Драконьи испытания. Восхождение легенды

Екатерина Сергеевна Богданова

Драконьи испытания. Восхождение легенды

ПРОЛОГ

— Ваше величество, личные дела претенденток по вашему приказанию доставлены, — низко поклонившись, доложил молоденький пугливый секретарь, переминаясь с ноги на ногу.

— Оставьте на столе и не беспокойте меня до обеда, — приказала молодая императрица.

Альтина Самисаль, не далее как месяц назад сменившая подданство и взошедшая на престол великой Даймирии в качестве супруги молодого императора, одаренного богами Валинора Дас'Аринор, не желала оставлять без внимания столь важный аспект своего утверждения на троне, как ближайшее окружение. И начать императрица решила с отбора фрейлин. Вопреки устоявшемуся мнению мужчин, чаще всего именно женская рука вершит судьбы подданных. И за твёрдость своей руки Альтина собиралась побороться. Сдержанная северная принцесса безропотно приняла свою судьбу, и даже не была разочарована супругом. Но Альтина была уверена, что у неё ещё есть время, чтобы поближе познакомиться с будущим мужем, привыкнуть к обычаям новой родины и обзавестись полезными знакомствами. Всё изменилось в единый миг, когда отец признал незаконнорожденного сына. Бракосочетание принцессы Альтины Самисаль и едва взошедшего на трон императора Даймирии состоялось на год раньше запланированного срока, спустя всего две недели после прибытия принцессы ко двору Даймирии. В результате чего весь двор воспринимал новоиспечённую императрицу, как незнакомку. Это и предстояло изменить Альтине, окружив себя верными и неглупыми союзниками. Итак, фрейлины.

Просмотр личных дел претенденток на должность фрейлин, разочаровал императрицу больше ожидаемого. Каждая из юных леди была в высшей степени благородна по происхождению, обладала исключительными качествами, столь необходимыми для блистания при дворе и покорения мужских сердец. Но, ни одна из них не преуспела в таких дисциплинах, как политология, риторика, магические науки и умение противостоять влиянию общества. Девушек готовили именно как прекрасное дополнение к блистательной императрице.

— Нет, это неприемлемо, — прошептала её величество, Альтина Дас'Аринор. — Мне нужны помощницы, а не разряженные куклы. Права была леди Пальмира, их необходимо подучить.

Указ был начертан твёрдой рукой, и этот указ изменил судьбы многих. Но императрица не могла даже предположить, к чему приведёт её желание видеть подле себя умных, сильных женщин, а не марионеток.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ИСТОРИИ СУДЕБ ВЕРШАТ ВЕЛИКИЕ

Последний день лета — напоённое теплом и благоденствием мгновение, когда чаровницы-бабочки ещё порхают над благоухающими бутонами, солнышко ласково гладит лучиками сочную изумрудную траву, а дни длятся гораздо дольше ночей, которые, впрочем, тоже полны жизни и песен ночных насекомых и птиц. Уже завтра с ветвей деревьев сорвутся первые окрашенные багрянцем и золотом листочки, зацветут колючие осенние сухоцветы, распространятся по полям ароматы скошенных трав, дни стремительно пойдут на убыль, уступая всё больше времени прохладным, осенним ночам… и начнётся моё обучение.

Известие о том, что мне — одной из будущих фрейлин молодой императрицы, надлежит пройти полугодовой курс обучения в Академии Магических Познаний, в народе называемой не иначе, как Арена Мелочных Павлинов, перевернуло весь мой мир. Ещё вчера я готовилась к официальному представлению ко двору, первому балу и принятию почётной должности приближённой фрейлины её величества, императрицы Альтины Дас'Аринор, а сегодня узнала, что мне надлежит проследовать в вышеозначенную академию и провести там полгода, в усердном обучении дисциплинам, которые теперь входят в перечень необходимых для соответствия требованиям её величества к приближённым фрейлинам. И чего нашему императору в женихах не сиделось? Притащил во дворец эту эмансипированную северянку, а нам — не обученным сложному мыслительному процессу, юным леди теперь расхлёбывать.

К уведомлению о необходимости пройти ускоренный курс обучения прилагалось предупреждение, приписанное рукой одного из многочисленных племянников матери, личного поверенного императора, что занятия начнутся уже завтра. Тянуть с зачислением не стоит, потому как наскоро сформированный факультативный курс общего поверхностного образования не безразмерный, а желающих занять тёпленькое местечко под крылышком новой правительницы много.

Отец сразу же связался с ректором академии и договорился о месте в новом наборе для своей единственной дочурки. Воздушная почта доставила незамедлительный ответ, суть которого заключалась в том, что ректор, конечно же, придержит место «из уважения к роду Кен'Эриар», но всё же будущей адептке стоит поторопиться, так как наплыв желающих велик, а курс опять-таки не безразмерный.

То есть, папочке прозрачно намекнули, что особых поблажек не будет. И даже сомнений не было — это дело рук новой императрицы. Кузену что ли пожаловаться? А с другой стороны, вдруг он действительно любит жену и потворствует всем её прихотям? Как бы то ни было, а мне предстояло в ограниченные сроки преодолеть значительное расстояние и поступить в «Арену Мелочных Павлинов» уже завтра по полудню.

Сборы проходили в атмосфере панического беспорядка и без моего участия. Я же изволила носиться по лугам у стен замка и наслаждаться последними часами свободы. Уже на закате простилась с подругами, о существовании которых в теории не должны были знать даже родители — негоже Кен'Эриар дружить с простолюдинками и низшей знатью. Ещё совсем молоденькая, но уже успевшая обзавестись мужем и крикливым розовощёким малышом Матильда сочла нужным дать мне последние наставления.

— Ты не надейся на имя, как на место прибудешь, сразу же найди кого посолиднее и заручись поддержкой, — заявила жена новоиспечённого баронета.

Титул её муж, к слову, получил не без моего участия, едва плешь папеньке не прогрызла, ежедневно и довольно прозрачно намекая, что не помешало бы и отблагодарить того, кто раскрыл махинации местного монетного двора и спас нас всех от разорения. Отец мог даровать только низшие титулы и, спустя несколько недель планомерного надоедливого брюзжания, решился на благодеяние. А всё потому, что Матильда грезила членством в клубе «Леди Востока» и не отставала от меня, тоже весьма успешно проедая мне плешь. Здраво рассудив, что плешь меня не украсит, я сочла допустимым немного поспособствовать подруге в нелёгком деле пробивания пути к заветной цели.

— Самый солидный в академии ректор, но я понятия не имею, что это за фрукт, — ответила я, сомневаясь в компетентности советов подруги.

— Вот с ректором и дружи, не ошибёшься, — авторитетно заявила Матильда.

— Постараюсь подружиться, — рассмеялась я.

Коим образом я, юная и не обременённая опытом девушка, смогу заполучить расположение и дружескую поддержку почтенного старого магистра, Матильду не заботило. В последний раз обнявшись с подругами, в числе которых были и сельские девушки, я поспешила в свои комнаты.

Я проводила солнышко за густую листву ещё зелёного леса, сидя на балконе спальни и наслаждаясь томлёным молоком с ванилью и мёдом (такое лакомство умела делать только престарелая нянюшка моей матери) и отправилась отдыхать перед дорогой.

Разбудили меня ещё перед рассветом, сонную и плохо соображающую. Такие же сонные камеристки, уволокли меня в ванную, окунули в воду, высушили полотенцами, не особо заботясь о моём удобстве, и облачили в дорожное платье. Родители, тоже не выспавшиеся и по причине недосыпа раздражённые, напутствовали скупыми речами о чести рода и долге перед короной. Даже не покормили! Мама поцеловала в щёчку, отец одарил поцелуем в лобик, после чего впихнул в карету, и я благополучно улеглась досыпать, помахав ручкой на прощание в ответ на их прощальные взмахи платочками. Платочком вооружилась только мама, обильно увлажняя его слезами в промежутках между взмахами. Папа что-то тихо шептал ей, видимо пытаясь успокоить, от чего матушка разразилась ещё большим слёзоотделением. Хотелось бы верить, что плакала она от горя, как-никак единственное дитя из гнезда выпорхнуло, но я знала маму так же хорошо, как и она меня. Так что плакало доброе имя Кен'Эриар, о чём и плакала моя матушка. Была б её воля, я бы всю жизнь просидела за стенами замка, но папа по какой-то неведомой мне причине свято верил в то, что его кровиночка ещё покажет этому миру, чего стоят Кен'Эриары, и именно он заявил о праве наследницы рода на место подле императрицы.

Думая о родителях я и уснула, под мерное покачивание экипажа, продвигающегося по ровным дорогам, являющимся гордостью восточной части Даймирии.

* * *

— Стой, шальная! — Разбудил меня крик кучера.

Да я вроде бы и так не бегу — была моя первая сонная мысль.

К тому моменту как капитан выделенного для моей охраны отряда постучал в дверцу кареты, я уже успела не только проснуться, но даже и прилипшие к щеке волосы заправить за ушко.

— Поломка, леди Кен'Эриар. Одна из лошадей напугалась змеи и понесла. Ось полетела, — доложил он.

— Так ремонтируйте, — пробурчала недовольная пробуждением я.

— Не получится, менять нужно, а нечем, — развёл руками капитан.

— И что? — спросила я у того, кто вообще-то и был приставлен ко мне как раз для решения подобных проблем.

— Придётся задержаться в ближайшем населённом пункте, чтобы устранить поломку.

— Действуйте, — одобрила я, намереваясь ещё поспать.

Военный стушевался, неловко переминаясь с ноги на ногу.

— Говорите уже, — пожалела я его.

— Вам придётся пересесть в седло, чтобы добраться до селения Бармонди, которое буквально в трёх верстах, — отводя взгляд поведал капитан.

— Это не проблема!

Я любила лошадей, хоть они и не разделяли моих чувств.

— Но у нас нет седла для леди, — совсем сник капитан.

Вот уж что меня нисколько не огорчило, так это отсутствие неудобного женского седла. Я и в мужском спокойно доеду, даже с большим комфортом.

— Ничего, переживу. Подайте лошадь.

— Верховой лошади тоже нет, — совсем ошарашил меня военный.

— Вы что пешком за каретой бежали? — удивлённо спросила я.

— Нет, но у нас только жеребцы… и сёдла мужские, — виновато опустил взгляд мужчина.

— Давайте уже жеребца, я опаздываю, к вашему сведению, — пробурчала я, пряча улыбку за сумкой с документами.

Через час я уже сидела за столом в маленькой, но светлой, уютной, пропахшей выпечкой и луговыми травами комнатке, выделенной мне местным сельским управляющим. Вытянутые лица охранников, узревших леди, оседлавшую вороного коня, совсем не величественно подоткнув подол платья, и более того, отправившую его в галоп, до сих пор всплывали в памяти, заставляя посмеиваться. Да, у нас, в восточной части империи, нравы были более консервативные, и моё неподобающее поведение для служивых было извечным поводом для удивления и неодобрения. И это они ещё не знают, что сопровождают меня к Академии Магических Познаний не с каким-нибудь визитом вежливости, а для поступления в обучение.

Посмеялась, представляя удивление охранников по прибытии на место, и занялась тем, что сейчас интересовало меня гораздо больше, то есть взломом папки с моими личными данными. Больше всего меня интересовала характеристика от магистра Жринкера. Этот в высшей степени учёный, заслуженный и мудрый маг всегда относился ко мне с некоторым презрением, не особо тщательно скрываемым за покровительственным, наигранным уважением к моему роду. Потому я даже не сомневалась, что защита будет слабой, как говорится — номинальной. И я оказалась права, что одновременно радовало и оскорбляло оценку моих способностей магистром. Недооценивал он меня, всегда недооценивал.

Распутав нехитрое плетение заговорённой нити, скрепляющей края папки, открыла оную, в намерении лишний раз убедиться в коварстве учителя. И на этот раз я ошиблась!

Поверх листов с моими личными данными и характеристикой лежала записка, начертанная явно рукой магистра Жринкера.

«Даже не сомневался, что вы сунете свой неугомонный носик в эту папку, моя юная ученица. И уверяю вас, данная мною характеристика являет целью упростить и ускорить ваше так называемое обучение. Буду рад продолжить наши занятия по окончанию этого фарса. До встречи при дворе его величества Валинора Дас'Аринор.» — гласило сие послание, под которым красовалась короткая, выведенная уверенным почерком магистра подпись.

Я честно не ожидала подобного и была удивлена не меньше, чем обрадована. Значит, магистр всё-таки оценил мой потенциал по достоинству! Гордость я испытывала ровно до того момента, как убрала адресованное лично мне послание и углубилась в изучение официального личного дела.

Так «леди Фидэлика Кен'Эриар, драконесса, восемнадцать лет, рост сто семьдесят сантиметров» (это в переводе на общепринятую меру, а так три с половиной локтя). Да, для дракона я слишком миниатюрна, но зато из общей массы других народностей почти не выделяюсь. «Телосложение среднее, волосы чёрные, вьющиеся, с вкраплениями прядей не пробуждённого огня» (то есть у меня есть парочка золотисто-красных локонов, проявившихся лет в четырнадцать), «глаза светло-карие, лицо овальное, особых примет не имеет». Я бы с этим могла поспорить, у меня был острый подбородок, довольно круглые щёчки, пухлые губы и немного вздёрнутый, маленький носик, глаза же были скорее золотистыми, чем карими, что вполне могло сойти за особые приметы, по моему субъективному мнению. Читаем дальше: «Магический потенциал средний, родовая магия находится в спящем состоянии, обращаться не способна». Последнее — чистейшая правда, от которой очень обидно. Но, правда вполне ожидаемая. Драконы вырождались на протяжении многих веков и теперь только единицы способны обращаться. И то, случаются казусы. Например, мой двоюродный дядя старается держать в строжайшем секрете свою способность обращаться по одной весьма пикантной причине — в драконьей ипостаси он лохматый, как дворовый пёс, не имеет крыльев, и совершенно лишён речи. А троюродная кузина превращается в нечто пупырчатое, розовое и совершенно лишённое чешуи, но зато обладающее птичьими перьями на маленьких рудиментарных крылышках. Так что, может быть и к лучшему, что мне недоступна вторая ипостась. Одному небу известно, в кого могла бы превратиться я.

Дальнейшие данные обо мне содержали информацию об успехах в таких дисциплинах, как хореография, стихосложение, вокал, музицирование и прочий бред, к которому я всегда относилась с пренебрежением. Но именно в этом мои достижения были значительными, что было особенно обидно. Не хотелось верить, что я — Фидэлика К'Эриар, способна лишь служить украшением мужской компании. Но, по факту, на данный момент так и было. Единственной моей гордостью были способности к языкам, причём безусловные. С малых лет я буквально за считанные дни могла вполне сносно обучиться любому языку, который услышу. Сейчас же переходила на речь собеседника практически неосознанно, на уровне инстинктов. И это было единственным проявлением драконьей крови, за исключением экстравагантной причёски. Золотисто-красные пряди, к слову, не закрашивались никакими красками.

От размышлений о своей не особо выдающейся персоне отвлёк громкий звук из окна. Звук этот являлся криком петуха. Взглянула на небо и поняла, что петух кричит не ради поддержания легенды об отсчитывании каждого часа пернатым королём подворья. Он оповещал своих куриц, что пора бы уже и «на боковую». То есть на горизонте наличествовало уже наполовину сбежавшее за кромку земли краснеющее солнце. А я же должна была прибыть в академию после обеда. Опоздала, безбожно опоздала! И чем мне это грозит? А чем грозит это моим сопровождающим? Вот им точно будет несладко, потому, что я разозлилась!

Захлопнула папку, не забыв забрать послание от магистра, адресованное лично мне, быстро запечатала, повторив плетение нити, и отправилась разбираться с капитаном, повинным в столь долгой задержке.

Выйдя из комнаты едва не столкнулась с женой управляющего. Пожилая стройная женщина в строгом платье извинилась и посоветовала мне не выходить из дома.

— Почему? — прямо спросила я.

— Императорские маги пожаловали, преследуют беглого преступника. Поговаривают, что кто-то из сопредельных государств ночью прорвал границу и направился прямо к столице, — поведала мне женщина.

— Так мы от столицы далеко, любой беглец уже давно достиг бы цели, — здраво рассудила я.

Просто если охоту затеяли маги из императорской гвардии, значит и нарушитель границ не последний маг. А для одарённых расстояния не преграда. Это я, молодая, да не особо способная, вынуждена путешествовать в экипаже, магия во мне хоть и есть, но активна едва на треть. И перемещения вне пространства мне неподвластны.

— Спасибо, — поблагодарила хозяйку за информацию, и уверенно направилась к выходу.

Я, может, и не одарена сверх меры, но приставка Кен к моему родовому имени что-то да значит.

Вышла на крыльцо добротного дома управляющего, осмотрела заполненный военными двор, приметила мага с нашивками императорского отрядного командующего и уверенно направилась к нему.

— Какая девочка и без охраны, — заступил мне дорогу молодой и явно не дорожащий жизнью маг.

— Не до вас, отойдите, — произнесла громко, так чтобы привлечь к себе внимание.

— Да ещё и грубиянка. Надо бы заняться твоим воспитанием, — совсем уж похабно улыбнулся военный. Да ещё и ручонку свою потную посмел протянуть ко мне, бесцеремонно схватив за предплечье.

В следующее мгновение его рука была основательно повреждена. Благодарно кивнула своему капитану, вытирающему о рукав кинжал. Но на этом представление не закончилось.

— Потрудитесь извиниться перед леди Кен'Эриар, — ледяным тоном проговорил капитан моей охраны.

Покусившийся на меня маг скривился, лицо его медленно вытянулось и побледнело от понимания, что перед ним не помещичья дочь и даже не мелкая дворянка, вороватым жестом спрятал за спину повреждённую руку и низко поклонился.

Но военный был здесь не один, и за него посчитал нужным вступиться командующий королевской гвардии. А мой капитан личной стражи был ему не соперник.

— Прошу простить мою дерзость, леди, но вы позволили себе выйти в свет без опознавательных подвесок, в не соответствующем родовым расцветкам платье и без сопровождения глашатая, — заявил военный. — И, тем не менее, мы приносим свои извинения высочайшей леди Кен'Эриар, и… предлагаем свои услуги в качестве сопровождения.

Всё ясно, упустили беглеца и оттягивают момент возвращения с повинной головой к разгневанному начальству. А почему бы и нет? Я и так сильно опоздала к началу обучения, так может императорская свита смягчит впечатление. И было решено сделать вид, что я не заметила некоторой несправедливости замечания командующего — вышла я не «в свет», а во двор сельского дома, где подвески смотрелись бы столь же уместно, как императорская корона в хлеву. Упоминание же глашатая вообще было лишено какой бы то ни было логики, потому как эту должность упразднили лет сто назад. А вот военный маг повёл себя в высшей степени низко, что не красило как его лично, так и всю императорскую магическую гвардию. Уверена, если бы на моём месте оказалась какая-нибудь деревенская девушка, она не посмела бы и слова против сказать. Маги, и этим всё сказано.

— Буду рада принять ваши услуги в качестве охраны, — облагодетельствовала я императорскую гвардию в целом и командующего отряда в частности. — И окажите уже помощь этому несчастному, — добавила, заметив лужицу крови под ногами рьяного мага, посмевшего посягнуть на мою добродетель. Помочь он себе, к слову, мог и сам. Но не посмел излечить себя от наказания за непозволительное поведение в отношении столь знатной леди. Порой становилось искренне неприятно от преклонения перед именем, которое мне посчастливилось носить. К моей персоне это уважение не имело никакого отношения, от чего было ещё хуже. Я всё же была драконом по сути, и мечтала прославить своё собственное имя, а не почивать на лаврах имени древнего рода.

Командующий едва заметно поклонился, принимая мою благосклонность, и всё пришло в движение.

* * *

Да, к воротам академии я подъехала почти как сама императрица, в сопровождении кавалькады императорской гвардии и в окружении немного обиженной личной охраны. Позавидовать было чему, но!

Но, опоздание было налицо, прибыли мы на рассвете, а последний день зачисления был вчера, сегодня же уже начнутся занятия.

Встречать столь значительную процессию вышел сам ректор. Кто бы сомневался. Глубоко пожилой, убелённый сединами, высокий, сухощавый мужчина лучился радушием и широко улыбался командующему королевского отряда, но заметно сник, узнав кого, собственно, этот отряд доставил.

— Ждали, очень ждали, — натянуто улыбаясь узкими, по-старчески бледными губами, промямлил он.

— Передаём леди Кен'Эриар на попечение академии и надеемся на… ваше благоразумие, — многозначительно заявил императорский командующий после светского приветствия.

— Мы понимаем всю глубину доверия короны и, несомненно, окажем соответствующее почтение, — ответил ректор, бросив на меня мимолётный, неприязненный взгляд.

— Нам было приказано оставаться при леди на протяжении всего обучения, — удивил меня неожиданным заявлением капитан моей охраны. А я-то думала, что он не в курсе.

Словно подтверждая слова капитана, девять бравых служивых, сопровождавших меня по приказу отца, выступили вперёд, обозначив принадлежность к личной охране леди. Ну, удружил папочка…

Ректор беспомощно взглянул на императорского командующего, в надежде на его поддержку. Тот почему-то решил подыграть не ректору, а моему командиру и величественно кивнул. Я сейчас взвою!

— Добро пожаловать в Академию Магических Познаний, — простонал ректор, отойдя в сторону, чтобы я, моя карета и десять стражей смогли проехать на территорию. Я даже командующему на прощание ручкой помахала, высунувшись из кареты по пояс. Да, я умею быть благодарной… и злопамятной тоже.

Так мы и проследовали впечатляющей процессией к самому крыльцу большого трёхэтажного комплекса. Выбравшись из кареты я поняла, что здание академии не только высокое, но ещё и поражающее своей протяжённостью. Три корпуса были объединены крытыми стеклянными переходами на уровне первых этажей. Но, стило поднять взгляд выше, как становилось понятно, что переходы объединяют здания и на уровне третьего этажа. И даже на уровне мансарды красовались открытые переходы, обрамлённые витыми перилами. Это было поистине архитектурное произведение искусства, от которого сложно было отвести взгляд.

Но красоту и величие самой академии затмевало нечто более величественное. Немного в стороне от основных зданий высилось поражающее своими размерами, затмевающее все прелести архитектуры строение с куполообразной крышей, над которой, размывая видимый спектр пространства, мерцал прозрачный купол магической изоляции. Огромное здание окружали строения поменьше, такой же формы и тоже защищённые изолирующим пологом. Магия, та величина, которая всегда затмевала и будет затмевать все остальные аспекты бытия.

— Знаменитые тренировочные ангары боевых магов, — прошептала я благоговейно, замерев на ступеньках кареты.

Да и как тут не замереть? Про эти ангары ходили такие слухи. Поговаривали, что в застенках изолированных помещений маги замучили не одну сотню бродяг, ядовитых горгулий, сумрачных химер и даже умертвий. Правда, непонятно, как можно замучить того, кто уже и так давно умер? Но боевые маги и не на такое способны.

— Прошу, леди Кен'Эриар, — намекнул на то, что можно было бы и поторопиться ректор.

Я спустилась по ступенькам, опираясь на руку капитана, благодарно улыбнулась служивому и уверенно произнесла:

— Думаю, в вашем присутствии на территории академии нет необходимости. Уверена, что местная охрана сможет позаботиться о моей безопасности. Я права, лорд-ректор?

И улыбнулась доброжелательно, немного наивно, но открыто. Трудно будет добиться расположения ректора, но без его покровительства будет ещё труднее.

— Вы совершенно правы, леди Кен'Эриар, — величественно кивнул ректор. — У нас лучшая магическая защита во всей империи, не говоря уже о сформированных из лучших адептов выпускного курса факультета боевой магии патрулей.

— Прошу простить, леди Кен'Эриар, но ваш отец дал мне чёткие указания оставаться при академии до окончания вашего обучения, — возразил капитан.

А я взяла и беспомощно посмотрела на ректора, изобразив нуждающуюся в срочном спасении, растерянную девицу. Ну не совсем же он бесчувственный, этот ректор. И сработало! Надо же, за плечами многолетний опят общения с адептками, а так легко поддался.

— Думаю, мы сможем расквартировать ваш отряд у границ дальних полигонов. Там есть казармы, которые будут пустовать до начала практических зачётов, — задумчиво предложил пожилой маг. — И адепты не будут вам надоедать, и вы не будете смущать их своим присутствием.

— Это идеальный выход из положения, — восхищённо сложила я ладошки на груди. — Преклоняюсь перед вашей мудростью, лорд-ректор!

— Зовите меня лорд Халинэс, леди Кен'Эриар, — благосклонно ответствовал ректор.