Помоги проекту - поделись книгой:
— Быть может, Льюис Кэрролл был просто чокнутый, — отвечает он, — как и ты.
Глава 2
Часом позже, шофер Пиллара подбрасывает меня к так-называемому месту преступления. Воскресное туманное утро, семь тридцать. После сеанса психотерапии, я потеряла сознание от одного только своего изувеченного вида в зеркале. Очнулась я уже не калекой. Вальтруда сообщила, что меня снова увозят для «психологической консультации». На этот раз, моя безжалостная надзирательница весьма подозрительна, но вмешиваться ей не дозволено.
Шофер забирает меня у входа в лечебницу. За всю поездку, в карете скорой помощи, что он угнал еще в наше прошлое приключение из Оксфорда на окраинах Лондона, он не сообщил мне ничего полезного, только то, что я нужна Пиллару. Кажется, появился новый Монстр Страны Чудес.
Оставшуюся часть поездки я созерцала, как шофер бешено ведет машину и время от времени приглаживает свои усики, слушая сирену скорой помощи и песню «Белый Кролик» группы Jefferson Airplane по радио. Я отвернулась и продолжила перевязывать израненные руки. Когда я уже, наконец, научусь этой «Чепу Хе»?
И вот, я стою перед старым красно-бело-черным цирковым шатром. Цирк, если так можно назвать рухлядь окруженную гравием и песком. В поле зрения нет ни домов, ни построек. Полиция повсюду рыщет в поисках преступника. Я и, правда, не знаю, что я здесь делаю.
— Возьми это. — Шофер вынимает пропуск и передает его мне.
— Эми Ватсон? — читаю я, нахмурив брови. — Ассистент директора Движения по Правам Животных «Белый Кролик» в Лондоне?
— Приколи это к куртке, — требует шофер без объяснений. — Тебе нужно пройти через полицейских.
— Что конкретно мне следует искать, как только я пройду?
— Своего босса, Профессора Корнелиуса Дрессироу, конечно же. — Шофер приглаживает усики. — Единственного и неповторимого. — Подмигивает он.
Стоя, я наблюдаю, как он немедленно срывается с места, словно испорченный богатенький мальчик на папочкиной тачке. Теперь мне удалось завоевать внимание полицейских.
— Алиса…, то есть Эми Ватсон. — Я показываю свой пропуск и осторожно приближаюсь к ним, держа в руке свой волшебный зонт. — Движение по Правам Животных «Белый Кролик». — Я понятия не имею, что я несу.
— Полагаю, Вы ищете Профессора Дрессироу. — Вздыхает молоденький полноватый полицейский, ухватившись руками за ремень.
Я киваю.
— Что эти ребята забыли на месте преступления? — Он тыкает в меня пальцем и рычит на другого офицера. — Это же место преступления. Что здесь нужно организации по правам животных?
— Место преступления? — переспрашивает высокий долговязый офицер. Он уже все облапал меня взглядом. Он симпатичный, но слишком высок, словно метла. Я хмурюсь, странно. В отсутствие Джека я привлекаю к себе случайное внимание незнакомцев? — Это и местом преступления не назовешь, тела-то нет. Кроме того, убежал белый кролик. Я знаю, что большинство людей волнуются из-за бомбы. А вот другие больше волнуются за кролика. Проходите, Мисс Эми. — Он ослепительно мне улыбается. Такую фальшивую улыбку используют большинство парней, чтобы впечатлить девушек. У меня же на это нет времени. Мне не следует проявлять интерес к парням. Я не знаю, какого черта происходит.
Отвожу взгляд и замечаю Пиллара в нескольких шагах от циркового шатра. Он делает вид, что он дирижер перед несколькими детишками, которые, кажется, были в цирке, когда произошло преступление. Он поет:
Дети с энтузиазмом повторяют:
— Какой приятный молодой человек. — Подмигивает мне девяносто — девятилетняя старушка, показывая на Пиллара.
— Уверена, так и есть, — бормочу я.
Я приближаюсь к нему и детям.
— Ватсон! — Приветствует меня Пиллар в своей обычной театральной манере, словно это счастливейший день в его жизни.
— Профессор Дрессироу. — Киваю я, убрав руки за спину, играя свою часть. Имя «Ватсон» напоминает мне о Шерлоке Холмсе. Не знаю преднамеренно или нет, это наводит на некие сходства между тем, как мы раскрываем преступления, к тому же Пиллар, как и Шерлок, много курит. — Что ты здесь делаем? — спрашиваю я, надеясь, наконец, прояснить для себя ситуацию.
— Сбежал белый кролик. — Он извиняется перед детьми и родителями. — Ты ведь знаешь, как у меня сердце разрывается из-за бездомных животных, — говорит он довольно громко, чтобы его услышали все. — Бедный белый кролик, брошен на милость жестокого человечества. — Он тащит меня к цирку, пока я фальшиво улыбаюсь полиции, родителям и их детям.
— Извиняюсь за то, что ты услышала, как я пою эту ужасную песню, — шепчет он, когда мы заходим.
— Извиняетесь? Почему?
— Да кому только в голову взбредет петь «Лондонский Мост падает» маленьким детям? — отвечает он. — Крайне депрессивная песня.
Я пытаюсь игнорировать тот интересный факт, что мы, наконец, вошли в цирк. Внутри цирк настоящая грязная дыра. Дешевка. Я бросила взгляд на объявление, что вход бесплатный. Я не удивлена. Внутри слишком мрачно. Манеж посреди усыпан белым песком, и все же он пуст. Цирк, фактически, заброшен. На огромной вывеске наверху сказано «Самое Сумасшедшее Представление на Земле». Пока ничего не указывает на то, что это дело рук Монстра Страны Чудес.
— Так что здесь произошло? — спрашиваю я у Пиллара, теперь, когда мы одни можно уже не притворяться.
— Человек, именующий себя Шляпником, весь прошлый месяц устраивал здесь бесплатные представления, — рассказывает Пиллар, медленно передвигаясь при помощи трости и осматривая место. Разглядывая его одеяние, я понимаю, что Пиллар как никто другой подходит к этому месту, его по ошибке можно принять за циркача. Безумного конферансье, быть может. — Прошлым вечером, так-называемый Шляпник показал фокус, где с помощью волшебства ему удалось заставить белого кролика проглотить часовую бомбу.
— Ой. — Я вспомнила, как на прошлой неделе убийца начинял арбузы головами. У всех поголовно хобби что ли такое? — И?
— Он показал его детям. Дети запаниковали и убежали, как и белый кролик, который теперь разгуливает по улицам Лондона, весело прыгая и дожидаясь взрыва. — Кажется, Пиллара заинтересовал песок внутри манежа.
— Почему Монстры Страны Чудес проявляют такую жестокость по отношению к животным?
— Почти все персонажи в книге Кэрролла — животные, Алиса, — отвечает Пиллар. — Я, кстати, тоже, если ты не заметила.
— Значит, поэтому нет трупа. Значит, нам нужно найти беглеца кролика с часовой бомбой? — Я меня тему разговора. Сейчас мне не хочется вникать в суть вопроса,
— Возможно.
— Что-то вроде террористического акта злобного Монстра из Страны Чудес?
— Полагаю, что так. — Пиллар по-прежнему заинтересован манежем.
— Почему у Вас еще остаются сомнения по этому поводу? — говорю я. — Если внутри кролика бомба, то она взорвется где-то в Лондоне. Других вариантов я не вижу.
— Если бы я был террористом с бомбой, я бы просто взорвал ее там, где мне захочется. — Щурится Пиллар, глядя на манеж. — Зачем отпускать кролика? Кем бы ни был этот Монстр из Страны Чудес, у него имеется загадочный план, который мне пока не известен.
Глава 3
Когда я думаю об этом, предположение Пиллара обретает смысл. Кролик с бомбой, как неэтично, должно быть кому-то захотелось посеять панику в городе по той или иной причине. Я пытаюсь выяснить, что происходит, но знаю обо всей этой ситуации совсем немного.
— Вы хотите сказать, что для нас с Вами это означает еще одно послание от Монстра из Страны Чудес?
— Трудно сказать. Монстры Страны Чудес весьма непредсказуемы. — Пиллар останавливается перед манежем, не решаясь шагнуть внутрь по какой-то причине. Что такого особенного в песке, что внутри?
— По-крайней мере, нам известно, что на этот раз он — Шляпник.
— Это он себя так называет. — Пиллар присаживается на корточки, тщательно осматривая пустой манеж. — Здесь что-то не так.
— С песком?
Пиллар кивает и снова поднимается.
— Но я пока не уверен. — Он смотрит на меня так, словно видит впервые. — Откуда у тебя все эти синяки? Подралась с Вальтрудой?
— Неа, это из-за Чепу Хи. — Я глотаю слова. — Я тренировалась.
— В книге сказано, чтобы ты попыталась убить себя и засунуть морковку себе в задницу?
— Конечно же, нет! Существуют определенные движения, похожие на каратэ, которые должны сработать, но, в конце концов, я падаю или ударяюсь о стену. — Пытаюсь звучать непринужденно, но я совершенно сбита с толку. Даже для Пиллара вся эта затея с Чепу Хой кажется через чур. — Я должна продолжать тренировки, пока не получится.
— Ты ведь знаешь, что только психи способны выполнять одно и тоже действие снова и снова, ожидая один и тех же результатов, снова и снова, понимаешь?
— Что не так с безумцами? — Мои губы трогает полу-улыбка.
— Ничего. — Улыбается Пиллар. — Они делают все, что им заблагорассудится… и в этом все веселье.
Внезапно, нам перебивает шум. Кто-то храпит на верхних ярусах за моей спиной. Я поворачиваюсь и вижу мужчину лет пятидесяти, свесившего голову на плечо. На нем надет длинный коричневый плащ, и он спит на скамье в самом верхнем ряду. Я отворачиваюсь и бросаю на Пиллара пытливый взгляд.
— Не о чем беспокоиться. Это Инспектор Соня, — говорит Пиллар. — Шерлок Соня. — Он вскидывает бровь и прикрывает рот рукой в перчатке.
— Вы шутите, да? — Я следую за Пилларом, пока он поднимается к спящему инспектору.
— Я не шучу, Алиса. — Пиллар закатывает глаза. — Ты рассуждаешь, как законченная Американка ты в курсе? — Он шагает прямиком к Инспектору Соне, который по-прежнему ритмично похрапывает, его грудь поднимается и опадает, губы чавкают. — Судя по его виду, он очень воодушевлен этим преступлением, — замечает Пиллар.
— Соня? — говорю я. — Он Чудесник? Соня?
— Никогда не видел его прежде. — Пиллар трясет его за плечо. — Его зовут Шерлок. Этот человек определенно загадка. Офицеры снаружи сказали, что он проработал шефом полиции около десяти лет. При этом не раскрыл ни единого дела, и ему до сих пор удалось продержаться на своей работе… обожаю Британию. Должен признать, он знатная засоня.
— Все страньше и страньше, — бормочу я. — То есть, разве офицеру полиции положено спать на месте преступления?
— Политики спят за рабочими столами, доктора у операционных столов, а безответственные родители за рулем, — говорит Пиллар, восхищаясь самим собой. — Я бы сказал, что этот человек невиновен. Тут даже не настоящее место преступления. Мы всего-то ищем пропавшего кролика. — Пиллар громко стучит тростью по полу. — Давай проверим, вдруг инспектор окажется полезным.
Инспектор Соня просыпается, потирая заспанные глаза.
Глава 4
— Значит, вы двое из движения по защите прав животных? — потирает глаза Инспектор Соня. Мне он кажется совершенно приличным человеком. Едва ли он Монстр Страны Чудес.
— У моей дочери есть хомяк, черепашка и ящерица. Она обожает животных. — Хихикает он, потирая шею. — Я терпеть их не могу, особенно когда они тащатся за мной в ванную, но не могу же я разбить сердце дочурке.
Теперь до меня доходит, почему мы притворяемся представителями движения по правам животных. Тем не менее, нам могут не позволить находиться на месте преступления. Логично, что животные энтузиасты присматривают за кроликом. Нужно же кому-то заботиться о животном, не всё же людям. По иронии судьбы, дело до этого есть только безумцам.
— Эми Ватсон, моя ассистентка, просто обожает кроликов, — говорит Пиллар, отчасти издеваясь надо мной.
Мне любопытно, позволят ли нам с этого момента и впредь раскрывать преступление вместе с полицией. Неплохая идея. Помощь бы нам не помешала, по крайней мере, до тех пор, пока они не узнают кто мы такие на самом деле.
— Однажды Эми Ватсон довелось побывать в кроличьей норе, — шепчет Пиллар Инспектору Соне, затем широко мне улыбается. Инспектор Соня ничего не отвечает. Он заснул стоя. Его губы колышутся, будто ленивые волны, когда он похрапывает.
— Инспектор? — я склоняю голову набок, пытаясь быть милой.
— Ха. — Он снова открывает глаза. Потирает их и зевает. — Мои извинения. Как грубо с моей стороны. Давно не спал, — отвечает он. — С тех пор, как известили БО о случившемся, работал двадцать семь часов без устали.
— БО? — переспросил Пиллар.
— Безумный Отдел, — отвечает Инспектор Соня.
— Безумный Отдел? — мы с Пилларом обмениваемся взглядами.
— Да. — Инспектор Соня достает бутылёк с глазными каплями и закапывает по две капли в глаза. — Несколько лет назад, полиция зарегистрировала множество преступлений с необычайно безумной подоплекой. Преступлений, о которых прежде никто и слыхом не слыхивал; вроде этого, кролик с бомбой. — Он снова хихикает. Его руки дрожат, и он проливает жидкость себе на щеку. — Мир сошел с ума.
— Рад, что Вы заметили. — Прищуривается Пиллар, но я знаю, о чем он думает. Если полиция обратила внимание на всю абсурдность недавних преступлений, то вероятно это связано с побегом Монстров Страны Чудес.
— Так значит, вы нашли какие-нибудь зацепки о местонахождении кролика? — интересуется инспектор.
— Думаю, да, — отвечает Пиллар, указывая тростью на песок с арены, теперь у него есть возможность присмотреться к нему получше. — Первую подсказку оставил Шляпник.
Я немедленно приглядываюсь к арене, пытаясь понять посыл. Инспектор Соня совершенно озадаченный, зевает.
Затем я вижу подсказку. Кто-то написал послание на песке, воспользовавшись палкой или чем-то подобным. Буквы гигантские. Пиллар не мог прочесть их, стоя у самого подножия нижних ярусов. Теперь мы оба отчетливо их видим. Послание из одного слова:
— Пикадилли? — повторяю я.
— Это намеренно? — Инспектор Соня почесывает голову.
— Да. — Выражение лица Пиллара становится серьезным. — Тут дело уже не в кролике с бомбой. Полагаю, нам будет предоставлена целая серия зацепок, как только нам удастся разгадать эту.
— Но ведь это никакая не зацепка, — возражает Инспектор Соня. — Это всего лишь слово. Чье-то имя, скорее всего.
— Думаете, это настоящее имя Шляпника? — вмешиваюсь я, разглядывая Пиллара.
— Нет, — отвечает Пиллар. — Слово «Пикадилли» написано внутри круга. Не самой арены, а внутри того, что обведено палкой вокруг самого слова.
Я встаю на цыпочки и смотрю вниз, чтобы увидеть всю картину в целом.
— Вижу. Какой-то код? Часть слова или часть рисунка?
Поделиться книгой: