Она попыталась высвободиться из его рук, но ее движения только больше разъярили его, его хватка усилилась, пальцы впились ей в плечи. - Пустите меня! - задохнулась она. - Если вы немедленно не уберете свои руки, я закричу!

Долгое время он смотрел ей в глаза, потом руки его опустились, и он ухмыльнулся.

Это слова Мэри-Джейн… А я-то удивился, почему они звучат так знакомо!

Энн не ответила м, нагнувшись, стала дрожащими руками подбирать страницы пьесы, стараясь дотянуться до листов, залетевших под стул. Ее рука столкнулась с его тонкой загорелой рукой, и она отдернула свою. Моллинсон поднялся на ноги с листком в руке.

– Вот вам еще один.

Не говоря ни слова, она взяла его и села за машинку.

Уголки его тонкого рта поднялись в улыбке.

– Все еще злитесь на меня?

– Нет.

– Злитесь. Я вижу по вашему лицу. Вы не очень хорошая актриса.

Энн ничего не ответила, но его последнее замечание вызвало появление лукавой ямочки на щеке.

– Так-то лучше, - сказал он и неожиданно подошел к серванту у стены. - Я выпью шерри, хотите присоединяться?

Почувствовав, что отказываться будет грубо, Энн взяла бокал. Он налил себе тоже и задумчиво присел на ручку кресла. В сером костюме из тонкой шерсти и белой распахнутой у ворота спортивной рубашке он выглядел моложе, чем когда-либо, и, пожалуй, счастливее. Хотя она не могла понять, создалось у нее это впечатление из-за небрежной одежды или из-за выражения его лица.

– Хотите сигарету? - Она взяла сигарету и наклонилась к его руке закурить. Ее опущенные ресницы бросали на щеки легкую тень. - Сколько вам лет? - неожиданно спросил он.

– Двадцать два.

Он пожал плечами.

– Иногда вы выглядите значительно моложе своих лет, а иногда гораздо старше. - Закурив сигарету, он сел, держа свой бокал в руке. - Мне жаль, что я взорвался, но до сих пор никто не критиковал меня до такой степени жестко.

– Я тоже очень сожалею. Я теперь понимаю, как нахально это выглядело. Он передернул плечами.

– У вас есть чувство диалога. Большинство людей лишено этого дара, да и вообще умения писать.

– Меня всегда интересовал театр. - Она увидела, что он смотрит на нее с любопытством, и поторопилась добавить:

– Конечно, с любительской точки зрения. Моя мачеха была.., очень увлекалась-была связана с местной труппой. Это было единственное, из-за чего мы не ссорились.

– Большинство женщин любит сцену, - саркастически заметил он. - Некоторые просто прирожденные актрисы.

– Ваши слова звучат цинично.

– У меня на это есть причина. Женщина, с которой я был помолвлен, сбежала с моим лучшим другом. Может быть, вы сумеете раскрутить вокруг этого романтическую историю?

Энн опустила глаза в бокал и решила держаться осторожно.

– Она была актрисой?

– Да. Вы сидели с ней за столом несколько дней тому назад.

Энн ошеломленно подняла голову.

– Миссис Браун? Я понятия не имела. Вы были.., так.., так небрежны с ней.

– А вы ожидали, что я буду ползать перед ней на коленях?

– Нет, конечно! - Энн поставила бокал на стол и внимательно изучала ковер. - А что произошло с вашим другом? Поженились они?

– Да. Но он был убит в Африке два года назад. К тому времени Сирина уже оставила его и пыталась сделать себе имя в Штатах. Когда ей это не удалось, она вернулась сюда и разыскала меня… Лучше синица в рукавице.., сами знаете.

По его виду трудно было понять, что он чувствует, и Энн подумала, не скрывает ли его ироничный тон разбитое сердце. Легко можно было себе представить, как должна была привлекать такая, похожая на фею, женщина. И хотя Энн чувствовала, что характер у нее неприятный, но ведь известно, как слепы мужчины, когда влюбляются. Она обернулась к нему, чтобы сказать это, но он снова заговорил.

– А как обстоят дела с вашими романами, мисс Лестер? Вы все еще поддерживаете контакт с агентством Мак Брайд?

– Пока без особого успеха, - солгала она. - Вы были лучшей кандидатурой в их регистрационных книгах. Жалко, что вы передумали. - Она помедлила и рискнула. - Хотя теперь я понимаю, зачем вы туда вообще пошли с самого начала.

– Неужели?

– Конечно. Вам не нужна была жена, мистер Моллинсон, вы собирали материал. По правде говоря, мне непонятно, почему вы не продолжали притворяться со мной. Подумайте, как я и мои рассказы могли быть вам полезны.

На его лице мелькнуло выражение осторожной сдержанности, он как-то напрягся.

– Полезны?

– Конечно. - Она сплела пальцы. - Где нашли вы такой тип, как Мэри-Джейн?

Какое-то мгновенье он молчал, и она, глубоко вздохнув, заставила себя расслабиться. Если бы он только признался, что использовал Розали! Если бы он признался хоть одним словом, что был не прав, поступая так с ней! Если бы он это сделал, она рассказала бы ему, кто она такая и почему она здесь. Но он молчал.

Часы на каминной полке отбили час, и он, подняв брови, посмотрел на шерри, которое еще держал в руке, покачивая бокал, так что рубиновая жидкость поймала солнечный свет и отбросила красноватый отблеск на его лицо.

– Откуда вообще берутся персонажи? - летаю после долгой паузы проговорил он. - Часто из жизни, часто это воображение, а часто - тяжелый труд за столом: сидишь и сочиняешь.

– Я уверена, что она - слепок с кого-то реального, - быстро сказала Энн.

Он опустошил свой бокал и снова подошел к серванту.

– Какое богатое воображение в такой белокурой головке. - Он обернулся. - Вот вас я бы с удовольствием вставил в пьесу. Не вас в действительности.., но кого-то в подобных обстоятельствах. Я вам дам премию, если вы это мне разрешите.

Она со злостью приготовилась печатать.

– Во мне нет ничего интересного.

– Конечно, есть. - Не реагируя на ее холодный тон, Моллинсон подошел к ней. - Я никак не могу в вас разобраться. Вы очень хорошенькая, но не можете найти себе приятеля. Вы общительная, но обратились в агентство, чтобы вас с кем-то познакомили. Что стоит за этим на самом деле? Какова была истинная цель вашего прихода к Мак Брайд?

Желание рассказать ему правду, повернуться и уйти стало таким сильным, что Энн изменилась в лице, и, увидев это и поняв по-своему, он проникся сочувствием.

– Я не собирался лезть вам в душу, - тихо произнес он.

Она с усилием подняла голову, взгляд стал нежным, а губы алыми и зовущими.

Никто из мужчин, которых я встречала в ходе обычной жизни, не мог дать мне то, что я хочу. А я хочу многого, - она глубоко вздохнула, - драгоценности и меха.., большой дом, машину. Какой обычный человек может дать мне это?

– Но мужчины, которые могут это дать, не ходят в агентство, чтобы найти женщину.

– Могут пойти, если они в годах. Пол в ужасе отшатнулся.

– Вы шутите? Не можете же вы всерьез думать о том, чтобы стать утехой старика?

– Как плохо вы знаете прекрасный пол, - бархатным голоском проворковала Эни. - Именно это я и собираюсь сделать. Если вам хочется знать, как продвигаются мои дела, я с удовольствием буду вам рассказывать и не буду возражать, если вы дадите мне премию, когда используете это в пьесе.

– Я теперь не уверен, что меня это интересует, - холодно ответил он и сел за свой стол. - Нам лучше начать работать.

Он продолжал диктовать ей весь день с небольшим перерывом на ланч и еще более коротким перерывом на чай. Он менял какие-то строчки диалога, вводил новые акты, сокращал сцены. Было гораздо позже восьми, когда он остановился, и Энн, вытащив последнюю страницу из машинки, стала читать и разгибать усталые пальцы.

– Это все на сегодня?

Подперев голову рукой, он задумался и не слышал ее, так что ей пришлось повторить вопрос, прежде чем он повернул к ей голову.

– Простите, я задумался. Да, это все. - Он бросил взгляд на часы. - Боже правый, я не обратил внимание на время. Вы должны были остановить меня.

– Мне не хотелось делать этого. Вы почти полностью переделали первый акт. Он стал гораздо лучше.

– Вы так говорите, потому что я принял одну или две из ваших идей.

Признание было сделано грубым тоном, но поскольку при его самолюбии ожидать чего-то другого не приходилось, она вспыхнула от удовольствия.

– Я все думала, признаете вы это или нет, мистер Моллинсон.

– Отчасти.., ваша критика замкнула цепочку моих размышлений. Что ж! Может, мне надо принести вам свои нижайшие извинения на коленях!

– Не стоит, - едко ответила она. - Смирение вам не к лицу.

Он сдвинул брови.

– Я все равно не удовлетворен Мэри-Джейн. Что-то в ней не так, но убейте меня, не могу догадаться, в чем дело.

– Потому что вы циник и видите в своих героинях лишь карикатуры.

– Разве? - Усталым жестом он взъерошил себе волосы. - Как я понимаю, вам тоже не очень нравится пьеса?

– Только из-за Мэри-Джейн. Его снова охватило раздражение.

– Может быть, вы хотите, чтобы я сделал ее блондинкой с зелеными глазами?

Она вспыхнула, и к ему снова вернулось хорошее настроение.

– Мне нравится вас дразнить, вы всегда так покупаетесь на подначку! А теперь перестаньте притворяться, будто занимаетесь машинкой. Оставьте ее в покое. Я повезу вас куда-нибудь поесть. Смизи уехала на уик-энд, а мне не хочется возиться.

– Я могу вам что-нибудь приготовить.

– Вы, наверное, устали.., и кроме того, я ненавижу хозяйственных женщин.

Энн не удивилась бы, если бы Пол Моллинсон привел ее в какой-то скромный непритязательный ресторанчик, но когда потом она анализировала происшедшее, поняла, что он такого никогда бы не сделал. Если он собирается поужинать в ресторане, то пойдет туда, куда хочет, независимо от того, будет ли с ним актриса, на которую он хочет произвести впечатление, или ничего не значащая для него секретарша.

Они поужинали в Дорчестере, сидя за круглым столиком на террасе в углу. Уже стемнело, и лампы в виде свечей лили мягкий свет на белые скатерти и листву живой изгороди, отделявшей их от Парк Лейн. Мимо проносились с шумом автобусы и автомобили, время от времени заглушая жужжание разговоров и музыку, доносящуюся из окон танцевального зала.

Так же быстро, как он делал все. Пол заказал обед и, только когда официант ушел, вспомнил, что не посоветовался с ней.

– Я сожалею, - коротко бросил он. - У меня совершенно это вылетело из головы. Но надеюсь, вы любите икру и цыпленка?

Энн собиралась уже ответить "да", когда неожиданно решила, что будет хорошо дать ему первый урок.

– По правде говоря, - сладким голосом ответила она, - икра кажется мне слишком соленой, а цыплят я просто не ем.

Тогда я верну официанта. - Пол поднял руку и официант немедленно подошел к ним. - Может мадам снова посмотреть меню.., она хочет заказать что-то другое.

Мгновенно перед ней на столе оказалось меню, и Энн притворилась, что изучает его.

– Я, пожалуй, заказала бы копченую селедку.

– Копченую селедку? - удивленно переспросил официант.

– Копченую селедку, - твердо повторила Энн, - поджаренную с помидорами.

– Мы подаем копченую селедку только на завтрак, мадам. Может быть, вы обратитесь в кафетерий?

Разговор взял в свои руки Пол.

– Леди хочет, чтобы ей подали копченую селедку на террасе.

– Но ее невозможно приготовить на нашей кухне!

– Мне все равно, где вы ее приготовите, - резко проговорил Пол, - лишь бы вы принесли ее.

– Хороню, сэр.

Официант исчез, а Пол положил руки на стол - Посмотрите на меня, мисс Лестер. Она подняла глаза на него.

– Да, мистер Моллинсон?

– Вы ведь на самом деле не хотите копченой селедки? Правда?

Быстрая ямочка появилась и исчезла у нее на щеке.

– По правде говоря, нет.