Рожденные летать

Понимая, что затаившийся в кустах Тейлор будет психовать, если я подойду ближе, я остановился в нескольких ярдах от молящихся. Теперь, оказавшись под их взглядами, я чувствовал себя гораздо менее уверенно и гораздо более уязвимо, чем наблюдая из укрытия. Но все же я знал, что должен доверять Богу и смело идти навстречу всему, что Он мне уготовал.

— Приветствуем тебя, о ангел! — воскликнул бородач и, рухнув на колени, ткнулся лицом в траву. Остальная его паства, последовав примеру пастыря, тоже повалилась в траву, некоторые, как я заметил, и вовсе распластались по земле.

Это было уже слишком. Мне стало неловко. Развернутые крылья дрогнули и плотно сложились на спине, словно руки, скрещенные на груди в оборонительном жесте: все же я был далек от мысли, чтобы возомнить себя ангелом.

Но должна же существовать какая-то причина, по которой я стал похожим на ангела, и, возможно, этот пастор, или кто он там, сможет мне объяснить.

Тут я понял, что сам пока не сказал ни слова, и смутился еще больше. Но прежде чем мне удалось сообразить, что бы такое им сказать, пастор поднялся на ноги и, широко раскинув руки, будто включал в свое обращение и паству за своей спиной, произнес:

— О ангел, меня зовут преподобный Картер, а это — скромная делегация членов нашей церкви. Мы увидели знамение в небе и явились сюда, чтобы услышать благую весть Небес, которую ты нам принес. С явлением Божьего ангела на Земле мы отреклись от всех зол современного мира и переименовали нашу церковь в твою честь.

Какая-то женщина с восторженным выражением лица подскочила к своему пастору и, выглядывая из-за его плеча, добавила:

— Мы, члены Церкви ангелистов, ищем лишь исполнения воли Господа нашего и Его святого посланника.

Остальные ангелисты поддержали ее радостными возгласами и дружно закивали в знак согласия.

Нахлынувшее было на меня смущение отступило, в сердце вновь вспыхнула надежда. В ответ на приветственную речь пастора я расправил крылья. По рядам ангелистов пронесся вздох восхищения. Ни один из них так и не решался взглянуть мне в лицо, но, как завороженные, они смотрели на мои крылья и постепенно придвигались все ближе и ближе…

Вдруг среди вскинутых рук и восторженных лиц я заметил девушку примерно моего возраста. Она осталась стоять позади подбирающихся ко мне людей. Неподвижность и отсутствие экстаза на лице выделяли ее среди остальных. Ветер слегка шевелил длинные светлые волосы, распущенные по плечам. Она смотрела на меня скорее с любопытством, нежели с восхищением, точно ожидая чего-то.

Явное нежелание девушки следовать за остальными ангелистами подействовало на меня отрезвляюще, и, вместо того чтобы сделать шаг навстречу пастору, я попятился назад.

— О ангел, ты в одиночестве спустился к нам на Землю? — напевно растягивая слова, спросил пастор.

Мне не хотелось врать, я отрицательно качнул головой, по-прежнему не зная, что сказать этим людям. Я опасался, что, открыв рот, ляпну что-нибудь совсем неангельское и разочарую ангелистов, а также, возможно, лишусь их помощи.

— Ангел с коричневыми крыльями по имени Тейлор тоже спустился вместе с тобой на Землю? — вкрадчиво продолжал пастор.

Из-за кустов, где притаился Тейлор, донеслось злобное шипение моего друга, которое я расценил как просьбу не выдавать его. Я молчал, подыскивая подходящий ответ.

— Мы ходим по Земле вместе с Тейлором, — наконец изрек я.

Пастор сделал еще шаг вперед. Теперь он находился от меня на расстоянии вытянутой руки.

— А какова миссия, порученная вам Господом?

— Бог пока не сообщил нам о нашей духовной миссии, — дипломатично ответил я. — Но я слышал ваши молитвы и подумал, что, возможно, вы сможете направить меня.

Группа ангелистов все еще соблюдала безопасную дистанцию и не приближалась ко мне вплотную, но очевидно было, что это лишь дело времени — еще немного, и они захотят прикоснуться ко мне. Услышав мой голос, они хором разразились сдавленным «ах!» и начали осенять себя крестным знамением. Некоторые сложили руки в молитвенном жесте.

— О да, конечно, ангел! — ликуя, возгласил пастор звенящим голосом. — Господи Боже наш, теперь я вижу ясно! Ты послал нам своих новосотворенных ангелов, чтобы мы опекали их, пока они взрастают в ожидании начала своей миссии! Благодарим Тебя, всемогущий Боже, за доверие, которое Ты оказал нам, Твоим верным и смиренным слугам!

Ангелисты поддержали своего пастора, добавив к его благодарности свои восторженные всхлипывания. Пастор меж тем придвинулся еще на полшага и протянул ко мне руку:

— Пойдем с нами, ангел! Мы предоставим тебе убежище в ризнице нашей скромной церкви.

Я машинально подался вперед, готовый ответить на призывный жест пастора и принять его руку. Но тут у меня за спиной раздались глухие проклятия, треск кустов и быстрый топот ног. Ангелисты завизжали от неожиданности, когда увидели второго «ангела», который выскочил как черт из табакерки и, подлетев ко мне, ухватил меня за плечо.

— Большое спасибо за любезное предложение, но у нас тут неподалеку имеется своя ризница. — Пальцы Тейлора с силой впились мне в предплечье.

— О ангел, твои опасения резонны и заслуживают уважения, но ты должен пойти с нами, — с нажимом произнес пастор, все еще протягивая руку приглашающим жестом, — потому что оставаться здесь не безопасно. Мы не единственные, кто ищет тебя.

— Откуда мы знаем, что это не ловушка, — уперся Тейлор, продолжая тянуть меня за рукав. — Любой может наговорить благочестивых слов и прикинуться истинно верующим.

Я понимал, что Тейлор прав, но в то же время был уверен, что он ошибается. Ангелисты не хотели причинить нам зла. Они искренне желали помочь. Пожалуй, у них даже можно было поучиться настоящей преданности. А что, если встреча с ними действительно часть Божьего плана?

Но Тейлор ни за что не согласится пойти с ними. И если насчет ангелистов у меня еще оставались кое-какие сомнения, то в другом я был абсолютно уверен: что бы ни случилось, мы с Тейлором должны держаться вместе. Моя умирающая бабушка велела найти его, и в глубине души я знал: она права — нам нельзя разлучаться.

— Вы должны доказать свою преданность Богу, — услышал я собственные слова. Оба, и пастор, и Тейлор, с удивлением уставились на меня. — Мы можем доверять только истинным слугам Господа.

— О ангел, твои слова полны мудрости, — с уважением произнес пастор и, сложив руки лодочкой, слегка поклонился. — Но как мы, скромные мужчины и женщины, сможем доказать нашу верность?

— Пусть это будет для вас первым испытанием, — быстро ответил Тейлор. — Если бы мы вам просто сказали, что делать, было бы слишком легко.

Пастор согласно закивал головой:

— Мы будем молиться. И, надеюсь, Господь просветит наш разум. Мы вернемся… ну, скажем, завтра, да?

— Я буду ждать… — начал я, но Тейлор не дал мне закончить.

— Возможно, завтра нас здесь не будет. Но Бог все видит. Он даст нам знать, и мы сами найдем вас, когда… когда время будет благоприятствовать, — выпалил Тейлор и для убедительности расправил пошире крылья.

— О да, конечно, ангелы, — воскликнул пастор и, поклонившись, обернулся к своей пастве: — О верные ангелисты, давайте еще раз помолимся, чтобы Господь дал нам сил и мужества исполнить наш долг.

Ангелисты с готовностью снова повалились на колени и, вскинув руки, вознесли к небесам свои горячие молитвы.

— Пойдем, Мигель, давай, уходим, — бормотал Тейлор, еще сильнее дергая меня за рукав, — пока они не передумали и не решили, что парочка ангелов для охраны церкви — то что надо: вроде цепных псов.

Однако упорные тренировки последних дней не прошли для меня даром. Теперь я был так же крепок и силен, как Тейлор. Я нетерпеливо повел плечом и не двинулся с места. Окидывая взглядом стоящих на коленях людей, я видел столько доверия, искренности и решимости в их лицах. Такого я не видел даже в церкви, куда мы ходили с бабушкой. И даже девушка, которая привлекла мое внимание в самом начале встречи, опустилась на колени и молилась вместе со всеми, чуть склонив голову. Распущенные белокурые волосы скрывали ее лицо.

— В чем дело, Тейлор? Куда ты так спешишь?

— Послушай, Мигель, если они действительно намерены прийти завтра, то завтра ты их и увидишь, а сейчас больше нет необходимости болтаться здесь. — Тейлор отпустил мой рукав и сделал несколько шагов в сторону леса. Протяжное пение ангелистов неслось ему в спину. — Мигель, последний раз говорю: пойдем отсюда! Или я ухожу один.

Глубоко вздохнув, я повернулся и неохотно побрел по высокой траве вслед за другом.

— Стойте! — громкий голос с сильным британским акцентом разрушил стройное пение ангелистов.

Мы с Тейлором замерли у кромки леса и разом обернулись.

Девушка со светлыми волосами поднялась с колен.

Сделав глубокий вдох и не сводя с нас глаз, она расстегнула просторную ветровку и скинула ее на землю.

Затем девушка расправила свои золотистые крылья.

Глава 9

Виктория. Легенда об Икаре

Мальчики с крыльями уходили.

Пастор, возвышавшийся в центре круга молящихся, демонстрировал красоты голоса. Увидев, что так называемые ангелы ускользают из его рук, он зарядил очередной гимн, размахивая руками, точно дирижировал невидимым хором небесных херувимов, сам же вел партию басов.

Мой обострившийся с некоторых пор слух позволил расслышать короткие реплики, которыми перекинулись мальчики. Я поняла, что они вряд ли вернутся сюда на следующий день. Также я поняла, что у меня нет иного выхода, как только довериться им.

— Стойте!

Они на мгновение замерли, затем обернулись.

Я вскочила на ноги посреди коленопреклоненных ангелистов. Моему плану, который я заранее разработала, думая, что мне удастся потихоньку ускользнуть от этих молитвенников, по всей видимости, не суждено было сбыться. Оставалось одно — открыто заявить о себе.

Я одним движением расстегнула молнию на ветровке и скинула ее на землю. Крылья свободно раскрылись в разрезе блузки, которую я носила задом наперед, застегивая лишь верхнюю пуговку возле ворота.

Взгляд моих песочно-желтых глаз с неестественно большими радужками был прикован к глазам застывших от удивления мальчиков. Впрочем, ангелисты тоже застыли, поперхнувшись своим гимном.

— О Боже, еще один ангел снизошел на нашу Землю! — не растерявшись, возгласил пастор.

Ангелисты с истеричными воплями восторга сгрудились вокруг меня. Некоторые протягивали руки, чтобы коснуться моих перьев.

Я инстинктивно отшатнулась, и крылья плотно сложились у меня на спине. Одной рукой я подхватила валявшуюся на земле ветровку, другой прижала к груди рюкзак.

— О Боже, ты услышал нашу молитву и дал нам еще одного ангела из наших рядов! — не унимался пастор. — Благословенны этот день и это святое место!

К несчастью, далеко не все члены его паствы прониклись тем же благостным чувством, что и их наставник.

— Она не из наших рядов, — завопила какая-то женщина, — и не принадлежит к нашей церкви! Она только сегодня утром присоединилась к нашей экспедиции. Почему вдруг она считается избранной?

— Нам не дано разуметь волю Божию! — возразила ей другая ангелистка.

Между верующими возникла небольшая перепалка, грозившая перейти в серьезную склоку. Меня охватила паника. Я поняла, что нужно как можно скорее выбираться отсюда.

— Да нет же, на самом деле я не… — предприняла я слабую попытку отбиться от наседавших ангелистов.

Неожиданно Чак, парень лет двадцати, который за прошедшее утро пару раз пытался ущипнуть меня за зад, придвинулся ко мне почти вплотную:

— Возможно, она не такая, как те двое, пастор, а? Она с самого начала врала нам. А вдруг мы нашли падшего ангела? Я мог бы поговорить с ней наедине, мне отлично известно, как следует обращаться с такими ангелочками…

— Тихо! — рявкнул пастор. — Братья! Сестры! Перед нами новорожденный ангел. Дитя в руках Господа, которое Он доверил нам…

Я чувствовала, что начинаю задыхаться, меня била мелкая дрожь. Пастор, растолкав свою паству, пробрался ко мне.

— Ты послана к нам, дитя! И это не случайно, — начал он. — Теперь тебе известно твое истинное призвание — присоединиться к шествующим по Земле ангелам.

Я не могла произнести ни слова, лишь смотрела на него умоляющим взглядом, надеясь, что он позволит мне уйти.

— Наши братья и сестры — всего лишь простые люди, им трудно бывает сразу осознать все величие и глубину дел Господа. Со временем, — пастор бросил суровый взгляд на Чака, — мы поймем и примем то, что произошло сегодня на наших глазах. Молим тебя, о ангел, останься с нами, чтобы наставлять нас и чтобы мы смогли научить тебя всему, что тебе необходимо узнать, прежде чем ты начнешь свой путь по Земле. Мы, ангелисты, верные и преданные слуги Господа и Его ангелов и готовы во всем повиноваться им. Мы слушаем тебя, о ангел!

Я откашлялась.

— Желаю, — глухим голосом начала я, — желаю поговорить с теми двумя ангелами.

Пастор поклонился и отступил в сторону, вынуждая сгрудившихся возле меня ангелистов посторониться тоже. Его паства неохотно повиновалась. Расступившись, они оставили узкий проход, по которому я двинулась в сторону застывших у кромки леса мальчиков.

Я старалась идти, не поднимая головы и ни с кем не встречаясь глазами. Сложенные у меня за спиной крылья слегка подрагивали при каждом шаге.

До желанной свободы оставалось всего несколько ярдов. И тут один из стоявших вдоль прохода людей не выдержал и взорвался воплем:

— Мы не можем позволить ей просто так взять и уйти!

Я тоже не выдержала, и, сорвавшись с места, рванула что было сил к краю поляны.

Я видела, как Тейлор подтолкнул разинувшего рот Мигеля, тот ожил и припустил в лес, его черные крылья быстро исчезли среди деревьев. Сам же Тейлор бросился мне навстречу, крепко ухватил за руку, и мы побежали. Некоторые из ангелистов с криками ринулись за нами в погоню, не обращая внимания на призывы пастора уважать свободу ангелов, остановиться и прислушаться к голосу Божию в своем сердце.

Лес поднимался вверх по холму. Тейлор, по-прежнему не выпуская мою руку, тащил меня за собой, мы скачками неслись по склону, петляя между стволами деревьев, увертываясь от нависающих веток и продираясь сквозь низкорослый кустарник. Краем глаза я видела светло-коричневые крылья Тейлора, мелькавшие справа от меня. Они были такие большие и такие настоящие. Я то и дело подскальзывалась на хвое, влажная листва и грязь липли к тонким подошвам моих башмаков, замедляя бег. Рюкзак, неловко накинутый на плечо, болтался из стороны в сторону. Я начала уставать. Но каждый раз, когда я спотыкалась, твердая рука Тейлора поддерживала меня, не давая упасть.

Позади слышались крики ангелистов, которые беспорядочно метались среди деревьев, призывая нас вернуться. Но тех часов, что я провела в их компании, пока мы шли на поляну на встречу с «ангелами», мне вполне хватило, чтобы понять — ни за что на свете, даже если моя грудь сейчас разорвется от нехватки воздуха, я к ним не вернусь.

Вскоре склон холма сделался слишком крутым, чтобы атаковать его в лоб, и Тейлор стал карабкаться под углом. Почва становилась все более каменистой. Поросшие мхом валуны торчали из земли, точно гигантские бородавки. Крики ангелистов постепенно стихли. Теперь вокруг слышались лишь пение птиц да ровное гудение насекомых. Воспользовавшись тем, что мы перестали бежать как сумасшедшие, я скинула с плеча рюкзак и затолкала в него ветровку.

Когда мы огибали один из здоровенных валунов, Тейлор наступил на торчавший из земли корень сухого дерева. Тот треснул и обломился, небольшая лавина из листьев сошла вниз по склону холма, увлекая мальчика за собой. Одной рукой я успела ухватиться за толстую ветку дерева, а другой крепко вцепилась в руку Тейлора и, хотя чуть не выдернула ее из плеча, остановила его падение вниз по склону. Он отчаянно захлопал крыльями, поднимая новый столп опавшей листвы и хвои, однако смог выпрямиться и встать на ноги.

— Спасибо, — пробормотал Тейлор осипшим голосом. Он отпустил мою руку и стал отряхивать приставший к рубашке мусор. Его кривоватая улыбка выглядела смущенной, но в общем очень милой.

— Это я должна благодарить тебя, — сказала я, глядя на вздымающуюся грудь Тейлора, и вдруг невольно отметила, какая она широкая и как сильно развита у него мускулатура. «Интересно, — подумала я, когда мы начали взбираться дальше по склону, — связано ли это с размером его крыльев?»

— Ты умеешь летать? — выпалила я и тут же залилась краской по самые уши.

Тейлор глянул на меня через плечо:

— Нет, пока нет, но мы работаем над этим. — Он улыбнулся. — А ты?

— Нет, не умею, — сказала я, изо всех сил стараясь смотреть себе под ноги, чтобы не оступиться на острых камнях, а также перестать пялиться на покачивающиеся передо мной длинные коричневые крылья Тейлора. Мои собственные крылья, казалось, покачивались с ними в такт, что, в свою очередь, сбивало меня с шага и грозило потерей равновесия. Двигайся мы по ровной местности, это было бы даже забавно, но сейчас, когда мы карабкались по крутому склону, точно горные козлы, такая синхронность становилась опасной. — Пока не было возможности попробовать, — уточнила я.

— А что же ты делала со своими крыльями? — с притворным недоумением спросил Тейлор.

— Крутилась перед зеркалом, — ответила я ему в тон. Моя шутка была вознаграждена одобрительным смешком. — По большей части прятала под курткой. Подолгу ехала на машине, — добавила я.

— Полагаю, ты отправилась искать меня, так же как и Мигель, — заметил Тейлор, преодолевая последние несколько ярдов подъема. Распрямившись, он встал во весь рост на кряже холма и окинул взглядом окрестности. — Кстати, о Мигеле. Где он, хотелось бы мне знать?

— Я здесь.

Мы обернулись на голос и заметили мелькающие между деревьев черные крылья — второй «ангел» продирался сквозь ельник, раздвигая низко нависшие ветви.

— Кстати, меня зовут Тейлор, — сказал Тейлор и, вдруг странно смутившись, провел пятерней по своим густым каштановым волосам. При виде его чуть кривоватой улыбки мой пульс, начавший было выравниваться, снова участился.

Его друг пробился наконец сквозь ельник и, слегка запыхавшись, подошел к нам:

— А я — Мигель, — представился он.