной собранности и внимания. Поэтому необходимо как следует отдохнуть, чтобы набраться сил. Но она уже достаточно отдохнула и чувствует себя в прекрасной форме. Так чего зря валяться? Мадина осторожно, чтобы не тревожить лежащего рядом Ахмеда, откинула край покрывала и поднялась с дивана. Судя по тишине в мансарде, Хамид и его люди еще спят. Тем лучше, значит, она сумеет спокойно одеться и привести себя в порядок. Скинув с себя просторную мужскую футболку, которую она надевала вместо пижамы, Мадина натянула плотно облегающую майку-безрукавку из серии бесшовного белья. Такая майка позволяла обходиться без бюстгальтера, отлично поддерживая грудь, и выгодно подчеркивала достоинства спортивной фигуры Мадины.
Чтобы добраться до повешенных на спинку стула джинсов, пришлось сделать несколько шагов по полу, и старые рассохшиеся половицы сейчас же предательски заскрипели. Мадина недовольно поморщилась. Любые звуки, выдающие ее присутствие, вызывали у нее раздражение. Мерзкий дом, которому давно пора на свалку вместе с его старой хозяйкой! Мадина проворно влезла в джинсы, перетянула волосы резинкой, оставленной с вечера на обеденном столе, и, прежде чем выйти во двор, взглянула на себя в старое зеркало, стоящее здесь же, на столе. Каприз? Вовсе нет. Красота —дополнительное оружие женщины. И она должна удостовериться, что это оружие по-прежнему при ней, тем более что в полевом лагере Хамида у нее не было такой возможности. Осмотрев себя в анфас и профиль, Мадина удовлетворенно кивнула. Новое лицо, сотворенное датскими хирургами-пластиками, выглядело безупречно. При самом пристальном изучении Мадина не обнаружила на нем ни одной морщинки. Продолжая любоваться своим отражением, Мадина гордо вскинула голову. Все-таки она чертовски хороша собой! Не случайно Рамзан не сводит с нее своего пристального взгляда. В отряде Ахмадова так же влюбленно смотрел на нее Руслан…
Несмотря на раннее утро, во дворе было уже тепло. Мадина подняла голову к ярко-голубому безоблачному небу и сейчас же зажмурилась от слепящего глаза яркого солнца. С тех пор как они поселились на этой даче, а может, и раньше, в области стояла редкая жара. И новый день обещал быть жарким, как и все предыдущие. Мадина опустила глаза и усмехнулась. Ну уж нет. Этот будет жарче вдвойне. Надев и быстро зашнуровав оставленные на крыльце кроссовки, Мадина спустилась с крыльца. И все-таки хорошо, что выбрали именно эту дачу. Хамид нашел ее в разделе объявлений о сдаче внаем загородных домов. Старая подслеповатая хозяйка вряд ли сумела запомнить супружескую чету, на пару недель арендовавшую ее дачу. Да и прочие дачники, похоже, не проявляют интереса к своим новым соседям. Тем не менее Ахмед строго-настрого запретил людям Хамида без своего разрешения выходить из дома, а оправляться в ведро. Правда, это его последнее распоряжение выполняют только Юсуп и Арсен – боевики из отряда Хамида. Рамзан же, как Ахмед с Хамидом и сама Мадина, пользуется туалетом, выстроенным в глубине сада, да и во двор выходит, когда ему вздумается. По словам Хамида, он первоклассный минометчик и, видно, знает себе цену. Только зря он так ведет себя с Ахмедом, нарушая его приказы. Ахмед никому не прощает неподчинения.
Пройдя по утоптанной дорожке, Мадина скрылась в глубине сада, где располагался покосившийся от времени дощатый туалет. Когда она вышла оттуда и направилась обратно, то увидела стоящего возле умывальника Рамзана. Услышав, что она встала, он вышел вслед за ней во двор, чтобы в очередной раз поглазеть на нее. Молодой чеченец был в одних тренировочных штанах и растоптанных шлепанцах на босу ногу. Узловатые мышцы бугрились на его торсе. Рамзан держал в руках ведро свеженабранной воды и, глядя на Мадину, широко улыбался. У него была отличная, атлетически сложенная фигура, черные, необычайно густые волосы, которые он с пробором зачесывал на правую сторону, и такие же черные пронзительные глаза. Мадина не могла это не оценить.
– Полить, красавица? – обратился он к ней, когда она подошла ближе.
Мадина усмехнулась в ответ и молча подставила для умывания руки. Приподняв ведро с водой, Рамзан стал широкой струей лить воду на ее ладони. Чтобы не забрызгаться, Мадине пришлось низко наклониться. Она почувствовала, как Рамзан буквально гложет взглядом ее обтянутую плотным трикотажем спину и обозначившиеся под джинсами ягодицы. Мадина неторопливо довела процедуру умывания до конца и лишь после этого распрямилась. Рамзан тут же поставил на землю ведро и, сорвав с крючка, протянул ей висящее возле умывальника полотенце. Но едва она протянула руку за полотенцем, как Рамзан обхватил ее руками и прижал к себе. От неожиданности Мадина даже не попыталась сопротивляться. А Рамзан уже торопливо шептал ей в ухо:
– Ты именно та женщина, которая мне нужна! Я понял это, как только увидел тебя! Ну, не противься, ведь я же вижу, что нравлюсь тебе…
Рамзан тяжело задышал, и Мадина почувствовала, как его рука, скользнувшая по ее боку, стиснула через ткань футболки ее грудь. Но она не оттолкнула Рамзана, потому что, несмотря на грубость, его действия вовсе не были ей неприятны.
Рамзан дышал ей в ухо:
– Бросай своего старика! Ведь он же не любит, а только использует тебя. И давай, когда все закончится, смоемся куда-нибудь вдвоем. Только ты и я! Твой старик с Хамидом обещали мне десять лимонов за работу. Даже без твоей доли мы отлично устроимся в любой стране, в какой ты только пожелаешь!
Мадина криво усмехнулась: как ограниченны мечты этого человека. Рамзан истолковал ее усмешку по-своему:
– Не думай, им меня не кинуть. У меня счет в стамбульском банке. Так что твоему старику и Хамиду не удастся прикарманить мои денежки. Ну, не противься… —Ласки Рамзана становились все настойчивее. Не удовлетворившись тисканьем ее груди через ткань, он запустил ладонь под футболку Мадины и буквально впился пальцами в ее кожу. – Только я сделаю тебя по-настоящему счастливой и богатой, – зашептал он, запуская руку все глубже и глубже.
Мадина ребром ладони резко ударила его по руке. Рамзан скривился от боли и выдернул руку. Мадина усмехнулась ему в лицо и гордо произнесла:
– Одними деньгами и похотливыми обещаниями меня не купить. Я стою большего, много большего. Вот так.
Она провела ладонью по растерянному и недоуменному лицу отвергнутого любовника и, обойдя Рамзана, скрылась в доме.
В комнате ее встретил Ахмед. Уже полностью одетый, он сидел на диване и смотрел на Мадину насмешливым взглядом.
– Ну и как тебе наш ас-минометчик? – обратился он к ней по-арабски.
Мадину бросило в жар. Она готова была поклясться, что Ахмеду доподлинно известно то, что минуту назад произошло между ней и Рамзаном. Но откуда?! Ведь он не выходил из дома и, следовательно, не мог видеть сцену возле умывальника и слышать их разговор. Но с чего тогда этот вопрос и переход на арабский, которого Рамзан не знает? Мадина поняла, то лгать Ахмеду бесполезно, но и сказать всей правды не решилась.
– Жаден и глуп, – быстро ответила она, также перейдя на арабский. В конце концов, именно такое сложилось у нее сегодня мнение о Рамзане.
Услышав ее ответ, Ахмед снисходительно улыбнулся и произнес:
– Ты слишком строга к нему, – чем чрезвычайно удивил Мадину. —Далеко не все к тридцати годам приобретают такой жизненный опыт, как ты. Но свое дело он твердо знает. Это большая удача, что мы нашли такого минометчика.
Мадина вспомнила, как Рамзан велел усилить пол в кузове «КамАЗа» и прорезать окно в крыше, закрываемое быстросъемным тентом. Даже очевидная мысль о кране, о котором никто не вспомнил, и то принадлежала ему.
– Он говорил, что вы с Хамидом обещали ему десять миллионов долларов за его работу. Ты действительно собираешься выплатить ему эти деньги? – поинтересовалась у Ахмеда Мадина и тут же укорила себя за излишнее любопытство.
Но Ахмед, похоже, пребывал в благодушном настроении:
– В нашей борьбе следует использовать не только шахидов, но и таких беспринципных наемников, как этот бывший российский офицер. Если он подтвердит свою квалификацию в предстоящем деле, его можно будет использовать и в дальнейшем. А десять миллионов долларов – не такая уж большая плата за его работу.
В этот момент заскрипела ведущая на второй этаж лестница, и на нее из мансарды выбрался Ахмадов. Вперив в беседующих супругов свой заспанный взгляд, он произнес:
– Пора завтракать.
Ахмед кивнул и, перейдя на русский, обратился к Мадине:
– Накрывай на стол.
После завтрака Хамид с Рамзаном на джипе Хамида отправились за краном. Мадина и не подозревала, что «бригадный генерал» Ахмадов владеет целым парком различных автомобилей, которые находятся у его доверенных людей в селах Урус-Мартановского и Шалинского районов. Когда им потребовалось выезжать из Чечни, люди Хамида пригнали ему внедорожник «Мицубиси-Паджеро» и большегрузный полноприводный «КамАЗ», а также привезли несколько комплектов автомобильных номеров с сериями различных регионов России и необходимые для проезда по российским дорогам документы. Правда, автокрана в парке ахмадовских автомобилей не оказалось, но эту проблему Хамид тоже взял на себя.
Он вернулся назад после четырех часов, взволнованный, но довольный. Войдя в дом, первым делом зачерпнул ковшом из ведра колодезной воды и принялся жадно пить, напившись, отложил ковш и сказал:
– Все! Полковник назначил место встречи. Бывший глиняный карьер километрах в сорока отсюда. Он обещал быть там в шесть вечера. Рамзан сам подъедет туда на автокране. А нам надо спешить. – Ахмадов снова потянулся к ковшу, в котором осталось еще немного воды, но, видно, передумал пить и добавил: – Предупредил, чтобы я был один. Боится.
Слушавший его слова Ахмед кивнул в ответ:
– Когда цена сделки полмиллиона долларов, риск тоже велик. Русский это понимает. Поэтому и велел тебе прийти одному, а сам наверняка позаботился о своей охране.
– Я справлюсь, – подала голос Мадина, решив, что последняя фраза Ахмеда адресовалась ей, и опять ошиблась.
– Не сомневаюсь, – даже не взглянув на нее, произнес Ахмед. – Меня беспокоит другое. Как бы этот русский полковник вообще не приехал на встречу без товара, рассчитывая убить тебя, – он поднял взгляд на Хамида, – и забрать предназначенные для оплаты деньги.
У Ахмадова расширились глаза. И Мадина увидела, что он заметно побледнел, а в изменившемся голосе отчетливо прозвучали нотки страха.
– Н-не должен, —дрогнувшим голосом пробормотал Хамид. – П-прежде такого никогда не было.
– Разумеется, —Ахмед улыбнулся. – Раз ты все еще жив.
Но уже в следующее мгновение Ахмед вновь стал серьезен и продолжал:
– Если полковник потребует показать деньги, покажешь ему «куклу», – он указал взглядом на стоящую в углу спортивную сумку, набитую пачками резаной бумаги, прикрытой с обеих сторон фальшивыми стодолларовыми купюрами. Мадина потратила полдня на изготовление «куклы», разрезая страницы какого-то литературного журнала и соединяя нарезанные листки в пухлые «долларовые» пачки. Зато и «куклы» получились что надо, практически неотличимые на глаз от реальных денег.
– Только не давай ему сумку в руки, – продолжал инструктировать Хамида Ахмед. – Покажешь и сразу закрывай. И все время держи ее при себе, пока не получите товар.
Ахмадов проверил за поясом «ПМ», потом отошел в угол и повесил на плечо сумку с долларовой «куклой». По команде Ахмеда Юсуп с Арсеном принялись перетаскивать в джип собранное в дорогу снаряжение. Пока они грузили в багажник баулы, Мадина приподняла диванное сиденье и достала из бельевой ниши завернутую в полотно СВД и отличающийся высокой пробивной способностью «ТТ» в набедренной кобуре. Подобрав следом за оружием пакет с упакованным в него милицейским камуфляжным комбинезоном, она обратилась к Ахмеду:
– Я переоденусь в машине.
Ахмед понимающе кивнул, а Хамид заторопил ее:
– Да-да, у нас мало времени, – и буквально вытолкал за дверь.
Следом за ней вышел Ахмед. Хамид покинул дачу последним. Он тщательно запер дверь дома и дачные ворота и лишь после этого уселся за руль своего джипа. Ахмед занял переднее пассажирское сиденье. Мадина расположилась на заднем, рядом с Юсупом и Арсеном. Снайперскую винтовку и пакет с комбинезоном, куда пришлось положить и пистолет, она пристроила у себя на коленях.
Ахмадов запустил двигатель, и машина тронулась. Через четверть часа на обочине промелькнул дорожный указатель Батайска, а еще через пять минут Хамид подъехал к платной стоянке для большегрузных автомобилей, на которой оставил «КамАЗ». За грузовиком он отправился один, чтобы не вызывать у охраняющих стоянку сторожей лишних подозрений. Когда выехавший со стоянки «КамАЗ» поравнялся с оставленным на обочине джипом, Мадина вместе с комбинезоном и оружием выскользнула из внедорожника и проворно забралась в кабину грузовика.
– Сторожа интересовались, чего это я не забирал машину столько дней, – недовольно буркнул Хамид. – Пришлось сочинить им байку про отсутствие на складе нужного товара. Вот только поверили или нет – не знаю.
Мадина не ответила. Чужие проблемы ее не интересовали. Сидя на сиденье, она расшнуровала кроссовки и, сняв их, стянула с себя джинсы. Хамид покосился на ее голые ноги, но Мадина не обратила на это внимания. Вынув из пакета милицейский камуфляжный комбинезон, она принялась влезать в него: вставила ноги в просторные штанины, влезла в рукава и наконец застегнула на груди «молнию» и многочисленные застежки-«липучки». Хамид сразу утратил к ней интерес и затянул нудный и совершено лишний для нее инструктаж:
– Ничего не предпринимай, пока я не подам тебе знака…
Мадина слушала его вполуха. Все действия еще накануне были неоднократно обговорены вместе с Ахмедом. В себе Мадина нисколько не сомневалась, чего не могла сказать о Хамиде. Несмотря на свою дьявольскую хитрость, прославленный «бригадный генерал» отнюдь не отличался храбростью, в чем Мадина уже не раз имела возможность убедиться. Ничего, – успокоила она себя. – Его роль в предстоящем действии отнюдь не главная.
За своими размышлениями Мадина не заметила, как «КамАЗ» свернул с оживленного загородного шоссе на какую-то второстепенную дорогу, а затем и вовсе съехал на грунтовку. Когда грузовик стал ощутимо раскачиваться на неровной дороге, преодолевая укатанные бугры и колдобины, Мадина сообразила, что заброшенный глиняный карьер, о котором говорил Ахмадов, уже близко. Вскоре грунтовка вывела к котловану, который Мадина сначала ошибочно приняла за глубокий овраг. На дне котлована стоял съехавший туда автокран. Возле автокрана Мадина увидела расхаживающего Рамзана и поняла, что они у цели. Хамид съехал в карьер вслед за Рамзаном и остановил грузовик возле его автокрана. Но Мадина, выглянув из кабины, велела переставить машины.
– Задействуем подсветку, – объяснила она Ах-мадову свое требование. – Надо поставить машины так, чтобы приехавшим продавцам заходящее солнце светило прямо в глаза.
Однако переставить машины не удалось. Едва Хамид взялся отогнать грузовик в указанное Мадиной место, как она услышала шум двигателя подъезжающего автомобиля. Схватив с сиденья винтовку и пистолет, Мадина бросилась прочь из кабины. К счастью, карьерные самосвалы утрамбовали своими колесами дно котлована и кроссовки Мадины не оставляли на сбитой в камень глине следов. Обогнув земляной отвал напротив спуска в котлован, Мадина упала на противоположный склон насыпи. Машина, приближение которой она услышала, уже въезжала в карьер. Мадина проворно пристегнула к правому бедру кобуру с пистолетом и расчехлила снайперскую винтовку. Внезапно двигатель подъехавшего грузовика смолк, и Мадина услышала незнакомый ей мужской голос:
Поделиться книгой: