— Торт не забрали, — произнесли на другом конце провода.

— Что вы говорите? — переспросил отец.

— Торт, — ответил голос. — 16 долларов.

Муж держал трубку возле уха, пытаясь сообразить, о чем речь. Ответил:

— Я ничего не знаю.

— Не морочьте голову, — сказал голос.

Муж положил трубку. Зашел в кухню, плеснул себе виски. Позвонил в больницу.

Изменений в состоянии ребенка не было.

Пока ванна наполнялась, он намылил лицо и побрился. Он уже был в ванне, когда услышал, как телефон зазвонил снова. Выскочил и помчался к трубке. Глупость, глупость, этого бы не было, если бы он остался в больнице. Он схватил трубку и закричал:

— Алло!

Голос произнес:

— Торт готов.

Отец вернулся в больницу заполночь. Жена сидела на стуле у кровати. Посмотрела на мужа, потом снова на ребенка. Со стойки над кроватью свисала бутылка, от нее к ребенку шла трубка.

— Что это? — спросил отец.

— Глюкоза, — ответила мать.

Муж положил жене руку на затылок.

— Он проснется, — сказал мужчина.

— Знаю, — сказала женщина.

Через некоторое время мужчина произнес:

— Поезжай домой, давай, я посижу.

Она покачала головой:

— Нет.

— В самом деле, — сказал он. — Поезжай домой. Что ты так переживаешь? Он спит, и всч.

Дверь распахнула медсестра. Кивнула им, проходя к кровати. Вынула из-под одеяла левую руку мальчика, взялась пальцами за запястье. Потом положила руку обратно под одеяло и записала что-то в таблицу, укрепленную в ногах.

— Как он? — спросила мать.

— Стабильно, — ответила сестра. Потом добавила: — Доктор скоро вернется.

— Я говорю, может, ей съездить домой отдохнуть немного, — сказал мужчина. — После того, как доктор придет.

— Можно, — ответила сестра.

Женщина сказала:

— Посмотрим, что скажет доктор.

Сестра ответила:

— Конечно.

Отец не сводил с сына глаз: грудь под одеялом поднималась и опускалась. Страх его становился сильнее. Он помотал головой. Он говорил себе так: С ребенком все в порядке. Спит — только не дома, а здесь. Какая разница, где спать.

Вошел врач. Пожал мужчине руку. Женщина встала со стула.

— Энн, — сказал ей врач и кивнул. Потом произнес: — Поглядим-ка, что у нас тут. — Он подошел к кровати и потрогал запястье мальчика. Поднял одно веко, потом другое. Пальцами прощупал в нескольких местах тело. Откинул одеяло, послушал сердце. Подошел и прочитал карточку в ногах кровати. Отметил время осмотра, расписался и уделил немного времени матери с отцом.

Этот врач был красивым мужчиной. Гладкая загорелая кожа. Костюм-тройка, яркий галстук и рубашка с запонками.

Мать думала про себя: Он, наверное, только что с какого-то собрания. Ему там вручили медаль какую-то особую.

Врач сказал:

— Хвалиться нечем, но и тревожиться не стоит. Он довольно скоро должен проснуться.

Доктор снова посмотрел на мальчика.

— Когда придут анализы, узнаем больше.

— Ох, нет, — произнесла мать.

Врач сказал:

— Ну, в некоторых случаях видно сразу.

Отец спросил:

— Значит, вы бы не сказали, что это кома?

Он смотрел на врача и ждал.

— Нет, я бы не хотел так говорить, — ответил доктор. — Он спит. Восстанавливается. Нормальная реакция организма.

— Это кома, — произнесла мать. — Что-то вроде комы.

Врач ответил:

— Я бы так не сказал.

Он потрепал женщину по руке. Пожал руку ее мужу.

Женщина положила пальцы на лоб ребенка, подержала какое-то время.

— Хоть температуры нет, — сказала она. Потом добавила: — Я не знаю. Пощупай ему лоб.

Мужчина положил руку мальчику на лоб. Сказал:

— По-моему, он чувствует себя, как надо.

Женщина еще немного постояла у изголовья, покусывая губы. Потом подошла к стулу и села.

Муж сел на стул рядом. Он хотел сказать что-то еще. Но в голову ничего не приходило. Он взял ее руку и положил себе на колени. Так ему было спокойнее. Так ему казалось, что он что-то сказал. Они какое-то время вот так, молча глядя на мальчика. Иногда она вытаскивала свою руку из-под его руки, пока не убрала совсем.

— Я молилась, — произнесла она.

— Я тоже, — сказал отец. — Я тоже молился.

Вернулась медсестра, проверила уровень в бутылке.

Вошел врач, представился. Этот врач был в мягких туфлях, типа мокасинов.

— Мы отвезем его вниз, сделаем еще снимки, — сказал он, — и нужно провести сканирование.

— Сканирование? — спросила мать. Она стояла между кроватью и этим новым врачом.

— Пустяки, — ответил тот.

— Боже мой.

Пришли два санитара. Они катили что-то вроде кровати на колесиках. Капельницу отсоединили, мальчика положили на эту штуку.

Уже рассвело, когда именинника ввезли снова. Мать с отцом вместе с санитарами вошли в лифт и доехали до палаты. Родители снова заняли свои места у постели.

Они ждали весь день. Мальчик так и не очнулся. Снова приходил доктор, снова осматривал его и, говоря то же самое, снова уходил. Приходили сестры. Приходили врачи. Приходил лаборант и взял кровь.

— Ничего не понимаю, — сказала мать лаборанту.

— Доктор велел, — ответил лаборант.

Мать подошла к окну и посмотрела на стоянку. Загорались фары, машины въезжали и выезжали. Она стояла, положив руки на подоконник. И говорила себе так: С нами что-то творится — что-то тяжелое.

Ей было страшно.

Она увидела, как одна машина остановилась, и в нее села женщина в длинном плаще. Она представила себе, что она и есть эта женщина. Что это она уезжает отсюда куда-то.

Пришел врач. На удивление здоровый и загорелый. Он подошел к кровати и осмотрел мальчика. Сказал:

— Все показатели в норме. Все хорошо.

Мать ответила:

— Но он спит.

— Да, — сказал врач.

Муж сказал:

— Она устала. Проголодалась.

Врач ответил:

— Ей надо отдохнуть. Покушать. Энн, — обратился он к ней.

— Спасибо, — произнес муж.

Он пожал врачу руку, врач потрепал их обоих по плечам и вышел.

— Наверное, кому-то надо съездить домой, посмотреть, как там, сказал мужчина. — Собаку покормить.

— Позвони соседям, — сказала жена. — Кто-нибудь покормит, если попросишь.

Она попыталась сообразить, кто. Закрыла глаза и попыталась хоть что-нибудь сообразить. Спустя некоторое время сказала:

— Может, я сама съезжу. Может, он не просыпается, потому что я здесь сижу и жду. Может, без меня он проснется.

— А может быть, кстати, — согласился муж.

— Поеду домой, приму ванну, переоденусь, надену что-нибудь чистое, — сказала женщина.

— Да, думаю, так и надо, — сказал муж.

Она взяла сумочку. Он помог ей надеть плащ. Она шагнула к двери и оглянулась. Посмотрела на ребенка, на мужа. Муж кивнул и улыбнулся.

Она прошла мимо поста медсестер до конца коридора, свернула и увидела небольшую приемную, где на плетеных стульях сидела семья: мужчина в рубашке хаки с бейсбольной кепкой на затылке, женщина в домашнем халате и шлепанцах, девушка в джинсах с волосами, заплетенными в десятки курчавых косичек. Стол был замусорен обертками, пенопластовой посудой, одноразовыми кофейными ложечками, пакетиками с солью и перцем.

— Нельсон, — произнесла женщина. — Скажите, вы насчет Нельсона?

Глаза матери расширились.

— Скажите, леди, — продолжала женщина, — вы насчет Нельсона?

Она попыталась встать со стула. Но мужчина удержал ее.

— Ну ну, — сказал он.

— Извините, — сказала мать. — Я ищу лифт. У меня здесь в больнице сын. Не могу найти лифт.