- Великий вождь, меня зовут Ник Калькер, я шериф этого городка. Прежде чем говорить о деле, я предлагаю выкурить трубку мира от имени наших народов.

- Ты правильно говоришь, белый человек, я слышал о тебе. Наши братья апачи зовут тебя Белым Бизоном. Я согласен с тобой.

- Он повернулся к стоящему за ним индейцу. - Быстрый Олень, принеси мою любимую трубку и мешочек с кинникинником.

Индеец вышел, но через минуту вернулся. Разжег трубку и подал ее Большому Медведю. Тот встал, выпустил дым на четыре стороны и сказал:

- Великий Маниту управляет нашими делами. Он создал и белых, и красных людей и наказал всем жить в мире. Да будет так. Хуг.

Трубку взял Калькер:

- Великий вождь сказал правду. Бог велел жить в мире. Белые люди и шайоны - братья и должны ими оставаться навсегда. Я все сказал.

...Женщины сидели на террасе и прислушивались к разговорам в салуне. Легкое Облако, миниатюрная молодая индианка с темными волосами, всхлипывала:

- Я боюсь возвращаться в вигвам. Когда мужчины на охоте, я остаюсь одна.

- Тебя не дадут в обиду. Ты останешься в городе, миссис Ходди присмотрит за тобой, - сказала Элен.

- О, Снежная Птица так добра ко мне, - бросилась индианка к миссис Ходди.

- Ничего, девочка, нас никакой Бык не посмеет обидеть. А то долго не протянет, - заявила миссис Ходди, заряжая свой "смит-и-вессон"[4]...

После соблюдения всех формальностей Джекобсон сказал:

- Вождь, расскажи, как все случилось?

- Это произошло сегодня ночью. Воины были на охоте. А в это время на наши вигвамы напали белые койоты и похитили наших скво.

- Как выглядит Красный бык? - спросил Калькер.

- Высокий мужчина с короткой стрижкой. Его лошадь ходит, как будто пританцовывает.

- Это Соккет, - сказал Джекобсон. - Я хорошо знаю его.

- Постойте, - сказал Калькер и, достав из кармана сложенную бумагу, развернул ее и показал. - Это пришло с дилижансом, это он?

- Да, - ответил вождь.

- Конечно, его разыскивают во всех штатах, а теперь и в нашем тоже, сказал Джекобсон.

- Так давайте его поймаем, - предложил Ник.

- Мы поможем белым друзьям, - торжественно заявил Большой Медведь.

Женщины, подслушивавшие за дверью, обрадовались: в кои-то веки мужчины решили защитить их честь! Элен передернула затвор любимой винтовки, Легкое Облачко испустила боевой клич, а миссис Ходди влетела в салун, размахивая револьвером и крича: "Мы принимаем бой!"

- Мы пойдем на север. Там есть заброшенные шахты, может, он там? предположил отец Буг.

В суматохе никто не заметил, как из дверей выскользнул Джек Захсон, молодой кудрявый парень. Воровато оглядываясь, он вскочил на лошадь.

- Девушка, где тут у вас север? - спросил он.

- Там, - махнула рукой Легкое Облако.

- Спасибо, бэби, - ухмыльнулся Джек и умчался.

- А не сболтнула ли я чего лишнего? - испуганно подумала она, но было уже поздно.

Глава 4. Погоня.

Следом из салуна вышли остальные. Первым, размахивая крестом, который на деле оказался замаскированным револьвером[5], вышел святой отец. Вскочив на брызжущего пеной осла, он дал шпоры и неспешно поехал к холмам. Следом вышел Калькер в шляпе, украшенной зуба ми гризли, с начищенными револьверами и винчестером в руках. За ним, весь обвешанный пулеметными лентами, с базукой в руках, банданой на голове и надписью на футболке "I love TEXAS" выскочил Джекобсон. Следом вышел Большой медведь, уже в боевой раскраске, и Смотрящий внутрь, торопливо запихивающий себе в прическу перья только что ощипанного им петуха. К этой компании присоединились ковбои с BJ, возглавляемые Полом Лексом, который был с ног до головы обвешен револьверами; Фил Кирс, кузнец-негр с кувалдой, клещами и ножом в зубах.

Мужчины, вооружившись, поехали к заброшенным шахтам. Женщины увязались было за ними, но им пришлось остаться и ухаживать за раненым Сырцексом и еще не пришедшим в себя от шока Шумаром Олесоном (так звали человека, приехавшего с дилижансом.) Только Элен с медицинской сумкой на плече вскочила на свою гнедую кобылу и помчалась к месту предполагаемой баталии. "Наконец-то у меня будет работа получше вытаскивания заноз из детей отца Буга![6]" - радостно подумала она. Последним из дверей салуна выполз Эндрю Штых, поддерживаемый Вершином и Грэштом. В зубах он держал потерянный кем-то из индейцев томагавк, и все время пытался что-то сказать, отчего томагавк падал на ногу Грэшту. Поддерживаемый ими, он влез в седло и с криком "GO!" попытался дать лошади шпоры, но лишь поранил ноги. От боли он мигом протрезвел и с удивлением обнаружил, что лошади под ним нет, а седло лежит на верхней перекладине коновязи. Лошадь же посмотрела на него грустными глазами, подумав: "Господи, что за осел мне достался!" - и громко издевательски заржала.

Вся кавалькада героев пыталась догнать святого отца, который, размахивая крестом, не спеша, трясся впереди. Сзади всех ехали Грэшт и Вершин, которым уже надоела эта гонка.

- Как ты думаешь, - спросил Грэшт, - Захсон предупредил Соккета?

- Не сомневаюсь. Соккета там уже нет, он ждет нас в каньоне Дьявола.

Поворотив коней, они помчались к каньону.

В это время наши герои подъехали к шахте, но Соккета уже не было.

"Кто-то его предупредил", - подумал Ник.

"Ты прав", - подумал Джекобсон и спросил:

- Ты можешь определить по следам, куда он поехал?

Ник осмотрел землю вокруг и сказал:

- Нет, эта лошадь танцует чарльстон, а мне никогда не нравились современные танцы.

Большой Медведь поползал по земле:

- Мы его не найдем. Он искусно путает следы. Придется возвращаться, как бы чего не случилось.

Глава 5. Незнакомец.

А тем временем в городе появился всадник. Он был весь в черном, в темных очках и с сигарой в зубах. За спиной у него висела снайперская винтовка с оптическим прицелом, а к седлу его белого коня была приторочена связка бананов. Выражение лица у него было пренеприятнейшее.

- Добрый ден, мадам. Гдэ я магу найти Энтони Соккета? - с сильным акцентом спросил он.

- И ты с ним заодно, с этим оболтусом? - возмущенно воскликнула миссис Ходди и щелкнула курком, - Убирайся, а то пасть порву, моргала выколю, рога посшибаю! Редиска!

- Я нэ жэнат, мэм, рогов у мэня нэт, - самоуверенно заявил незнакомец и, не спеша, поехал прочь. Ускорить шаг его заставили пули, взбившие фонтанчики пыли под копытами его лошади. Стреляла возмущенная миссис Харди. Легкое Облако проводила его задумчивым взглядом и сказала:

- Знаете, кто это был? Это Черный Ворон, он убивает по заказу. Если он здесь, значит, кто-то умрет...

Глава 6. Нападение на ранчо BJ.

В то же самое время в каньоне Дьявола болтали Соккет, Захсон, Грэшт и Вершин.

- Сейчас мы едем на ранчо BJ. Там никого нет, кроме хозяйки, и мы сможем захватить его без шума, - сказал Соккет, и все четверо молча поехали на запад.

У выхода из каньона они заметили черную фигуру. Вершин потянулся к револьверу, но Соккет знаком остановил его. Темная фигура подъехала к ним и обернулась черным мужчиной на белом мустанге.

- Мистер Энтони Соккет? - Соккет утвердительно кивнул головой. - Я Сэнди Шэммерли, я палучыл ваше письмо. Слющий, дарагой, я бэру дорого, понял, да?

- Я согласен, - кивнул Соккет. - Я надеюсь на вас, надо убрать Ника Калькера и Алекса Джекобсона.

- Слющий, дарагой, я прафэссионал, а не погулять вышел, так что нэ бэспокойся...

- Посмотрим. А пока поехали на BJ.

...Подъезжая к ранчо BJ, они думали каждый о своем. Каждый хотел сам убить Ника Калькера. Ворвавшись на ранчо, они заперли хозяйку в чулане и решили распить найденный ящик пива. Вдруг Соккет поднял руку:

- Тихо!

За окном раздавался стук копыт. Бандиты заняли места у окон и у двери, держа оружие наготове. Соккет выглянул в окно и увидел всадника в сомбреро и с бородой, закрывающей пол лица.

- Эй, хозяева дома? - крикнул всадник.

- Убейте его, - скомандовал Соккет.

Тут же ударили выстрелы. Всадник дернулся и привалился к шее лошади. Лошадь испуганно вздрогнула и бросилась по дороге к городу, унося своего неподвижного седока.

- Пора отсюда уходить, - Соккет поднялся с пола. - Я увезу женщину в каньон, вы езжайте в город и наблюдайте, а вы, мистер Шеммерли, приступайте к работе. Все поняли? Выполняйте!

Глава 7. Смерть киллера.

В это время преследователи вернулись в город. Элен сокрушалась, что ей так и не нашлось работы. Навстречу им шел Мелхи.

- А чей-то вы тут носитесь? - потребовал он разъяснений.

Узнав о происшедшем, он обрадовался:

- Значит, я прав, что решил вернуться, Я решил открыть магазинчик, где будет продаваться все - от белых тапочек до гробов...

Внезапно на улицу вылетела взмыленная лошадь с неподвижным Логаном в седле. Мелхи аж подпрыгнул:

- Ну, что я говорил, вот и первый клиент, - и, схватив метр, помчался к лошади, но опоздал. Элен уже стаскивала Майлса с коня.

- Он еще жив, - сказала она, - но пульс очень слабый. Надо отнести его в клинику.

- Надо пойти выпить, - огорченно решил Мелхи, потеряв своего первого клиента. Через полчаса он в обнимку с Захсоном и Грэштом сидел в салуне и распевал популярную песенку: "Подбостонские вечера".

Пол Лекс и Алекс Джекобсон разглядывали клеймо на лошади.

- Слушай, Пол...

- Да, это определенно клеймо Джулии. Лошадь с ранчо BJ! Нужно немедленно ехать. На ранчо никого не было, кроме Джулии!

К ним подбежала Элен.

- Смотрите, что я нашла! Этот Майлс Логан на самом деле Кол Илис.

- А кто это такой и что он делал на BJ? - поинтересовался не посвященный в тонкости местной жизни Калькер.

- Но Кол Илис пропал много лет назад, и все думали, что он погиб, возразил Пол.

- Так кто же это? - заорал Ник, которому Джулия понравилась с первого взгляда, и он уже не раз прокручивал в уме планы на будущее: скромное ранчо, домик, лошади, Джулия и пятеро детишек...

- Это жених Джулии, - сочувствующе взглянул на него Пол. Нику показалось: что небо упало на него, но он не подал и виду: "Наверное, еще рано на пенсию", - решил он.

Вдруг раздался свист пули, и Пол Лекс осел на землю.

- Он слишком много знал, - прокомментировал Мелхи, подползая к нему с любимым метром.

- Ты что, он же еще жив, - возразила Элен, загораживая собой раненого. Вторая пуля просвистела в миллиметре от головы Алекса.

- Жив, да недолго, - заявил Мелхи. - И вообще, мне следует снять мерки со всех жителей. Пригодятся, - и, вскочив на ноги, пригнувшись и петляя, он побежал по улице.

Взгляд Ника привлек какой-то блеск на крыше соседнего здания, револьвер сам прыгнул ему в руку. С криком "Ложись, стрелять буду" Калькер открыл огонь. На крыше кто-то выругался с иностранным акцентом и исчез.

Конечно это был Шеммерли. Он спрятался в темном переулке, засунул руку в карман и достал оттуда разбитый самодельный патефон с одним наушником[7] и кучку битого стекла.

- ...! - сказал он что-то кому-то на непонятном языке. - Ну, Калькер, погоди! Разбил мой лучший оптический прицел! И плеер!

Он вскочил на своего мустанга и помчался к BJ. Путь его шел через горы. Он гнал коня, не замечая, что его сумка пробита и все ее содержимое выпадает на землю. Он пришпорил коня, но тот вдруг возмутился и встал на дыбы, сбросив седока. Шеммерли выругался и выстрелил.

Конь жалобно заржал и свалился в пропасть. Сэнди сунул руку в сумку и в недоумении остановился: она была пуста! Патронов к винтовке не было. Он отшвырнул бесполезную теперь железку с оптическим прицелом и проследил: падала она долго. Снова выругавшись на непонятном языке, он поплелся дальше.

До ранчо было недалеко, и через пятнадцать минут он уже был в доме и заряжал свой револьвер.

Калькер и Джекобсон тоже не теряли время зря. Вскочив на лошадей, они помчались по следу Шеммерли. Через четверть мили Джекобсон заметил на земле тушу лошади.

- Ник, он пошел пешком, - заметил Алекс.

- Жестокий человек. Пристрелить здоровую лошадь! - ответил Ник и поднял винтовку. - Интересная идея приделать к винтовке подзорную трубу. Ведь из этой вот штуки он хотел пристрелить нас.

По едва заметным в пыли следам они поскакали дальше. Подъехав к ранчо, они спешились. Вокруг было тихо. Алекс пошел вокруг, а Ник прямо к дверям дома. Внезапно со стороны конюшни его окликнул странный голос с акцентом.

- Эй, шэриф, - Ник ясно услышал щелчок взводимого курка.

- Ты уже мертв, шэриф - сказал Шеммерли. Его палец уже нажимал на курок, когда Калькер внезапно повернулся. Шеммерли удивился: револьвер Калькера только что был в кобуре, а теперь уже черное дуло смотрело ему в лицо. Это было последнее, что он увидел. Он вздрогнул, когда пуля вошла ему в грудь и, когда он упал, это был уже труп.