Не помогайте мне. Я сделаю все сам

— Тимофей, я этого не знаю. Тебе уже рассказывали, что какая-то женщина назвалась твоей гражданской женой и получила разрешение на оказание тебе материальной помощи. А чтобы нанять адвоката вообще чье-то разрешение или согласование не требуется. Договор с адвокатом подписал, и все… Дальше адвокат сам во всем разберется. Ты все это знаешь лучше меня. А сейчас пойдем, Тимофей. Нас заждался главврач клиники.

Но в клинике их ждало разочарование. Кулешова Настя два дня назад была выписана из клиники. Ее забрала мать. Тимофей и Ольга попрощались и разъехались по своим делам.

Тимофей поехал разыскивать дом, в котором вместе с матерью жила Настя. Проникнуть в подъезд оказалось совсем не трудно. Тимофей придержал входную дверь маме с коляской и вместе с ними вошел в подъезд. Эта же молодая мама рассказала ему, что Настю действительно ее мама забрала из местной клиники, но дома Настя не пробыла и суток. Они собрали вещи и вчера утром куда-то уехали. Наверное, продолжить лечение в другой, более профессиональной клинике. Куда они уезжают соседка не сказала, но ключи от квартиры оставила, просила присмотреть квартиру и цветы. Во дворе их уже ожидало такси, поэтому прощание было коротким.

Тимофей разочарованно вздохнул, и отправился по адресу Дениса Пузырева. К счастью, Денис оказался дома. Мама Дениса узнала Тимофея, помнила еще по родительским школьным собраниям. Женщина охала и ахала, глаза заблестели от слез. Говорила, что Денис, да и вся их семья тяжело перенесла трагедию с Артемом. Были на похоронах, а сейчас на радоницу навещают их могилки. Без всяких сомнений разрешила наедине поговорить с сыном и проводила Тимофея в его комнату.

Денис готовил какой-то реферат, главным подсказчиком, конечно, был интернет. Пухленький, щекастый Денис физиологией полностью соответствовал школьной кличке «Шарик». Тимофей вошел в его комнату и присел на диван. Денис же, наоборот, встал со стула и остался стоять на все время разговора. К большому разочарованию Тимофея, откровенный разговор с парнем не получался. Денис прятал глаза за стеклами очков, в руках комкал какую-то бумажку, по всем признакам страшно волновался. На все вопросы отвечал «нет я не знаю, я там не был, не помню, это случилось не в моем присутствии».

Тимофей поверил, что Денис очевидцем падения Артема с высотки не был, но некая тайна у него все-таки есть. И тайна эта каким-то образом связана с Артемом. А вот разговорить его пока не получится. Он, как напуганная улитка спрятался в свою раковину, и раковина уже захлопнулась.

Самое лучшее, что сейчас можно было сделать, это попрощаться и уйти. Тимофей так и сделал. Уверенность в том, что друзья Артема ситуацию хоть как-то, но обязательно прояснят медленно, но верно исчезала. Однако это не означало, что с ними можно не встречаться. Еще как нужно встретиться и задать им те же вопросы, которые были заданы Денису.

Степа Пашкин, он же СтеПаша, свое образование уже завершил производственно-техническим училищем, где он получил во все времена востребованную рабочую специальность газоэлектросварщика. В разгар рабочего дня он, наверняка, был на работе.

Эти сведения о СтеПаше Тимофею сообщила его мать. Она же подсказала где находится его рабочее место. СтеПаша работал в квартале от своего дома, в автомастерской. Тимофей нашел автомастерскую, там же обнаружился и Степан.

СтеПаша тоже растерялся, увидеть отца Артема в автомастерской он явно не ожидал. В начале разговора Степан, как и Денис на все вопросы торопливо бормотал; «не знаю, не видел». Но после слов Тимофея:

«Какие вы друзья после этого? Артема убили, а вы в кустах спрятались? Ничего не знаем и видеть не видели! И это друзья? Еще один вопрос, и я ухожу — скажи, где нужно искать Настю? В клинике я был, там ее уже нет. Мать забрала и куда-то увезла. От меня спрятала что ли? Или ты тоже ничего не знаешь?»

— Впервые от Вас слышу, что Настю выписали из «психушки». Куда могла спрятать Настю мама я точно не могу сказать. У них есть маленькая дача, но они там давно не бывают. Есть дом ветхий в деревне, но он тоже заброшен. Где-то в Украине живет тетя Насти. Адрес не знаю, но его можно раздобыть. Для этого нужно иметь ноутбук Артема. Царь давно пытался раздобыть комп Темы, но нам его не отдали. Его изъяли после обыска в доме Ваших родителей. Там можно было бы много интересного найти. Настя, конечно, могла бы кое-что рассказать, но для этого нужно с ней говорить наедине, без ее мамашки. Та от Насти всех отгоняет, боится, что у Насти язык развяжется. Настя в ту ночь была вместе с Темой на крыше.

— Что она там видела? Что рассказывала? — быстро спросил Тимофей.

— Что там произошло, я не знаю. — СтеПаша снова спрятал глаза, — Настя под утро позвонила Царю, истерила и кричала что-то непонятное, он только и смог понять, что она возле дома, в таком-то районе, рядом с ней мертвый Артем. Мы туда бегом бежали, но не успели с Настей поговорить. Настя уже сидела в машине скорой помощи и никого к ней даже близко не подпускали.

— Скажи, а в тот вечер Вы не ходили в кино? — спросил Тимофей, — Если ходили, то кто именно?

— Да, — подтвердил Степан, — мы в кино ходили, на последний сеанс. После сеанса потусили в парке, часа в два ночи разошлись по домам.

— А Артем тоже пошел домой? — спросил Тимофей

— Нет, Артем и Настя остались в парке, у них любовь-морковь тогда только началась. Да и мы бы еще погуляли, но Кит сказал, что от родителей у него может быть головняк, папаша еще тот достоевский. Поэтому мы свернулись и ушли. А Артем и Настя остались на скамеечке.

— Спасибо, Степа. Может, ты еще что-нибудь вспомнишь? Для меня каждое слово Артема, каждое его движение — становится важной информацией.

— Больше я ничего не знаю. Но однажды мы навестили Настю, а в это время ее мама куда-то отлучилась. И Настя нам сказала, что в ту ночь Артему кто-то позвонил. Артем с ним поговорил и сказал, что ему нужно уйти. Он с кем-то заключил пари и не может от него отказаться. Настя заволновалась и не хотела его отпускать. Чтобы ее не волновать Артем ей разрешил пойти вместе с ним. Тут вернулась Настина мама и разговор пришлось прервать. Царь со дня гибели Артема пытался найти его комп. Мы даже залезли в дом его деда, и там все обшарили, ничего не нашли. Маму Артема, пока она была на свободе, просили помочь нам найти комп, но она сказала, что это ничего не изменит, все уже случилось. Вы поговорите с Никитой, может, он Вам еще чего добавит. А я сказал все. И Вы не думайте, что мы предали Артема. Мы были друзьями, и если бы Артем нам сказал про пари, то мы бы его одного на ту крышу не отпустили. Простите нас!

— И ты Степа прости меня. За недоверие — уточнил Тимофей, — ты позвони Никите, скажи, что хочу его увидеть. Пусть мне сегодня назначит встречу.

Никита отпросился с занятий в университете и через час ждал Тимофея на скамеечке в парке. На сей раз их беседа началась с торопливых вопросов Никиты:

— Тимофей Сергеевич, давайте мы с Вами постараемся и сегодня заберем комп Тема из следственного комитета. Возможно, там сохранилась переписка Артема с тем челом, который вызвал его на дуэль. Или, не знаю, пари они заключили что ли на какой-то интерес?

— Ноутбук Артема у меня в машине. Я сегодня его получил в следственном комитете. Но мне сказали, что, возможно, его нужно будет реанимировать, вплоть до серьезного ремонта. Посмотри, если это так, то мы прямо сейчас можем оставить его в мастерской.

Никита сел в машину, взял в руки ноутбук и сразу выдал заключение:

— Ничего пока сказать не могу. В ноутбуке нет аккумулятора. Вот его-то мы сейчас и купим, а дальше будет видно — рабочее у него состояние или нет. Сейчас мы можем поехать ко мне, там и разберемся с компом. Или у Вас другое предложение?

— Кое-что есть, — ответил Тимофей, — я хотел бы поговорить с Настей. Ты не знаешь, где она сейчас может быть?

— Знаю. Настя мне успела позвонить. Это было в тот день, когда мать привезла ее домой. Торопливо, но кое-что она мне успела рассказать.

Настя уверяла, что ей Артем запретил подниматься на крышу, но она следом за ним, осторожно, но все-таки на крышу поднялась и спряталась за вентиляционную стену. Артема там уже ждали два парня. Если Настя правильно поняла, то познакомились они через кого-то в интернете. Возможно, это был спор, его предмет — высота сальто на парапете стены или какой-то другой интерес.

Артем в сальто никогда не терял равновесие и от земли отрывался выше всех. Однако, перевороты в воздухе в спортивном зале это один уровень опасности, а тот же самый трюк с узкого парапета, который висит на высоте около тридцати метров над землей, это уже и не опасность вовсе, это — смертельная опасность. И речь здесь идет не о травматизме, а о смерти.

Один из парней настроил камеру и приготовился снимать сальто Артема. Артем поднялся на парапет, и выполнил сальто вперед, все получилось удачно и красиво. Но парни в один голос закричали: «А теперь назад». Артем согласился сделать сальто назад. Но когда он был уже в воздухе и делал переворот, один из парней подбежал к нему и толкнул. Артем во время падения успел ухватиться за парапетную решетку. Парень продолжал снимать Артема на видео.

Если бы Артему кто-нибудь в этот момент помог! Настя выскочила из-за стены и побежала к Артему, но ее перехватил парень, который фактически сбросил Артема с крыши. Он сбил Настю с ног и прижал к мастичной крыше. В это время решетка разорвалась и согнулась, Артем полетел вниз. А парень не прекращал съемку. Вслед за Артемом сорвалась бетонная парапетная плита. Настю избили и пригрозили, что если она кому-нибудь расскажет о событиях на крыше, то ее живьем закопают.

Парни ушли, а Настя побежала вниз. Конечно, Артем не дышал. Настя начала кричать и звать на помощь. Из дома вышел мужчина, вызвал скорую помощь и милицию.

— Это все, что успела рассказать мне Настя, — сказал Никита, — вообще, нет. Не все! Настя еще сказала, что не только все трюки Артема парни сняли на видео, но и падение с крыши тоже. Вероятно, и момент, когда Артема столкнули с парапета на видео тоже есть. Ведь парень съемку не прекратил, он непрерывно снимал. Где Настя сейчас я знаю, она мне сказала где ее могут прятать. Ее мать всего боится. Вас, Тимофей Сергеевич, она тоже боится. Вдруг Вы узнаете правду и потребуете, чтобы Настя все рассказала и выступила в суде свидетелем. Настя думает, что мать могла взять деньги от тех парней или их родственников. Поэтому мать Настю держала в психушке. Если даже будет суд, то какой из дурочки свидетель. Сейчас Настя может быть вместе с матерью в районном центре, в ста километрах от нас. Мы можем туда поехать, но это не факт, что увидим Настю и сможем с ней поговорить.

— Нет, — решил Тимофей, — туда мы сейчас не поедем. В этом вопросе спешить нельзя. Если ты со мной, то давай смотреть ноутбук Артема. И лучше это сделать в доме, где жил Артем. Я пока не смотрел, но там еще могут быть флэш-карты, какие-то накопители. Да и я устал, а дома стены помогают. А если тебе нужен твой ноутбук или планшет, то давай к тебе заедем. Ты собери свое оборудование, если оно поможет нам протестировать ноутбук Артема.

Только сейчас Тимофей обнаружил, что в комнате, где жил Артем царит какой-то неестественный, видимо, рукотворный беспорядок. Вещи, в том числе, книги, тетради, ручки и карандаши, разбросаны по всей комнате. Шкаф пустой, ящики из письменного стола лежали тоже на полу. Видимо, кто-то здесь надолго задержался по причине пристального изучения и отбора вещей Артема.

Дом родителей стоял в самом дальнем месте участка, с улицы не просматривался, соседи рядом не жили. Возможно, те, кто убил Артема, искали ноутбук или планшет, чтобы стереть информацию, которая может стать уликой их преступления. Но нельзя исключать простое ограбление. Местные попрошайки и бомжи были прекрасно осведомлены, что дом пустой, а там можно найти много хороших и полезных вещей. Как бы там ни было, но этот беспорядок и хаос сейчас давил на психику и мешал сосредоточиться.

Тимофей и Никита перешли в гостиную и устроились за столом. Никита немедленно вставил аккумулятор в ноутбук и включил его в сеть. Засветился зеленый глазок — началась подзарядка.

Тимофей знал, что до нормальной работы ноутбука еще очень далеко, не менее нескольких часов, можно передохнуть. Он пересел на диван, закрыл глаза и сознание начало медленно отключаться. Сначала он смутно слышал шорохи и потрескивания в комнате, пение какой-то птахи за окном, потом наступила тишина и Бася… Бася в своем сером костюмчике сидела на стуле напротив дивана и смотрела на Тимофея.

«Бася, Бася, — пытался взять ее за руку Тимофей, — где мой сын, Бася?». Она рукой отстранила его от себя и тихо сказала: «Пошел вон! Никогда не спрашивай меня про сына. Пошел вон!». И снова вытянутая ладонью к Тимофею рука. Бася медленно исчезала, таяла. Оставалась только ее рука, вернее ладонь. От ужаса или дурного предчувствия у Тимофея сжалось и заныло сердце, он вздрогнул, дернулся всем телом и проснулся.

Никита сидел за столом, быстро и сосредоточенно нажимал на клавиши ноутбука.

«Вы отдыхайте, отдыхайте» пробормотал он, видимо, обращаясь к Тимофею «я потом разбужу, отдыхайте».

Тимофей прикрыл глаза, через минуту снова Бася и ее ладонь. С трудом, но Тимофей выплыл из дремоты и приказал себе:

«Чем такое видение, то лучше не спать совсем. Какой-то знак судьбы что ли. Бася да, это она, и это ее жест, еще с девяностых. Привезла из Европы, где изучала психологию. Она верила, что этим жестом сможет защитить себя от опасных для нее людей. Какая-то чушь! Но, что сейчас? Бася тоже в беде? Или что-то происходит с нашим сыном? Почему ты, Бася, мне ничего не сказала? Хотя и так все понятно. Не сказала потому что жил я только для себя любимого, купался в лести, а подхалимство принимал за преданность и дружбу. Не захотела Бася пачкаться об меня. Наверное, правильное решение. Только бы, Бася, с тобой и сыном сейчас ничего не произошло. Это уже будет перебор. Это конец моей жизни».

К утру Никита отодвинул от себя ноутбук, как он его называл комп, сладко потянулся и прямо на стуле подъехал к сидящему на диване Тимофею. Глаза Тимофея были закрыты, внешне казалось, что он спит.

— Тимофей Сергеевич, — тихо прошептал он, — не спите? Я восстановил информацию на компе Темы. Вернее, его переписку с некой теткой. Она Артема шантажировала. Могу Вам показать.

— Сначала коротко, о том, что понял сам, — попросил Тимофей, — потом будем подтверждать документально.

— Хорошо, — согласился Никита, — если Вам нужны будут документы, то можно будет сделать и распечатать скриншоты.

— Скриншот, — переспросил Тимофей, — а на русском языке, чтобы было понятно для отсталых людей, таких как я?

— Скриншот, это снимок экрана компьютера, — пояснил Никита, — нужно будет вывести на экран переписку Темы с теткой, а затем сделать снимки. А теперь о самой переписке и ее сути.

Никита начал работу на компьютере Артема с корзины. И был крайне удивлен: корзина была заполнена до максимального объема. Причем, перемещение файлов в корзину было произведено десять дней назад. Вполне логично было предположить, что и аккумулятор из компьютера извлекли тогда же.

Причины могли быть две: или он кому-то приглянулся, или наивная вера вандала в то, что если Тимофей все-таки заберет из архива следственного комитета ноутбук Артема, то пользоваться им или изучать материалы не станет.

У Тимофея по прибытии в родной город был явный недостаток времени, и к тому же его смело можно было отнести к разряду старшего поколения людей, находящихся при власти, которым была присуща обычная компьютерная неграмотность. Обычно такие люди имели в своем распоряжении целые отделы программистов и грамотных технарей, поэтому самой техникой и программным обеспечением к ней особенно не заморачивались. В лучшем случае осиливали обычный пользовательский режим по готовым материалам.

Тимофей тоже был обычным пользователем не самого высокого класса, а четырехлетняя изоляция от цивилизаций общества свела этот класс на самый низший уровень.

Сейчас Никита, не ожидая команд и указаний от Тимофея, извлек файлы из корзины и разобрал их. Самым большим оказался файл, в который Никита свел всю переписку Артема, которую неизвестный пользователь пытался уничтожить.

«Тоже мне грамотей, — тихо, для себя, бормотал Никита, — перебросил все в корзину, а корзину не очистил. Конечно, даже если бы этот грамотей и очистил корзину, то с учетом того, что времени прошло всего ничего, только десять дней, то я бы все восстановил. Но он даже не попытался правильно стереть файлы. Ну и молодец! Видимо, такой же знаток, как и все начальники. Не забыть, и об этом рассказать Тимофею Сергеевичу. Того, кто ковырялся в компе Артема, пусть ищет среди работников следственного комитета».

Далее Никита разобрал почту Артема по Адресатам. Оказалось, что аналогичную работу по изучению переписки Артема из его почты уже проделал следователь. Поэтому часть переписки Артема была собрана в отдельный файл, а затем кто-то этот файл переместил в корзину. Никита на всякий случай заглянул в почтовый ящик Артема — ящик, как и следовало ожидать был пуст. Вся переписка Артема была стерта. Видимо, зачистка произведена сразу после принятия решения об отказе в возбуждении уголовного дела по факту смерти хозяина ноутбука. Чтобы файлы из корзины вдруг не исчезли, Никита скопировал их на флэшку, и только после этого приступил к их изучению.

За две недели до гибели Артем вступил в переписку с некой Anastasija-muzz. В первом своем письме Anastasija-muzz сообщала Артему, что она подруга его мамы Фаины Викторовны Базылевой, которая сейчас находится под следствием. Уголовное дело возбуждено по факту получения Фаиной Викторовной взятки. Ей, видите ли, в день международного женского дня восьмого марта, руководители заинтересованных в ее поддержке предприятий подарили дорогой подарок. Но следователи пока не знают, что это не единственный подарок, который его мама приняла от просителей ее благосклонности.

В следующих письмах Anastasija-muzz к своим письмам прилагала видео. Да, все правильно. На видео Фаина смеялась и кокетничала в то время, как ее руки торопливо хватали пакеты, пакетики и свертки от разных людей. В некоторых случаях Фаине передавали конверты. Что они хранили, оставалось только догадываться. Но они были!

В одном из писем Anastasija-muzz предложила Артему сделку: Артем для съемки клипа на парапете девятиэтажного дома выполняет сальто с переворотом вперед и назад. По результатам съемки Anastasija-muzz передает Артему компромат на его маму, и их переписка прекращается. Иначе…

Что будет иначе понятно даже ребенку — Anastasija-muzz передает видео по назначению, надо полагать в следственный комитет.

Артем согласился на клип. И вот последнее письмо от Anastasija-muzz. Сделка заключена — определено место съемки, время будет назначено по телефону. В остальном очередность следующая — сальто на камеру, передача флэш-карты. Чтобы обеспечить себе анонимность Anastasija-muzz воспользовалась прокси-сервером.

— Ты, Никита, хочешь сказать, что вычислить эту Anastasija-muzz мы не сможем? — спросил охрипшим голосом Тимофей.

— Я попробую, но это бесполезно, — ответил Никита.

— Не пробуй, — решил Тимофей, — я, пожалуй, быстрее найду эту Anastasija-muzz. Не такая уж она анонимная со своими прокси. Давай мы с тобой, Никита, рассмотрим эту анонимность с другой стороны. Если кто-то смог снять на видео моменты получения взяток Фаиной Викторовной Базылевой, то этот кто-то должен находиться совсем рядом со своей жертвой. Снять на видео встречу взяткодателя с взяточником можно только в том случае, если известны все детали этого процесса — место и время встречи, наличие охраны, тема и цена переговоров. Ты, пожалуйста, собери все видео по взяткам Фаины в отдельную папку, мне нужно будет внимательно, очень внимательно рассмотреть все детали этого кино. Иногда незначительная деталь расскажет гораздо больше, чем полный сюжет. Вот так! И на этом мы с тобой на сегодня заканчиваем свою работу. Сейчас я тебя подброшу домой, отдыхай. С твоего разрешения иногда буду к тебе обращаться за комментариями.

Глава 3

Вторую половину ночи Тимофей провел, рассматривая видеосъемки. Ничего примечательного, за что мог бы зацепиться глаз, в роликах он не обнаружил. Опустил крышку ноутбука Тимофей, когда в окно прокрался первый утренний лучик солнца. Начинался второй день его свободы.

«Итак, с чего начнем? — задал себе вопрос Тимофей, — А начнем мы с тобой, Тимофей, с небольшого анализа ситуации. Если эта дама Anastasija-muzz смогла снять видео получения взяток Фаиной, то она может быть „подругой“ моей бывшей жены. Правда, категорично нельзя считать Anastasija-muzz женщиной. Это может быть кто угодно, скажем молодой друг Фаины, о котором она мне перед разводом сообщила. Эту ситуации исключать тоже нельзя. Всю правду о тебе обычно знают самые близкие люди, которым ты бесконечно доверяешь. Кому Фаина доверяла? Вот, видишь, ты не знаешь, кому Фаина доверяла. Мне так точно не доверяла. Иначе бы я знал, что моя жена за какие-то услуги спокойно берет взятки. При ее должности от кого она могла брать взятки? Это я ее пристроил на работу в облисполком, именно пристроил, будем называть вещи своими именами. Зачем я это сделал? Пусть бы она продолжала в школе учить первоклашек, они взятки не дают. Но я подсуетился и пристроил… На какую должность я ее пристроил? Рассмотрим служебное положение моей жены в облисполкоме. В облисполкоме она возглавляла общий отдел. Из этого отдела лоббировать чьи-то интересы как бы не по статусу. Административных полномочий явно не хватает. Вполне вероятно, что не она лоббировала, а кто-то, выше ее статусом и полномочиями, потакал ее просьбам. Кто, и почему? Ответ может быть банально прост — интимная связь. Кого мне на данном этапе искать? Мне сейчас нужно переворошить всех ее подруг, друзей и любовников. Этим я и займусь немедленно! Артем погиб, спасая ее честь. Возможно, он что-то знал. Сегодня я проведу самый тщательный обыск в загородном доме, городской квартире и родительском доме. Главное, не пропустить ни одного электронного носителя, прочитать все бумажки и вывернуть наизнанку сумочки и карманы одежды Фаины и Артема».

В доме родителей Тимофей ничего интересного не нашел. Впрочем, это было ожидаемо. Фаина в этом доме бывала редко, а если объективно, то последние годы вообще забыла в какую сторону здесь открывается дверь.

«Нет интереса, — объясняла она свое поведение Тимофею, — тема для разговора отсутствует». Так, что здесь могла оставить или забыть Фаина?

Не всегда, конечно, так было. Тимофей хорошо помнил с чего начала Фаина покорение семьи Базылевых: каждый день, закончив торговлю мясом на местном рынке, она складывала в пакет лучшие куски свинины и спешила в дом к родителям Тимофея.

Тогда тема для разговора была — беременность Фаины, ее одиночество, недостаточное материальное обеспечение и будущее сиротство внука Базылевых. Родители Тимофея, конечно, уверяли Фаину, что они не допустят сиротство внука, а материальное положение будущей мамы обязательно поправят из своих пенсий.

Потом были долгие разговоры с сыном, упреки и клятвы, что уж они-то никогда своего внука не оставят в одиночестве и нищете, последнее ребенку и брошенной девушке отдадут, а вот его, Тимофея не понимают и не одобряют.

Так было до тех пор, пока Тимофей пообещал, что женится на Фаине. Сразу после свадьбы Фаина резко сократила количество своих посещений, а потом и вовсе забыла, что рядышком, в одном городе живут родители Тимофея.

И вот, надо же, убила… И не просто убила, а расстреляла спящих стариков. Тимофей не верил, что Фаина смогла совершить убийство, не тот у нее менталитет. Фаина любила только себя, а тут месть за смерть сына. И это в те дни, когда уже готовилось постановление на ее арест за коррупцию, и она об этом знала.

Нет, Тимофей не верил. Материнская любовь Фаины имела все тот же крен в сторону корысти. Артем для мамы был в первую очередь, объектом, при умелом использовании которого, путь к достижению собственных целей значительно сокращается.

Так она вышла замуж, получила не совсем престижную, но все-таки должность и, не где-нибудь, а в облисполкоме, жила в элитном поселке.

Постепенно, после рождения первого и единственного сына, она переложила всю ответственность за его воспитание на дедушку и бабушку. В общем, проросла осотом в чужом огороде и выкорчевать ее с насиженного места было не так-то просто.

Фаина жила рядом с судьей и хорошо знала, что в законах страны прописана такая мера наказания, как смертная казнь. Знала и за что она применяется.

Фаина любила жизнь, пусть не совсем нравственную и правильную, но любила, и сознательно совершить преступление, за которое по закону ее саму могут лишить жизни, это как-то не вписывалось в ее жизненные позиции.

Тем более, не могла Фаина закончить свою жизнь суицидом. Она панически боялась боли во всех ее проявлениях. Если случалось так, что у нее внезапно заболел зуб или, еще хуже, она порезала палец, стонов и причитаний было столько, что Тимофей был вынужден звонить по всем доступным для него телефонам медицинских руководителей, чтобы организовались и оказали его супруге немедленную помощь. А тут грубая веревка на ее нежной шее…

«Сумею ли я распутать этот узел из преступлений в отношении моей семьи? — думал Тимофей, — Где я перешел дорогу на красный свет? И почему из-за меня погибла вся моя семья? Я должен, я обязан найти преступника, иначе моя жизнь тоже закончена. Только после того, как я найду, и собственными руками придушу этого негодяя, я смогу снова, пусть не наслаждаться жизнью как в былые времена, но хотя бы продолжать жизнь. А сейчас ищем. Следующим объектом обыска будет моя квартира в городе. Туда иногда заходил Артем. А Фаина? Кстати, и Фаина могла там бывать. Она ведь где-то встречалась со своими постельными друзьями. А, что, вполне реальная версия».

Квартира, которую по соглашению с Фаиной после развода должен был получить Тимофей, раньше принадлежала его родителям. В день свадьбы новая ветвь рода Базылевых получила ее в качестве подарка.

Трехэтажный дом с кирпичными стенами толщиной около метра и ныне уже перекрытием из бетонных плит охранялся государством как памятник архитектуры. Правда, памятником мог рассматриваться только главный фасад здания с лепными пилястрами, карнизами, откосами и скульптурами, поддерживающими плиту главного входа в здание, которым, кстати, никто не пользовался.

Дворовой же фасад имел вид обычной трущобы — пустые, выветренные временем, швы кирпичной кладки, разрушающийся цоколь, промоины и ямы от неорганизованной капели с крыши, просевшие деревянные двери в подъезды.

Кроме плохо закрывающихся дверей, два подъезда дома имели еще одну трагичную особенность — не каждый человек решался войти в подъезд, особенно в плохую погоду с дождем или снегом. Чтобы открыть входную дверь, нужно было приложить усилие, а для этого требовалось время. Входы в подъезды не имели защитного козырька, и осадки с крыши густым потоком заливали стоящего внизу человека. Зимой с крыши свисали огромные сосульки и это уже была смертельная опасность. Сосульки отрывались от карниза, с шумом и треском летели вниз. Кто не успел сделать безопасный прыжок в сторону, тот получал удар сверху и различного рода травмы, иногда очень тяжелые.

Тимофей вспомнил эту особенность жилого дома, в котором прошло его детство, только когда припарковал машину во дворе, рядом с деревянными сараюшками-кладовками жильцов.

«Придумал, — укорил себя Тимофей, — Фаина по умолчанию не могла бывать в этой квартире. Преодолевать опасности совсем не в ее характере. Даже ради любви! А вот, Артем, всегда, пожалуйста. Он мог здесь не просто иногда бывать по случаю, а „зависать“, как он сам говорил, на несколько суток. В первую очередь, отсутствие контроля и нравоучений со стороны деда и бабки. Ну и, не менее важно, это ощущение полной свободы. Значит, несмотря на то, что идет сильный дождь, в подъезд я захожу. Но сначала в бюро ЗАГС, благо, это учреждение в соседнем доме. Грех не воспользоваться такой ситуацией и не выяснить, как официально обстоят дела с моим браком — есть развод, или его нет. Потом в подъезд, может и дождь к этому времени поутихнет»

Заведующая ЗАГСом Тимофея помнила и не заглядывая в журналы учета гражданских состояний граждан сразу и категорично сказала:

«Нет! Ваш брак не расторгнут. Из судебных органов к нам сообщение о расторжении брака не поступало».

Дождь действительно прекратился и свой родной подъезд Тимофей вошел без всяких приключений, если не считать за приключение стакан грязной воды, который стек на него с крыши.

В квартире царил беспорядок и запустение. Беспорядок явно рукотворный и, скорее всего, от Артема. Ну, а запустение, оно и есть запустение и трактуется, как отсутствие людского внимания.

Фаина, судя по разбросанным вещам Артема, здесь точно не бывала. Иначе Артем не был бы так беспечен и свои вещи не разбрасывал.

«Только внешний осмотр, — принял решение Тимофей, — у Артема его вещи никогда не имели постоянного места. Где положил, там и место. И еще у него есть, вернее была, святая вера в то, что его тайны навсегда останутся его тайнами и ни один из членов семьи не посмеет читать его переписку или подслушивать телефонные разговоры. И это было не наивное убеждение подростка в добропорядочности окружающих его людей, это была правда. Но правда, надо признать, с элементами подлости от родителей. Артему мы, родители, не уделяли должного внимания — мама Фаина жила для себя, но и я, папа, тоже недостаточно интересовался жизнью сына. Ну, а дед с бабкой, те на самом деле считали, что внук должен иметь полную свободу, а проникать в чужие тайны это подлое занятие. Вот, если сам спросит… Поэтому Артем никогда свои гаджеты, которые могли хранить тайны, от членов семьи не прятал. Лежать, а вернее валяться, они могли где угодно, тайные хранилища — это не для Артема».

Присутствие Артема в квартире обнаружилось на письменном столе, за которым в свое время Тимофей делал уроки. Это был небольшого размера предмет в черном пластмассовом корпусе. Тимофей взял в руки коробочку с красными кнопками управления и сразу признал ее. Это был диктофон с крошечной пленочной кассетой для записи достаточно внушительного объема информации. Диктофон ему презентовали следователи в качестве полезного сувенира и при этом не пояснили, где в то время можно было купить подобный сувенир.

Тимофей уже тогда понимал, да что там понимал, он твердо знал, что диктофон является неучтенным вещдоком, но презент принял. Диктофоном Тимофей не пользовался, положил его в домашний сейф и о нем забыл.

По всей вероятности, Артем тоже о нем знал, забрал его из сейфа и, возможно, использовал. Тимофей положил диктофон в сумку и приказал себе:

«Не забудь — купить новые батарейки и вечером прослушать».

На этом же столе нашлись две флэш-карты маленького объема. Конечно, использовать их можно было для записи текстовых файлов. Эти находки тоже были отправлены в сумку Тимофея для их будущего исследования.

Следующая находка — клочок бумаги с абракадаброй, начерченной печатными буквами фломастером или маркером черного цвета. Изначально возникло ощущение, что странное слово «маманэндэндрю» возникло из проб фломастера на рабочее состояние. Например, нашел Артем фломастер и опробовал его: на клочке бумаги написал несколько букв печатным шрифтом, получилась абракадабра.