– Совершенно ничего, если это не случается с тобой.

Старая Матушка Опоссум пожала плечами:

– Во всем, что с тобой происходит, ищи урок. Если, конечно, ты способна учиться.

Аннабель говорила что-то очень похожее, но Лилиан хотела услышать совсем не это. Про уроки она сама могла бы многое рассказать. Тетушка натаскивала ее в чтении, письме и арифметике по четыре дня в неделю. Приходилось зубрить, пока голова не затрещит. Но уж лучше такие уроки, чем этот, нынешний.

– Я просто хочу снова стать девочкой, – сказала Лилиан. – Вы не могли бы мне помочь?

Темные глаза Матушки Опоссум неодобрительно уставились на нее.

– Пожалуйста, – поспешно добавила кошка.

– С чего мне помогать тебе?

Все-таки нужно было принести подарок. Но раз его нет, придется что-нибудь придумать. Что бы в таком случае сказала тетушка?

– Ну, наверное, с вашей стороны это было бы так… по-добрососедски, – неуверенно предположила Лилиан.

– Разве мы соседи? – спросила Матушка Опоссум. – Я никогда прежде не встречала тебя.

– Я живу на ферме, там, за ручьем, вверх по склону.

– Вот оно что. Значит, ты та самая девочка.

Лилиан поежилась. Непонятно, «та самая» – хорошо это или плохо? Женщина-опоссум потирала подбородок, задумчиво переводя взгляд с Лилиан на ее отражение.

– На тебе очень сильное заклятие, – наконец произнесла ведьма. – Кто владеет такой магией здесь, в холмах?

Услышав ее слова, Лилиан выдохнула. Она и не заметила, как затаила дыхание.

– Это кошки, – пояснила она и поведала свою историю о змеином укусе и превращении в котенка.

Матушка Опоссум торжественно кивнула:

– О, ему это не понравится.

Теперь не нужно было спрашивать, о ком речь, Лилиан уже знала о Прародителе Кошек.

– А я-то удивлялась, отчего в лесу так тихо, – говорила женщина-опоссум. – Ни одна кошка не появилась за целый день. Я еще подумала: не иначе, Папашка взялся за старое.

– Они сделали это, чтобы спасти мне жизнь, – напомнила Лилиан. – Я ведь умирала от укуса.

– Какая разница, зачем они это сделали? Ему все равно не понравится. Думаю, мне лучше заняться своими делами.

– Но я же не могу и дальше ходить вот так! – взмолилась Лилиан.

– Почему же?

– Но ведь это… неправильно. Получается, будто я – не я.

– Нужно было думать прежде, чем позволила заколдовать себя.

– Я же не знала, что со мной творится! Я очнулась уже кошкой.

– Нет, не проси, – сердито потрясла головой Матушка Опоссум. – Я не смогу тебе помочь.

– Но почему?!

– Я не вмешиваюсь в кошачью магию. Они наложили на тебя очень сильное заклятие. Неудивительно, что все попрятались. Если одно живое существо вдруг превращают в другое – беды не миновать.

– Но почему вы не хотите даже попробовать?

Я никогда не мечтала стать кошкой.

– Во-первых, – назидательно произнесла ведьма, – если кто-то говорит, что не может чего-то сделать, невежливо так настаивать. И невежливо расспрашивать, почему да отчего. И во‑вторых, даже если бы помочь тебе было в моей власти, я не взялась бы. Мне слишком дорога жизнь, чтобы перебегать дорогу черной пуме.

– Но ведь вы вернули бы все на место, только и всего…

– Скажи, тебе мама позволяет вот так ей перечить?

Лилиан не сдержалась и ощетинилась:

– Моя мама умерла. Из родни у меня только тетя, и она сходит с ума от беспокойства, бегая ночью по лесу с фонарем.

– Так ступай же и успокой ее.

– Я уже пыталась. Она не узнаёт меня в кошачьем облике.

– Мне правда жаль, что с тобой приключилась такая напасть, – вздохнула Матушка Опоссум. – Но я ничего не могу поделать.

Несколько секунд она разглядывала Лилиан, а потом добавила:

– И неплохо бы тебе усвоить хорошие манеры. Не все так великодушны, как я. Смотри, как бы нахальство не довело тебя до неприятностей похуже нынешних.

– Извините, пожалуйста, – пробормотала Лилиан, облизывая лапу.

Старая Матушка Опоссум удовлетворенно кивнула и направилась прочь.

– Хоть бы ничего этого со мной никогда не случалось, – вздохнула Лилиан.

Она обращалась уже к самой себе, но женщина-опоссум внезапно обернулась и испытующе посмотрела на котенка.

– Ты правда этого хочешь? – переспросила ведьма.

– Конечно хочу.

Матушка Опоссум снова задумчиво поскребла подбородок.

– Что ж, – наконец проговорила она. – Дай-ка припомнить заклинание. С этим я тебе помочь могу. Но ты должна быть уверена. Плоды такой магии могут быть очень неожиданны. Ты рискуешь получить вовсе не то, на что рассчитываешь.

– Так вы можете это устроить? – возликовала Лилиан. – Чтобы змея меня не жалила?

– Разумеется. Нет ничего проще. Все равно что зажечь лампу щелчком пальцев – колдовства здесь не больше.

– Тогда вы не могли бы поколдовать? – Лилиан с трудом подавляла желание потереться о ноги Матушки Опоссум. – Ну пожалуйста!

Ведьма кивнула:

– Но я предупреждала! Заклинание свершится, однако последствия не обязательно принесут тебе счастье.

– Да нет же! – От нетерпения Лилиан переминалась с лапы на лапу. – Я буду очень-очень счастлива.

– Ммм-хмм. Тогда все случившееся ты будешь помнить. Только ты – и никто другой.

– Вот и хорошо. Очень полезные будут воспоминания. В следующий раз не попадусь гадкой змеюке.

– Если ты уверена…

– Уверена, уверена, – кивнула Лилиан.

Интересно, как это работает. Хорошо бы не пришлось глотать какое-нибудь мерзкое зелье. Но ведьма лишь щелкнула пальцами, и мир вокруг Лилиан завертелся…

Глава шестая

Кошка, которая проснулась девочкой

И вдруг Лилиан снова стала девочкой. Не было больше ни болота, ни опоссума – все куда-то подевалось. Вместо ночи стоял день, а сама она носилась сломя голову по лесу. Это была еще знакомая часть леса, здесь она погналась за оленем. Лилиан споткнулась и едва не потеряла равновесие – все-таки только что у нее было четыре ноги, а не две, – но удержалась. Повинуясь какому-то неясному чувству, она сорвалась с места, помчалась меж деревьев и скоро оказалась на поляне.

Только не на обычной поляне, а на очень большой – Лилиан это сразу поняла. Олень не показывался, зато среди травы и полевых цветов возвышался тот самый древний бук, под которым она так опрометчиво заснула.

Но теперь-то она ученая. Прилечь под деревом – вот уж спасибо. Довольно с нее змей.

– Эй, привет-привет! – радостно прокричала она, ни к кому особенно не обращаясь. – Я снова я!

Она сорвала несколько маргариток и подбросила их в воздух. Как здорово снова иметь руки! Лилиан от радости несколько раз прошлась колесом вокруг бука. Наконец она остановилась и отдышалась, прислонившись к могучему стволу, а затем опасливо вгляделась в траву под ногами.

И как ей в голову могло прийти – ходить на голове, когда где-то тут, под буком, скрывается гадкая змея. Лилиан внимательно шарила глазами в траве и цветах, но змеи как не бывало.

«Но это еще ни о чем не говорит», – строго сказала себе Лилиан.

Если подумать, с ней случилось немало удивительного: укус змеи, говорящие животные, ведьма-опоссум… Это было на самом деле? Или ей все приснилось, совсем как в книжках? Скорее всего. Но если это только сон, почему Лилиан проснулась на бегу? Разве люди бегают во сне?

Неважно, решила она. По крайней мере, сейчас это не так важно. Нужно поскорее попасть домой. Нужно показаться тетушке.

Беззаботно подпрыгивая на бегу, Лилиан понеслась к ферме.

* * *

Как легко перебираться через ручей, если ты не кошка! Лилиан стремительно пересекла лес и луг и очутилась на склоне холма. Сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда показалась крыша хлева, а за ней навес над родником, коптильня с амбаром и, наконец, их старенький домик.

Ей снова хотелось пройтись колесом, но вверх по склону это делать трудновато. Тогда Лилиан запела, выводя незамысловатое «тра-ля-ля-ля-ля». Она так и представляла себе лицо тетушки, на котором написано: «И что опять затеяла эта девица?» Но какая разница, ведь Лилиан дома, и все так, как должно быть.

– Тра-ля-ля-ля-ля!

Она увидела в загоне Аннабель и радостно рассмеялась, припомнив, как разговаривала с коровой во сне. Корова и белка, ворон и лиса – вот глупости! И ведьма-опоссум в придачу. И как ей все это умудрилось присниться?

– Привет-привет, Аннабель! – радостно прокричала Лилиан, вприпрыжку пробегая мимо загона. – Извини, сейчас не могу поболтать!

Она снова рассмеялась и понеслась за задний двор. Как будто коровы умеют разговаривать! Она слышала, как за коптильней петух Генрих по-командирски покрикивает на цыплят. Лилиан поднялась наверх, в летнюю кухню; босые ноги громко шлепали по деревянным половицам.

– Тетушка! – позвала она. – Привет-привет! Мне такое приснилось! Ты просто не поверишь, что бывают такие сумасшедшие…

И тут она умолкла, поняв, что разговаривает сама с собой. Тетушки в кухне не было. И в гостиной тоже. Ее вообще не было наверху.

Она, случайно, не говорила, что собирается в город или на ферму к Уэлчам? Кажется, нет.

Привалившись животом к подоконнику в своей спальне, Лилиан разглядывала сад. Но и там никого не было. Из леса вылетел ворон, сделал вираж, поймав ветер, и скользнул к ручью. А вдруг это Ворон Джек? Нет, оборвала она себя. Ворон Джек ей приснился.

Лилиан больше не улыбалась. Куда же подевалась тетушка? Может, пора тревожиться за нее?

Девочка оторвалась от окна и спустилась вниз. Она сделала еще один круг по дому, потом вышла во двор. Заглянула в амбар и коптильню. Проверила в хлеву и курятнике. Мимо ульев поднялась в сад, дошла до семейного кладбища и снова спустилась. Прошагала вдоль кромки леса, постояла возле уборной, окликнула тетушку и заглянула внутрь. Никого. Только паук плел в углу свою сеть.

– А тебе самое время собирать вещички, – строго сказала она пауку. – Вот придет тетушка, живо тебя выметет.

Тетушка…

Словно огромный булыжник провалился в желудок.

– Ох, тетушка, – пробормотала она, закрывая дверь уборной. – Ну где же ты?

Лилиан направилась было назад, к дому, но вспомнила, что есть еще одно место, которое она не проверила. Крошечное кукурузное поле по ту сторону хлева. Лилиан ускорила шаги, все время окликая тетушку.

Вот оно, поле. Сердце Лилиан екнуло и упало куда-то вниз. Кукуруза невысокая, только по пояс. Если бы тетушка мотыжила грядки, ее длинную, костлявую фигуру было бы видно издалека. Но на поле никто не работал.