Квантовая запутанность (СИ)

   Как и виделось с Земли, Кентаура оказалась прекрасной планетой, только из-за более тусклого солнца её растительность, соответственно, имела бледно-зелёный цвет, да и вода, с облаками тоже были, как бы темнее, а песок был ближе к красному цвету, а не к жёлтому. Но всё же, Немезида оказалась не такой красной, как наблюдалась с Земли, из-за достаточно протяженного пылевого облака, которое окружало планетную систему звезды, находясь, примерно, в полусветовом годе от неё. Облако было достаточно рваным и было ли оно когда-то внешним слоем Немезиды, сброшенным в период активности звезды или же это были остатки того пылевого облака, из которого была создана её планетная система, установить пока было сложно, но это сейчас и не было актуальным вопросом, а было делом будущего. Сейчас же колонисты оказались, вдруг, удивлены, увидев Немезиду не тёмно-красной звездой, а ярко, даже кроваво-красной, а порой и даже оранжево-красной и потому на планете день выглядел не как поздний вечер, а скорее, как раннее утро.

   Прибывшая колония около земного месяца провела на орбите Кентауры, внимательно изучая поверхность планеты, выбирая для высадки наиболее оптимальный континент, которых на планете оказалось достаточно много: четыре больших; двенадцать маленьких и около двухсот разновеликих островов. Никаких признаков присутствия на планете разумной жизни найти не удалось.

   Каждый колониальный корабль имел три небольших космических челнока: на двух, на пять и на тридцать пассажиров, с помощью которых и началось изучение планеты. Но частые сходы челноков с орбиты, начали заметно истощать энергетические запасы для них и эксплуатация челноков была сведена к минимуму и потому, изучение планеты, в основном, происходило лишь с орбиты, различными способами, из самих колониальных кораблей.

   Наконец, после долгих и жарких споров, был выбран большой материк с невысоким, но протяжённым горным массивом, в экваториальной зоне планеты, в предгорье которого было решено посадить один из колониальных кораблей - "Кентавр 1", который служил бы в первое время домом для колонистов, так как жить в тех строениях, которые были привезены с Земли, без мощной орудийной защиты, желающих не нашлось, потому как некоторые наблюдаемые особи животного мира планеты, вдруг, оказались достаточно велики и очень агрессивны и такие были на всех больших и малых континентах.

   Примерно в тридцати километрах от плоскогорья, где колонисты вознамерились посадить "Кентавр 1", протекала достаточно полноводная река, а на одном из её крутых, не поросшем лесом, берегу, в последствии, предполагалось выстроить посёлок, который с двух сторон был бы под защитой реки и крутого склона к ней, а с двух других, предполагалось выстроить высокую стену из частокола, растущих неподалёку, высоких деревьев. К одной из сторон предполагаемого поселения примыкала низина, похожая на луг, который, в будущем, можно было бы использовать под сады и огороды или же перенести туда оранжереи из колониального корабля. На этом участке реки, напротив предполагаемого строительства поселения, вполне можно было расположить расщепитель воды на водород и кислород. Водород должен был стать топливом для тепловой энергостанции, которая должна была обеспечивать колонию электроэнергией, водой и теплом; кислород же мог использоваться для технических нужд поселения. В общем, место для колонии было, практически, идеальным.

   Некоторое время колонисты опасались, что в горном массиве будут мощные землетрясения, но тщательный анализ составляющих его пород позволил сделать заключение, что горный массив уже стар и его активность дело далёкого прошлого, да и каких-либо колебаний гор, за время наблюдения за ними, выявлено не было и подчиняясь требованию большинства колонистов, которым не терпелось ощутить под ногами почву планеты, а не металл корабля, начальник колонии, он же и капитан колониального корабля "Кентавр 1" приказал вахтенному офицеру, несшему в тот момент вахту - посадить корабль на, выбранное для начала колонизации, плато.

   Но всё же, вторая часть колонистов, находящаяся на "Кентавр 2", ещё какое-то время оставалась на орбите. Несмотря на их требование: на немедленное перемещение на поверхность планеты, начальник колонии остался непоколебим, ожидая положительного результата размещения, на выбранном плато, колонистов "Кентавр 1".

   Посадка "Кентавр 1" осуществлялась с наступлением рассвета в этой местности и прошла успешно, плато даже не шелохнулось от опустившейся на неё огромной массы колониального корабля.

   Атмосфера в предгорье была более, чем пригодна для дыхания, кислорода в ней содержалось, более чем в два раза больше, чем в атмосфере Земли и едва был закончен дежурный анализ внешней среды, так как о ней уже было известно, практически, всё, первые, самые нетерпеливые колонисты, основательно вооружившись, осторожно спустились по трапу на каменное плато.

   Планета встретила колонистов ощутимой прохладой и несколькими вёрткими четырёхногими пресмыкающимися, которые грелись в неярких лучах, взошедшего над плато, солнца, совершенно не обращая внимания на появившееся у них над головой нечто. Дышалось колонистам легко и свободно.

   Не видя опасности, из корабля на плато, по трапу, начали спускаться другие колонисты, но, вдруг, донёсшийся из, растущего в полукилометре от плато, леса громкий рёв, заставил колонистов остановиться, а появившееся из леса огромное животное, заставило их броситься назад в корабль - на трапе образовалась давка.

   Животное, громко крича, поднялось на задние лапы и побежало в сторону корабля.

   Колонию спасла от первых жертв, остающаяся в зале управления вахта - вахтенный офицер приказал уничтожить приближающуюся тварь, которая тут же упала на плато с огромной дырой в груди, прожжённой, вырвавшимся из лазерного излучателя корабля, ярким красным лучом.

   Массового выхода колонистов из корабля в этот день больше не было, хотя в районе посадки и не появилось больше ни одной грозной твари, но мелкие животные регулярно наблюдались на опушке, окружающего плато, леса, да и большие птицы постоянно парили высоко над плато, но скорее всего, по причине, что видели лежащее на плато неподвижное животное, которое колонисты не убирали. Но всё же колонисты теперь предпочитали находиться вне корабля уже в каком-либо из механизмов, а не открыто перемещаться по плато.

   В конце-концов, уничтоженное животное было сдвинуто, выгруженным из корабля, бульдозером в достаточно глубокую пропасть, находящуюся с одной из сторон плато. Подтверждая догадку колонистов, большие птицы тут же исчезли.

   Всё это было отражено в первом докладе колонистов на Землю, вызвав там некоторую озабоченность и с передачей в колонию строгой директивы - быть предельно осторожными.

   Через несколько местных суток, прошедших без каких-то происшествий, остающийся на орбите "Кентавр 2" тоже был разгружен. Взяв в герметичные капсулы пробы атмосферы, почвы, флоры и некоторой фауны планеты, он отправился в обратный путь. Колония начала обживаться.

2

   Первая проблема появилась, когда на берегу реки, названной, почему-то, Борой, возможно из-за рыжеватой, в лучах местного солнца, воды, был собран первый дом - в небе, среди облаков, был замечен странный предмет, никак не похожий на птицу.

   Некоторые колонисты посчитали его за быстроперемещающуюся звёздочку, всвязи с тем, что к тому времени Кентаура в своём беге приближалась к холодному сегменту своего орбитального движения: облачность сделалась более высокой и разряжённой; но в тоже время, сутки стали короче и мрачнее, из-за того, что планета отдалилась от своего солнца и наиболее яркие звёзды теперь были видны даже днём, если таковым можно было назвать менее сумеречную часть суток.

   Время шло, звёздочка себя никак не проявляла, лишь бессистемно, то появляясь на орбите, то исчезая и колонисты уже, как-то свыклись с ней, но всё же с тревогой всматриваясь в небо, когда получали сообщение о её очередном появлении.

***

   - Господин Марков!

   Громкий голос, заставил начальника колонии оторвать взгляд от иллюминатора корабля, перед которым он стоял, рассматривая хорошо различимую в свете прожекторов корабля опушку ближнего леса, на которой стояло высокое, тонконогое и видимо, очень любопытное животное, в сторону которого двигались несколько транспортов с колонистами. Было раннее утро и хотя было ещё темно и утро можно было считать лишь по времени, а не по состоянию атмосферы планеты, но колонисты, занятые на строительстве посёлка, уже были в пути.

   Приближался самый холодный орбитальный период бега Кентауры вокруг Немезиды и колонисты торопились выстроить не только, как можно большую часть посёлка, но и изгородь вокруг него, так как опасались, что с наступлением холодов, животные будут более голодными и потому, более смелыми и несомненно, будут пытаться проникнуть в посёлок в поиске лёгкой добычи. Часть домов собиралась из привезённого материала с Земли, но большее их количество строилось из древесины, растущего неподалёку леса, так как древесина оказалась очень плотной и потому прочной и к тому же, каким-то образом, аккумулировала в себе тепло, когда Немезида находилась в тёплом секторе своей орбиты и первый дом, построенный из такой древесины, вдруг оказался очень тёплым и его даже приходилось вентилировать и теперь каждая семья желала жить в таком доме, а не в сборном земном, который нужно было обязательно отапливать даже сейчас, когда холода ещё не наступили, что, в какой-то мере, тормозило строительство посёлка.

   Марков оглянулся - в проёме двери его офиса, которым продолжал оставаться капитанский мостик колониального корабля, стоял астрофизик Ветров.

   Если начальник колонии был человеком уже в возрасте, одним из самых старых колонистов и потому уже заметно ссутулившимся от тяжести прожитых лет, то астрофизик был одним из самых молодых землян, если таковым можно было считать возраст в почти семьдесят земных лет, отправившимся в колониальную экспедицию, едва выйдя из двери академии, которую закончил - колонисты родившиеся в пути или уже здесь, на Кентауре, уже считали себя кентауранами, а не землянами.

   Владимир Ветров был высок, строен, хорошо физически сложен, для своего возраста и при встрече никак не ассоциировался с человеком, проводящим ночи у телескопа. И видимо, потому, что рабочим днём у него была ночь, он не имел семьи, что никак не приветствовалось Управляющим Институтом колонии, но, благодаря тому, что начальник колонии питал к нему, буквально, отцовские чувства и сам не имел семьи, то Ветрову, эта его вольность, сходила с рук, да и свободных девушек в колонии, практически, не было, так как мальчиков, почему-то, рождалось заметно больше и Управляющий Институт колонии, выделив те семьи, где рождались, исключительно, девочки, всячески пытался стимулировать их, к увеличению численности женского состава колонии.олонии, выделив те семьи, где рождались, исключительно, девочки, всячески пытался стимул

   - Здравствуй Владимир. - Марков кивнул головой. - Заходи! Присаживайся! - Он повёл подбородком в сторону одного из кресел офиса. - Чувствую, что ночь не прошла для тебя даром, если ты вместо отдыха, заявился ко мне.

   - Вы правы господин Марков. - Астрофизик натянуто улыбнулся. - Уже перед завершением своей вахты, я, вдруг, увидел промелькнувшую по экрану одного из мониторов, куда выводится изображение с матрицы телескопа, ещё одну быстро перемещающуюся звезду.

   - К нашему стыду, мы до сих пор не закончили ревизию привезённых с Земли контейнеров. - Губы Маркова вытянулись в подобие снисходительной улыбки. - Все силы сейчас брошены на строительство посёлка и честно говоря, Владимир, не до контейнеров. Все хотят жить, непременно, в тёплом доме из местного дерева, будто бы уже уверены, что дома с Земли, не смогут защитить их от местных холодов. - Лицо Маркова сделалось серьёзным. - Извини. - Он покрутил головой. - Но как только появится возможность, я тут же отдам распоряжение об ускорении ревизии и тогда мы будем точно знать, что мы потеряли.

   - Извините, господин Марков. - Астрофизик так и остался стоять в дверях. - Но у меня нет уверенности, что по орбите носится наш контейнер. Уж слишком он быстр, будто имеет движитель.

   - Ты преувеличиваешь. - По лицу начальника колонии скользнула тень явной досады. - Единственное, чем могу сейчас помочь: дать в твоё распоряжение на некоторое время свой челнок с пилотом, чтобы ты сходил на орбиту и попытался поближе рассмотреть этот злополучный контейнер. На шесть часов. Не более. - Марков покрутил головой. - Несомненно, Управляющий Институт будет против подобной траты энергии, но у меня есть некоторые права, одним из которых я и воспользуюсь.

   - Мне не нужен пилот. - Астрофизик мотнул головой.

   - Это исключено. - Марков перевёл взгляд на хронометр, висящий на стене офиса. - У тебя шесть часов и ни минуты больше. - Покрутив головой, он опять повернулся к иллюминатору.

   - Да, господин Марков. - Произнёс ему в спину астрофизик и развернувшись, быстрым шагом направился по коридору в сторону лифта, соединяющего уровень управления колониального корабля с его нижним ангаром.

   Когда астрофизик оказался около челнока, его дверь уже была открыта и пилот, явно ожидая пассажира, смотрел в сторону открытой двери.

   Это был единственный штатный пилот в колонии, который возил лишь единственного пассажира - его начальника, Валерия Маркова. И появился у начальника колонии он не сразу, а изначально Марков сам управлял челноком, но в один из дней, засмотревшись на отправляющихся на строительство посёлка колонистов, он просмотрел опору корабля и изрядно проехался по ней боком челнока, достаточно серьёзно его повредив.

   Свою невнимательность Марков объяснил Управляющему Институту, тем, что засмотрелся на транспорт, отправляющийся в посёлок и как ему показалось, груз на транспорте был ненадёжно закреплён, что и отвлекло его. Управляющий Институт тут же закрепил за Марковым, несмотря на его возражение, штатного пилота, одного из профессиональных пилотов корабля, категорически запретив начальнику колонии самому водить челнок. Конечно, Марков, своей властью, мог бы отклонить этот запрет, но поразмышляв, он пришёл к выводу, что с пилотом ему, всё же, будет гораздо удобнее заниматься служебными делами, да и конфликт с Управляющим Институтом был ему ни к чему.

   - Привет, Мишель. - Произнёс Ветров, запрыгнув в челнок, практически, не сбавляя шага. - Шеф...

   - Он уже распорядился. - Заговорил пилот несколько скрипучим голосом, перебивая астрофизика. - В твоих интересах поторопиться, а не разлогольствовать.

   - Тогда, на орбиту. - Ветров дёрнул плечами, усаживаясь в кресло, устроенное рядом с креслом пилота.

   Пилот отвернулся от астрофизика, пальцы одной из его рук пробежались по панели управления челнока: дверь с лёгким свистом скользнула в сторону проёма. Прошло несколько томительных для астрофизика мгновений и на пульте управления вспыхнул зелёный индикатор.

   - Салон герметичен. - Донёсся из панели управления мужской голос с явным металлическим оттенком, показывающим, что он синтезирован системой управления челнока, а не естественного, биологического, происхождения.

   Пилот тут же взялся за штурвал, челнок вздрогнул, будто вышел изо сна, подпрыгнул и резко развернувшись, скользнул в сторону люка, расползающегося тёмной полосой на сером полу нижнего ангара колониального корабля.

   Едва челнок выскочил из-под корпуса корабля на простор, пилот тут же потянул штурвал на себя и летательный аппарат начал быстро набирать высоту. Ветров, прекратив следить за действиями пилота, уставился в лобовое стекло.

   Челнок оказался достаточно быстр и через несколько минут он уже мчался по орбите Кентауры. Пилот включил терминал радара на панели управления и Ветров регулярно бросал на него быстрый взгляд, хотя прекрасно понимал, что система пространственного контроля челнока непременно даст знать, если что-то обнаружит в пространстве вокруг планеты, но сила привычки брала своё и вскоре у него уже начала болеть шея от постоянного верчения головой от иллюминатора к терминалу радара и наоборот, но он мужественно терпел, не в силе изменить своему, выработанному жизнью, рефлексу.

   - Мы уже четыре часа крутимся. - Наконец нарушил молчание пилот, поворачивая голову в сторону астрофизика. - Шесть оборотов сделали. Нет здесь ничего и скорее всего никогда и не было. - Его губы вытянулись в широкой усмешке. - Однозначно, ничего потеряно не было.

   - У меня ещё два часа. - Процедил Ветров, нарочито подаваясь к лобовому стеклу. - И я их не намерен игнорировать.

   - Как знаешь. - Голос пилота прозвучал с явными оттенками грубости и отвернувшись от астрофизика, он вальяжно откинулся в своём кресле и полуприкрыв веки, тоже уставился в лобовое стекло...

   Ожидаемое событие произошло на исходе пятого часа - Ветров, вдруг, увидел за лобовым стеклом достаточно большой светлый овальный предмет, который буквально висел на расстоянии вытянутой руки от его лица. Некоторое время он тупо смотрел на предмет, не в состоянии осознать увиденное, затем резко подался назад и вжался в спинку кресла...

***

   Астрофизик открыл глаза: он лежал на спине и его взгляд упирался в светлый потолок над ним; определённо - это был не модуль с телескопом, рядом с которым он провёл ночь. Ветров шевельнулся.

   - Наконец-то! - Услышал он негромкий женский голос рядом с собой.

   Ветров повернул голову на голос и увидел сидящую, неподалёку в кресле, девушку, рядом с терминалом, по которому энергично скользило разноцветье каких-то линий.

   - Где я? - Он попытался подтвердить свой вопрос кивком подбородка и это у него, вполне, получилось.

   - В медлаборатории корабля. - Заговорила девушка, вставая с кресла. - Господин Марков просил немедленно сообщить ему, как только вы очнётесь. - Она шагнула к терминалу и ткнула пальцем в один из его сенсоров.

   - Что со мной произошло? - Поинтересовался Ветров, но вместо ответа увидел на терминале серьёзное лицо начальника колонии. Губы Маркова шевельнулись.

   - Наконец-то. - Донёсся до астрофизика резкий, явно, недовольный голос начальника колонии. - Ты в состоянии говорить?

   Ветров попытался сесть - это удалось безо всяких проблем. Тогда он попытался встать и это удалось. Чувствовал себя он вполне бодро, будто после хорошего, приятного сна, полностью восстановившего его силы. Он сделал уверенный шаг к терминалу.

   - Да, господин Марков. - Ветров кивнул головой. - Я чувствую себя, вполне, уверенно.

   - Тогда потрудись объяснить, зачем ты полез на орбиту? Чтобы хорошо выспаться? - Голос начальника колонии звучал резко, даже грубо, показывая, что он крайне недоволен астрофизиком.

   - Я, спал на орбите? - Ветров поднял брови, на его лбу прочертилась глубокая морщина. - А как я туда попал? - Он с силой провёл пальцами по лбу, будто пытаясь разгладить морщину.

   - Интересно! - Марков громко хмыкнул. - Ты прикидываешься, что ничего не помнишь? Решил разыграть нас всех? Можешь забыть теперь об орбите над планетой на год, чтобы желания повеселиться больше не появлялось. - С явным злом в голосе произнёс он последние фразы.

   - Извините, господин Марков. - Ветров опустил руку, его лицо приняло выражение растерянности. - Но я, совершенно, не понимаю, что вы пытаетесь мне инкриминировать. - Он покрутил головой. - После ночи я пошёл... - Он вновь поднял руку и провёл ею по лбу. - Видимо я уснул у телескопа. - Сосем тихо произнёс он. - Ничего не помню. - Он вновь покрутил головой.

   - Н-да-а! - Марков состроил непонятную гримасу. - Немедленно ко мне. - Его голова повернулась. - Помогите ему, если он не будет в состоянии идти. - Произнёс начальник колонии, определённо, обращаясь к девушке, стоящей рядом с астрофизиком.

   - Да, господин Марков. - Громко произнесла девушка.

   - Не нуждаюсь. - Опустив руку, Ветров мотнул головой и повернувшись, направился к выходу из палаты, так как уже сориентировался, где он находится и знал, куда ему нужно будет идти.

***

   Марков стоял у иллюминатора, наблюдая за уходящей в лес партией строителей, направляющихся в посёлок, в котором уже было построено более трёх десятков тёплых домов и возведена вокруг территории посёлка высокая изгородь из частокола, но возникли какие-то непонятные проблемы с пуском расщепителя воды, в которой, вдруг оказалось большое содержание железа, из-за чего фильтры расщепителя очень быстро так забивались, что никакой чистке не поддавались и их приходилось, просто, выбрасывать. Если для хозяйственных нужд достаточно было лишь лёгкой фильтрации и вода была вполне пригодна к использованию, то даже небольшое количество молекул железа в воде напрочь блокировали работу расщепителя и потому для него вода требовала достаточно глубокой очистки. Дистиллятора, достаточной пропускной способности, в колонии не оказалось, почему-то упор при подготовке колонии на Земле был сделан на фильтрацию, а не на дистилляцию, запас фильтров быстро таял и Марков, своим распоряжением, остановил работу расщепителя, заставив Учёный Совет колонии заняться поиском решения неприятной проблемы и потому изгородь посёлка оставалась без освещения, отчего ни одна семья ещё не отваживалась оставаться в посёлке на тёмное время местных суток, несмотря даже на то, что в изгородь были встроены несколько башен, укомплектованные турелями с лазерными излучателями, на которых постоянно дежурили десантники. Но если в посёлке никого не оставалось, то и десантников ночью тоже не было, но всё же, несмотря на высокую изгородь, колонисты часто находили по утру на стенах домов в посёлке, явные, следы когтей, хотя днём дикие животные, достаточно, редко тревожили колонистов. Охотники почти ежедневно отправлялись на промысел и непременно возвращались с богатой добычей и видимо осознав появившуюся угрозу, животные днём уже не отваживались приближаться к посёлку, за исключением: очень больших и свирепых особей, похожих на земных медведей, названных, почему-то, рексами, видимо, считавших себя хозяевами территории и которые могли приближаться к посёлку когда хотели; и совсем небольших тварей, названных вампирами, которые по своей кровожадности были даже свирепее рексов. Но всё же вампиров в посёлке колонисты никогда не видели, но в лесу их было предостаточно и заготовителей древесины всегда охраняли десантники, так как стоило какому-то заготовителю отстать или отойти чуть подальше от остальных, как вампиры уже были около него и непременно норовили вцепиться ему в шею своими острыми, как бритвы треугольными зубами и потому все колонисты, уходящие в лес, по той или иной причине, всегда одевали на шею, ошейник, плотный кожаный ремень армированный металлической проволокой. И всё же начальник колонии запретил, без нужды убивать даже этих свирепых тварей, вначале пробуя их отпугивать, а если это не помогало, тогда уже применять крайние меры.

   Вскоре удалось установить, что повышенное содержание железа оказалось во всём на этой территории: флоре, фауне и в обитателях реки, из-за чего деревья и имели более тёмный цвет и повышенную прочность, а мясо животных и рыб было более красным и жёстким, что, однако, никак не снижало их вкусовых качеств.

***

   - Здравствуйте, господин Марков! - Негромко произнёс астрофизик, привычно останавливаясь в проёме двери офиса начальника колонии.

   Марков резко повернулся: его лицо, явно, выражало недовольство.

   - Проходи! - Марков повёл подбородком в сторону одного из свободных кресел своего офиса. - Будешь сидеть здесь, пока не вспомнишь, что произошло на орбите.

   Ветров молча прошёл к указанному креслу и усевшись, уставился глазами в пол.

   Марков прошёл к своему рабочему креслу и тоже усевшись, уставился в астрофизика.

   - Я не нахожу в полу своего офиса чего-то интересного. - Заговорил он с явной насмешкой в голосе. - Подними голову и потрудись объяснить, что с вами произошло на орбите. Оба уснули: ты после бессонной ночи, пилот - за компанию. Изволь опровергнуть мой вывод.

   - Я, совершенно, не помню, что со мной произошло на орбите и как я, вообще, туда попал. - Не отрывая взгляда от пола, Ветров покрутил головой. - Думайте что хотите, господин Марков... - Астрофизик наконец поднял голову и посмотрел на начальника колонии. - Но другого сказать мне нечего.

   Перед Марковым вспыхнула голограмма и хотя отображаемый в ней человек был повернут к Ветрову боком, но он узнал в нём главного логиста колонии Николая Спирова, с которым довольно часто вступал в пререкания, выпрашивая у него какой-либо продукт для своей работы и который отличался непробиваемой твёрдостью к любым просьбам, кого бы то ни было в колонии и руководствовался лишь, исключительно, распоряжениями начальника колонии.

   - Господин Марков! - Быстро заговорил Спиров. - Я провёл инвентаризацию всех складов - не хватает двух контейнеров. Думаю - это они и вертятся на орбите.

   - Что в них? - Марков вопросительно взмахнул подбородком.

   - Могу сказать предварительно, так как я лишь пересчитал группы контейнеров и их количество в группах. - Главный логист дёрнул плечами.

   - И всё же? - Начальник колонии ещё раз взмахнул подбородком.

   - Скорее всего - один с какими-то фильтрами; второй - или с какой-то кухонной утварью, или с посудой. Их потерял "Кентавр 2". Видимо они знали, с чем они и думаю, потому их и не стали отлавливать.

   - Для нас важен любой груз доставленный с Земли. - С явным раздражением в голосе заговорил Марков. - И потому: бери большой челнок, пару вахтенных и отловите контейнеры, чтобы они не раздражали некоторых звёздочётов. - Он повернул голову в сторону астрофизика. - Отправляйся с ними, может там вспомнишь, что с тобой произошло. - Марков повёл подбородком в сторону двери.

   - Да, господин Марков. - Астрофизик поднялся и состроив на лице гримасу досады, шагнул к выходу, но оказавшись в проёме двери, он остановился и оглянулся. - Если я был на орбите не один, что говорит другой? - Ветров состроил гримасу недоумения.