На кладбище, когда гробик опускали в могилу, он снова с удивлением думал о том, какой он крохотный. Стоя над разрытой землей, он боялся, что Сью упадет в обморок. Всю службу она буквально висела на нем, заливаясь слезами. Он же сдерживал слезы, проявляя стойкость. Но когда гроб с телом Лизы опустили на дно могилы, он не выдержал и разрыдался. Так они и стояли — поддерживая друг друга, утирая слезы...

Хэкет снова вздохнул.

Служба тянулась целую вечность. Когда все же церемония похорон наконец закончилась, их с Сью, словно заблудившихся детей, проводили к машине и отвезли домой. Присутствовавшие на похоронах пробыли у них дома совсем недолго — почувствовав себя лишними, оставили Хэкетов одних, и Сью удалось поспать несколько часов. Хэкет же места себе не находил — мерил шагами комнату, курил и пил, мечтая напиться до бесчувствия и думая о том, что жена нуждалась в нем сейчас, как никогда.

Нуждалась больше, чем Никки.

Он допил кофе и вернулся в гостиную.

Сью сидела с закрытыми глазами. Но едва Хэкет устроился напротив, как она, открыв глаза, взглянула на него.

— Прости, я не хотел тебя будить, — сказал он с ласковой улыбкой.

— Я не спала. Просто думала.

— О чем? — спросил он, протягивая ей чашку с кофе.

— О дурацких фразах, которые люди произносят, когда кто-то умирает. «Жизнь должна продолжаться». Почему должна? — Ее лицо омрачилось.

— Сью, не надо так говорить. Мы должны жить. И помнить о Лизе.

— Зачем, Джон? Ведь она умерла... Нашей девочки нет. Мы больше никогда ее не увидим, не сможем обнять ее, поцеловать... — Глаза Сью увлажнились. — Завтра надо проведать отца, — устало произнесла она.

— Нет. Еще не время. Ты не готова.

— А что, если он тоже умрет? Если он умрет, когда меня не будет рядом?

Хэкет, сев рядом с женой, обнял ее за плечи.

— Твоя сестра может задержаться здесь на несколько дней, чтобы навещать его.

— Ей надо возвращаться в Хинкстон. Ее муж работает, а у них ребенок, Джон.

— Ты слишком много на себя берешь, Сью. Всегда, когда нужно что-то сделать, выясняется, что, кроме тебя, сделать это никто не может. И уж никак не Джули. Ты все взваливаешь на свои плечи.

— Такая уж я уродилась.

— А может, тебе уже пора исправиться?.. — Он поцеловал ее в губы.

Она крепко сжала его руку.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

— Тогда докажи это. Отправляйся в постель и как следует выспись.

— Попозже. Ты иди наверх, я скоро... — Взглянув на кофейный столик, она увидела адресованное ей письмо, лежавшее рядом с открыткой, на которой было выведено: «Самые искренние соболезнования».

— Что это? — спросила Сью, потянувшись к конверту.

— Письмо принесли сегодня утром. Я подумал, ты прочтешь, когда будет настроение.

— Почерк незнакомый, — проговорила Сью, повертев в руках конверт.

— Может, подождет до утра?

— Одну минутку, Джон, иди, я скоро. Ну пожалуйста, — мягко говорила она, погладив его руку.

Хэкет поднялся и направился в холл.

— Одна минута, — напомнил он, поднимаясь по ступенькам.

Сью поставила чашку на столик и, устало вздохнув, вскрыла конверт, обнаружив в нем листок бумаги — листок без адреса сверху и без подписи внизу. Она еще раз взглянула на конверт, проверяя, на ее ли имя пришло письмо. Все верно — адресовано на ее имя, по ее домашнему адресу.

«Дорогая миссис Хэкет, — шевеля губами, прочитала Сью, мысленно отметив аккуратный почерк писавшего. — Я понимаю, что вы можете подумать обо мне, но, полагаю, вам было бы небезынтересно узнать о моих отношениях с вашим мужем Джоном»... — Слова повисли в воздухе, дальше она читала про себя.

Сью еще раз прочитала письмо, на этот раз более внимательно. Потом сложила его и поднялась с дивана.

На мгновение задержавшись у подножия лестницы, она посмотрела наверх, затем на свою руку, сжимавшую листок.

Несколько секунд спустя она уже поднималась по лестнице.

Глава 15

— Все-таки надо было остаться с ней на несколько дней, — сказала Джули Клейтон, выглядывая из «сьерры». — И к отцу не мешало бы сходить.

— Им лучше побыть вдвоем, ты ничем им не поможешь, — отозвался Майк Клейтон, с беспокойством поглядывая на идущую впереди машину. Он собирался пойти на обгон, но, заметив, что машина набирает скорость, отказался от своего намерения. — Ну давай же, придурок! — проворчал он. — Или жми на педаль, или уступи дорогу.

Он посмотрел на часы, встроенные в панель.

Десять сорок две.

— С такой скоростью мы вряд ли доберемся вовремя, — раздраженно бросил Майк. — Говорил же тебе: поезжай одна.

— Она моя сестра, Майк, — заявила Джули. — Сью не обошлась бы без меня.

— А твой сын без тебя обойдется? — возразил он снова, изготовившись к обгону. Выжав до упора акселератор, он выехал на середину дороги, не обращая внимания на стремительно приближавшиеся огни.

— Майк, ради Бога! — выдохнула Джули, заметив машину, мчавшуюся им навстречу.

Но муж, казалось, не замечал опасности. Когда они промчались мимо не уступавшего дорогу фургона, стрелка спидометра указывала на отметку 80.

Мчавшаяся им навстречу машина резко вильнула, избегая столкновения со «сьеррой». Окрестности огласились визгом тормозов и воем клаксона. Встречную машину занесло, и казалось, что она вот-вот перевернется, но водителю все же удалось вырулить обратно на дорогу.

Майк Клейтон по-прежнему жал на газ. Мимо промелькнул дорожный указатель: «Хинкстон — 25 миль».

Джули взглянула на часы — десять сорок семь. Она прикинула: в лучшем случае они доберутся до дома минут через двадцать. Если, конечно, ничего не помешает...

Сглотнув слюну, она посмотрела на мужа, крепко вцепившегося в руль.

Она тоже начала сомневаться, успеют ли они вовремя добраться до Хинкстона.

Она молилась о том, чтобы они успели.

Глава 16

— Кто она, Джон?

Стоя в дверном проеме, Сью потрясла письмом. Хэкет нахмурился. Он совершенно ничего не понимал. Подойдя к кровати, Сью посмотрела на него сверху вниз. Ее глаза были полны гнева и боли.

Постепенно до него начало доходить.

— "Полагаю, вам было бы небезынтересно узнать о моих отношениях с вашим мужем Джоном", — прочла она строчку из письма.

Хэкет глубоко вздохнул. Он собрался было что-то сказать, но тотчас сообразил, что никакие слова тут не помогут.

— "Меня не волнует, что вы подумаете обо мне, — продолжала цитировать Сью, — но считаю, что вы имеете право знать о том, что было между нами".

— Сью...

Жена перебила его.

— "Я не люблю, когда меня используют", — читала она, уткнувшись в листок. Наконец, дочитав до конца, подняла глаза: — Кто она?

Он понимал: лгать бесполезно. Что ж, по крайней мере, хоть частично облегчит совесть...

— Ее зовут Никки Ривз, — произнес он. — Она работает в школе секретаршей.

Вот он и сказал... Обратной дороги нет.

— У тебя была с ней связь? — Вопрос ее прозвучал скорее как утверждение. — И сколько это продолжалось?

— Три месяца.

Она присела на край кровати, спиной к мужу, словно вид его вызывал у нее отвращение.

— А теперь у вас все кончено? — неожиданно спросила Сью.

— Ты мне не поверишь, если я отвечу...

— Теперь у вас все кончено?

— Да. Я покончил с этим несколько дней назад.

Она взглянула на него с горькой усмешкой на губах.

— Значит, все эти твои школьные собрания ты проводил с ней. — Глаза ее вдруг сузились. — Ты никогда не приводил ее сюда, нет?

— Нет, никогда.

— И где же происходили ваши встречи, Джон? — В ее тоне промелькнуло что-то вроде любопытства. — На заднем сиденье машины? В пустой классной комнате?

— Сью, ради Бога... Ну к чему эта грязь... В ее квартире...

— Ах, в квартире... Очень удобно. В квартире ведь и ванная имеется.

Последнее замечание его особенно задело.

— Сколько ей лет?

— Двадцать два. Ну какое это имеет значение?

— Я полагала, что учителя развлекаются с шестиклассницами-нимфоманками. Но ты всегда был оригиналом, не правда ли, Джон? Почему ты выбрал такую молодую? Для самоутверждения на пороге тридцатилетия?

— Сью, это смешно...

— Смешно? А завести интрижку со школьной секретаршей — это не смешно?

— Сью, не надо меня отчитывать, — сказал он, сморщившись. — Знаю, что поступал дурно. И раскаиваюсь... Если тебе от этого станет легче, сообщу, что чувствую себя довольно гнусно.

— Нет, не легче, — огрызнулась Сью.

Какое-то время оба молчали. Потом Сью вновь заговорила:

— Но почему, Джон? Ты можешь мне сказать?

Он пожал плечами.

— Не знаю. Действительно не знаю. Любое объяснение звучало бы бессмысленно... — Он глубоко вздохнул. — Я не могу это объяснить...

— Не можешь или не хочешь? — спросила она, пристально глядя ему в глаза.

— Я сказал, что не могу, — ответил он уже с легким раздражением. — Я прекрасно понимаю: я виноват. Но это произошло как-то само собой...

— Такие вещи сами собой не происходят, — возразила Сью. — Скажи, что тебя в ней привлекало? Красота? Фигура? Она хороша в постели? Ну давай же, рассказывай, я так любопытна...

Он молча покачал головой.

— Джон, ну скажи, — настаивала Сью, — она красивая?

— Да, — кивнул он.

— И хороша в постели?

— Сью, ну пожалуйста...

— Хороша? Мне просто интересно, я же сказала... Она хороша в постели?

Он вымученно улыбнулся.