– Неплохая работа, – заметил он. – Хотя твой наставник по боевым искусствам, наверное, волчком вертится в своем гробу. Ногой в развороте!.. Да как ты мог?

Дворецки прикусил язык и дал задний ход, выводя машину с деревянного настила. Проезжая по эстакаде, он не смог удержаться и все-таки выглянул в окно – полюбоваться на учиненное им безобразие. Чиновники как раз вытаскивали из грязной портовой воды промокшего насквозь докера.

Интересно, зачем понадобилась Артемису вся эта суматоха? Но задавать какие-либо вопросы было бесполезно. Хозяин никого не посвящал в свои планы – до поры до времени. Зато когда подходящий момент наступал, то наступал он окончательно и бесповоротно.

На трясущихся ногах Крут вылез из капсулы. В прежние времена такого не бывало. По правде говоря, в прежние времена все было куда хуже. В эпоху котелков и дубинок не существовало ни удобных полимерных ремней, ни хвостовых стабилизаторов, не говоря уже о мониторах, через которые ты мог следить за своим полетом. Полагаться можно было только на шестое чувство, ну и на волшебство, разумеется. В каком-то смысле Крут предпочел бы, чтобы все оставалось как прежде. Но, увы, наука вытесняла магию повсеместно.

Нетвердой походкой он двинулся к терминалу. Поскольку Тара считалась своеобразной туристической Меккой, оборудовали ее соответственно: зал ожидания был самый современный из существующих. Из одной только Гавани сюда прибывало по шесть капсул в неделю. Естественно, не на выбросах магмы. Платящие большие деньги туристы тряски не любят и готовы сносить ее в одном-единственном случае – при нелегальных поездках в Диснейленд.

Холм был битком набит волшебным народцем, который прибыл сюда на полнолуние, и задержка рейсов вызвала всеобщее негодование. Молодая девушка из спрайтов пряталась за билетной стойкой, осаждаемой толпой разгневанных гремлинов.

– Я-то тут при чем? – отбивалась билетерша. – И бесполезно меня зачаровывать, вон эльф, который все это устроил, с ним и разбирайтесь. – И дрожащим зеленым пальцем она указала на приближающегося майора.

Разъяренные гремлины повернулись было к Круту, но, углядев на его бедре бластер, тут же развернулись в другую сторону и сделали вид, будто любуются роскошными интерьерами.

Крут схватил со стойки микрофон и вытащил его на всю длину провода.

– А теперь слушайте меня, – рявкнул он, и его скрипучий голос разнесся по всему вокзалу. – Я майор Крут из Корпуса. На поверхности возникла чрезвычайная ситуация, и я был бы очень благодарен всем гражданским лицам за понимание и сотрудничество. Во-первых, перестаньте тявкать, а то я даже собственных мыслей не слышу!

Сделав паузу, Крут удостоверился, что его первое пожелание воспринято с должным уважением.

– Во-вторых, я бы хотел, чтобы все вы, в том числе и вон те голосистые детки, подчинялись моим приказам и не лезли под ноги. Потом можете сколько угодно корчить мне рожи в спину. И вообще вести себя, как обычные тупицы-штатские.

В чем, в чем, а в излишней вежливости Крута никто не мог упрекнуть. Крут вообще не любил всяких излишеств.

– И в-третьих, я хочу видеть того, кто здесь за все отвечает. Немедленно!

Крут швырнул микрофон на стойку. От пронзительного визга в динамиках у всех, кто собрался в зале, чуть не лопнули барабанные перепонки. Зато буквально через пару мгновений запыхавшийся гибрид эльфа и гоблина уже подпрыгивал у локтя командира Корпуса.

– Чем мы можем вам помочь, майор? Крут кивнул и заткнул дыру у себя под носом толстой сигарой.

– Обеспечьте мне беспрепятственный проход через вот этот зал, – пробурчал он сквозь щель в дыре. – Никаких таможен, никаких иммиграционных служб, полное содействие. А когда сюда прибудут мои парни, сразу начинайте перебрасывать толпу вниз.

Директор Тары с трудом проглотил комок в горле.

– Что, всех до единого?

– Да. Включая персонал вокзала. И заберите с собой все, что сможете унести. Полная эвакуация. – Он замолчал, сердито уставившись прямо в лиловые глаза директора. – И это не учебная тревога.

– Вы хотите сказать…

– Да, – кивнул Крут, продолжая спускаться по пандусу. – Вершки предприняли по отношению к нам откровенно враждебные действия. Кто знает, к чему это приведет.

Эльфогоблин стоял и задумчиво смотрел вслед Круту, исчезающему в клубах сигарного дыма. Откровенно враждебные действия? Это могло означать только одно: войну. Он набрал на мобильном телефоне номер своего брокера.

– Гав? Да. Это Нимб. Я хочу, чтобы ты продал все мои акции поверхностного сообщения. Да, все. У меня есть подозрение, что их цена вот-вот резко упадет.

Ощущение было такое, что ее мозг через уши высасывает гигантская пиявка. Капитан Элфи Малой попыталась понять, что могло вызвать эту зверскую боль, но разум наотрез отказывался служить. Все, на что Элфи была способна, это лежать и дышать.

Пора наконец попробовать выдавить из себя хоть слово. Что-нибудь короткое и простое. Например, «помогите». Элфи прерывисто вздохнула и открыла рот.

– Пммм-те, – выговорили ее непослушные губы. Плохо. Пьяный гном, и тот выражается понятнее.

Что вообще происходит? Почему она лежит на спине и сил у нее не больше, чем у какого-нибудь корешка? Что такое с ней случилось? Элфи сосредоточилась, пытаясь превозмочь слепящую боль.

Тролль? Это он? Неужели тролль так искалечил ее в том ресторане? Правдоподобное объяснение, но нет. Кажется, она вспоминает что-то насчет древней страны. А еще какое-то отношение к происходящему имел Ритуал. Что же так впивается ей в лодыжку?

– Привет!

Голос. Не ее голос. Да и вообще, голос какой-то странный.

– Вы проснулись?

Один из европейских языков. Латинский. Нет, английский. В Англию-то как ее занесло?

– Я уж думала, вы умерли. Внутренности пришельцев отличаются от наших. Я смотрела по телевизору много программ на эту тему.

Абракадабра какая-то. Пришельцы, внутренности… О чем говорит это существо?

– А вы очень крепкая, вся такая подтянутая. Как Мучачо Мария, это лилипутка-борец из Мексики, если не знаете.

Элфи застонала. Какая-то тарабарщина, ничего не понятно, наверное, что-то случилось с ее способностями к языкам. Однако пора выяснить, с каким именно видом безумия она столкнулась. Собравшись с силами, Элфи чуть-чуть приоткрыла глаз. Правый. И тут же его закрыла. Потому что сверху на нее смотрела гигантская муха-альбинос.

– Не бойтесь, – сказала муха. – Это очки от солнца.

На сей раз Элфи открыла оба глаза одновременно. Существо постучало пальцем по серебристой выпуклой поверхности. Очки. Зеркальные очки от солнца. Такие же в точности очки носили те двое… Воспоминания нахлынули на нее гигантской волной, разом заполнив зияющий провал. Словно щелкнул кодовый замок, открывая дверцу. Она отправилась исполнять Ритуал, но ее похитили. Двое людей. И похитители на удивление много знали о волшебном народце…

Элфи снова попробовала подать голос.

– Где… где я?

Человеческая особь восторженно захихикала и захлопала в ладоши. Ногти у нее были длинные и накрашенные.

– Так вы говорите по-английски?! Ой какой у вас акцент интересный, похож на все акценты сразу.

Элфи поморщилась. Голос девушки вонзался в ее больную голову, как буравчик. Она приподняла руку. Пеленгатора на запястье не было.

– Где мои вещи?

Девушка погрозила ей пальцем, словно непослушному ребенку.

– Артемису пришлось забрать ваш пистолетик. И все остальное он тоже забрал. Чтобы вы случайно не поранились.

– Артемис?

– Артемис Фаул. Это была его идея. Это он у нас все придумывает.

Элфи вздрогнула. Артемис Фаул. Одно это имя заставило ее содрогнуться. Плохой знак. Интуиция никогда ее не подводила.

– За мной придут, – выдавила она; слова с хрипом срывались с ее пересохших губ. – Вы даже не понимаете, что натворили.

– Вы совершенно правы, – согласно кивнула девушка. – Я понятия не имею, что происходит. Поэтому даже не надейтесь, из меня вам ничего не вытянуть.

Элфи нахмурилась. Пожалуй, что так: с этим человеческим существом и вправду нет смысла вести какую-либо игру. Да и вообще, оружие отобрали, волшебной силы нет. Только чары остались, но глаза девушки надежно защищают зеркальные очки. Черт возьми, откуда эти людишки столько знают? Впрочем, неважно, над этим потом можно будет подумать. Сейчас есть задачи куда более важные. Любым способом нужно заставить девицу снять очки.

– А вы – красивая, – сказала Элфи голосом, так и сочащимся лестью, сладким, как мед.

– Гм, спасибо…

– Элфи.

– Спасибо, Элфи. Мой портрет однажды поместили в местной газете. Я выиграла конкурс «Мисс Ярмарка сахарной свеклы – 1999».

– Я так и знала. Ваша красота – она естественная. Держу пари, у вас потрясающие глаза.

– Мне все это говорят, – кивнула Джульетта. – Ресницы, словно стрелки у часов.

– Жаль, их не видно из-за очков, – с притворной грустью вздохнула Элфи. – Вот бы взглянуть хотя 6 одним глазком…

– А почему бы и нет? – Пальцы Джульетты взялись за дужки очков, но вдруг девушка засомневалась. – Хотя, наверное, не стоит…

– Почему? Всего на секундочку.

– Не знаю. Артемис строго-настрого запретил мне снимать очки.

– Он ничего не узнает.

Джульетта показала пальцем на прикрепленную к стене видеокамеру.

– Ошибаетесь. – Она наклонилась к эльфийке поближе. – Артемис знает все и обо всем. Иногда даже кажется, будто он вас насквозь видит, все-все ваши мысли.

Элфи нахмурилась. Опять этот вездесущий Артемис.

– Да бросьте вы. Чего тут бояться? Сняли да обратно надели. Что в этом плохого?

Джульетта сделала вид, будто тщательно обдумывает ее слова.

– Наверное, ничего, – нерешительно промолвила она наконец. – Если только вы не попытаетесь зачаровать меня. – Тон девушки вдруг изменился. – Вы что, держите меня за полную дуру?

– Знаешь, у меня появилась другая идея, – прищурилась Элфи. В глазах ее промелькнул холодный блеск. – А что, если я сейчас поднимусь с кровати, как следует тебе врежу и стащу с тебя эти дурацкие очки?

Джульетта восторженно расхохоталась, словно ничего смешнее в жизни не слышала.

– Хорошо сказано, эльфийка.

– Я говорю совершенно серьезно, человек.

– Ну, если серьезно, – вздохнула Джульетта и, просунув под очки мизинчик, утерла слезу, – то есть две причины, по которым у тебя это не получится. Во-первых, Артемис сказал, что, оказавшись в человеческом жилище, вы, волшебный народец, обязаны повиноваться всем нашим приказам. А я приказываю тебе оставаться в кровати.

Элфи закрыла глаза. Снова правда. И про это им известно… Но откуда? Откуда?!

– И вторая причина. – Джульетта улыбнулась. Судя по всему, эта улыбка была фамильным достоянием семьи Дворецки. – Я прошла тот же курс обучения, что и мой брат, с которым ты уже познакомилась. Кстати, мне жуть как охота отработать на ком-нибудь новый бросок через голову.

«Ну, это мы еще посмотрим, кто на ком будет отрабатывать броски», – подумала Элфи. Но сначала нужно подкопить сил. Да еще эта штуковина, впившаяся в лодыжку… Элфи догадывалась, что это такое, и если ее догадка соответствует истине, – гм, на этот случай у капитана Малой имеется кое-какой план:

Перед тем как отправиться в путь, майор отдал пару-другую распоряжений, и теперь сигнал с пеленгатора Элфи подавался прямо на внутренний экран его шлема. Путь до Дублина занял куда больше времени, чем рассчитывал Крут. Современные модели крыльев оказались много сложнее старых, а курсы повышения квалификации майор не посещал из принципа. Наконец ему почти удалось совместить карту, что светилась у него на забрале, с улицами реального Дублина, раскинувшегося под ним. Почти – это потому, что обнаружились кое-какие несоответствия.

– Жеребкинс, ты, самодовольный кентавр! – рявкнул Крут в микрофон.

– Какие-то проблемы, босс? – отозвался невнятный голос.

– Проблемы? А ну-ка повтори! Ты когда в последний раз обновлял файлы Дублина?

В ушах Крута слышалось чавканье. Похоже, Жеребкинс обедал.

– Простите, начальник. Только справлюсь с этой морковкой. Хм… Дублин… сейчас посмотрим. Ага, в семьдесят пятом. В тысяча восемьсот семьдесят пятом году.

– Я так и думал! Это же совершенно другой город. Люди умудрились изменить даже очертания береговой линии.

Несколько секунд Жеребкинс молчал. Очевидно, пытался придумать оправдания. Кентавр терпеть не мог, когда ему говорили, будто бы в его системе что-то устарело или пришло в негодность.

– Ладно, – наконец сказал Жеребкинс. – Вот что я сделаю. У нас на одном из телеспутников установлен «скоп», настроенный на Ирландию. Сейчас я сниму оттуда картинку.

– Понятно, – ответил Крут, которому, если честно, было мало что понятно.

– И по «мылу» скину снимок прямо в ваш шлем. Нам повезло, что в новых шлемах есть видеокарта.

– В самом деле, как нам повезло…

– Самое трудное будет скоординировать маршрут вашего полета, ведь изображение трехмерное и…

Крут наконец потерял терпение:

– Сколько это займет времени, Жеребкинс?!

– Хм… Две минуты, плюс-минус, иначе…

– Иначе что?

– Иначе увольняйте меня, шеф.

– Уволить тебя я всегда успею. В общем, я тут вишу – или висю, неважно, – и с нетерпением жду, когда ты пошлешь мне новую карту.