Сумасшедшее лето красной шапочки (СИ)

— Тогда вы нарезайте салат, а я пойду за картошкой. Хорошо?

— Хорошо, — кивает Алла.

— Так точно, капитан, — отдаю честь бабушке.

— Нет, ну она как учудит, хоть стой, хоть падай. — хохоча говорит бабушка Алле и уходит.

Я достаю из холодильника помидоры, споласкиваю их под краном, Алла (на мою радость) делает тоже самое с огурцами, затем мы принимаемся крошить их в миску. Подруга нервно покусывает губу, явно о чем-то думает. Я примерно догадываюсь.

— Кто такие Самойловы? — прерываю я терзание губы Аллы.

— Да, так. Соседи твоей бабушки с другой стороны. — не поднимая глаз отвечает она.

Ага, черта с два я поверю в это.

— Из-за просто соседей губы на съедают в кровь.

— Да, ничего не ем я, — бормочет краснея Алла.

— Ну, рассказывай уже. У нас с тобой не получится осуществить все наши великие планы, если мы будем что-то скрывать друг от друга.

— Ладно. Ты же у нас, будем считать, впервые. Так что слушай бесплатный курс по выживанию в Ромашково.

Звучит очень… Интересно!

— Есть у нас тут местная достопримечательность — Женя Самойлов. Самый красивый парень, которого я могла только видеть.

Я примерено представила парней, которых видела Алла, и в лучшем случае у " самого красивого" парня, не будет девственных усиков и кожаных сандалей.

— Да, не только у нас он считается лучшим творением природы. Женька многим вашим городским нос утрёт!

Ага, охотно верю.

— Но ты к нему не суйся. Он встречается со стервой Светкой Грачевой. Та, если что-то учует своим длинным носом, сразу патлы тебе повыдирает. Она со своими шавками Настей и Жаннкой считаются тут вроде как боГемой общества. — Алла так явно гэкнула, что я едва сдержала смешок. — Хотя, не понимаю, что все нашли в этой Светке. Ножища от ушей, "бидоны", как подушки безопасности.

— По-моему, так это все плюсы.

— Плюсы — это когда все это у тебя. А в остальных случаях — это уродство.

— Справедливо, — усмехаюсь я. — И ты влюблена в этого Женю?

— Да нет вообще — то. Мне больше нравится его друг Славик Черновой, но ему нравится Жанка. Рыжая потаскуха…

Женя, Света, Славка… А-а-а! От изобилия имён и переизбытка информации у меня пошла кругом голова.

— Так, если тебе нравится Славик, зачем ты так суетишься? — не понимаю я.

— Ну, если на меня вдруг западёт самый красивый парень Ромашково, я не сильно огорчусь. Да и Светке лишний раз утереть нос не помешает.

— Все понятно, — говорю я, хотя вообще ничего не понятно. Но все их эти сложные взаимоотношения меня никак не волнуют. Я приехала сюда развлекаться (по моей версии), и отбывать наказание (по версии отца). Наживать врагов здесь — не входит в мои планы. Хотя война со стервозной провинциалкой может не плохо разнообразить мой отдых. Но зачем мне нужен ее Женя, если меня дома ждёт мой Илюшенька? Может, конечно, не мой и не очень ждёт, но Самойлов меня не интересует точно.

Алла помогала нам ещё около часа, а потом упорхнула домой наводить марафет перед покорением сердца легендарного Самойлова. Мы с бабушкой закончили готовку и накрыли стол во дворе под виноградником. Гости должны были прийти к шести. Я ещё успевала пойти в душ, смыть с себя дорожную пыль и собраться.

Наряжаться перед незнакомыми дядями и тетями мне не хотелось. Поэтому я просто надела своё белое хлопковое платье, на голову натянула свою шляпу. Потому что солнце ещё не зашло, а мне только и не хватало, чтоб обгорело лицо, и вышла к бабушке, которая уже была в полной готовности.

Первая, конечно, прилетала Алла. На ней была джинсовая миниюбка, какие были модны где-то в 2000-х годах, цветастый топ, обнажающий зону декольте. Образ заканчивали лазурные босоножки на огромном каблуке. На мой взгляд, выглядела она очень вызывающе и немного, как городская сумасшедшая. Хотя, может по нынешним меркам — очень даже сексуально.

— А где мама, Аллочка? — спрашивает бабушка.

— А вот и я, — во двор входит полноватая женщина с кудрями, как у пуделя, а цвета спелого баклажана. — Павлиночка, с приездом! — она бросается целовать меня, а я любезно улыбаюсь, и пытаюсь, правда пытаюсь сделать дружелюбный вид.

— Они ещё не пришли? — шепчет Алла мне на ухо.

— Нет.

Я сажусь за край стола, подруга садится рядом и выпячивает грудь. Мысленно закатываю глаза.

— О, идут! — всполошилась подруга.

— Здравствуйте, Марья Васильевна. — щебечет бабушка, — Здравствуйте, Игорь Никанорович.

Я поворачиваюсь к ним. У калитки стоит приятная статная женщина, с каштановыми волосами, собранными в пучок. На ней легенькая блузка и чёрная юбка. Внешне она очень напомнила учительницу. С ней рядом был седой высокий мужчина. У него были очень красивые мужские черты лица. Одет он был клетчатую рубашку и простые чёрные брюки. На вид очень даже милые люди.

— Вот блин. А где Женька-то? — разочаровано выпаливает Алла.

— Старания не будут вознаграждены. — издеваюсь я над нахмуривавшейся подругой.

— Павлиночка, какая же ты красавица стала! — ко мне подходит женщина и прижимает меня. До меня доносится приятный цветочный аромат ее духов. — Совсем, как и твоя мама. Кстати, как она?

— Спасибо. — смущаюсь. — Прекрасно, трудится над своей книгой.

— Так, ну давайте садиться за стол, — почти в приказном тоне говорит бабушка.

Мы все рассаживаемся, а Алла с тоской смотрит на пустующую тарелку. Словно это не Ромашково, а железнодорожная станция, а Алла не Алла вовсе, а пёс Хатико. Кто был хозяином — догадаться не трудно.

— А где Женя? — спрашивает бабушка.

— Да, разве знает кто-нибудь, где его носит? Уйдёт с утра, да ищи свищи его потом. — отмахивается Марья Васильевна. — Ты, Павлиночка, в этом году школу закончила? — о, по-моему, это она мне.

— Угу, — пережевываю картошку.

— Поступать будешь куда? — присоединяется к нам Игорь Никанорович.

— Да, в университет международных отношений.

— О, как! Умница какая. — одобряет мой выбор Марья Васильевна, — А у тебя как дела, Аллочка?

— Да, нормально. Из техникума не выгнали. Выучусь парикмахершей! Уеду в город и стану там известным стилистом! Прямо как Сергей Зверев.

За столом все дружно рассмеялись, но без злобной нотки. Все было очень даже дружелюбно. Алла сначала немного смутилась, а потом смеялась вместе с нами.

Мама Аллы кушала молчала, лишь кивая. Видимо, она не готова была вести разговор, пока не угомонит чувство голода.

Атмосфера вечера пришлась мне по душе. Все без зависти, пафоса общались друг с другом, словно все были давнишними друзьями.

— Извините, я немного опоздал, — мы все повернулись к калитке. Алла мгновенно выпрямилась. Вот и хозяин пожаловал. У забор стоял парень с каштановым цветом волос, как и у Марьи Васильевны. А черты лица были копией Игоря Никаноровича. Парень неряшливо улыбался. На щеке у него было какое-то чёрное пятно. Точно такое же было и на лбу. Даже не потрудился привести себя в человеческий вид, чтоб появиться перед людьми. Он был симпатичным. Алла не соврала. И что-то знакомым кажется…

— Женечка, проходи садись. — бабушка указывает на свободное место напротив меня.

Парень уверенной походкой, словно он хозяин этой деревни, пересекает двор и плюхается на стул.

— О, Красная Шапочка! — восклицает он, и я узнаю в нем хамло-водилу, который напускал мне выхлопных газов под нос! — Ты все-таки дошла, — парень по королевски расползается по стулу, положив одну руку на спинку. Алла смотрит на меня непонимающе, как и все вокруг.

— Какой же… — " ты олень" хочется сказать мне, но я вовремя одёргиваю себя, — у вас благодушный сын, — перевожу глаза на Марью Васильевну и одариваю ее фальшивой улыбкой. Даже больше оскалом, чем улыбкой.

— Женечка, это Паша — внучка Любови Степановны. — начинает вещать мама "Женечки", — она закончила…

— Институт благородных девиц? — кидает парень, опираясь локтями в стол. У него красивые карие глаза, которые проникают иглами под кожу. Достались же такие язвительному уроду.

— Нет, школу. И она приехала погостить сюда на лето.

— Наверняка, не по собственному желанию, — заключает Самойлов.

— Почему? — не понимает женщина.

— Ну, разве подстать отдых в Ромашково таким принцесскам? — снова проглатываю провокацию. Этот парень до мозга кости проникся неприязнью ко мне. И могу сказать, что это на 95 % было взаимно. Остальные 5 % занимали его красивые глаза.

— Женя, где твое воспитание? — возмущается мужчина.

— А что такого? — наконец-то подает признаки жизни мама Аллы, — парень дело говорит. Вон Павлушка какая красавица. Просто мисс Мира, а приехала отдыхать к коровам, гусям, да загорать среди кучи навоза.

— Просто я давно бабушку не видела, соскучилась. К тому же, это последнее беззаботное лето. Впереди тяжелые студенческие времена, — пожимаю я плечами.

Парень сидит и смотрит на меня, словно волк на молодую овечку. Мне кажется, не будь между нами стола, он бы цвепился мне в горло своими ручищами. Что я ему сделала? Ладно, немного нагрубила на дороге. Но ведь я, в конце концов, не девушку у него увела, чтоб так испепелять меня взглядом.

— Вы знакомы что-ли? — шепчет мне Алла.

— Потом расскажу.

Остаток вечера мы провели в напряжении. По крайне мере я. Женя вечно кидал колкие фразы в мой адрес, не упускал момент, чтоб ткнуть меня в мою "беспечную" жизнь, а мне приходилось молча это терпеть, потому как кинуться на него с визгами — я не могла себе позволить. Во-первых, парень значительно сильнее меня, а значит бой будет проигран. А, во-вторых, бабушку с инфарктом увезут, если ее пай-внучка вцепится в лицо ее соседу.

Вообще-то, пока не пришел этот парень, у меня были планы подружиться с ним, потому как компания мальчишек всегда развлекается веселее, чем девочек. Это неоспоримый факт, доказанный мной моим же собственным опытом. Еще парни не обижаются, они не такие нежные и ранимые. Им можно отпускать любые шуточки, и не бояться ься, что могу политься крокодильи слезы.

У себя в городе у меня была одна подруга Стаська, зато кучу друзей мальчиков. С парнями мне легче находить общий язык. Среди них я всегда была своим пацаном. И даже имя подстать — Пашка.

— Женька, а может ты покажешь Павлине деревню? — спрашивает бабушка, и я вылупливаю на нее свои глазки, словно удав гипнотизирует кролика.

— Ба, да мне Алла покажет, мы уже договорились, — вру я.

— Вообще — то, мы… — начинает подруга, но я тут же пинаю ее ногу под столом. — Да, я уже обещала. Но Женя нам не помешает. Да, и думаю, что он больше знает живописных мест, — она кокетливо улыбается парню, тот мимолетом оглядывает ее, потом снова впивается в меня взглядом. Выпытывающим, острым, как лезвие ножа, взглядом.

Вот это предательство! Неужели она не видит, что мы как два враждующих лагеря? Нам нельзя схлестываться вне этого общества, что сейчас за столом. Иначе быть беде.

— Не сомневайтесь, покажу наше Ромашково в лучшем виде, — с хитрой улыбкой произносит он. Мне что-то не по себе от этого психа.

Когда все решили, что Женя обязательно должен показать мне какое-то озеро, какую-то речку и еще много природных чудес, и наконец-то сменили тему, я смогла поинтересоваться у Аллы, что за дела она проворачивает.

— Этой мой шанс, — жалобно пищит Алла. — Может, он позовет с собой Славку.

Черт, вот абсолютно не понимаю, за чье внимание она борется? Да, и не только это не понимаю. Я нихрена не понимаю впринципе! Что происходит в этом Ромашкове?

Парни беспричинно шипят на незнакомых девушек. Бабушки навязывают своих внучек сомнительным личностям. А молодые девушки принебрегают чувствами, ради внимания самого популярного парня? Я приехала в другую вселенную, где все происходит через задницу? Видимо, так. И теперь и мне придется учиться жить по-другому.

________________________________________________________________________

Этим вы очень вдохновляете автора. Заранее спасибо.)

Глава 3. Воинственный настрой

— Паш, вставай. — бабушка легонько тормошит меня за плечо. Открываю глаза и оглядываю комнату с противно-розовыми обоями. Я так надеялась, что это сон. Все это: папино наказание, Ромашкино, Женя. Было бы здорово проснуться сейчас дома, позвонить Стаське, договориться о встрече…

— Павлина, вставай. — не отстаёт бабушка. — мне нужна твоя помощь.

— Встаю, бабуль. — но глаза закрываются под грузом усталости и недосыпа.

— Давай, давай. А то окачу тебя холодной водой из колодца.

Я страдальчески простонала, но все-таки встала с постели. Бабушка удовлетворённая результатом сообщила, что ждёт меня на кухне и ушла. Глаза по-прежнему слипались, а мозг никак не хотел загружаться. Сколько времени? Я нащупываю телефон под подушкой… 5:56?! Она серьёзно?! Может, это отец попросил ещё поиздеваться ее надо мной? В мире нет достаточно весомых причин, чтоб будить меня в шесть утра! От цифр на экране, мне перехотелось спать. Парадоксально, знаю. Захотелось только возмущённо махать руками и проклинать утро, солнце, часы.

Я обреченно выдыхаю, снимаю свою шелковую пижаму, натягиваю джинсовые шортики и футболку. Несмотря на то, что день только начался, солнце уже во всю освещало землю и чертово Ромашково.

Сонной мухой бреду на кухню.

На столе уже стоит яичница с помидорами, которую я так обожала в детстве, и стакан с апельсиновым соком. За такой завтрак ее можно простить.

— Садись, кушай. А потом пойдёшь пасти утят. — бабушка ставит передо мной хлебницу с ломтиками свежего ароматного хлеба.

Ох-ох-ох! Пасти утят! Это похоже на какой-то розыгрыш. Но спорить с бабушкой бесполезно, точно так же, как и со мной. Упрямство баранов — отличительная черта нашего семейства. Поэтому у нас частенько случаются стычки, где кому-то приходится чем-то жертвовать. Чаще всего это выпадает на мою долю. Мол самая молодая, легче всех переживу пренебрежение моей гордостью.

Я умяла яичницу с помидорками, выпила стакан прохладного вкусного сока, который оказался лучшим из всего, что встретилось мне в Ромашково. Затем, схватив свою шляпу, пошла на хозяйственный двор, где меня уже ждали бабушка и пару десятков орущих утят. Они так жалобно пищали, что мне захотелось выпустить их на волю. А именно это и придётся мне делать.

Бабушка помогла выгнать мне их со двора на полянку, напротив нашего дома. Они тут же умолкли и принялись щипать зеленую травку, которая была едва ли не с них ростом.

Я уселась в тени большого дерева, на котором раньше висела моя качель. Кстати, интересно, куда она делась? Из развлечений для детей здесь только небольшое футбольное поле, с парой ворот, на которых даже не было сетки. Остальное дети делали сами — качели, тарзанки, рогатки. И, на тот момент, мне казалось, что для счастья больше ничего и не нужно. А сейчас мне немного не хватает мохито со свежей мятой, фисташкового мороженого и кондиционера в доме. А, ещё и интернет.