Фу ты, чёрт! Нервы шалят, что ли?

В это время послышался телефонный звонок и, вытащив мобильник из кармана, я понял, что это вновь звонит Бейкер.

— Слушаю вас, Мартин!

— Сэр, вы обещали зайти… — послышался в телефоне донельзя взволнованный голос Бейкера.

— Зайду! — пообещал я. — И уже скоро…

— Буду ждать, сэр!

Сунув мобильник в карман, я внимательно посмотрел в ту сторону дока, где тускло поблескивал металлическим остовом вертолёт, марку которого в данный момент даже трудно было определить. Кажется, всё же «Апачи»…

Уоллес должен оттуда вот-вот появиться, или не ждать мне его?

А впрочем, какого чёрта?! Там что, одна туалетная кабина, в этом их сухопутном гальюне?

И я тоже двинулся в том же направлении, что и ранее рядовой Уоллес, по его примеру, огибая широкой дугой места вчерашнего и сегодняшнего исчезновений. Дошёл до бренных останков вертолёта, прошагал мимо их и вдруг остановился, словно вкопанный.

Одежда рядового Уоллеса была аккуратно разложена по бетонному полу, причём, пилоткой в мою сторону. А это значит, что Уоллес уже возвращался назад, когда нечаянно попал под удар дьявольского этого портала.

Вопрос в том только, тот ли это портал, который чуть ранее поглотил рядового Брукса и почему-то перескочил на новое место? Или их теперь уже два в доке?

А почему тогда не четыре? Или не десять, скажем…

Застыв на месте, я затравленно огляделся по сторонам.

Старый ангар, такой обыденный и безобидный ещё вчера, вдруг показался мне неким своеобразным минным полем, на котором любой неосторожный или необдуманный шаг грозил весьма серьёзными последствиями. Смертельно опасными, можно сказать, последствиями.

Или ничего смертельно опасного нет в этом исчезновении? Клейтон вон возвратился целехоньким, хоть и с временно расстроенной психикой. Но, если верить словам фельдшера Бейкера, психика его уже почти в норме.

Зато самолично смогу уяснить, что там за жёлтый песочек такой, и что означали слова рядового Клейтона о бескрайнем море.

И я решительно зашагал вперёд. А потом, совершив все надлежащие дела, двинулся обратно. Правда, вторично проходя мимо разложенной по полу амуниции, невольно замедлил шаг и как-то сжался внутренне, готовый ко всяческим неожиданностям.

Но ничего неожиданного со мной так и не произошло.

— Сэр, — тотчас же обратился ко мне сержант Холройд. — Рядовой Джон Уоллес почему-то не возвратился. Вы его там не встречали?

— Встречал, — как можно более спокойно проговорил я. — Не самого, правда, а лишь его амуницию, аккуратно разложенную по полу. Поняли, что это значит?

И, глядя на враз побледневшие лица Джонсона и Моралеса, добавил:

— С этого места ни шагу! Разрешаю даже залезть в вертолёт и наблюдать оттуда. При появлении рядового Брукса, а он должен первым возвратиться, немедленно сообщить мне! По телефону. У сержанта есть мой номер. Вопросы имеются?

— Никак нет, сэр! — ответил за всех Холройд.

— А я в медпункт, — почему-то счёл нужным пояснить я, направляясь в сторону выхода из депо и подсознательно ожидая, что где-то здесь, на пути к выходу, тоже могла успеть зародиться очередная дьявольская ловушка.

Впрочем, выбрался я из ангара вполне благополучно.

* * *

Палата, в которой находился Морт Клейтон, была, в общем-то, рассчитана на двух пациентов, но, разумеется, рядовой Клейтон располагался тут в полном одиночестве.

В настоящий момент он восседал на своей койке, неловко свесив босые ноги и стыдливо придерживая рукой излишне широкий отворот пижамы. Я же, за неимением в палате стульев, примостился на соседней пустой койке, а фельдшер Мартин Бейкер скромно остановился у самого входа в палату, да и застыл там, прислонившись спиной к дверному косяку и скрестив на груди руки.

— Итак, — задумчиво проговорил я, внимательно наблюдая за Клейтоном, — вы по-прежнему продолжаете утверждать, что совершенно не помните произошедшего с вами вчера?

— Не помню, сэр! — прошептал Клейтон и для пущей убедительности энергично мотнул головой. — То есть, я хорошо помню всё, что случилось до моего обморока…

— То есть, с вами просто произошёл обморок? — перебил я его.

— Наверное, так оно и было, сэр! — кивнул головой Клейтон. — Я нёс инструменты на склад, а потом…

Не договорив, он замолчал.

— Что, потом? — нетерпеливо переспросил я, уже заранее предчувствуя ответ.

— Потом, как отрезало! — Клейтон вздохнул, машинально потёр пальцами переносицу, и тут я вспомнил о его близорукости. Осмотрелся и увидел очки, лежащие на тумбочке возле кровати.

Перехватив мой взгляд, Клейтон как-то нерешительно потянулся за очками, потом всё же взял их, некоторое время задумчиво вертел в руках. И лишь после этого осторожно водрузил на переносицу.

— Это всё, что я помню, сэр, — проговорил он, смущённо улыбаясь. — Очнулся здесь, а мне говорят, что уже около суток с того времени прошло…

Клейтон замолчал, но я тоже молчал, продолжая внимательно его рассматривать.

В больничной пижаме, несколько для него великоватой, рядовой Морт Клейтон выглядел щуплым, неуверенным в себе подростком. Очки на носу лишь усиливали это впечатление.

— Ну что ж, рядовой…

Я встал. Клейтон тоже попытался, было, подняться, но я жестом его остановил.

— Если вспомните ещё хоть что-либо, обратитесь к уоррен-офицеру Бейкеру! — Я кивнул головой в сторону неподвижно застывшего у входа Мартина. — И притом немедленно!

— Есть, обратиться к господину Бейкеру, сэр! — выкрикнул Клейтон, но я уже выходил из палаты.

Бейкер вышел следом за мной и плотно притворил за собой дверь.

— По-моему, врёт! — прошептал он, кивая головой в сторону двери. — Врёт, как я не знаю, кто…

— Врёт? — удивился, было, я, но Бейкер тут же приложил палец к губам, и я замолчал.

— Сюда!

Бейкер распахнул противоположную от палаты Клейтона дверь и первым зашёл внутрь. Я поспешил следом.

Это был небольшой, но довольно уютный кабинет, и я тотчас же с удовольствием плюхнулся на широкий кожаный диван, стоящий у стены. Бейкер же, пододвинув почти вплотную к дивану лёгкий плетёный стул, осторожно присел на самый его краешек.

Некоторое время мы оба сидели молча. Я смотрел на Бейкера, он же, низко опустив голову, о чём-то, кажется, усиленно размышлял.

Потом мне надоело это обоюдное наше молчание.

— Выкладывайте мне всё, что хотели сказать, Бейкер! — произнёс я, возможно, несколько резковато. — Не бойтесь меня огорошить, я, кажется, готов поверить сейчас в любую чертовщину!

Тут я замолчал на мгновение, но Бейкер тоже продолжал молчать, глядя куда-то себе под ноги.

— Итак, вы сказали, что рядовой Клейтон врёт, утверждая, что не помнит ничего из произошедшего с ним?

— Врёт или явно чего-то недоговаривает… — Наконец-то Бейкер поднял голову и посмотрел мне в глаза. — Но главное даже не в этом…

— Не в этом? — Я удивлённо посмотрел на Бейкера. — А в чём же тогда главное?

— Главное то, что человек в палате, это вовсе не рядовой Морт Клейтон! — одним духом выпалил Бейкер и вновь замолчал.

— Что?!

Некоторое время я лишь молча рассматривал Бейкера, потом рассмеялся. Несколько натянуто, правда.

— Бейкер, старина…

— Послушайте меня, сэр! — Бейкер вскочил со стула и, метнувшись к стоящему у окна письменному столу, вытащил что-то из верхнего ящика. — Вот, посмотрите!

На раскрытой ладони Бейкера тускло поблескивала белая зубная коронка.

— Эта та самая коронка, которую вы мне вчера передали, сэр! Она выпала изо рта Клейтона в момент его исчезновения…

— И что? — спросил я, рассматривая коронку. — Клейтон её не признал?

— Не в этом дело, сэр!

Поколебавшись, Бейкер вновь бросил коронку в ящик стола.

— У него сейчас отличные зубы! Ни пломб, ни коронок, ни единого даже признака кариеса…

Бейкер замолчал, и я тоже некоторое время сидел молча, обдумывая только что услышанное.

Отличные зубы, — сказал Бейкер, — что ж, возможно, так оно и есть. И с чего я, вообще, взял, что коронка эта принадлежит рядовому Клейтону. Может она уже валялась там, на полу, в момент его исчезновения?

Бейкер, кажется, понял, о чём я только что подумал. Вздохнув, он уселся за стол и, вновь выдвинув верхний ящик стола, вытащил из него стопку каких-то документов.

— Медицинские данные рядового Клейтона, — пояснил Бейкер, поспешно перебирая лежащие на столе бумаги. — Вот тут, о состоянии зубов. Три пломбы… ещё на двух малых коренных кариес в начальной стадии… ага, вот! Установлена металлокомпозитная коронка справа сверху: второй малый коренной…

Отодвинув бумаги в сторону, Бейкер вопросительно посмотрел на меня.

— Сейчас ничего этого нет, сэр… уж я-то в этом хорошо разбираюсь! Как-никак, первая моя специальность — зубной техник…

Он замолчал, но я тоже сидел молча, пытаясь переварить только что услышанное.

— И это ещё не всё, сэр!

Вздрогнув, как от озноба, я посмотрел на Бейкера, нервно покусывающего нижнюю губу.

— Что ещё?

Бейкер вновь пододвинул к себе бумаги, торопливо принялся их перебирать.

— В возрасте тринадцати лет Морт Клейтон перенёс операцию. Аппендицит, причём острый, с обширным перитонитом брюшной полости, чудом остался жив…

— И что? — спросил я и сам удивился тому, как хрипло и даже незнакомо прозвучал собственный голос.

Ничего не отвечая, Бейкер лишь молча и как-то исподлобья смотрел на меня.

— Исчез шрам? — спросил я, но Бейкер лишь отрицательно мотнул головой.

— Шрам не исчез, сэр! Исчезла близорукость, впрочем, это лишь моё предположение. Что же касается шрама, то он просто переместился…

— Переместился? — переспросил я, всё ещё ничего не понимая. — Куда переместился?

— На левую сторону, сэр! — почти шёпотом пояснил Бейкер и, помолчав немного, добавил: — Как и печень, она у него теперь тоже слева. Зато сердце — с правой стороны…

— Сердце с правой стороны… — машинально повторил я и тут же вопросительно посмотрел на Бейкера. — Ну, и что всё это значит?

— Это значит, — прошептал Бейкер, опасливо поглядывая на дверь, — что в палате напротив находится сейчас не рядовой Морт Клейтон, а его зеркальное отражение. Значительно, кстати, улучшенное, по сравнению с оригиналом, ежели вспомнить о зубах и зрении…

Бейкер ещё что-то говорил, но я его уже не слушал. Удушливая волна холодного липкого страха, даже не страха, а дикого первобытного ужаса, нахлынула откуда-то изнутри, да так, что даже дышать стало трудно.

«Это вторжение! — внезапно подумалось мне. — Самое настоящее инопланетное вторжение! Мы ожидали его сверху, из космоса, и даже строили какие-то планы по сопротивлению и отражению, мистер Смит упоминал о чём-то таком во время одной из недавних наших встреч! И вот оно началось, но мы же совсем не готовы именно к такому внезапному повороту событий…»

Тут я вспомнил о ещё двоих исчезнувших, и мне сразу же резко поплохело. А тут ещё телефонный звонок от Холройда.

— Сэр! — прокричал он, едва только я поднёс телефон к уху. — У нас ещё одно исчезновение!

— Кто?! — ответно выкрикнул я. — Джонсон? Моралес? Почему они не оставались на месте, как я приказал?

— Никак нет, сэр! — Я даже подумать не мог, что у сержанта Холройда, всегда такого спокойного и невозмутимого, может быть настолько взволнованный голос. Даже испуганный, скорее… — Джонсон и Моралес сейчас рядом со мной, сэр!

— Тогда кто?! — уже теряя самые последние остатки самообладания, заорал я в мобильник. — Да не молчите же вы там, Холройд!

— Он появился так внезапно, сэр! — как-то растерянно проговорил Холройд. — Часовой не мог его не пропустить, а мы… Мы пытались как-то остановить его, объяснить, что к чему…

— Кого, его? — что есть силы рявкнул я в мобильник. — Кому объяснить?! О ком вы, вообще, говорите сейчас, сержант?!

— О полковнике Хилле, сэр! Он был в таком состоянии, что никого и слушать не пожелал!

Холройд ещё что-то продолжал объяснять, но я его уже не слышал. Опустив руку с зажатым в ней мобильником, я лишь молча и тупо смотрел перед собой, ничего при этом не соображая.

«Это конец! — билась в голове моей единственная связная мысль. — Это конец!»