Метро 2035: Бег по краю [litres]

Штольц напряженно смотрел в окно, ожидая преследователей. Тишина во дворе настораживала. Казалось, что менты, упустив отряд из здания, потеряли к нему всякий интерес. Снайпер, не отрываясь от оптики, грязно выругался. И в ответ на молчаливый взгляд штандартенфюрера произнес.

– Обкладывают они нас. Как волки… с разных сторон.

Командир склонился над раненым. Выудив из одного из многочисленных карманов разгрузки аптечку, всадил прямо через одежду обезболивающее шприц-тюбиком. После чего, аккуратно убрав дефицитнейшую вещь обратно в рыжую коробочку, занялся перевязкой.

– Как ты?

– Менты – козлы! – констатировал боец свои эмоции и ощущения столь емкой, прошедшей через годы фразой и потянулся к автомату.

– Не дергайся пока. Козлы-козлы, успокойся. Повоюешь еще. Ничего страшного – царапины. Домой приедем – заштопают, – и сам пододвинул оружие к раненому. – Держи дверь на прицеле. – Поднявшись на ноги, командир в первый раз внимательно осмотрел помещение и твердым голосом начал раздавать приказы.

– Связь с «бардачком». Вызывайте «коробочку» прямо во двор. Штольц, ищи взрывчатку, скорее всего – внизу.

Штольц кивнул и начал спускаться на нижний уровень. За спиной послышался треск статики радиоэфира.

– «Коробочка», у нас один трехсотый, выдвигайтесь во двор объекта. Как приняли? Прием…

Сквозь шум помех довольно ясно прозвучало:

– Выдвигаемся, будем через десять минут. Встречайте. Конец связи.

Георгий Иванович направил луч фонаря на лестницу и осторожно поставил ногу на очередную выщербленную временем ступеньку.

«Черт его знает, вдруг подвал сообщается с основным зданием, только не хватало столкнуться нос к носу с этими тварями». – После первого общения с новым видом мутантов шутливость как ветром сдуло. Скорость нападения и крепкие когти внушали невольное уважение.

Штольц медленно, стараясь не шуметь, спустился до самого конца лестницы и уперся в закрытые двустворчатые двери. Лаконичная надпись над проемом гласила: «Хранилище». Ни на что особо не надеясь, он толкнул ее… чуда не произошло – дверь не поддалась. Посветив по сторонам, он обнаружил панель электронного кодового замка.

– Понятно. Нет электричества – замок не откроется. – Резидент развернулся и только собрался подняться обратно к группе, как услышал наверху дружную канонаду из трех автоматов и хлесткие выстрелы из снайперской винтовки. Буквально взлетев по ступенькам, он выскочил в помещение. Грохот выстрелов прекратился так же неожиданно, как и начался. Бойцы в напряженных позах застыли возле решеток окон. В комнате висел пороховой дым, а в верхней стенке металлического шкафа остались несколько глубоких борозд от когтей.

– Что там?

– Попробовали нас на слабо… пяток положили. Верткие, заразы. А у тебя? – командир чуть не схлопотал косоглазие, пытаясь посмотреть на появившегося Штольца и не упустить из виду двор за окном.

– Дверь закрыта на электронный кодовый замок.

– Тоже нормально, – констатировал он ситуацию, хотя нормального в этом было немного. – Чип, со Штольцем вниз, – отдал приказ, не отрывая взора от окна, командир.

– Чип? – пока боец вылезал из лямок своего рюкзака, Георгий Иванович посмотрел во двор через плечо шталкера. На темном асфальте светлыми пятнами выделялись несколько тел ментов. Одно, валявшееся в десятке метров от окна, можно было даже разглядеть. Да, они чем-то напоминали обезьян. Светло-серая свалявшаяся шерсть. Чуть мельче людей. Более развитые передние или, скорее, верхние конечности, оканчивающиеся загнутыми, как у кошек, черными когтями сантиметров по десять, которые, как ножи, впились в предсмертной судороге в землю. Крупная голова с большими глазами ночного существа. Из приоткрытого рта с длинными клыками стекала струйка темной крови.

– Бррр. Страшный… А почему Чип-то? – переключился он с жутковатого зрелища на помощника.

Командир кивнул.

– Это наш технарь. Копается в древних электроштучках, собирает из них что-то. Он тебе любую дверь откроет. Бери его. И вот еще что – возьми код замка, вдруг понадобится? – Он протянул бумажку с накарябанными на ней выцветшими от времени чернилами пятью цифрами. – В документах у Опера была вместе с делом.

Штольц взял архивную бумажку и поспешил за уже спускающимся Чипом. Догнал он его внизу. Технарь выудил из своего рюкзака отвертку и смело колупался в коробке электронного замка.

– Думаешь, заработает? – С каким-то недоверием произнес Штольц.

– Попробуем. У таких дверей есть, конечно, дублирующая механика, но здесь она, скорее всего, работает только изнутри, и, по понятным причинам, нам ее оттуда никто не откроет. Так что выбора нет. Будем надеяться, что замок просто обесточен.

Расковыряв корпус, он достал из него пучок проводов. Перебрав их, он отделил пару ничем, на взгляд Георгия Ивановича, не примечательных, после чего достал из рюкзака коробку с подозрительно мигающей лампочкой и торчащими из нее зажимами-крокодильчиками. Поколдовав еще несколько минут над замком, Чип подсоединил устройство, на что дверной страж радостно пискнул, и на его передней панели засветилась красная диодная лампочка.

– Ну вот, заработало, – жизнерадостно сообщил мастер.

– На, попробуй. – Штольц протянул ему врученную командиром бумажку.

Посветив фонариком на блеклые цифры «63075», Чип медленно, словно боясь повредить потрескавшиеся от времени кнопки, набрал их на панели. Замок еще раз пискнул, загорелся зеленый диод, а за толстой дверью с металлическим щелчком отодвинулся запорный механизм.

– Ну, дальше сами, я наверх к ребятам, – с этими словами Чип быстро отсоединил свой приборчик и, уже на ходу засунув его в рюкзак, поднялся по лестнице, оставив штандартенфюрера наедине с открытым хранилищем.

***

Сергей Шварц вызвал в кабинет своего любимца Макса Вайзера. Уже не раз этот Безумный Макс вытаскивал из безнадежных ситуаций почти проигранные операции, умудряясь если и не склонить чашу весов в свою пользу, то хоть свести все вничью. Сергей чувствовал, что и в этот раз его младший брат зря поручил руководство столь сложной операцией Штольцу. Не то чтобы он ему не доверял, Штольц был очень полезен в определенных сферах, но как в силовика, в него не слишком верил. Не верил как в бойца, не верил, как в шталкера. Ну что кабинетная крыса может сделать там… наверху, там, где пасуют и многие боевые офицеры?

– Хайль!

Макс появился в дверях в безупречно начищенных берцах, в черном кителе, в черной фуражке с высокой тульей, застыв со вскинутой в зиг-приветствии рукой.

– Хайль, хайль, – отмахнулся старший Шварц от формальности. – Макс, нужны твои феноменальные способности и твоя потрясающая везучесть. В шалкенваффен готовится операция по доставке особо ценного груза. Я хочу, чтобы ты проконтролировал все, ну и помог… если что. Возьми с собой кого потолковей, на свой выбор. – Он наклонился и на листке бумаги быстро нацарапал распоряжение, заверив его размашистым росчерком. – Печать не забудь у Маргареты. Я верю в тебя Макс. Нам очень нужен этот груз. Удачи.

Глава 16

Погоня

Туннели. Идти по этой длинной, почти бесконечной кишке пешком – это не то, что передвигаться на дрезине. Когда едешь – туннеля-то практически и не видишь. Мелькающие тюбинги сливаются в сплошной серый фон, спереди мощный прожектор резким светом выхватывает кусок пространства, а сзади рельсы с огромной скоростью тут же проглатываются темнотой. Как будто что-то огромное и страшное мчится за дрезиной и сжирает то, где ты только что проезжал. Кажется, что еще немного, и это нечто обязательно догонит тебя и поглотит своим ненасытным чревом. А вот когда меряешь расстояние в туннеле ногами, складывается впечатление, что этот монстр уже проглотил, целиком и полностью. И ты сидишь в его утробе, пытаясь высветить лучом тусклого фонарика дорогу назад. Тюбинги, как ребра, торчат в стенах, и множество звуков, ранее не слышанных, будоражат воображение. Туннель живет своей жизнью, ему нет дела до чьих-то страхов. Шум ветра в вентиляционных решетках, шорох или непонятный стук, постоянная капель, редкий писк крыс – все это играет свою симфонию жизни. А люди, очутившись там, чувствуют себя чужими. Паразитами. Как глисты в кишке. Что, по сути, недалеко от истины.

Катя почти никогда не ходила по туннелю раньше. Короткие походы на блокпост, на сотый метр, не в счет. Хотя даже тогда она боялась. А тут темнота ее окутала, спеленала, шептала в уши всякие ужасы и страхи, и ничего – ни луч фонарика, ни даже рука крепкого и надежного Феди – не приносило спокойствия. Вздрагивая от любого шороха и спотыкаясь почти о каждую шпалу, она ежесекундно оборачивалась и прислушивалась к шумам за спиной. Может, поэтому первой погоню обнаружила именно она. Вначале крадущиеся шаги где-то за спиной девушка приписала разыгравшемуся воображению, но, когда после очередного подозрительного звука явно послышалось бормотание человека, все сомнения развеялись. Катя молча дернула Федора за руку и указала себе за спину. Остановившись, Федор не стал спорить и сомневаться, а сразу скинул рюкзак с плеч и, раскрыв, достал из него оружие. Привинтил к нему набалдашник пламегасителя и пристегнул рожок магазина, отчего штуковина превратилась в довольно грозного вида автомат. Катя, посмотрев на приготовления супруга, достала пистолет, врученный ей еще Штольцем. В конце концов, они давно ожидали подобное, и теперь самое главное – добраться до выхода, пока погоня не настигла их в темноте туннелей. По всем расчетам до конечного пункта оставалось немного, а если ускорить шаг, то через десяток минут покажется блокпост Смоленской, где не рады им, но и преследователям тем более! Есть ли у них эти минуты? Было ощущение, что их гнали… Гнали как волков, обложив флажками безопасный коридор… Гнали в ловушку и специально шумели, чтобы дичь (и как это ни противно осознавать, но в этой роли выступали именно они) бежала вперед сломя голову, невзирая на опасности. Вот и сейчас за спиной молодых людей кто-то специально звякнул железякой о рельс. Погоня приближалась и не таилась. Федор, не снижая темпа, крутил головой, внимательно рассматривая каждую выемку в тюбингах, отчаянно отыскивая лазейку, чтобы сойти с прямого пути. Он уже не сомневался, что впереди их ждет засада. Вот только где – через полсотни метров или возле самого блокпоста?

Осветив очередную нишу, Шматков с нескрываемой радостью обнаружил в тени неприметную дверь. Дернув Катерину за руку, он буквально втащил ее в небольшую комнату, которая оказалась предбанником еще одного помещения, плотно заставленного проржавевшей и раскуроченной аппаратурой. Закрыв безбожно заскрипевшую дверь, он подпер ее валявшейся тут же железякой, молясь богам, чтобы их исчезновение не сразу обнаружили. Не прошло и пары минут, как за дверями послышались торопливые шаги и голоса двух мужчин.

– Долго еще?

– Метров двести. Надо рассчитать, чтобы мы почти одновременно подошли. Пацан один, хотя кабан еще тот. Но вчетвером справимся.

– Тем двоим доверяешь?

– От смотрящего подгон, у него парни обычно деловые и проверенные.

– А девка?

– А девка не в счет. Никуда не денется. Центр приказал, если сильно упираться будут, можно и в расход.

Голоса затихли вдали, и Федор поймал себя на мысли, что все это время не дышал. Мозг взмолился о недостатке кислорода, и вдох получился очень шумным, что в данный момент было явно лишним.

– Слышала?

Катя активно закивала головой.

– Сейчас они нас хватятся и уже все вместе будут туннель прочесывать, – Федор шептал, а сам водил фонариком по сторонам, пытаясь найти выход из мышеловки, в которую они сами себя загнали. Казалось, что они стоят на дне какой-то странной квадратной трубы.

– Это мы в вентиляционную шахту, похоже, попали. Значит, есть выход наверх. Все, Катюх, давай за мной. Эта дверь их надолго не задержит, а нам все равно от Смоленской по поверхности надо будет… – С этими словами он высадил ногой вентиляционную сетку, которая перекрывала узкий, но короткий проход в соседнее помещение.

Пропихнул в него туго набитую поклажу и проследил, как ловко юркнула в лаз Катя. Когда он примерился пролезть сам, стальную дверь сотряс сильный удар, и сразу послышалась отборная матерная ругань. Кряхтя, Федор протиснулся в узкий ход. Как только показались голова и плечи, Катя схватила его и выволокла в тесный колодец с ржавыми ступеньками, ведущими куда-то наверх. Почти все дно колодца заполнял собой электромотор огромного вентилятора, который, лениво перебирая лопастями, гнал воздух по вентиляционным шахтам в туннель. Взгляд его уперся в лестницу на стене, тоже ржавую, скобы уходили куда-то далеко под потолок, парень подошел поближе, ощупывая металл. Ржавчина оставалась на пальцах, но ее было слишком мало для заброшенного хода. Как будто тут уже не раз кто-то поднимался в темноту. Зачем? Значит, было зачем лезть… Стоило и самим попробовать.

– Давай наверх, ты первая, я за тобой.

– Подожди, а эта дырка куда ведет? – она указала на узкий туннель, скрывающийся за массивным движком.

– Может, все-таки наверх? – Федор прикинул, что ширина лаза с трудом позволяла ему протиснуться.

Катя отрицательно закачала головой. Лезть на поверхность очень не хотелось, и если была возможность убежать от погони под землей, она не собиралась от этого отказываться. Девушка снова рыбкой нырнула в черное жерло. Федор посмотрел на исчезающие в туннеле ноги Кати, выругался себе под нос и, кряхтя, полез за ней. Было полное ощущение, что он сам, по своей воле лезет в задницу к вичухе.

Вопреки этому странному впечатлению, за стеной не было ничего живого. Небольшая площадка и уходящие вниз ступени. Вверх ступени тоже поднимались, но уже на следующем пролете подъем наглухо преграждал плотный завал. На потрескавшемся бетоне ступенек лежал почти пятисантиметровый слой пыли. И эта пыль, потревоженная беглецами, теперь поднялась в воздух. Осторожно спускаясь, Федора не мог отогнать ощущения, что они совершают большую ошибку. По его подсчетам выходило, что они спустились уже метров на пятьдесят. Самое плохое, что приходилось идти по совершенно неосвещенным местам: все лампочки светили в этом коридоре лет двадцать назад, а фонарик отчаянно мигал, давая понять, что дни, а то и минуты его славной жизни уже сочтены. Один раз пришлось преодолевать какое-то странное препятствие. Этот предмет походил на мумию, очень сморщенную и высохшую, но не человека и даже не известного мутанта. Больше всего это было похоже на гигантскую многоножку, но с клешнями как у рака.

Еще через пятьдесят метров они достигли конца лестницы. Здесь была дверь – она оказалась разбитой и валялась на полу, переломленная пополам. Катя непроизвольно остановилась, но Федор в мигающем луче указал на слой пыли под ногами и успокаивающе отрицательно покачал головой. Серый ковер был чист.

Беглецы вошли в широкий полукруглый туннель, стены которого были сделаны из необработанного бетона. Под потолком тянулись толстые трубы и туго натянутые кабели. На некотором расстоянии Катя смогла рассмотреть овальную металлическую дверь, тоже сорванную с петель грубой силой.

– Где это мы? – прошептала она. Ее слова вернулись из пустого прохода невероятно искаженным неясным эхом. Федор невольно сделал знак говорить тише.

– Не имею понятия, – ответила он. – Но к метро этот туннель явно не имеет никакого отношения. Наверное, это все относится к системе подземных сооружений здания МИД на Смоленской, – вспомнил работу в отделе Федор.

Парень снял с плеча автомат и поставил оружие на боевой взвод. От его шагов с пола взмыла новая порция пыли, по пустому коридору прокатилось многократное эхо. От нервного напряжения Кате показалось, будто совсем рядом что-то неожиданно задвигалось. Но такого просто не могло быть. Она пыталась убедить себя, что Федя своевременно предупредит ее о любой опасности. И все же, чем глубже они проникали в этот зловещий подземный мир, тем сильнее ее беспокоило чувство, будто кто-то невидимый жадно следит за ними. Взглянув на лицо парня, она убедилась, что не одна она испытывает такое чувство. Вскоре беглецы достигли развилки. Катя хотела свернуть влево. Но тут Федор поднял руку и на несколько секунд замер, вслушиваясь во что-то с закрытыми глазами, потом кивнул.

– Туда! – скомандовал бывший обер-лейтенат, указывая в противоположную сторону. Он ничего не объяснял, но почему-то спорить не хотелось, и девушка безропотно последовала приказу.

Этот проход был еще ниже; здесь под потолком тянулся длинный двойной ряд больших люминесцентных ламп, некоторые из них были еще целы и выделялись в тускнеющем сумраке фонарика небольшими молочно-белыми островками. А еще здесь было очень много дверей. Катя постоянно останавливалась и все пыталась открыть хоть какую-нибудь из них, но, увы, двери либо оказывались запертыми, либо помещения за ними были пусты и полностью разрушены.

Опустошение, царившее повсюду, казалось, не было устроено животными или временем. Тот, кто покидал это сооружение, уходил отсюда без всякой спешки, забирая все самое важное.

Катя отметила про себя, что теперь они отошли уже далеко вглубь от основного туннеля метро. Внезапно Федор остановился и предостерегающе поднял руку.

– Что случилось? – в тревоге спросила девушка. Потом встала рядом с парнем, пытаясь разглядеть в надвигающейся живой темноте, рисуя себе страшные картинки ужасных монстров. И видела только бордовые тени да светлые круги на уставшей сетчатке.

– Точно не знаю, – неуверенно начал Федор и весь как-то странно напрягся, – но там, впереди, что-то есть.

Он сделал осторожный шаг вперед, словно ступает по тонкому льду, и направил свое оружие в проход. Катя отступила на шаг назад, прячась за спину мужа. Слух Кати и Федора был напряжен до предела, и тем не менее они не уловили ничего, кроме собственного дыхания и учащенного биения собственного сердца. Но тут Катя явно услышала! Внезапно она испуганно вскрикнула и отскочила в сторону.

Прежде чем Федор смог спросить девушку, что же ей показалось, он все увидел сам. Из фантастического красноватого полумрака за пределами издыхавшего фонарика на путников надвигалось что-то маленькое и очень быстрое. Что именно, разглядеть было невозможно.

Шорох повторился, стал приближаться, снова затих. По коридору неслось странное, похожее на мохнатый комок, серо-коричневое существо: острая хищная морда, черные, пугающе разумные глаза, нацеленные на путников, голый хвост едва ли не метровой длины, нервно бьющий по бокам, словно это готовящаяся к нападению кошка. Катя с трудом сдержала вопль ужаса.

– Да это же крысы! – закричала она. – Боже мой! Это… крысы!

Федор кончиком языка лизнул неожиданно пересохшие губы, вскинул укороченный «калаш» и поймал в прицел гигантского грызуна. Сомнений не осталось: зверь оказался крысой. Только раз в пять крупнее и в пятьдесят раз отвратительнее, чем любая из крыс, виденных им ранее. А их он видел… и даже вкушал. Внезапно крыса остановилась и посмотрела на девушку. На какую-то секунду Катей овладело жуткое чувство, будто эта тварь прекрасно знает, что за ней наблюдают, что враг поймал ее в прицел, и теперь застыла в злобной готовности защищаться.

Медленно, очень медленно, боясь спровоцировать зверя к нападению, Катя нажала на ствол автомата в руках Федора, опуская его вниз. Она заглянула странному существу в глаза. За первой тварью из темноты последовали и другие. Еще, еще, и наконец перед изумленными беглецами выстроилась целая армия крыс.

– Назад! – скомандовал Федор. – И – тихо!

Катя нервно кивнула и маленькими, осторожными шажками начала пятиться назад.

Крысы шли за ними. По приблизительной оценке Федора, только тех, которых удавалось различить, было не меньше десятка. Дальше, под покровом тьмы, затаилась, пожалуй, еще не одна дюжина. Тишины уже давно не было, кругом слышалось не прекращающееся ни на секунду царапанье жестких шершавых лап, скользящих по бетону, тихий тонкий свист, посредством которого звери, очевидно, общались. Кате даже показалось, будто они разговаривают между собой. Краем глаза Катя заметила, что Федор опять медленно поднял оружие.

– Ради Бога! – испуганно зашипела она. – Стоит тебе выстрелить, и они разорвут нас на мелкие кусочки!

Парень застыл. Он, видимо, почувствовал страх в голосе Кати и сообразил, насколько опасны могут быть эти звери. Вдобавок стало ясно, что он не сможет ни убить всех хищников сразу, ни даже сдержать их напор. Беглецы, теснимые огромной серой армией, медленно отступали; крысы так же медленно следовали за ними. «Эти твари ведут себя так, будто и не думают нападать, – подумала Катя. – И даже наоборот: хотят предупредить наше нападение».

Словно угадав ее мысли, одно из существ отделилось от серой массы и раньше, чем Федор успел поднять оружие, сделало несколько шагов навстречу человеку. Заметив направленный на нее ствол, крыса застыла. Катя поняла, что это произошло не случайно: зверь угадал значение угрожающего жеста и, как мог, отреагировал.

Наведя черные колючие глаза вначале на Федора, потом на Катю, крыса оскалилась. От одного вида чудовищной пасти по спинам путников побежали мурашки.

– Опусти оружие, – тихо попросила девушка. Федор тут же подчинился и бросил на нее удивленный, почти испуганный взгляд. Катя повторила: – Опусти оружие. Они ничего нам не сделают. Они просто хотят прогнать нас со своей территории, вот и все.

Она повернулась к крысе и подняла свободные от оружия руки вверх. Конечно, Катя не думала, будто крысы настолько эволюционировали, что научились понимать человеческую речь, но – это угадывалось по поведению животных – они явно были в состоянии уяснить значение жеста.

С недоверием проследив за человеческими руками своими блестящими глазами, крыса зашипела, но с места не сдвинулась. Серая армия позади животного тоже остановилась, попискивая и толкаясь, занимая лучшие зрительские места за вожаком.

– Не делай резких движений!

Чувствуя кожей колючий крысиный взгляд, медленно повернулась, подождала, пока Федор сделает то же самое, и показала в сторону, откуда они совсем недавно пришли. И, не говоря ни слова, шагнула вперед.

Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее беглецы шли по ступенькам, пока не вернулись к вентшахте. Федор заставил себя обернуться, только когда выползал по узкому туннелю вслед за девушкой. Крыс не было видно.

– Может, ты первый? – Катя с недоверием смотрела вверх.

– Если под тобой ступеньки рухнут, я тебя, может, еще и поймаю, а вот если подо мной, то ты меня – вряд ли.

В соседней комнатке все еще продолжался грохот. Дверь держалась стойко и давала беглецам фору еще минут пять, при условии, что преследователи не применят что-то посерьезнее. Федор приладил сетку обратно, чтобы выиграть еще хоть пару минут, и подтолкнул Катю к ступенькам.

– Я это… высоты боюсь. И наверху никогда не была, – Катя потупила взгляд и наверняка покраснела, но в полумраке это было незаметно.

– Противогаз прямо сейчас надень и вниз не смотри – только на следующую ступеньку, – Федор протянул ей сумку с противогазом, а сам натянул на себя респиратор и закинул порядком полегчавший рюкзак за спину. – Вперед, Катя, времени нет.

Катя всхлипнула или что-то сказала, в маске было не разобрать, и решительно полезла вверх по ступенькам. Федор подождал, пока девушка поднимется на пару метров, и последовал за ней. Ступеньки, на удивление, несмотря на их солидный возраст и толстый слой ржавчины, оказались очень прочными. Беглецы преодолели больше половины пути, когда внизу прогрохотал взрыв, а через вентиляционное окно ворвался плотный столб пыли.

– Давай быстрее, они дверь взорвали, – прокричал Федор, подпихивая девушку своими мощными плечами. Катя и так торопилась изо всех сил, но лазанье по лестницам в противогазе не было ее любимым способом передвижения, и заметно сказывалась усталость. Правда, она прекрасно понимала, что оказаться на середине лестницы, когда в шахту ворвутся преследователи – лучше уж сразу вниз самой. На их счастье, лестница закончилась в тот самый момент, когда девушка уже решила сдаться. Буквально втолкнув Катерину на узкую площадку, Федор залез следом за ней и, тяжело дыша, улегся на живот, пытаясь рассмотреть то, что творится в глубине шахты… А преследования не было. Федор еще раз, с сомнением, осторожно выглянул вниз. Тихо и пусто.

Что там могло случиться? Конечно, от взрыва вход в помещение могло завалить окончательно или у преследователей не было средств защиты для поверхности. А может, убийц кто вспугнул? Пошумели они знатно, на все метро. В любом случае их оставили в покое… пока, по крайней мере. И с блокпоста Смоленской уже спешит группа тех неизвестных военных Арбатской конфедерации, которым ход сюда перекрыт обвалом. На узкую площадку, где они оказались, выходила еще одна стальная дверь. Тяжело поднявшись, Федор медленно, моля бога, чтобы она была не заперта, толкнул ее. С жутким скрипом давно не смазанных петель дверь тяжело отворилась, открывая коридор с ведущим наверх лестничным пролетом.

– Катя, посмотри на всякий случай за колодцем. – Федор скинул рюкзак и начал методично доставать из него плащи, карту, дозиметр.

Катя устало кивнула и тупо уставилась в дверной проем. Ее очень угнетало, что поход по поверхности только начался, а она уже еле передвигает ноги. Она чувствовала, что будет Федору обузой.

– Федя, может, один пойдешь, а я тут тебя подожду?

– Не говори глупости. До рассвета пара часов. Тут до Арбатской всего ничего. За полчаса добежим. Надевай плащ и чулки. Пошли – я тебе Арбат покажу. Говорят, там было очень красиво.