Чисто русское убийство

— И кто же? — спросил мой собеседник уже более заинтересованно.

— Она назвала имя Николая Таратутина. Это тренер по фитнесу и по совместительству любовник Маргариты Воскобойниковой.

— Ого! — воскликнул Кирьянов. — Интересные дела!

— Да уж, — поддакнула я, радуясь тому, что моя идея принесла хоть какие-то плоды и Кирьянов оценил это. — Только, Володя, я хочу выяснить, кто это звонил. И, если можно, разыскать эту женщину по горячим следам.

— Понял, — коротко сказал полковник. — Диктуй номер, сейчас попытаемся отследить.

Я продиктовала номер, Кирьянов бросил:

— Жди. — И отключился.

А я еще раз прокрутила в памяти свой разговор с Елизаветой — горничной Воскобойниковых, которую встретила у ворот особняка и подбросила до города. Помнится, она рассказывала о том, как Маргарита решила развлечься со своим любовником прямо в клубе. И тогда какая-то ее подруга сообщила об этом Воскобойникову, после чего тот приехал в клуб вместе с Красноруцким и отделал Николя по первое число. Не эта ли подруга мне сейчас звонила? Вполне может быть. Похоже, эта дамочка любит анонимные звонки и кляузы.

Может ли быть, что Николай Таратутин затаил на Воскобойникова обиду и грохнул его при первом удобном случае? Нет, на одних эмоциях — едва ли. Но вполне вероятно, что Маргарита с «котом Васькой» умело подогрели эти эмоции до нужного градуса, а потом просто воспользовались молодостью, пылкостью и хорошей физической формой тренера по фитнесу, чтобы осуществить свои замыслы и прибрать к рукам состояние бизнесмена.

Мои размышления прервал телефонный звонок.

— Таня, это Кирьянов, — сказал Володька. — Слушай меня внимательно. Тебе звонила некая Генриетта Григорьевна Ченчикова. Проживает она по адресу: улица Московская, дом десять, квартира пять. Запомнила?

— Запомнила. Но мне надо знать, где она находится прямо сейчас. Удалось это выяснить?

— Да. Прямо сейчас она в фитнес-клубе «Олимп», — сообщил Кирьянов.

— Спасибо, Володя, — поблагодарила я. — Сейчас поеду прямо туда.

— Удачи! — произнес полковник и отключился.

Времени на поиски Генриетты у меня было в обрез — предстояло ведь еще побывать в ресторане «Седьмое небо», — но упустить шанс пообщаться с ней по горячим следам я не могла.

За стойкой администратора фитнес-клуба меня встретила хорошенькая блондинка, прямо как с картинки в глянцевом журнале. Хлопая неправдоподобно большими ресницами, она растянула пухлые губы в приветливой улыбке:

— Добро пожаловать в фитнес-клуб «Олимп». Мы можем предложить вам целый комплекс высококачественных услуг, первоклассный тренерский состав и…

— Алина, — обратилась я к ней, прочитав имя на бейджике. — Я ищу Генриетту Григорьевну Ченчикову. Насколько мне известно, она сейчас в клубе. Вы можете ее позвать?

Растерянно хлопая ресницами, Алина проговорила:

— Сейчас у нее тренировка. Я думаю, вам лучше подождать ее здесь.

Я молча достала свои прокурорские корочки и сунула их под нос Алине. Та испуганно отшатнулась, как будто увидела черную метку или что-то вроде этого.

— К сожалению, у меня нет времени ждать, — твердо сказала я. — Будьте добры, пригласите сюда госпожу Ченчикову.

— Хорошо, я попробую, — робко сказала Алина и, цокая немыслимой высоты каблуками, пошла в зал.

Вскоре она вернулась в сопровождении стройной подтянутой женщины примерно одних лет с Маргаритой Воскобойниковой. Выглядела эта женщина очень привлекательно: высокого роста, с точеной фигурой и очень ухоженным холеным лицом, вся такая холодно-рафинированная. Алина что-то сказала Ченчиковой на ухо, кивнула в мою сторону и вернулась за свою стойку. А я сразу вспомнила бутик «Розалинда» — это ее, Ченчикову, я тогда встретила там.

Судя по всему, мой визит застал ее врасплох: она никак не ожидала, что представитель правоохранительных органов так быстро вычислит ее, да к тому же заявится прямо сюда, в фитнес-клуб, где она только что потела на тренажерах. В стенах бутика, в элегантном костюме и в роли придирчивой клиентки она чувствовала себя гораздо увереннее. Здесь же она прятала от меня глаза и нервно крутила кистями рук, как будто на них вот-вот должны были защелкнуться наручники. Тем не менее, когда она подошла ко мне, в глазах ее блеснул вызов.

— Вы меня искали? Я вас слушаю.

— Здравствуйте, Генриетта Григорьевна, — начала я, давая понять, что мне известно о ней больше, чем она хотела бы сообщить. — Я пришла продолжить разговор, который вы так внезапно прервали.

— О чем вы? — резко спросила она и пожала красивыми плечами. — Я вас совершенно не понимаю.

— Не далее как полчаса назад вы позвонили мне и заявили, что можете назвать имя убийцы Ростислава Константиновича Воскобойникова.

— Это какая-то ошибка. Никому я не звонила. Простите!

Ченчикова развернулась и собралась уходить, но я быстро встала перед ней и преградила ей путь.

— Генриетта Григорьевна, стоит ли скрытничать? У меня есть номер вашего сотового. Определить по нему имя и местоположение владельца — минутное дело. К тому же наш разговор был записан. Раз уж вы решились пойти на контакт, давайте продолжим. Я вас сильно не задержу. Просто ответьте на несколько вопросов — и потом возвращайтесь в зал и занимайтесь дальше на здоровье!

Ченчикова беспомощно оглянулась по сторонам, хватая ртом воздух. Самообладание явно изменило ей.

— Так поговорим об убийстве Воскобойникова? — безжалостно спросила я.

— Пожалуйста, тише! — почти шепотом вскрикнула она.

— Пожалуйста, — ответила я, — можно и потише. Так вы готовы подтвердить свои слова?

Ченчикова на минуту задумалась.

— Ладно, ничего не поделаешь, сама влезла, — пробормотала она наконец. — Только давайте выйдем в вестибюль — там нас никто не услышит.

В вестибюле стояли две деревянные скамейки и столик с пепельницей. Ченчикова неловко пристроилась на краешек одной из скамеек и молча уставилась в одну точку.

— Я не знаю, с чего начать, — произнесла она после долгой паузы.

— Давайте я вам помогу, — предложила я. — Скажите, почему вы считаете, что Воскобойникова убил именно Николай Таратутин? Вы что, находились рядом в момент убийства?

— Нет, конечно же. С чего это вы взяли? — Она недоуменно посмотрела на меня.

— А вы лично знали Ростислава Константиновича? — задала я следующий вопрос.

— Конечно, знала, — ответила она.

— А с Николаем Таратутиным вы тоже знакомы?

— Да, это мой личный тренер по фитнесу.

Ага, вот оно что! Стало быть, как я и предполагала, это дамочка не поделила Николая с Маргаритой?

— Скажите, Генриетта Григорьевна, а вы знакомы с Маргаритой Воскобойниковой, вдовой Ростислава Константиновича? — вновь спросила я.

— Естественно, я знаю эту… — скривилась она, не договорив. — Она тоже занимается у Николая.

— Я смотрю, вы не очень-то ладите с ней? — поинтересовалась я, испытующе глядя на свою собеседницу.

— Она все время домогалась его! — с неожиданной горячностью воскликнула Ченчикова. — Банально хотела с ним переспать!

— Но за что же Николай убил ее мужа, по-вашему? За домогательства жены? Странная какая-то логика у вас. Если он ее отверг — так при чем здесь муж? А если, наоборот, ответил взаимностью — так ведь есть цивилизованные средства устранить соперника. Развод, например.

— Да я своими ушами слышала, как он кричал, что убьет Ростислава! — в сердцах выдохнула Генриетта.

Ого! Угроза убийством — это уже серьезно. Если есть еще и аудиозапись, то улика налицо.

— А при каких обстоятельствах это все происходило? — задала я очередной вопрос.

— Это было незадолго до убийства Ростислава, — принялась рассказывать Ченчикова. — Наша группа уже закончила занятия, и мы отправились сначала в душ, а потом в раздевалку. Но я заметила, что Маргарита как-то не торопится уходить из клуба. Тогда я решила проследить, что будет делать эта сучка. — Генриетта все-таки произнесла это слово, которое так и вертелось у нее на языке. — И выяснилось, что она ожидала, когда освободится Николай. А когда все уже разошлись, они расположились прямо в зале на ковровой дорожке и занялись… сами знаете чем.

— Думаю, с этого места я могу продолжить за вас, — перебила ее я. — Вы сообщили об этом Ростиславу Воскобойникову, он приехал со своим телохранителем и избил Николая.

— Да, все так и было, — удивленно вскинула на меня ресницы Ченчикова. — А откуда вы это знаете?

— Так, разведка донесла, — ответила я уклончиво. — Но вы продолжайте, продолжайте!

— В общем, потом Ростислав уехал из клуба, даже не посмотрев на свою благоверную, — язвительно продолжала Ченчикова. — А Николай еще долго не мог успокоиться и все кричал: «Я его убью!»

— Хорошо, Генриетта Григорьевна, — сказала я, — спасибо за то, что сообщили мне ценную информацию. Кстати, записи этих угроз у вас случайно не осталось?

— Да нет, мне в тот момент было как-то не до того, — смущенно ответила Ченчикова.

— Жаль, очень жаль, — протянула я. — Но в любом случае спасибо еще раз. И до свидания!

Я вышла из фитнес-клуба и села в свою «девятку». Пожалуй, время на Генриетту Ченчикову было потрачено не зря — благодаря ей я узнала, что Николай Таратутин во всеуслышание угрожал убить Ростислава Воскобойникова. Правда, нельзя с уверенностью сказать, что он привел свою угрозу в исполнение. В состоянии аффекта люди много чего кричат, однако редко осуществляют свои угрозы на самом деле. Человек — существо непредсказуемое. Вон Сидельников чуть ли не со слезами уверял, что не может жить без своей жены, — и при этом сам, собственными руками отправил ее на тот свет. А Таратутин, прокричавшись, вполне спокойно мог отправиться к себе домой и мирно уснуть, не вынашивая никаких коварных планов. Если только Маргарита с Горожаниновым не…

Впрочем, в любом случае факты, которые я узнала от Генриетты Ченчиковой, позволят мне как следует прижать Таратутина и выведать у него все, что он может знать об этом деле. Если у него есть хоть капля здравого смысла, то он должен понять, что после таких угроз становится подозреваемым номер один. А раз так, то он будет готов рассказать все, что ему может быть известно, чтобы только доказать свою невиновность.

С этими мыслями я поехала в парикмахерскую к Светке. Времени оставалось впритык.

— Привет, Светик, нужна твоя помощь, — озадачила я ее прямо с порога.

— Тань, тебе придется подождать, — предупредила Светка. — У меня сейчас клиентка, такая капризная — просто ужас! — И она закатила глаза.

— Ничего, немножко времени у меня еще есть, — ответила я. — Давай крась-стриги свою привереду.

В ожидании я вышла в холл и села на диван. Рядом со мной расположились две женщины бальзаковского возраста. У одной рот не закрывался ни на минуту, вторая только поддакивала. И мне волей-неволей пришлось слушать весь этот словесный поток.

— Две недели назад побывала в парикмахерской, — рассказывала словоохотливая дама. — Меня обкорнали и покрасили в темно-пепельный цвет. Передо мной в кресле сидела истеричная дамочка и вещала на весь салон о том, что ей изменил муж, а у нее двое детей и нет работы, муж живет отдельно пока, но отдыхать они едут вместе. Она во всеуслышание рассказывала, как сильно она его любит и что будет за него бороться. Мол, она с ним всегда подчеркнуто любезна, а когда он в ванной, то она судорожно шарится по его айфону, боясь найти эсэмэски. Я слушала весь этот кошмар и уже ничего не хотела. В итоге у меня прическа — коротенькое каре и красные ногти обалденного цвета, мне их потом покрасили. Парикмахерша говорит: «Вы не переживайте, эта краска прекрасно закрашивает седину!» У меня седина? Да где она ее нашла? Я себя все еще чувствую лет на девятнадцать! Скажите, вот как это так: была-была девочкой — и в один прекрасный день вдруг становишься теткой, которая закрашивает седину?

— Ой, и не говорите, — поддакнула ей соседка. — С годами время бежит все быстрее и быстрее. В детстве от Нового года до летних каникул целая жизнь проходила. А сейчас что? Вот только недавно был Новый год — как будто вчера встречала. А сейчас уже апрель заканчивается! Еще каких-нибудь восемь месяцев — и все по новой: здравствуй, елка, Новый год!

— Завтра поеду на эпиляцию, — решительно перебила ее дама, которой в душе все еще было девятнадцать. — В зеркало стараюсь не смотреть. Это ужасно, но зато новая жизнь и новый стиль. Вообще я стала такая отчаянная домохозяйка: шопинг, салон, эпиляция, прогулка с ребенком, болтовня по телефону. Мозг ничем не загружен — и спокойная, как танк. Поспала, попила кофе, приняла душ, покормила ребенка кашей и пошла гулять. Зашла в магазин, повстречала кучу народу, поболтала, пришла домой усталая. Приготовила ужин — и потом до ночи книжка или кино. Милое дело!

Она на секунду замолчала, и я было обрадовалась наступившей тишине. Но в это момент эстафету подхватила ее собеседница:

— Ой, а меня год назад уговорили подстричься.

Я прикрыла глаза и попыталась отключиться, но тщетно.

— Была длина по плечи, а стала короткая макушка и дальше длиннее — в общем, типа объемная стрижка, — принялась рассказывать она. — Мне очень не понравилось, и я все это время старалась отрастить макушку и привести волосы к одной длине. Нижний ряд волос периодически подравнивала, а макушку просила не трогать. А с декабря не делала с волосами совсем ничего — все растила. Наконец решила привести себя в порядок. Выбрала первый попавшийся салон недалеко от дома, записалась. Было нестрашно: хотела просто подровняться и промелироваться — дело нехитрое, особых навыков не требует. Пришла, оценила скромную обстановочку парикмахерской, смотрю — на стене многочисленные дипломы мастера. Я и успокоилась. А зря. Начала мастеру объяснять, что специально растила волосы после короткой макушки, поскольку стремлюсь к одной длине. Прошу — мол, макушку на миллиметры стригите, пожалуйста, а внизу можно побольше. Вот скажите, чем нужно было меня слушать, чтобы этого не понять? Мастер даже спросила меня: «А что, вам не шло с короткой макушечкой?» Я ей говорю: «Нет, совсем не шло». В общем, очнулась я, когда увидела, как на пол летят пряди длиной сантиметров в десять-пятнадцать! Оказалось, что мастер — любитель креатива, и для нее короткая макушка — это прямо совсем короткая, стоячий ежик почти! Я когда увидела, что получилось, — даже всплакнула в кресле. Она, конечно, начала меня успокаивать: мол, не переживайте вы так, вам будет очень хорошо! А мне обидно: я хотела женственные длинные волосы, специально их отращивала, ходила полгода не стрижена, не крашена. А она мне: «Я же вам длину сохранила». Только какая это на фиг длина — три волосинки? Ругаться я не стала, потому что не умею, да и какой смысл? Обратно же волосы не приставишь. Просто отдала деньги и ушла молча. А сейчас, конечно, жалею очень, что не устроила скандал. Может, хоть компенсацию какую-нибудь в виде маникюра получила бы или просто извинения. Не поймите меня превратно, она постригла меня очень хорошо, колдовала надо мной больше часа, буквально по волоску состригала, и цвет получился отличный. Но я все равно без слез не могу в зеркало смотреть!

— Тань, а Тань! Ты что, не слышишь меня, что ли?

Я открыла глаза и увидела перед собой Светку. Зуденье дамочек, сидевших рядом со мной, настолько впилось в мой мозг, что остальные сигналы извне просто уже не доходили до сознания.

— Тань, я освободилась, — тормошила меня Светка. — Давай теперь тобой займемся. Тебе что сделать: прическу, макияж?

— Светик, мне нужно кардинально изменить внешность, чтобы меня никто не узнал. Но не насовсем — так, часа на два. Можешь что-нибудь придумать?

— Тогда парик, — решительно заявила Светка и вынула из шкафчика черный парик, похожий на прическу Умы Турман в «Криминальном чтиве».

— Так, — сказала она, расправляя короткие пряди, — готово. Теперь давай подкрасим тебя соответствующим образом, — и в руках у нее замелькали кисточки для макияжа.

Минут через пятнадцать, посмотревшись в зеркало, я сама себя не узнала. Ай да Светка! Вот теперь, при полном параде, можно и в «Седьмое небо» — едва ли Маргарита и Горожанинов меня заметят.

К ресторану я прибыла несколько раньше, чем рассчитывала, и успела выбрать удаленное место для парковки, чтобы издалека наблюдать за прибытием этих двоих. Сначала подъехал золотистый «Лексус», и из него вышел Василий Митрофанович Горожанинов. Уверенной походкой хозяина жизни он направился ко входу в «Седьмое небо».

Минут через десять к ресторану подкатила белая «Ауди». Я пригляделась и увидела, что на водительском месте сидит Николай Таратутин, а рядом на переднем сиденье — Маргарита. Значит, она не боится показываться с ним на людях? Но почему же тогда она так настойчиво скрывала эту связь от меня? И еще один вопрос: если Маргарита приехала на встречу с Горожаниновым в сопровождении Николая — значит, он в курсе всех их дел? Значит, он тоже участвует в сговоре?

Николай вышел из «Ауди», галантно подал руку Маргарите, и они вместе проплыли к дверям ресторана. Однако у входа, пропустив свою спутницу вперед, Николай развернулся и пошел назад к машине. Значит, его все-таки не пригласили на встречу в верхах? Получается, что он всего лишь играет роль пажа при королеве Марго?

Когда Воскобойникова скрылась за дверью ресторана, я решила, что мне тоже пора, и вошла следом. Для начала я обосновалась у барной стойки, откуда было хорошо видно весь зал. К столику, за который сели Горожанинов и Воскобойникова, подошел официант и протянул Василию Митрофановичу меню. Тот передал его Маргарите, и затем они вместе не торопясь выбрали блюда. Подождав, когда официант удалится с заказом, они начали что-то обсуждать. Как назло, свободного столика поблизости от них не оказалось, и оставалось только догадываться, о чем они говорят, да пытаться прочесть по губам. Разговор протекал вполне мирно и доброжелательно. Когда официант принес заказ, они с удовольствием принялись за еду. Но как только он вновь скрылся на кухне, Горожанинов открыл барсетку, которую принес с собой в зал, достал из нее пухлый конверт и пододвинул его к Воскобойниковой. Маргарита, раскрыв свою сумочку, небрежно бросила конверт в нее. Слов, которыми сопровождались все эти действия, я по-прежнему не слышала.

Оставалось только прокручивать в уме тот телефонный разговор, который я подслушала недавно. О чем они там говорили? И какой могла быть предыстория этого разговора?

Должно быть, действие развивалось так. Маргарита предложила Горожанинову устранить своего супруга, посулив возможность самостоятельно распоряжаться средствами «Лазурита» (видимо, это и имелось в виду, когда она говорила о шансе, который выпадает раз в жизни). Он, вероятно, колебался какое-то время, но потом согласился пойти на этот шаг и оплатить услуги киллера (вот что могли означать его слова «А я и не отказываюсь»). Далее Маргарита нашла исполнителя — своего тренера по фитнесу Николая Таратутина. У него был свой резон устранить Воскобойникова, помимо денег: тогда он смог бы встречаться с Маргаритой безо всяких помех, все капиталы мужа остались бы при ней, а самому Николаю уже никто не стал бы бить морду. И фитнес-тренер согласился, купил газовый пистолет и переделал его под боевые патроны. Думаю, если нагрянуть к Таратутину домой и как следует поискать оружие, то оно непременно найдется. И тогда его вина будет окончательно доказана!

Пока я размышляла обо всем этом, Горожанинов и Маргарита покончили с ужином, расплатились по счету и встали со своих мест. Правда, Василий Митрофанович, учтиво попрощавшись с дамой, снова сел и достал сотовый. А Маргарита направилась прямо к выходу. Ни на кого не глядя, она покинула ресторан и пошла к машине, в которой ее ждал Николай Таратутин. Я тоже поднялась с высокого стула около барной стойки, на котором сидела все это время, и вышла следом. Белая «Ауди» резко сорвалась с места и помчалась в потоке машин. Я тоже в считаные секунды завела свою «ласточку» и бросилась за ними. Куда они теперь направляются? Передала ли Маргарита деньги Николаю? Или она сделает это не в машине? К сожалению, мне этого было не узнать.

Я следовала за Маргаритой и Николаем, стараясь, чтобы они меня не заметили, но, скорее всего, эта парочка и не подозревала, что за ней следят. Движение было плотным, так что особой нужды маскироваться у меня не было. В какой-то момент «Ауди» вырулила из потока машин и остановилась у торгово-развлекательного комплекса «Триумф молл». Маргарита вышла из машины и скрылась в вертящихся дверях торгового центра. Николай, как и прежде, остался ждать ее снаружи. Кажется, он становится еще и личным шофером вдовы.

Стоит ли оставаться здесь? Едва ли я пропущу что-то интересное, если сейчас развернусь и уеду. Из «Триумф молла» быстро не уйдешь — это я по себе знаю. Может быть, потратить время, пока Маргарита занимается шопингом, на что-то полезное? Например, воспользоваться моментом, пока Николай поджидает свою королеву Марго, и заявиться к нему домой, чтобы поискать оружие? Да, пожалуй, именно этим я и займусь. Только надо узнать у Кирьянова адрес тренера.

И я набрала номер полковника — уже в который раз за этот день.

— Алло, Володя! Ты, наверное, будешь смеяться, но это снова я, Таня Иванова.

— И что тебе, Таня Иванова, надо на этот раз? — спросил он со вздохом.

— Володь, я понимаю, что уже замучила тебя своими просьбами. Но теперь мне срочно нужен адрес Николая Таратутина.

— А что там с этой, как ее… Ченчиковой? — перебил меня Кирьянов. — Ну, с дамочкой, которая звонила тебе после выпуска новостей и настучала, что это он убийца? Удалось с ней встретиться?

— Да, удалось. Она подтвердила, что этот самый Николай был любовником Маргариты Воскобойниковой. Рассказала, что однажды она сама видела, как они занимаются любовью прямо в спортзале клуба после закрытия. И она, эта Ченчикова, вся такая благочестивая, не в силах смотреть на этот разврат, сразу же позвонила мужу Воскобойниковой и обо всем ему доложила. Разгневанный супруг примчался по ее звонку, измочалил Николая, и тот потом на весь клуб кричал, что убьет Воскобойникова. Жаль, никто не догадался записать эти угрозы на диктофон. Но раз Ченчикова так говорит — значит, было. Во всяком случае, свидетель есть.