Пригоршня праха - английский и русский параллельные тексты

On the second day it rained heavily and they could not leave the terrace of the hotel.	На второй день пошел дождь, и они безвыходно просидели на террасе отеля.
Dr. Messinger was engaged on some technical enquiries at the Agricultural Institute.	Доктор Мессингер наводил какие то справки в сельскохозяйственном институте
Muddy sea between Trinidad and Georgetown; and the ship lightened of cargo rolled heavily in the swell.	Грязное море между Тринидадом и Джорджтауном; освобожденный от груза пароход кренится под ударами волн.
Dr. Messinger took to his cabin once more.	Доктор Мессингер снова удаляется в кабину.
Rain fell continuously and a slight mist enclosed them so that they seemed to move in a small puddle of brown water; the foghorn sounded regularly through the rain.	Непрерывно моросит дождь, корабль окутан легкой дымкой, и кажется, что он плывет в крохотной коричневой луже; дождь регулярно прорезают звуки сирены.
Scarcely a dozen passengers remained on board and Tony prowled disconsolately about the deserted decks or sat alone in the music room, his mind straying back along the path he had forbidden it, to the tall elm avenue at Hetton and the budding copses.	На корабле не осталось и дюжины пассажиров, и Тони безутешно бродит по опустевшим палубам или одиноко сидит в музыкальном салоне, и мысли его убегают по запретным тропам, к высокой аллее вязов и распускающимся рощам.
Next day they arrived at the mouth of the Demerara.	На следующий день они пришли в устье Демерары.
The customs sheds were heavy with the reek of sugar and loud with the buzzing of bees. There were lengthy formalities in getting their stores ashore.	В таможенных навесах стояли густые испарения сахара; жужжание пчел заглушало все звуки Выгрузка товаров сопровождалась томительно длинными формальностями.
Dr. Messinger saw to it while Tony lit a cigar and strayed out on to the quay.	Доктор Мессингер взял их на себя, а Тони закурил сигару и вышел на набережную.
Small shipping of all kinds lay round them; on the further bank a low, green fringe of mangrove; behind, the tin roofs of the town were visible among feathery palm trees; everything steamed from the recent rain.	В устье стояли на причале мелкие транспортные суда всех родов и видов, дальний берег порос зеленой бахромкой ризофоры; из-за пушистых пальм выглядывали железные крыши городских домов; после недавнего дождя с земли поднимался пар.
Black stevedores grunted rhythmically at their work; East Indians trotted to and fro busily with invoices and bills of lading.	Ухали враз черные грузчики; вестиндцы деловито сновали взад-вперед с накладными и списками фрахтов.
Presently Dr. Messinger pronounced that everything was in order and that they could go into the town to their hotel.	Наконец доктор Мессингер объявил, что все улажено и они могут идти в отель.
Two	II
The storm lantern stood on the ground between the two hammocks, which in their white sheaths of mosquito net, looked like the cocoons of gigantic silkworms.	Фонарь стоял на земле между двумя гамаками; окутанные белыми москитными сетками, они походили на гигантские коконы шелкопряда.
It was eight o'clock, two hours after sundown; river and forest were already deep in night.	Было восемь часов, прошло два часа с захода солнца; река и лес давно погрузились в ночь.

The howler monkeys were silent but tree frogs near at hand set up a continuous, hoarse chorus; birds were awake, calling and whistling, and far in the depths about them came the occasional rending and reverberation of dead wood falling among the trees.	Ревуны замолкли, но окрестные квакши завели свой бесконечный хриплый хор; проснулись птицы, они перекликались и пересвистывались, и где-то из глуби леса вдруг доносился протяжный стон и за ним громовой раскат - это падало засохшее дерево
The six black boys who manned the boat squatted at a distance round their fire.	Шесть негров - личный состав лодки - сидели неподалеку на корточках вокруг костра.
They had collected some cobs of maize, three days back in a part of the bush, deserted now, choked and overrun with wild growth, that had once been a farm. (The gross second growth at that place had been full of alien plants, fruit and cereals, all rank now, and reverting to earlier type.) The boys were roasting their cobs in the embers.	Дня три назад они набрали кукурузных початков на погребенной под нашествием дикой растительности заброшенной ферме. В буйной поросли, поглотившей ферму, то и дело встречались чужеродные растения - плодовые и злачные, пышно разросшиеся и дичающие. Негры пекли початки на углях.
Fire and storm lantern together shed little light; enough only to suggest the dilapidated roof about their heads, the heap of stores, disembarked and overrun by ants and, beyond, the undergrowth that had invaded the clearing and the vast columns of treetrunk that rose beyond it, disappearing out of sight in the darkness.	Костер и фонарь вместе давали мало света; Они смутно обрисовывали очертания ветхой крыши над головой, сгруженные с лодки товары, на которых кишмя кишели муравьи, а за ними подрост, наступающий на вырубку, и огромные колонны стволов, вздымающихся над головой и исчезающих в темноте.
Bats like blighted fruit hung in clusters from the thatch and great spiders rode across it astride their shadows.	Летучие мыши гроздьями свисали с кровли, как тронутые гнилью плоды; бегали гигантские пауки, оседлывая на скаку свои тени.
This place had once been a ballata station.	Здесь когда-то жили собиратели каучука.
It was the furthest point of commercial penetration from the coast.	Дальше торговцы с побережья не проникали.
Dr. Messinger marked it on his map with a triangle and named it in red First Base Camp.'	Доктор Мессингер обозначил стоянку на карте треугольником и поименовал ее "Первый опорный лагерь" крупными красными буквами.
The first stage of the journey was over.	Первая стадия путешествия закончилась.
For ten days they had been chugging up-stream in a broad, shallow boat.	Десять дней, пыхтя мотором, шли они вверх по течению.
Once or twice they had passed rapids (there the outboard engine had been reinforced by paddles; the men strained in time to the captain's count; the bosun stood in the bows with a long pole warding them off the rocks).	Раз или два им встречались речные пороги (тут подвесному мотору приходилось помогать; гребцы враз взмахивали веслами под команду капитана; на носу стоял боцман и длинным шестом отталкивался от камней).
They had camped at sundown on patches of sand bank or in clearings cut from the surrounding bush.	На закате они разбивали лагерь на песчаных отмелях или на вырубках, расчищенных в густых зарослях.
Once or twice they fame to a 'house' left behind by ballata bleeders or gold washers.	Раз или два им попадался дом, брошенный собирателями каучука или золотоискателями.
All day Tony and Dr. Messinger sprawled amidships among their stores, under an improvised canopy of palm thatch; sometimes in the hot hours of the early afternoon they fell asleep.	Целый день Тони и доктор Мессингер валялись среди грузов под самодельным навесом из пальмовых листьев; иногда в жаркие утренние часы они засыпали.

They ate in the boat, out of tins, and drank rum mixed with the water of the river which was mahogany brown but quite clear.	Ели они из банок прямо в лодке и пили ром, смешанный с буроватой, но прозрачной речной водой.
The nights seemed interminable to Tony; twelve hours of darkness, noisier than a city square with the squealing and croaking and trumpeting of the bush denizens.	Ночи казались Тони нескончаемыми; двенадцать часов тьмы и шум сильнее, чем на городской площади: визг, рев и рык обитателей леса.
Dr. Messinger could tell the hours by the succession of sounds.	Доктор Мессингер мог определять время по тому, в каком порядке следуют звуки.
It was not possible to read by the light of the storm lantern.	Читать при свете фонаря не удавалось.
Sleep was irregular and brief after the days of lassitude and torpor.	Сон после томительно отупляющих дней был прерывистым и коротким.
There was little to talk about; everything had been said during the day, in the warm shade among the stores.	Говорить было не о чем: все переговорено за день, в жаркой тени, среди грузов.
Tony lay awake, scratching.	Тони лежал без сна и чесался.
Since they had left Georgetown there had not been any part of his body that was ever wholly at ease.	С тех пор, как они покинули Джорджтаун, у него ныло и болело все тело.
His face and neck were burned by the sun reflected from the water; the skin was flaking off them so that he was unable to shave.	Солнце, отраженное рекой, сожгло ему лицо и шею, кожа висела клочьями, и он не мог бриться.
The stiff growth of beard pricked him between chin and throat.	Жесткая щетина подбородка колола горло.
Every exposed part of his skin was also bitten by cabouri fly.	Все оставшиеся незащищенными кусочки кожи искусали мухи кабури.
They had found a way into the button-holes of his shirt and the laces of his breeches; mosquitoes had got him at the ankles when he changed into slacks for the evening.	Они проникали сквозь петля и шнуровку бриджей, а когда он по вечерам переодевался в брюки, впивались в лодыжки.
He had picked up b?tes rouges in the bush and they were crawling and burrowing under his skin; the bitter oil which Dr. Messinger had given him as protection, had set up a rash of its own wherever he had applied it.	В лесу он подцепил кровососов, они заползали под кожу и копошились там; горькое масло, которым доктор Мессингер пользовал от них в свою очередь, повсеместно вызывало сыпь.
Every evening after washing he had burned off a few ticks with a cigarette end but they had left irritable little scars behind them; so had the djiggas which one of the black boys had dug out from under his toe nails and the horny skin on his heels and the balls of his feet.	Каждый вечер, умывшись, Тони прижигал кровососов сигаретой, но от ожогов оставались зудящие шрамы; оставляли шрамы и джиги, которых один из негров выковырял у него из-под ороговевшей кожи на пятках, подушечках пальцев и ногтей на ногах.
A marabunta had left a painful swelling on his left hand.	От укуса марабунты на левой руке вскочила шишка.
As Tony scratched he shook the framework from which the hammocks hung.	Тони расчесывал укусы, сотрясая раму, к которой крепились гамаки.
Dr. Messinger turned over and said,	Доктор Мессингер поворачивался на другой бок и говорил:

"Oh, for God's sake."	"Бога ради".
He tried not to scratch; then he tried to scratch quietly; then in a frenzy he scratched as hard as he could, breaking the skin in a dozen places.	Сначала Тони старался не чесаться, потом пытался чесаться тихо, потом в бешенстве чесался что есть мочи, раздирая кожу.
"Oh, for God's sake," said Dr. Messinger.	"Бога ради", - говорил доктор Мессингер.
Half past eight,' thought Tony. In London they are just beginning to collect for dinner.'	"Полдевятого, - думал Тони. - В Лондоне начинают накрывать к ужину.
It was the time of year in London when there were parties every night. (Once, when he was trying to get engaged to Brenda, he had gone to them all.	В эту пору в Лондоне каждый вечер приемы". (Когда-то, когда он лез из кожи вон, чтоб стать женихом Бренды, он ходил на все приемы подряд.
If they had dined in different houses, he would search the crowd for Brenda and hang about by the stairs waiting for her to arrive.	Если они ужинали в разных домах, он, не найдя Бренды в толпе, слонялся, поджидая ее у подъезда.
Later he would hang about to take her home.	А позже так же слонялся, ожидая, когда ее можно будет проводить домой.
Lady St. Cloud had done everything to make it easy for him.	Леди Сент-Клауд помогала ему изо всех сил.
Later, after they were married, in the two years they had spent in London before Tony's father died, they had been to fewer parties, one or two a week at the most, except for a very gay month just when Brenda was well again, after John Andrew's birth.) Tony began to imagine a dinner party assembling at that moment in London, with Brenda there and the surprised look with which she greeted each new arrival.	А потом, после свадьбы, те два года до смерти отца Тони, которые они прожили в Лондоне, они реже ходили на приемы, всего раз или два в неделю, кроме того беспечного месяца, когда Бренда оправилась после родов Джона Эндрю.) Тони стал представлять себе гостей, съезжающихся сейчас в Лондоне на ужин, и среди них Бренду, и тот удивленный взгляд, которым она встречает каждого входящего.
If there was a fire she would be as near it as she could get.	Если уже топят, она постарается сесть как можно ближе к камину.
Would there be a fire at the end of May?	Но топят ли в конце мая?
He could not remember.	Он не мог припомнить.
There were nearly always fires at Hetton in the evening, whatever the season.	В Хеттоне в любой сезон почти всегда топили по вечерам
Then after another bout of scratching it occurred to Tony that it was not half past eight in England.	Потом, начесавшись всласть. Тони вспомнил, что в Англии сейчас не половина девятого.
There was five hours difference in time.	Пять часов разницы во времени.
They had altered their watches daily on the voyage out.	В дороге они постоянно переставляли часы.
Which way?	Но в какую сторону?
It ought to be easy to work out.	Это нетрудно сообразить.
The sun rose in the east.	Солнце встает на востоке.
England was east of America so they got the sun later.	Англия к востоку от Америки, так что ему и доктору Мессингеру солнце достается позже.

It came to them at second hand and slightly soiled after Polly Cockpurse and Mrs. Beaver and Princess Abdul Akbar had finished with it ... Like Polly's dresses which Brenda used to buy for ten or fifteen pounds each ... he fell asleep.	Им оно достается из вторых рук и уже слегка замусоленным после того, как им вдоволь попользовались Полли Кокперс, миссис Бивер и княгиня Абдул Акбар... Как Поллины платья, которые Бренда скупала по десять-пятнадцать фунтов за штуку... Он заснул.
He woke an hour later to hear Dr. Messinger cursing and to see him sitting astride his hammock working with bandages, iodine and his great toe.	Проснувшись через час, он услышал, как доктор Мессингер ругается, и увидел, что тот сидит на гамаке верхом и обрабатывает йодом и бинтами большой палец ноги.
"A vampire bat got it.	- Вампир до меня добрался.
I must have gone to sleep with my foot against the netting.	Я, должно быть, во сне прислонил ногу к сетке.
God knows how long he had been at it, before I wokeup.	Бог знает сколько он над ней трудился, прежде чем я проснулся.
That lamp ought to keep them off but it doesn't seem to."	Считается, что лампа должна их отпугивать, но почему-то так не получается.
The black boys were still awake, munching over the fire.	Негры что-то жевали у костра; они так и не ложились.
"Vampires plenty bad this side, chief," they said.	- Вампир дут злой-злой, - сказал негр.
"Dat why for us no leave de fire."	- Потому наша сидит огонь.
"It's just the way to get sick, blast it," said Dr. Messinger.	- Проклятье, так недолго и заболеть, - сказал доктор Мессингер.
"I may have lost pints of blood."	- Я, наверное, потерял литры крови.
Brenda and Jock were dancing together at Anchorage House.	Бренда и Джок танцевали у Энкориджей.
It was late, the party was thinning, and now for the first time that evening, it was possible to dance with pleasure.	Было уже поздно, ряды гостей редели, и в первый раз за вечер можно было танцевать в свое удовольствие.
The ballroom was hung with tapestry and lit by candles.	Увешанную гобеленами бальную освещали свечи.
Lady Anchorage had lately curtsied her farewell to the last royalty.	Леди Энкоридж только что с реверансами проводила последнего представителя королевской семьи.
"How I hate staying up late," Brenda said, "but it seems a shame to take my Mr. Beaver away.	- Если б ты знал, до чего я ненавижу засиживаться в гостях, - сказала Бренда, - но было б ужасно жестоко увести моего мистера Бивера.
He's so thrilled to be here, bless him, and it was a great effort to get him asked ... Come to think of it," she added later, "I suppose that this is the last year I shall be able to go to this kind of party."	Он на седьмом небе, что попал сюда, и мне было не так-то легко устроить, чтоб его пригласили... Кстати говоря, - добавила она позже, - наверное, на следующий год мне и самой не попасть на такой прием.
"You're going through with it?"	- Будете доводить развод до конца?
"I don't know, Jock.	- Не знаю, Джок.
It doesn't really depend on me.	Это от меня не зависит.

It's all a matter of holding down Mr. Beaver.	Вся штука в том, чтоб удержать мистера Бивера.
He's getting very restive.	Он стал очень нравным последнее время.
I have to feed him a bit of high life every week or so, and I suppose that'll all stop if there's a divorce.	Мне приходится чуть не каждую неделю подкидывать ему один-другой великосветский прием, ну, а если развод состоится, этому конец.
Any news of Tony?"	Есть какие-нибудь известия о Тони?
"Not for some time now.	- Давно не было.
I got a cable when he landed.	Я получил от него телеграмму по прибытии.
He's gone off on some expedition with a crook doctor."	Он уехал в экспедицию с каким-то жуликом-доктором.
"Is it absolutely safe?"	- А это не опасно?
"Oh, I imagine so.	- Не думаю.
The whole world is civilized now isn't it - charabancs and Cook's offices everywhere."	Весь мир цивилизовался, верно? Куда ни ткнись, повсюду прогулочные автомобили и куковские агентства.
"Yes, I suppose it is ... I hope he's not brooding.	- Да, наверно, ты прав... Надеюсь, он не хандрит.
I shouldn't like to think of him being unhappy."	Мне было б неприятно, если б ему было плохо.
"I expect he's getting used to things."	- Думаю, он понемногу свыкается.
"I do hope so.	- Очень хочется верить.
I'm very fond of Tony, you know, in spite of the monstrous way he behaved."	Ты же знаешь, как я люблю Тони, хотя он чудовищно со мной поступил.
There was an Indian village a mile or two distant from the camp.	В миле-двух от лагеря находилась индейская деревушка.
It was here that Tony and Dr. Messinger proposed to recruit porters for the two hundred mile march that lay between them and the Pie-wie country.	Там Тони и доктор Мессингер рассчитывали набрать носильщиков для двухсотмильного перехода в страну пай-ваев.
The niggers were river men and could not be taken into Indian territory.	Негры были речными жителями и на индейскую территорию идти не хотели.
They would go back with the boat.	Они должны были уплыть обратно с той же лодкой.
At dawn Tony and Dr. Messinger drank a mug each of hot cocoa and ate some biscuits and what was left over from the bully beef opened the night before.	На заре Тони и доктор Мессингер выпили по чашке горячего какао, заели его бисквитами и остатками мясных консервов, открытых с вечера.
Then they set out for the village.	Потом направились в деревню.
One of the blacks went in front with cutlass to clear the trail.	Один чернокожий шел впереди, расчищая путь мачете.
Dr. Messinger and Tony followed one behind the other; another black came behind them carrying samples of trade goods - a twenty dollar Belgian gun, some rolls of printed cotton, hand-mirrors in coloured celluloid frames, some bottles of highly scented pomade.	Вслед за ним друг другу в затылок шагали доктор Мессингер и Тони; второй чернокожий плелся сзади; он нес образчики товаров -двадцатидолларовое бельгийское ружье, несколько рулонов набивного ситца, ручные зеркальца в пестрых целлулоидных рамах, бутылочки резко пахнущей помады

It was a rough, unfrequented trail, encumbered by numerous fallen trunks; they waded knee-deep through two streams that ran to feed the big river; underfoot there was sometimes a hard network of bare root, sometimes damp and slippery leaf mould.	Заросшую, полузаброшенную тропу во многих местах преграждали упавшие стволы; они перешли вброд по колено в воде два ручейка, которые питали большую реку; жесткую вязь оголенных корней под ногами сменяла сырая и скользкая лиственная прель.
Presently they reached the village.	Вскоре они подошли к деревне.
They came into sight of it quite suddenly, emerging from the bush into a wide clearing.	Она возникла перед ними неожиданно, когда они вынырнули из кустов на широкую зарубку.
There were eight or nine circular huts of mud and palm thatch.	Тут стояли восемь-девять круглых глинобитных хижин под пальмовыми крышами.
No one was visible but two or three columns of smoke, rising straight and thin into the morning air, told them that the place was inhabited.	Никого не было видно, но два-три тонких столбика дыма, прямо тянувшихся к небу в прозрачном утреннем воздухе, говорили о том, что люди здесь есть.
"Dey people all afeared," said the black boy.	- Очень взе бугались, - сказал негр.
"Go and find someone to speak to us," said Dr. Messinger.	- Пойди приведи кого-нибудь, надо поговорить, -сказал доктор Мессингер.
The nigger went to the low door of the nearest house and peered in.	Негр подошел к низкой двери ближнего домика и заглянул внутрь.
"Dere ain't no one but women dere," he reported. "Dey dressing deirselves.	- Зовзем бусто, одна зензина, - доложил он, - зебя одевают.
Come on out dere," he shouted into the gloom.	Выходи зкорей зюда! - прокричал он во мрак.
"De chief want talk to you."	- Хозяин твой говорить.
At last, very shyly, a little old woman emerged, clad in the filthy calico gown that was kept for use in the presence of strangers.	Наконец из хижины выползла старуха, одетая в засаленное коленкоровое платье, явно приберегаемое для официальных встреч.
She waddled towards them on bandy legs.	Она подковыляла к ним на кривых ногах.
Her ankles were tightly bound with blue beads.	Лодыжки ее были туго обмотаны голубыми бусами.
Her hair was lank and ragged; her eyes were fixed on the earthenware bowl of liquid which she carried.	Прямые волосы свисали рваными прядями; она не спускала глаз с глиняной миски с какой-то жидкостью, которую держала в руках.
When she was a few feet from Tony and Dr. Messinger she set the bowl on the ground, and still with downcast eyes, shook hands with them.	За несколько мет ров от Тони и доктора Мессингера она поставила миску на землю и, по-прежнему не поднимая глаз, поздоровалась с ними.
Then she stooped, picked up the bowl once more and held it to Dr. Messinger.	Потом наклонилась, подняла миску и поднесла ее доктору Мессингеру.
"Cassiri," he explained, "the local drink made of fermented cassava."	- Кассири, - объяснил он. - Местное питье из перебродившей маниоки.
He drank some and handed the bowl to Tony.	Он несколько раз отхлебнул и передал миску Тони.
It contained a thick, purplish liquid.	В ней колыхалась густая фиолетовая жижа.

When Tony had drunk a little, Dr. Messinger explained,	Когда Тони отпил несколько глотков, доктор Мессингер объяснил:
"It is made in an interesting way. The women chew the root up and spit it into a hollow tree-trunk."	- Очень любопытен способ изготовления этого напитка: женщины пережевывают корень и сплевывают жвачку в выдолбленный ствол.
He then addressed the woman in Wapishiana: She looked at him for the first time.	Он обратился к женщине на вапишане. И тут она впервые подняла на него глаза.
Her brown, Mongol face was perfectly blank, devoid alike of comprehension and curiosity.	На ее коричневом монгольском лице ничего не отразилось - ни любопытства, ни понимания.
Dr. Messinger repeated and amplified his question.	Доктор Мессингер повторил вопрос, расширив его.
The woman took the bowl from Tony and set it on the ground.	Женщина взяла миску у Тони и поставила на землю.
Meanwhile other faces were appearing at the doors of the huts.	Тем временем из соседних хижин стали выглядывать другие лица.
Only one woman ventured out.	Но лишь одна из женщин решилась выйти.
She was very stout and she smiled confidently at the visitors.	Очень грузная, она доверительно улыбалась гостям.
"Good morning," she said.	- Здравствай, - сказала она.
"How do you do?	- Как живешь?
I am Rosa.	Я Роза.
I speak English good.	Хорошо говорю англиски.
I live bottom-side two years with Mr. Forbes.	Я спать два года с мистер Форбс.
You give me cigarette."	Дай сигарета.
"Why doesn't this woman answer?"	- Почему эта женщина нам не отвечает?
"She no speak English."	- Она не говорить англиски.
"But I was speaking Wapishiana."	- Но я же с ней говорил на вапишане.
"She Macushi woman.	- Она макуши.
All these people Macushi people."	Здесь вся макуши.
"Oh.	-А.
I didn't know.	Я не знал.
Where are the men?"	А где мужчины?
"Men all go hunting three days."	- Мужчина ушла три дня охота.
"When will they be back?"	- Когда они вернутся?
"They go after bush pig."	- Они пошли за кабаном.
"When will they be back?"	- Когда они вернутся?
"No, bush pig.	- Нет кабана.
Plenty bush pig.	Много кабана.

Men all go hunting.	Мужчина вся охота.
You give me cigarette."	Дай сигарета.
"Listen, Rosa, I want to go to the Pie-wie country."	- Послушай, Роза, мне надо пройти к пай-ваям.
"No, this Macushi.	- Нет, тут макуши.
All the people Macushi."	Вся-вся макуши.
"But we want to go Pie-wie."	- Но нам нужно к пай-ваям.
"No, all Macushi.	- Нет, тут вся макуши.
You give me cigarette."	Дай сигарета.
"It's hopeless." said Dr. Messinger.	- Безнадежно, - сказал доктор Мессингер.
"We shall have to wait till the men come back."	Придется ждать возвращения мужчин.
He took a packet of cigarettes from his pocket.	Он вынул из кармана пачку сигарет.
"Look," he said, "cigarettes."	- Смотри, - сказал он, - сигареты.
"Give me."	-Дай.
"When men come back from hunting you come to river and tell me.	- Когда мужчины вернутся с охоты, ты придешь к реке и скажешь мне.
Understand?"	Поняла?
"No, men hunting bush pig.	- Нет, мужчина вся охота.
You give me cigarettes."	Дай сигарета.
Dr. Messinger gave her the cigarettes.	Доктор Мессингер дал ей сигареты.
"What else you got?" she said.	- Что твой есть еще? - спросила она.
Dr. Messinger pointed to the load which the second nigger had laid on the ground.	Доктор Мессингер указал на тюк, который второй негр положил на землю.
"Give me," she said.	- Дай, - сказала она.
"When men come back, I give you plenty things if men come with me to Pie-vies."	- Когда мужчины вернутся, я тебе много чего дам, если они проводят меня к пай-ваям.
"No, all Macushi here."	- Нет, тут вся макуши.
"We aren't doing any good," said Dr. Messinger.	- Да, так толку не добиться, - сказал доктор Мессингер.
"We'd better go back to camp and wait.	- Придется возвратиться в лагерь и ждать.
The men have been away three days.	Мужчины ушли три дня назад.
It's not likely they will be much longer ... I wish I could speak Macushi."	Вряд ли они долго задержатся. Какая жалость, что я не говорю на макуши.
They turned about, the four of them, and left the village.	Их колонна развернулась и в том же порядке ушла из деревни.
It was ten o'clock by Tony's wrist watch when they reached their camp.	Когда они прибыли в лагерь, на часах Тони было десять.
Ten o'clock on the river Waurupang was question time at Westminster.	Когда на реке Ваурупанг было десять часов, в Вестминстере началось обсуждение запросов.

For a long time now Jock had had a question which his constituents wanted him to ask.	Джок, понукаемый избирателями, давным-давно подал свой запрос.
It came up that afternoon.	Его поставили на обсуждение сегодня утром. - Номер двадцатый, - сказал он. Лишь немногие члены парламента обратились к означенной бумаге. N 20.
I should like to ask the Minister of Agriculture whether in view of the dumping in this country of Japanese pork pies, the right honourable member is prepared to consider a modification of the eight and a half score basic pig from two and a half inches of thickness round the belly as originally specified, to two inches."	"Запросить министра сельского хозяйства, не собирается ли достопочтенный член парламента в связи с демпинговым ввозом японских пирогов со свининой, наводнивших нашу страну, рассмотреть вопрос об изменении модификации томасовских чушек с принятого утолщения в два с половиной дюйма в объеме на два дюйма".
Replying for the Minister, the under-secretary said:	За министра отвечал его заместитель:
"The matter is receiving the closest attention.	- Запрос внимательнейшим образом изучается.
As the honourable member is no doubt aware the question of the importation of pork pies is a matter for the Board of Trade, not for the Board of Agriculture.	Как, несомненно, известно достопочтенному члену, вопрос о ввозе пирогов со свининой подлежит ведению Департамента торговли, а не Департамента сельского хозяйства.
With regard to the specifications of the basic pig, I must remind the honourable member that, as he is doubtless aware, the eight and a half score pig is modelled on the requirements of the bacon curers and has no direct relation to pig meat for sale in pies.	Что же касается томасовской чушки, я должен напомнить достопочтенному члену, что, как ему, без сомнения, известно, вышеуказанная чушка должна отвечать потребностям заготовителей бекона, и к мясу, применяемому для изготовления пирогов, вышеозначенная чушка прямого отношения не имеет.
That is being dealt with by a separate committee who have not yet made their report."	Этим вопросом занимается специальный комитет, который пока еще не представил своего доклада.
"Would the honourable member consider an increase of the specified maximum of fatness on the shoulders?"	- Не собирается ли достопочтенный член рассмотреть вопрос об увеличении максимальной толщины заплечиков?
"I must have notice of that question."	- Запрос должен быть представлен заблаговременно.
Jock left the House that afternoon with the comfortable feeling that he had at last done something tangible in the interest of his constituents.	В этот день Джок покинул палату с чувством удовлетворения. Он сознавал, что на славу потрудился для своих избирателей.
Two days later the Indians returned from hunting.	Через двое суток индейцы вернулись с охоты.
It was tedious waiting.	Дни ожидания, тянулись тоскливо.
Dr. Messinger put in some hours daily in checking the stores.	Доктор Мессингер каждый день по нескольку часов проверял товары.
Tony went into the bush with his gun but the game had all migrated from that part of the river bank.	Тони уходил в лес с ружьем, но дичь покинула этот берег.
One of the black boys was badly injured in the foot and calf by a sting-ray; after that they stopped bathing and washed in a zinc pail.	Одному из негров сильно поранил ногу скат, и они прекратили купаться и мылись в цинковом ведре.

When the news of the Indians' return reached camp, Tony and Dr. Messinger went to the village to see them but a feast had already started and everyone in the place was drunk.	Едва весть о возвращении индейцев дошла до лагеря, Тони и доктор Мессингер отправились в деревню, но там уже шел пир горой и все мужчины перепились.
The men lay in their hammocks and the women trotted between them carrying calabashes of cassiri.	Они возлежали в гамаках, а женщины сновали взад-вперед от одного к другому, разнося тыквы с кассири.
Everything reeked of roast pork.	Пахло жареной свининой.
"It will take them a week to get sober," said Dr. Messinger.	- Им нужно не меньше недели, чтобы протрезветь, - сказал доктор Мессингер.
All that week the black boys lounged in camp; sometimes they washed their clothes and hung them out on the bulwarks of the boat to dry in the sun; sometimes they went fishing and came back with a massive catch, speared on a stick (the flesh was tasteless and rubbery); usually in the evenings they sang songs round the fire.	Всю эту неделю негры слонялись по лагерю; иногда они стирали одежду и развешивали ее на планширах лодки сушиться на солнышке, иногда отправлялись удить рыбу и возвращались с внушительной добычей, надетой на палку (рыба была резиноподобной и безвкусной); по вечерам они обычно пели песни у костра.
The fellow who had been stung kept to his hammock, groaning loudly and constantly asking for medicine.	Пострадавший от ската не вылезал из гамака, он громко стонал и все время требовал лекарств.
On the sixth day the Indians began to appear.	На шестой день показались индейцы.
They shook hands all round and then retired to the margin of the bush where they stood gazing at the camp equipment.	Они пожали всем по очереди руки, затем отошли на край опушки и встали там таращась на лагерное оборудование.
Tony tried to photograph them but they ran away giggling like schoolgirls.	Тони пытался их сфотографировать, но они убегали, хихикая как школьницы.
Dr. Messinger spread out on the ground the goods he had brought for barter.	Доктор Мессингер разложил на земле товары, приобретенные для обменных операций.
They retired at sundown but on the seventh day they came again, greatly reinforced.	На закате индейцы удалились, но на седьмой день явились вновь, в расширенном составе.
The entire population of the village was there.	Пожаловало все население деревни.
Rosa sat down on Tony's hammock under the thatch roof.	Роза присела на гамак Тони под пальмовым навесом.
"Give me cigarettes," she said.	- Дай сигарета, - сказала она.
"You tell them I want men to go Pie-wie country," said Dr. Messinger.	- Скажи им, я хочу, чтоб мужчины повели меня к пай-ваям, - сказал доктор Мессингер.
"Pie-wie bad people.	- Пай-вай - плохой народ.
Macushi people no go with Pie-wie people."	Макуши к пай-вай не ходить.
"You say I want the men.	- Скажи, мне нужно десять мужчин.
I give them guns."	Я дам им ружья.
"You give me cigarettes ..."	- Дай сигарета.
Negotiations lasted for two days.	- Переговоры продолжались два дня.
Eventually twelve men agreed to come; seven of them insisted on bringing their wives with them.	В конце концов согласились идти двенадцать человек, семеро из них не пожелали идти без жен.

One of these was Rosa.	Одной из жен оказалась Роза.
When everything was arranged there was a party in the village and all the Indians got drunk again.	Когда все было улажено, в деревне состоялась пирушка, и индейцы снова перепились.
This time, however, it was a shorter business as the women had not had time to prepare much cassiri.	Однако на этот раз они пришли в чувство быстрее, потому что женщины не успели наготовить достаточно кассири.
In three days the caravan was able to set out.	Через три дня караван смог отправиться в путь.
One of the men had a long, single-barrelled, muzzle-loading gun; several others carried bows and arrows; they were naked except for red cotton cloths round their loins.	У одного из мужчин была длинная одностволка, заряжающаяся с дула; другие несли луки и стрелы; шли они совершенно голые, лишь в красных набедренных повязках.
The women wore grubby calico dresses - they had been issued to them years back by an itinerant preacher and kept for occasions of this kind; they had wicker panniers on their shoulders, supported by a band across the forehead.	Женщины надели перепачканные коленкоровые платья, преподнесенные им много лет назад странствующим священником и хранившиеся специально для такого рода оказий; за спиною они несли плетеные корзины, которые держались лыком, охватывающим лоб.
All the heaviest luggage was carried by the women in these panniers, including the rations for themselves and their men.	Самые тяжелые грузы, включая продовольствие для себя и своих мужчин, женщины переносили в корзинах.
Rosa had, in addition, an umbrella with a dented, silver crook, a relic of her association with Mr. Forbes.	Роза, помимо всего, волокла еще зонтик с погнутой серебряной ручкой, память о сожительстве с мистером Форбсом.
The Negroes returned down-stream to the coast.	Негры уплыли вниз по течению на побережье.
A dump of provisions, in substancial tin casing, was left in the ruinous shelter by the bank.	Груду провианта в прочных жестяных ящиках оставили под развалившимся навесом у берега.
"There's no one to touch it.	- Тут его никто не возьмет.
We can send back for it in case of emergency from the Pie-wie country," said Dr. Messinger.	В случае чего мы всегда можем послать за грузами от пай-ваев, - сказал доктор Мессингер.
Tony and Dr. Messinger walked immediately behind the man with the gun who was acting as guide; behind them the file straggled out for half a mile or more through the forest.	Тони и доктор Мессингер шли следом за мужчиной с ружьем, который служил им проводником; за ними вереницей, растянувшейся по лесу на полмили, а то и больше, брели индейцы.
"From now onwards the map is valueless to us," said Dr. Messinger with relish.	- Теперь карта нам ни к чему, - сказал доктор Мессингер с облегчением.
(Roll up the map - you will not need it again for how many years, said William Pitt ... memories of Tony's private school came back to him at Dr. Messinger's words, of inky little desks and a coloured picture of a Viking raid, of Mr. Trotter who had taught him history and wore very vivid ties.)	(Сверните карту - отныне она вам не понадобится сколько там бишь лет, сказал Вильям Питт... слова доктора Мессингера напомнили Тони частную школу, перепачканные чернилами парты, раскрашенную картинку, изображающую набег викингов, и мистера Троттера, который преподавал у них историю а носил галстуки ядовитой расцветки.)
Three	III
"Mumsey, Brenda wants a job."	- Мамчик, Бренда хочет поступить на работу.

"Why?"	- Зачем?
"Just like everybody else, short of money and nothing to do.	- Ну, за тем же, зачем и все: не хватает денег, нечего делать.
She wondered if she could be any use to you at the shop."	Она просила узнать, не могла бы она пригодиться в лавке.
"Well ... It's hard to say.	- Ну... трудно сказать.
At any other time she is exactly the kind of saleswoman I am always looking for ... but I don't know.	В любое другое время я б оторвала такую продавщицу с руками и ногами... а теперь не знаю, что и сказать.
As things are I'm not sure it would be wise."	И потом мне лично кажется, что при сложившихся обстоятельствах это вряд ли удобно.
"I said I'd ask you, that's all."	- Я сказал, что спрошу, только и всего.
"John, you never tell me anything and I don't like to seem interfering; but what is going to happen between you and Brenda."	- Джон, ты никогда со мной не делишься, и мне не хотелось бы, чтобы ты думал, будто я вмешиваюсь; но скажи, что все-таки вы с Брендой намерены делать дальше?
"I don't know."	- Не знаю.
"You never tell me anything," repeated Mrs. Beaver. "And there are so many rumours going round.	- Ты никогда со мной не делишься, - повторила миссис Бивер, - Но до меня доходят всякие слухи.
Is there going to be a divorce?"	Развод будет?
"I don't know."	- Не знаю.
Mrs. Beaver sighed.	Миссис Бивер вздохнула.
"Well I must get back to work.	- Что ж, мне пора на работу.
Where are you lunching?"	Где ты обедаешь?
"Brat's."	- У Брэтта.
"Poor John.	- Бедняжка.
By the way, I thought you were joining Brown's."	Между прочим, мне казалось, что ты подал в Браун-клуб.
"I haven't heard anything from them.	- Они мне ничего не сообщали.
I don't know whether they've had an election yet."	Я не знаю, были у них выборы или нет.
"Your father was a member."	- Твой отец состоял членом этого клуба.
"I've an idea I shan't get in ... anyway I couldn't really afford it."	- По-моему, я не пройду... Да, кроме того, мне это действительно не по карману...
"I'm not happy about you, John.	-Ты меня беспокоишь, Джон.
I'm not sure that things are working out as well as I hoped about Christmas time."	И мне лично кажется, что те надежды, которые я питала перед рождеством, не оправдываются.
"There's my telephone.	- Мой телефон.
Perhaps it's Margot.	Может, это Марго.
She hasn't asked me to anything for weeks."	Она уж бог знает сколько никуда меня не приглашала.

But it was only Brenda.	Но это была всего лишь Бренда.
"I'm afraid mother's got nothing for you at the shop," he said.	- К сожалению, у мамы нет для тебя работы, -сказал он.
"Oh well.	- Ладно.
I expect something will turn up.	Надеюсь, что-нибудь подвернется.
I could do with a little good luck just at the moment."	Я б не отказалась сейчас от улыбки фортуны.
"So could I.	- Я тоже.
Have you asked Allan about Brown's?"	Ты спрашивала Аллана о Браун-клубе?
"Yes, I did.	- Да, спрашивала.
He says they elected about ten chaps last week."	Он говорит: на прошлой неделе избрали десять человек.
"Oh, does that mean I've been black balled?"	- Значит, меня прокатили?
"I shouldn't know.	- Откуда мне знать.
Gentlemen are so odd about their clubs."	Когда заходит речь о клубах, мужчин не поймешь.
"I thought that you were going to make Allan and Reggie support me."	- Я рассчитывал, что ты заставишь Аллана и Реджи поддержать меня.
"I asked them.	-Я их просила.
What does it matter anyway?	Да и какое это имеет значение?
D'you want to come to Veronica's for the week-end?"	Хочешь поехать на уикенд к Веронике?
"I'm not sure that I do."	- Вряд ли я поеду...
"I'd like it."	- Я была бы очень рада.
"It's a beastly little house - and I don't think Veronica likes me.	-У нее такой паршивый домишко... и потом мне лично кажется, что Вероника ко мне плохо относится.
Who'll be there?"	А кто там будет?
"I shall be."	- Я буду.
"Yes ... well, I'll let you know."	-А... ладно, я тебе дам знать.
"Am I seeing you this evening?"	- Я тебя увижу сегодня вечером?
"I'll let you know."	- Я тебе дам знать.
"Oh dear," said Brenda as she rang off.	- О господи, - сказала Бренда, вешая трубку.
"Now he's taken against me.	- Теперь он взъелся на меня.
It isn't my fault he can't get in to Brown's.	А разве я виновата, что его в Брауне прокатили?
As a matter of fact I believe Reggie did try to help."	Кстати говоря, я уверена, что Реджи и в самом деле пытался помочь.
Jenny Abdul Akbar was in the room with her.	У нее сидела Дженни Абдул Акбар.
She came across every morning now in her dressing gown and they read the newspaper together.	Она приходила каждое утро через лестничную площадку, и они читали за компанию газеты.

The dressing gown was of striped Berber silk.	На Дженни был халат из полосатого берберского шелка.
"Let's go and have a cosy lunch at the Ritz," she said.	- Пойдем уютненько пообедаем в "Ритце", -предложила она.
"The Ritz isn't cosy at lunch time and it costs eight and six.	- В "Ритце" вовсе неуютно в обеденное время, да и обед обходится в восемь и шесть.
I daren't cash a cheque for three weeks, Jenny.	Я уже три недели не решаюсь получить по чеку, Дженни.
The lawyers are so disagreeable.	Неприятно иметь дело с юристами.
I've never been like this before."	Я впервые в таком положении.
"What wouldn't I do to Tony?	- Не знаю, что бы я сделала с Тони.
Leaving you stranded like this."	Это же надо оставить тебя на мели.
"Oh, what's the good of knocking Tony?	- Что толку поносить Тони?
I don't suppose he's having a packet of fun himself in Brazil or wherever it is."	Вряд ли он так уж развлекается в Бразилии, или где он там.
"I hear they are putting in bathrooms at Hetton -while you are practically starving.	- Я слышала, в Хеттоне встраивают дополнительные ванные - и это когда ты буквально голодаешь.
And he hasn't even gone to Mrs. Beaver for them."	И вдобавок он даже не заказал их у миссис Бивер.
"Yes, I do think that was mean."	- Да, вот уж это и в самом деле чистая мелочность.
Presently Jenny went back to dress. Brenda telephoned to a delicatessen store round the corner for some sandwiches.	Немного погодя Дженни отправилась переодеваться, а Бренда позвонила в закусочную за углом и попросила прислать ей сандвичи.
She would spend that day in bed, as she spent two or three days a week at this time.	Она сегодня не встанет с постели; теперь ей случалось проводить так по два-три дня в неделю.
Perhaps, if Allan was making a speech somewhere, as he usually was, Marjorie would have her to dinner.	Если Аллан, как всегда, выступает с речью, Марджори может позвать ее на обед.
The Helm-Hubbards had a supper party that night but Beaver had not been asked.	У Хелм-Хаббардов сегодня вечером ужин, но Бивер не зван.
"If I went there without him it would be a major bust-up ... Come to think of it, Marjorie's probably going.	А пойти туда без него - полный разрыв... Да, кстати говоря, скорей всего Марджори приглашена туда.
Well I can always have sandwiches for dinner here.	Что ж, я всегда могу пообедать сандвичами.
They make all kinds.	У них есть всех сортов.
Thank God for the little shop round the corner."	Спасибо хоть за эту лавчонку за углом.
She was reading a biography of Thiers that had lately appeared; it was very long and would keep her going well into the night.	Она читала недавно вышедшую биографию Нельсона; биография длинная, ее хватит далеко за полночь.
At one o'clock Jenny came in to say goodbye (she had a latch key of Brenda's) dressed for a cosy lunch.	В час пришла Дженни попрощаться (у нее был ключ от квартиры Бренды), приодетая для уютненького обеда в "Ритце".

"I got Polly and Souki," she said.	- Позвала Полли и Суки, - сказала она.
"We're going to Daisy's joint.	- Закатимся в Дейзину забегаловку.
I wish you were coming."	Какая жалость, что ты не идешь.
"Me?	-Кто? Я?
Oh, I'm all right," said Brenda and she thought, It might occur to her to sock a girl a meal once in a way.'	Все в порядке, - сказала Бренда и подумала: "Могла б раз в кои веки догадаться поставить подруге обед".
They walked for a fortnight, averaging about fifteen miles a day.	Они шли две недели, делая в среднем по пятнадцать миль в день.
Sometimes they would do much more and sometimes much less; the Indian who went in front decided the camping places; they depended on water and evil spirits.	Иногда гораздо больше, иногда - гораздо меньше; индеец, шедший впереди, выбирал места для лагеря; выбор его определялся наличием воды и злых духов.
Dr. Messinger made a compass traverse of their route.	Доктор Мессингер составлял по компасу карту маршрута.
It gave him something to think about.	Это давало ему пищу для размышлений.
He took readings every hour from an aneroid.	Каждый час он снимал показания с анероида.
In the evening, if they had halted early enough, he employed the last hours of daylight in elaborating a chart. 'Dry water course, three deserted huts, stony ground ...'	Вечерами, если они останавливались достаточно рано, он при последних лучах угасающего солнца детально разрабатывал карту. "Пересохшее русло, три заброшенные хижины, каменистая почва"...
"We are now in the Amazon system of rivers," he announced with satisfaction one day. "You see, the water is running South."	- Мы теперь в бассейне Амазонки, - объявил он в один прекрасный день с удовлетворением, -видите, вода бежит на юг.
But almost immediately they crossed a stream flowing in the opposite direction.	Но они тут же наткнулись на ручей, который тек в обратном направлении.
"Very curious," said Dr. Messinger.	"Ввесьма любопытно, - сказал доктор Мессингер.
"A discovery of genuine scientific value."	- Это открытие имеет подлинную научную ценность".
Next day they waded through four streams at intervals of two miles, running alternately North and South.	На следующий день они перешли вброд четыре ручья; одни текли на север, другие на юг.
The chart began to have a mythical appearance.	Карта начала принимать фантастические очертания.
"Is there a name for any of these streams," he asked Rosa.	- У этих ручьев есть названия? - спросил он Розу.
"Macushi people called him Waurupang."	- Макуши называть его Ваурупанг.
"No, not river where we first camped: These rivers."	- Нет, нет, не ту реку, где наш первый лагерь. Эти реки.
"Yes, Waurupang."	- Да, Ваурупанг.
"This river here."	- Вот эту реку.
"Macushi people call him all Waurupang."	- Макуши все называть Ваурупанг.

"It's hopeless," said Dr. Messinger. "Don't you think that possibly we have struck the upper waters of the Waurupang?" suggested Tony, "and have crossed and recrossed the stream as it winds down the valley.""It is a hypothesis," said Dr. Messinger.	- Безнадежно, - сказал доктор Мессингер.
When they were near water they forced their way through blind bush; the trail there was grown over and barred by timber; only Indian eyes and Indian memory could trace its course; sometimes they crossed little patches of dry savannah, dun grass growing in tufts from the baked earth; thousands of lizards scampered and darted before their feet and the grass rustled like newspaper; it was burning hot in these enclosed spaces.	Им приходилось пробираться через сплошной кустарник. У берегов тропа заросла, и ее то и дело перегораживали стволы упавших деревьев; углядеть и запомнить ее мог только индеец; иногда они проходили крохотными участками пересохшей саванны: темно-серая трава пучками выбивалась из растрескавшейся земли, тысячи ящериц стремглав пускались наутек при их приближении, трава шуршала под ногами, как газета; на этих огражденных стеной леса участках стояла палящая жара.
Sometimes they climbed up into the wind, over loose red pebbles that bruised their feet; after these painful ascents they would lie in the wind till their wet clothes grew cold against their bodies; from these low eminences they could see other hill tops and the belts of bush through which they had travelled, and the file of porters trailing behind them.	Иногда, чтоб их прохватило ветерком, они влезали на холм по осыпающейся, больно бьющей по ногам гальке; после этих мучительных восхождений они ложились с подветренной стороны и лежали так, пока мокрая одежда не начинала холодить тело: с этих небольших высоток были видны другие холмы, пройденные ими участки леса и шеренга носильщиков, идущая следом.
As each man and woman arrived he sank on to the dry grass and rested against his load; when the last of them came up with the party Dr. Messinger would give the word and they would start off again, descending into the green heart of the forest before them.	Подходя, все, и мужчины и женщины, поочередно опускались на сухую траву и опирались на свой груз; когда показывался завершавший шествие, доктор Мессингер подавал команду, и они снова пускались в путь, продираясь сквозь охватившие их плотным кольцом зеленые чащобы.
Tony and Dr. Messinger seldom spoke to one another, either when they were marching or at the halts for they were constantly strained and exhausted.	Тони и доктор Мессингер почти не разговаривали друг с другом как на марше, так и во время передышек, потому что всегда были на пределе сил и едва не валились с ног от усталости.
In the evenings after they had washed and changed into clean shirts and flannel trousers, they talked a little, mostly about the number of miles they had done that day, their probable position and the state of their feet.	По вечерам, умывшись и переодевшись в сухие рубашки и фланелевые брюки, они перебрасывались парой фраз, в основном о том, сколько миль они сегодня прошли, где находятся и как сбили ноги.
They drank rum and water after their bath; for supper there was usually bully beef stewed with rice and flour dumplings.	Выкупавшись, они пили ром с водой; на ужин обычно ели мясные консервы с рисом или клецками.
The Indians ate farine, smoked hog and occasional delicacies picked up by the way - armadillo, iguana, fat white grubs from the palm trees.	Индейцы ели фаринью и копченое мясо кабана, а временами лакомились добытыми по пути деликатесами: броненосцами, ящерицами, жирными белесыми червями, живущими на пальмах.

The women had some dried fish with them that lasted for eight days; the smell grew stronger every day until the stuff was eaten, then it still hung about them and the stores but grew fainter until it merged into the general indefinable smell of the camp.	Женщины захватили с собой вяленую рыбу - ее хватило на восемь дней; вонь с каждым днем становилась все сильнее, пока, наконец, рыбу не съели; однако и они сами и товары насквозь пропитались рыбным запахом; правда, со временем он стал слабее, смешавшись с общим нераспознаваемым запахом лагеря.
There were no Indians living in this country.	В этой местности индейцы не селились.
In the last five days of the march they suffered from lack of water.	В последние пять дней марта стала ощущаться нехватка воды.
They had left the Waurupang behind and the streams they came to were mostly dry; they had to reconnoitre up and down their beds in search of tepid, stagnant puddles.	Ручьи на пути по большей части пересохли, и приходилось обследовать русла в поисках тепловатых стоячих луж.
But after two weeks they came to a river once more, flowing deep and swift to the Southeast.	Но через две недели они снова вышли к реке, полноводно и быстро несущей свои воды на юго-восток.
This was the border of the Pie-wie country and Dr.	Здесь начинался край пай-ваев.
Messinger marked the place where they stopped, Second Base Camp.	Доктор Мессингер поименовал эту стоянку "Второй опорный лагерь".
The cabouri fly infested this stream in clouds.	Над рекой тучами носились мухи кабури.
"John, I think it's time you had a holiday."	- Джон, я думаю, тебе пора отдохнуть.
"A holiday what from, mumsey?"	- Отдохнуть от чего, мамчик?
"A change ... I'm going to California in July.	-Ну, переменить обстановку... Я в июле еду в Калифорнию.
To the Fischbaums - Mrs. Arnold Fischbaum, not the one who lives in Paris.	К Фишбаумам не к тем, что в Париже, а к миссис Арнольд Фишбаум.
I think it would do you good to come with me."	Я думаю, было б хорошо, если б ты поехал со мной.
"Yes, mumsey."	- Да, мамчик.
"You would like it, wouldn't you?"	-Ты б хотел со мной поехать, не так ли?
"Me?	- Кто? Я?
Yes, I'd like it."	Конечно, хотел.
"You've picked up that way of talking from Brenda.	- Это ты у Бренды научился.
It sounds ridiculous in a man."	Мужчине смешно так говорить.
"Sorry, mumsey."	- Извини, мамчик.
"All right then, that's settled."	- Отлично, значит решено.
At sunset the cabouri fly disappeared.	На закате кабури исчезли.

Until then, through the day, it was necessary to keep covered; they settled on any exposed flesh like house-flies upon jam; it was only when they were gorged that their bite was perceptible; they left behind a crimson, smarting circle with a black dot at its centre.	Но весь день от них приходилось укрываться; они набрасывались на обнаженные участки кожи, как мухи на варенье; их укусы давали себя знать, только когда они, насытившись, отваливались, оставляя алый болезненный кружок с черной точечкой в центре.
Tony and Dr. Messinger wore cotton gloves which they had brought for the purpose, and muslin veils, hanging down under their hats.	Тони и доктор Мессингер не снимали специально привезенных из Англии нитяных перчаток и муслиновых сеток, спускающихся из-под шляп.
Later they employed two women to squat beside their hammocks and fan them with leafy boughs; the slightest breeze was enough to disperse the flies, but soon as Tony and Dr. Messinger dozed the women would lay aside their work, and they woke instantly, stung in a hundred places.	Позже они подрядили двух женщин, и те, усевшись на корточках у гамаков, обмахивали их ветками; мух разгоняло легчайшее дуновение, но стоило Тони и доктору Мессингеру задремать, как женщины откладывали опахала, мухи накидывались на путешественников с удесятеренной энергией, и те тут же просыпались.
The Indians bore the insects as cows bear horse-flies; passively with occasional fretful outbursts when they would slap their shoulders and thighs.	Индейцы относились к насекомым так же покорно, как коровы к слепням; лишь иногда в приступе раздражения они хлопали себя по лопаткам и ляжкам.
After dark there was some relief for there were few mosquitoes at this camp but they could hear the vampire bats all night long nuzzling and flapping against their netting.	С наступлением темноты становилось легче; в этом лагере москитов почти не было, но зато они слышали, как всю ночь напролет вампиры машут крыльями и тычутся в сетку.
The Indians would not go hunting in this forest.	Индейцы ни за что не желали здесь охотиться.
They said there was no game, but Dr. Messenger said it was because they were afraid of the evil spirits of the Pie-wie people.	Они уверяли, что тут нет дичи, но доктор Мессингер говорил, что они боятся пай-вайских злых духов.
Provisions were not lasting as well as Dr. Messinger had calculated.	Провизия уходила гораздо быстрее, чем рассчитывал доктор Мессингер.
During the march it had been difficult to keep a proper guard over the stores.	Уследить за провиантом во время переходов было невозможно.
There was a bag of farine, half a bag of sugar and a bag of rice short.	Они недосчитались мешка муки, полмешка сахара и мешка риса.
Dr. Messinger instituted careful rationing; he served them himself, measuring everything strictly in an enamel cup; even so the women managed to get to the sugar behind his back.	Доктор Мессингер урезал рацион; он раздавал еду сам и строго отмерял продукты эмалированной кружкой, но женщины все равно изловчались за его спиной подобраться к сахару.
He and Tony had finished the rum except for one bottle which was kept in case of emergency.	Они с Тони прикончили весь ром, кроме одной бутылки, оставленной про запас.
"We can't go on breaking into tinned stores," said Dr. Messinger peevishly.	- Мы не можем позволить себе сидеть на одних консервах, - сказал доктор Мессингер брюзгливо.
"The men must go out and shoot something."	- Придется мужчинам отправиться на охоту.
But they received the orders with expressionless, downcast faces and remained in camp.	Но мужчины выслушали приказание с безучастным выражением на опущенных долу лицах, и остались в лагере.
"No birds, no animals here," explained Rosa.	- Здесь нет птица, нет зверь, - объяснила Роза.

"All gone.	- Вся ушла.
May be they get some fish."	Они могут поймать рыба.
But the Indians could not be persuaded to exert themselves.	Но индейцы не желали себя утруждать и не поддавались ни на какие уговоры.
They could see the sacks and bales of food heaped on the bank; it would be plenty of time to start hunting and fishing when that had been exhausted.	Они видели, что на берегу лежат груды мешков и тюков с едой; вот иссякнут запасы, тогда можно подумать и об охоте.
Meanwhile there were canoes to be built.	А пока надо было строить каноэ.
"This is clearly Amazon water," said Dr. Messinger.	- Это явно воды Амазонки, - сказал доктор Мессингер.
"It probably flows into the Rio Branco or the Rio Negro.	- Они, по всей вероятности, впадают или в Рио-Бранко или в Рио-Негро.
The Pie-wies live along the bank and the City must from all accounts be down-stream of us, up one of the tributaries.	Пай-ваи селятся вдоль берегов, а Град, судя по всему, расположен на одном из притоков где-то вниз по течению.
When we reach the first Pie-wie village we will be able to get guides."	В первой же пай-вайской деревушке мы раздобудем проводников.
The canoes were made of woodskin.	Каноэ сооружали из коры.
Three days were spent in finding trees of suitable age and straightness and in felling them. They cut four trees and worked on them where they lay, clearing the brush for a few feet round them.	Три дня ушло на то, чтобы отыскать четыре прямых дерева подходящего возраста и свалить их. Обрабатывали деревья прямо на месте.
They stripped the bark with their broad-bladed knives; that took another week.	Кору обдирали ножами с широкими лезвиями; на это ушла еще неделя.
They worked patiently but clumsily; one woodskin was split in getting it off the trunk.	Индейцы работали терпеливо, но сноровки у них не было, и, снимая с одного дерева кору, они повредили ее.
There was nothing Tony and Dr. Messinger could do to help. They spent that week guarding the sugar from the women.	Тони и доктор Мессингер ничем не могли помочь им: они провели эту неделю, охраняя от женщин сахар.
As the men moved about the camp and the surrounding bush, their steps were soundless; their bare feet seemed never to disturb the fallen leaves, their bare shoulders made no rustle in the tangled undergrowth their speech was brief and scarcely audible, they never joined in the chatter and laughing of their women; sometimes they gave little grunts as they worked; only once they were merry, when one of them let his knife slip as he was working on the tree-trunk and cut deeply into the ball of his thumb.	Мужчины бесшумно двигались по лагерю и близлежащим зарослям. Они беззвучно раздвигали голыми плечами дремучий подлесок; под их босыми ногами не шуршали опавшие листья; речи их были коротки и почти неслышны, они никогда не присоединялись к болтовне и хихиканью женщин; за работой они иногда ухали в такт; развеселились они всего раз: у одного индейца - он обдирал ствол - соскользнул нож и врезался в мякоть пальца.
Dr. Messinger dressed the wound with iodine, lint and bandages.	Доктор Мессингер обработал рану йодом и забинтовал.
After that the women constantly solicited him, showing him little scratches on their arms and legs and asking for iodine.	После этого женщины не давали ему проходу, они то и дело показывали ему царапины на руках и ногах и просили помазать йодом.

Two of the trees were finished on one day, then another next day (that was the one which split) and the fourth two days after that; it was a larger tree than the others.	С двумя деревьями удалось покончить за один день; на третье ушел весь следующий день (это было то самое, у которого повредили кору), а на четвертое - еще два: оно было больше других.
When the last fibre was severed four men got round the trunk and lifted the skin clear.	Когда последние волокна были обрублены, четверо мужчин встали вокруг ствола и сняли кору целиком.
It curled up again at once making a hollow cylinder, which the men carried down to the water-side and set afloat, fastening it to a tree with a loop of vine-rope.	Она тут же скрючилась, образовав полый цилиндр, который мужчины отнесли к реке и спустили на воду, привязав лозой к дереву.
When all the woodskins were ready it was an easy matter to make canoes of them.	После того как кору подготовили, сделать из нее каноэ было не слишком сложно.
Four men held them open while two others fixed the struts.	Четверо мужчин растягивали кору, двое других укрепляли распоры.
The ends were left open, and curled up slightly so as to lift them clear (when the craft was fully laden it drew only an inch or two of water).	Концы оставляли незаделанными и слегка загибали так, чтобы они вздымались над водой (при полной загрузке каноэ должно было погружаться в воду лишь на один-два дюйма).
Then the men set about fashioning some single-bladed paddles; that, too, was an easy matter.	Потом мужчины принялись за однолопастные весла; это тоже было довольно несложно.
Every day Dr. Messinger asked Rosa,	Доктор Мессингер ежедневно спрашивал Розу:
"When will the boats be ready?	- Когда лодки будут готовы?
Ask the men," and she replied,	Спроси мужчин. И она отвечала:
"Just now."	-Вот сейчас.
"How many days - four? - five? - how many?"	- Сколько еще дней понадобится? Четыре? Пять? Сколько?
"No, not many.	- Нет, совсем мало.
Boats finish just now."	Лодка кончать, совсем сейчас.
At last when it was clear that the work was nearly complete, Dr. Messinger busied himself with arrangements.	Когда стало ясно, что работы близятся к концу, доктор Мессингер занялся подготовкой к отъезду.
He sorted out the stores, dividing the necessary freight into two groups; he and Tony were to sit in separate boats and each had with him a rifle and ammunition, a camera, tinned rations, trade goods and his own luggage.	Он разобрал запасы, разбив грузы первой необходимости на две группы; они с Тони должны были сидеть в разных лодках, каждый брал с собой ружье и патроны, фотоаппарат, рацион консервов, товары для обмена и личные вещи.
The third canoe which would be manned solely by Indians was to hold the flour and rice, sugar and farine, and the rations for the men.	На третье каноэ, где должны были плыть одни индейцы, грузились мука, рис, сахар, фаринья и еда для индейцев.
The canoes would not hold all the stores and an 'emergency dump' was made a little way up the bank.	Каноэ явно не могло увезти все товары, и "аварийный фонд" свалили в кучу неподалеку от берега.
"We shall take eight men with us.	- С нами пойдут восемь человек.

Four can stay behind with the women to guard the camp.	Четверо останутся с женщинами охранять лагерь.
Once we are among the Pie-wies everything will be easy.	Главное, добраться до пай-ваев, дальше все пойдет как по маслу.
These Macushis can go home then.	Тогда макуши могут отправляться домой.
I don't think they will rob the stores.	Думаю, они не разграбят наших запасов.
There is nothing here that would be much use to them."	Здесь нет ничего такого, на что бы они позарились.
"Hadn't we better keep Rosa with us to act as interpreter with the Macushis?"	- А не взять ли нам с собой Розу, чтоб она служила переводчиком?
"Yes, perhaps we had.	- Да, надо бы взять.
I will tell her."	Я ей скажу.
That evening everything was finished except the paddles.	К вечеру было готово все, кроме весел.
In the first exhilarating hour of darkness, when Tony and Dr. Messinger were able to discard the gloves and veils that had been irking them all day, they called Rosa across to the part of the camp where they ate and slept.	И едва наступила благословенная тьма, Тони и доктор Мессингер сбросили перчатки и сетки, действовавшие им весь день на нервы, и затребовали Розу на ту половину лагеря, где они спали и ели.
"Rosa, we have decided to take you down the river with us.	- Роза, мы решили взять тебя с собой вниз по реке.
We need you to help us talk to the men.	Ты нам нужна, чтоб объясняться с мужчинами.
Understand?"	Поняла?
Rosa said nothing; her face was perfectly blank, lit from below by the storm lantern that stood on a box between them; the shadow of her high cheek bones hid her eyes; lank, ragged hair, a tenuous straggle of tattooing along forehead and lip, rotund body in its filthy cotton gown, bandy brown legs.	Роза молчала; на лице ее, освещенном снизу стоявшим на ящике фонарем, ничего не отразилось; тень от высоких скул скрывала глаза; прямые, рваные космы, редкая вязь татуировки на лбу и губах, бочкообразная фигура в засаленном ситцевом платье, коричневые ноги колесом.
"Understand?"	- Поняла?
But still she said nothing; she seemed to be looking over their heads into the dark forest, but her eyes were lost in shadow.	Она снова промолчала; казалось, она всматривается в темную чащу поверх их голов, но глаза ее крылись в тени.
"Listen, Rosa, all women and four men stay here in camp.	- Дослушай, Роза, все женщины и четверо мужчин останутся здесь в лагере.
Six men come in boats to Pie-wie village.	Восемь человек поплывут на лодках до деревни пай-ваев.
You come with boats.	Ты поедешь на лодке.
When we reach Pie-wie village, you and eight men and boats go back to camp to other women and men.	Как только мы придем к пай-ваям, ты и восемь мужчин вернетесь на лодках назад в лагерь.
Then back to Macushi country.	И потом все вместе назад к макуши.
Understand?"	Поняла?
At last Rosa spoke.	Наконец Роза заговорила:

"Macushi people no go with Pie-wie people."	- Макуши не ходить с пай-вай.
"I am not asking you to go with Pie-wie people.	- Я вас не прошу ходить с пай-ваями.
You and men take us as far as Pie-wies, then you go back to Macushi people.	Ты и мужчины дойдете с нами до пай-ваев, а потом вернетесь к макуши.
Understand?"	Поняла?
Rosa raised her arm in an embracing circle which covered the camp and the road they had travelled and the broad savannahs behind them.	Роза подняла руку и очертила в воздухе круг, охватывающий лагерь, дорогу, по которой они пришли, и широкие просторы саванны позади.
"Macushi peoples there," she said.	- Макуши там, - сказала она.
Then she raised the other arm and waved it down-stream towards the hidden country.	Потом подняла другую руку и махнула в сторону далекого края, лежащего где-то вниз по течению реки.
"Pie-wie peoples there," she said.	- Пай-вай там, - сказала она.
"Macushi peoples no go with Pie-wie peoples."	- Макуши с пай-вай не ходить.
"Now listen, Rosa.	- Послушай, Роза.
You are sensible woman.	Ты разумная, культурная женщина.
You lived two years with black gentleman, Mr. Forbes.	Ты прожила два года с черным джентльменом мистером Форбсом.
You like cigarettes - "	Ты любишь сигареты...
"Yes, give me cigarettes."	- Да, дай сигарета.
"You come with men in boats, I give you plenty, plenty cigarettes."	- Ты поедешь с мужчинами в лодках, и я дам тебе много-много сигарет.
Rosa looked stolidly ahead of her and said nothing.	Роза безучастно смотрела перед собой и молчала.
"Listen.	- Послушай.
You will have your man and seven others to protect you.	С тобой едут твой муж и еще семь мужчин они не дадут тебя в обиду.
How can we talk with men without you?"	Как же мы будем разговаривать с мужчинами без тебя?
"Men no go," said Rosa.	- Мужчина не ходить, - сказала Роза.
"Of course the men will go.	- Разумеется, мужчины пойдут с нами.
The only question is, will you come too?"	Вопрос только в том, пойдешь ли ты?
"Macushi peoples no go with Pie-wie peoples," said Rosa.	- Макуши с пай-вай не ходить, - сказала Роза.
"Oh God," said Dr. Messinger Wearily. "All right we'll talk about it in the morning."	- Господи, - устало сказал доктор Мессингер, -ладно поговорим об этом утром.
"You give me cigarette ..."	- Дай сигарета...
"It's going to be awkward if that woman doesn't come."	- Мы попадем в хороший переплет, если она не пойдет.
"It's going to be much more awkward if none of them come," said Tony.	- И еще в лучший, если никто из них не пойдет, -сказал Тони.

Next day the boats were ready.	Назавтра лодки были готовы.
By noon they were launched and tied in to the bank.	К полудню их спустили на воду и поставили на прикол.
The Indians went silently about the business of preparing their dinner.	Индейцы молча занялись приготовлением обеда.
Tony and Dr. Messinger ate tongue, boiled rice and some tinned peaches.	Тони и доктор Мессингер ели язык, вареный рис и консервированные персики.
"We're all right for stores," said Dr. Messinger. "There's enough for three weeks at the shortest and we are bound to come across the Pie-wies in a day or two.	- С запасами все в порядке, - сказал доктор Мессингер, - нам их хватит по меньшей мере на три недели, а мы доберемся до пай-ваев за день-два, не больше.
We will start tomorrow."	Выходим завтра
The Indians' wages, in rifles, fish-hooks and rolls of cotton, had been left behind for them at their village.	Ружья, рыболовные крючки и рулоны ситца -жалованье индейцам - они оставили в деревне.
There were still half a dozen boxes of 'trade' for use during the later stages of the journey.	Но у них было с собой еще с полдюжины ящиков с "обменным фондом" для использования на последующих стадиях путешествия.
A leg of bushpig was worth a handful of shot or twenty gun caps in that currency; a fat game bird cost a necklace.	По местной системе цен нога кабана стоила пригоршню дроби или двадцать ружейных пистонов; за упитанную птицу требовали бусы.
When dinner was over, at about one o'clock, Dr. Messinger called Rosa over to them.	Около часа, когда с обедом было покончено, доктор Мессингер призвал Розу.
"We start tomorrow," he said.	- Завтра выходим, - сказал он.
"Yes, just now."	- Да, прямо сейчас.
"Tell the men what I told you last night.	- Передай мужчинам, что я сказал тебе вчера вечером.
Eight men to come in boats, others wait here.	Восемь человек едут в лодках, остальные ждут здесь.
You come in boats.	Ты тоже едешь в лодке.
All these stores stay here. All these stores go in boats.	Все эти запасы грузятся в лодки.
You tell men that."	Передай это мужчинам.
Rosa said nothing.	Роза ничего не сказала.
"Understand?"	- Поняла?
"No peoples go in boats," she said.	- Мужчина не ходить лодка, - сказала она.
"All peoples go this way," and she extended her arm towards the trail that they had lately followed.	- Наша вся ходить туда, - и она указала рукой на тропинку, по которой они пришли.
"Tomorrow or next day all people go back to village."	- Завтра-послезавтра мы ходить назад деревня.
There was a long pause; at last Dr. Messinger said,	Последовала долгая пауза, наконец доктор Мессингер сказал:

"You tell the men to come here ... It's no use threatening them," he remarked to Tony when Rosa had waddled back to the fireside.	- Скажи мужчинам, пусть идут сюда... Не имеет смысла им угрожать, сказал он Тони, когда Роза, переваливаясь, пошла к костру.
"They are a queer, timid lot.	- Народец они чудной и боязливый.
If you threaten them they take fright and disappear leaving you stranded.	Если им угрожать, они перепугаются и удерут оставив вас на мели.
Don't worry, I shall be able to persuade them."	Не беспокойтесь, я сумею их убедить.
They could see Rosa talking at the fireside but none of the group moved.	Они видели, как Роза что-то говорила у костра; но никто из индейцев не сдвинулся с места.
Presently, having delivered her message, she was silent and squatted down among them with the head of one of the women between her knees.	Передав поручение, Роза тоже замолкла и уселась на корточки, положив к себе на колена голову одной из женщин.
She had been searching it for lice when Dr. Messinger's summons had interrupted her.	Она искала у подруги вшей, когда доктор Мессингер, призвав ее, прервал это занятие.
"We'd better go across and talk to them."	- Надо подойти к ним, поговорить.
Some of the Indians were in hammocks.	Некоторые индейцы лежали в гамаках.
The others were squatting on their heels; they had scraped earth over the fire and extinguished it.	Другие сидели на корточках; набрав земли, они засыпали ею костер.
They gazed at Tony and Dr. Messinger with slit, pig eyes.	Они уставились на Тони и доктора Мессингера щелочками свинячьих глазок.
Only Rosa seemed incurious; her head was averted; all her attention went to her busy fingers as she picked and crunched the lice from her friend's hair.	Только Роза осталась безразличной; она отвернулась и вся ушла в работу, ее пальцы деловито шныряли, извлекая из волос подруги вшей и давя их.
"What's the matter?" asked Dr. Messinger.	- В чем дело? - спросил доктор Мессингер.
"I told you to bring the men here."	- Я тебя просил привести мужчин.
Rosa said nothing.	Роза молчала.
"So Macushi people are cowards.	- Значит, макуши трусы.
They are afraid of Pie-wie people."	Они боятся пай-ваев;
"It's the cassava field," said Rosa. "We must go back to dig the cassava.	- Все маниок, - сказала Роза, - надо ходить копать маниок.
Otherwise it will be bad."	А то будет плохой.
"Listen.	- Послушай.
I want the men for one, two weeks.	Мне нужны мужчины на одну-две недели.
No more.	Не больше.
After that, all finish. They can go home."	Потом конец, они могут идти домой.
"It is the time to dig the cassava.	- Пора копать маниок.
Macushi people dig cassava before the big rains.	Макуши копать маниок до большой Дождь.
All people go home just now." "It's pure blackmail," said Dr. Messinger. "Let's get out some trade goods."	Мы ходить сейчас домой.

He and Tony together prised open one of the cases and began to spread out the contents on a blanket.	Мессингер и Тони вскрыли один из ящиков и разложили товары на одеяле.
They had chosen these things together at a cheap store in Oxford Street.	Они выбирали эти вещи вместе в дешевой лавке на Оксфорд-стрит.
The Indians watched the display in unbroken silence.	Индейцы в полном молчании следили за демонстрацией.
There were bottles of scent and pills, bright celluloid combs set with glass jewels, mirrors, pocket knives with embossed aluminum handles, ribbons and necklaces and barter of more solid worth in the farm of axe-heads, brass cartridge cases and flat, red flasks of gunpowder.	Из ящика появлялись бутылочки духов и пилюль, яркие целлулоидные гребенки, утыканные стекляшками, зеркала, перочинные ножи с узорными алюминиевыми ручками, ленты, ожерелья и более солидный обменный товар в виде топоров, мелких патронных гильз и плоских красных пороховниц с черным порохом.
"You give me this," said Rosa picking out a pale blue rosette, that had been made as a boat-race favour. "Give me this," she repeated, rubbing some drops of scent into the palm of her hands and inhaling deeply.	- Дай мне, - сказала Роза, выбрав бледно-голубую розетку, сувенир лодочных гонок, - дай мне, -повторила она, покапав на ладонь духами и вдыхая их запах.
"Each man can choose three things from this box if he comes in the boats."	- Каждый, кто пойдет на лодках, может взять три вещи из этого ящика.
But Rosa replied monotonously,	Роза монотонно отвечала:
"Macushi people dig cassava field just now."	- Макуши прямо сейчас копать маниок.
"It's no good," said Dr. Messinger after half an hour's fruitless negotiation.	- Ничего не получается, - сказал доктор Мессингер, потратив полчаса на бесплодные переговоры.
"We shall have to try with the mice.	- Придется пустить в ход мышей.
I wanted to keep them till we reached the Pie-wies.	Я хотел попридержать их для пай-ваев.
It's a pity.	Жаль.
But they'll fall for the mice, you see.	Но вы увидите, против мышей им не устоять.
I know the Indian mind."	Я индейцев знаю как свои пять пальцев.
These mice were comparatively expensive articles; they had cost three and sixpence each, and Tony remembered vividly the embarrassment with which he had witnessed their demonstration on the floor of the toy department.	Мыши обошлись довольно дорого: в три шиллинга шесть пенсов штука, и Тони живо вспомнил, какой конфуз он пережил в отделе игрушек, когда мышей запустили по полу.
They were of German manufacture; the size of large rats but conspicuously painted in spots of green and white; they had large glass eyes, stiff whiskers and green and white ringed tails; they ran on hidden wheels, and inside them were little bells that jingled as they moved.	Мыши немецкого производства размером с крупную крысу были весьма броско расписаны зелеными и белыми пятнами; у них были выпученные стеклянные глаза, жесткие усы и кольчатые бело-зеленые хвосты; мыши передвигались на скрытых колесиках, и при беге внутри корпуса у них звенели колокольчики.
Dr. Messinger took one out of their box, unwrapped the tissue paper and held it up to general scrutiny.	Доктор Мессингер вынул одну мышь из коробки, развернул папиросную бумагу и подержал игрушку для всеобщего обозрения в воздухе.
There was no doubt that he had captured his audience's interest.	Аудитория следила за ним затаив дыхание.

Then he wound it up.	Тогда он завел мышь.
The Indians stirred apprehensively at the sound.	Индейцы заметно насторожились.
The ground where they were camping was hard mud, inundated at flood time.	Лагерь располагался на застывшей, как камень, глиняной площадке, которая затоплялась при разливе реки.
Dr. Messinger put the toy down at his feet and set it going; tinkling merrily it ran towards the group of Indians.	Доктор Мессиигер поставил игрушку на землю и запустил: весело позванивая, мышь покатилась к индейцам.
For a moment Tony was afraid that it would turn over, or become stuck against a root but the mechanism was unimpaired and by good chance there was a clear course.	На какой-то миг Тони испугался, что она перевернется или застрянет у какого-нибудь корня, но механизм работал отлично, и, к счастью, мышь не встретила на своем пути никаких помех.
The effect exceeded anything that he had expected.	Эффект превзошел все его ожидания.
There was a loud intake of breath, a series of horrified, small grunts, a high wail of terror from the women, and a sudden stampede; a faint patter of bare brown feet among the fallen leaves, bare limbs, quiet as bats, pushed through the undergrowth, ragged cotton gowns caught and tore in the thorn bushes.	Сначала у индейцев перехватило дыхание. Затем раздались сдавленные, полные ужаса вздохи, потом пронзительный женский визг - и вдруг индейцы пустились врассыпную; еле слышный топот босых коричневых подошв по опавшей листве; голые ноги неслышно, как нетопыри, продираются через подлесок, ветхие ситцевые платья клочьями повисают на колючих кустарниках.
Before the toy had run down, before it had jingled its way to the place where the nearest Indian had been squatting, the camp was empty.	Не успела мышь, звеня всеми своими колокольчиками, домчать до ближайшего индейца, как лагерь опустел.
"Well I'm damned," said Dr. Messinger, "that's better than I expected."	- Фу ты черт, - сказал доктор Мессингер, -результат оправдал все ожидания.
"More than you expected anyway."	- Во всяком случае, он их явно превзошел.
"Oh it's all right.	- Все в порядке.
They'll come back.	Они вернутся.
I know them."	Я индейцев знаю как свои пять пальцев.
But by sundown there was still no sign.	Но к закату они не появились.
Throughout the hot afternoon Tony and Dr. Messinger, shrouded from cabouri fly, sprawled in their hammocks.	И весь день напролет Тони и доктор Мессингер, обмотавшись сетками от кабури, провалялись в гамаках, изнывая от жары.
The empty canoes lay in the river; the mechanical mouse had been put away.	Пустые каноэ лежали на глади реки; заводных мышей убрали в ящик.
At sundown Dr. Messinger said,	Когда солнце зашло, доктор Мессингер сказал:
"We'd better make a fire.	- Пожалуй, надо развести костер.
They'll come back when it is dark."	Они вернутся, как только стемнеет.
They brushed the earth away from the old embers, brought new wood and made a fire; they lit the storm lantern.	Они смели землю со старых углей, принесли сучьев, развели костер и зажгли фонарь.
"We'd better get some supper," said Tony.	- Не мешало бы поужинать, - сказал Тони.

They boiled water and made some cocoa, opened a tin of salmon and finished the peaches that were left over from midday.	Они вскипятили воду и сварили какао, открыли банку, лососины и прикончили оставшиеся с обеда- персики.
They lit their pipes and drew the sheaths of mosquito netting across their hammocks. Most of this time they were silent.	Потом закурили трубки и натянули на гамаки противомоскитные сетки, И все это почти без слов.
Presently they decided to go to sleep.	Немного погодя они решили лечь спать.
"We shall find them all here in the morning," said Dr. Messinger.	- К утру они все будут здесь, - сказал доктор Мессингер.
"They're an odd bunch."	- Это нравный народец.
All round them the voices of the bush whistled and croaked, changing with the hours as the night wore on to morning.	Вокруг раздавался свист и хрип лесных обитателей; и с каждым часом, пока ночь переходила в утро, одним голосам приходили на смену другие.
Dawn broke in London, clear and sweet, dove-grey and honey, with promise of good weather; the lamps in the streets paled and disappeared; the empty streets ran with water, and the rising sun caught it as it bubbled round the hydrants; the men in overalls swung the nozzles of their hoses from side to side and the water jetted and cascaded in a sparkle of light.	В Лондоне занимался рассвет, прозрачный и нежный, сизо-голубой и золотистый, предвестник хорошей погоды; фонари бледнели и гасли, по пустынным улицам струилась вода, и восходящее солнце расцвечивало извергающиеся из водоразборных кранов потоки; мужчины в комбинезонах крутили жерла шлангов, и струи взлетали фонтанами и ниспадали водопадами в сверкании солнечных лучей.
"Let's have the window open," said Brenda.	- Давай попросим открыть окно, - сказала Бренда.
"It's stuffy in here."	- Здесь душно.
The waiter drew back the curtains, opened, the windows.	Официант отдернул занавески, распахнул окна.
"It's quite light," she added.	- Смотри, совсем светло, - добавила она.
"After five.	- Шестой час.
Oughtn't we to go to bed."	Не пора ли по домам?
"Yes."	-Да.
"Only another week and then all the parties will be over," said Beaver.	- Еще неделя - и конец приемам, - сказал Бивер.
"Yes."	-Да.
"Well let's go."	- Ну что ж, пошли.
"All right.	- Ладно.
Can you pay?	Ты не можешь заплатить?
I just haven't any money."	У меня совсем нет денег.
They had come on after the party, for breakfast at a club Daisy had opened.	Они зашли после гостей позавтракать в клуб к Дейзи.
Beaver paid for the kippers and tea.	Бивер заплатил за копченую селедку и чай.
"Eight shillings," he said.	- Восемь шиллингов, - сказал он.

"How does Daisy expect to make a success of the place when she charges prices like that?"	- И Дейзи еще хочет, чтобы ее лавочка имела успех. Это с такими-то ценами.
"It does seem a lot ... So you really are going to America?"	-Да, и впрямь недешево... Значит, ты все-таки едешь в Америку?
"I must.	- Приходится.
Mother has taken the tickets."	Мать уже взяла билеты.
"Nothing I've said tonight makes any difference?"	- И все, что я тебе сегодня говорила, не играет никакой роли?
"Darling, don't go on.	- Дорогая, не заводись.
We've been through all that.	Ну сколько можно.
You know it's the only thing that can happen.	Ты же знаешь, иначе нельзя.
Why spoil the last week?"	К чему портить нашу последнюю неделю?
"You have enjoyed the summer, haven't you."	- Но ведь тебе было хорошо летом, правда?
"Of course ... well, shall we go?"	- Разумеется... Ну так как, пошли?
"Yes.	- Пошли.
You needn't bother to see me home."	И можешь не трудиться меня провожать.
"Sure you don't mind?	- Ты, правда, не обидишься?
It is miles out of the way and it's late."	Придется делать большой крюк, и потом уже поздно.
"There's no knowing what I mind."	- Как знать, на что я обижусь.
"Brenda, darling, for heaven's sake ... It isn't like you to go on like this."	-Бренда, дорогая, ради бога... Зачем ты заводишься. Это на тебя непохоже.
"I never was one for making myself expensive."	-А я никогда особенно не набивала себе цену.
The Indians returned during the night, while Tony and Dr. Messinger were asleep; without a word spoken the little people crept out of hiding; the women had removed their clothes and left them at a distance so that no twig should betray their movements; their naked bodies moved soundlessly through the undergrowth; the glowing embers of the fire and the storm lantern twenty yards away were their only light; there was no moon.	Индейцы вернулись ночью, пока Тони и доктор Мессингер спали; маленький народец молча выполз из укрытий; женщины оставили платья в кустах, чтоб ни одна задетая ветка не выдала их;) обнаженные тела бесшумно пробирались через подлесок, луна зашла, и тлеющие угли костра и фонарь служили единственным освещением.
They collected their wicker baskets and their rations of farine, their bows and arrows, the gun and their broad-bladed knives; they rolled up their hammocks into compact cylinders.	Они собрали плетеные корзины, свою долю фариньи, луки и стрелы, ружье и ножи; свернули гамаки в тугие тючки.
They took nothing with them that was not theirs.	Они взяли только то, что принадлежало им.
Then they crept back through the shadows, into the darkness.	И уползли, пересекая тени, назад во тьму.
When Tony and Dr. Messinger awoke it was clear to them what had happened.	Проснувшись, Тони и доктор Мессингер сразу поняли, что произошло.

"The situation is grave," said Dr. Messinger. "But not desperate."	- Положение серьезное, - сказал доктор Мессингер, - но не безнадежное.
Four	IV
For four days Tony and Dr. Messinger paddled downstream.	Четыре дня подряд Тони и доктор Мессингер гребли вниз по течению.
They sat, balancing themselves precariously, at the two ends of the canoe; between them they had piled the most essential of their stores; the remainder, with the other canoes, had been left at the camp, to be called for when they had recruited help from the Pie-wies.	Они сидели на концах шаткого каноэ, изо всех сил стараясь сохранить равновесие; между ними лежали грудой жизненно необходимые запасы; остальные вместе с двумя каноэ были оставлены в лагере: они пошлют за ними, когда заручатся помощью пай-ваев.
Even the minimum which Dr. Messinger had selected overweighted the craft so that it was dangerously low; and movement brought the water to the lip of the gunwale and threatened disaster; it was heavy to steer and they made slow progress, contenting themselves for the most part, with keeping end on, and drifting with the current.	Но даже этот необходимый минимум, выбранный доктором Мессингером, был слишком тяжел для каноэ, и оно дало низкую осадку; от любого неосторожного движения вода переплескивалась через планшир, грозя потопом; править было нелегко, и они продвигались крайне медленно, по большей части довольствуясь тем, что плывут по течению.
Twice they came to the stretches of cataract, and here they drew in to the bank, unloaded, and waded beside the boat, sometimes plunging waist deep, sometimes clambering over the rocks, guiding it by hand until they reached clear water again.	На пути они дважды натыкались на водопады, и тут им приходилось подтягивать лодку к берегу, разгружать и, придерживая ее руками, идти рядом по воде, то проваливаясь по пояс, то переползая через скалы.
Then they tied up to the bank and carried their cargo down to it through the bush.	Когда течение становилось спокойным, они ставили каноэ на прикол и переносили грузы сквозь заросли.
For the rest of the way the river was broad and smooth; a dark surface which reflected in fine detail the walls of forest on either side, towering up from the undergrowth to their flowering crown a hundred or more feet above them.	Дальше русло расширялось, и река утихомиривалась; на темной поверхности воды четко отражались стоящие по обоим берегам стволы деревьев, вырастающие из подлеска, которые где-то в вышине, в сотне, а то и больше футов над головой венчали цветущие кроны.
Sometimes they came to a stretch of water scattered with fallen petals and floated among them, moving scarcely less slowly than they, as though resting in a blossoming meadow.	Кое-где река вдруг оказывалась сплошь усыпанной опавшими лепестками; они долго плыли среди них, лишь немногим быстрее течения; казалось, будто они отдыхают на цветущем лугу.
At night they spread their tarpaulin on stretches of dry beach, and hung their hammocks in the bush.	По ночам они растягивали брезент на сухих участках берега или вешали гамаки в лесу.
Only the cabouri fly and rare, immobile alligators menaced the peace of their days.	Лишь мухи кабури да изредка застывшие словно статуи аллигаторы нарушали мирное течение их дней.
They kept a constant scrutiny of the banks but saw no sign of human life.	Они внимательно оглядывали берега, но никаких признаков человеческого жилья не появлялось.
Then Tony developed fever.	А потом Тони подхватил лихорадку.
It came on him quite suddenly, during the fourth afternoon.	Она напала на него совершенно неожиданно, на четвертый день.

At their midday halt he was in complete health and had shot a small deer that came down to drink on the opposite bank; an hour later he was shivering so violently that he had to lay down his paddle; his head was flaming with heat, his body and limbs frigid; by sunset he was slightly delirious.	Когда они остановились в полдень на привал, он прекрасно себя чувствовал и даже подстрелил маленького оленя, который пришел, на другой берег на водопой, а через час его так трясло, что весло пришлось отложить; голова у него горела, руки и ноги окоченели, к заходу солнца он начал бредить.
Dr. Messinger took his temperature and found that it was a hundred and four degrees, Fahrenheit.	Доктор Мессингер смерил ему температуру, оказалось 104 по Фаренгейту.
He gave him twenty-five grains of quinine and lit a fire so close to his hammock that by morning it was singed and blacked with smoke.	Он дал Тони двадцать пять гранов хинина и развел костер совеем рядом с гамаком, так что к утру тот обуглился и закоптился.
He told Tony to keep wrapped up in his blanket, but at intervals throughout that night he woke from sleep to find himself running with sweat; he was consumed with thirst and drank mug after mug of river water.	Он велел Тони закутаться как следует в одеяло и не раскрываться, и ночью Тони то и дело просыпался, обливаясь потом; его мучила жажда, и он хлебал речную воду кружка за кружкой.
Neither that evening nor next morning was he able to eat anything.	Ни вечером, ни на следующее утро он не мог есть.
But next morning his temperature was down again.	Однако наутро температура опять упала.
He felt weak and exhausted but he was able to keep steady in his place and paddle a little.	Он чувствовал себя слабым и изможденным, но все же смог сесть в лодку и даже понемногу грести.
"It was just a passing attack, wasn't it?" he said.	- Это ведь просто приступ, он пройдет? - сказал Тони.
"I shall be perfectly fit tomorrow, shan't I?"	- Завтра я совершенно поправлюсь, правда ведь?
"I hope so," said Dr. Messinger.	- Надо надеяться, - сказал доктор Мессингер.
At midday Tony drank some cocoa and ate a cupful of rice.	В полдень Тони выпил какао и съел чашку риса.
"I feel grand," he said.	- Чувствую себя молодцом, - сказал он.
"Good."	- Вот и прекрасно.
That night the fever came on again.	В эту ночь его снова трепала лихорадка.
They were camping on a sand bank.	Они разбили лагерь на песчаной отмели.
Dr. Messinger heated stones and put them under Tony's feet and in the small of his back.	Доктор Мессингер грел камни и прикладывал их Тони к ногам и к пояснице.
He was awake most of the night fuelling the fire and refilling Tony's mug with water.	Он почти всю ночь не спал; подбрасывал дрова в костер и снова и снова наполнял водой кружку Тони.
At dawn Tony slept for an hour and woke feeling slightly better; he was taking frequent doses of quinine and his ears were filled with a muffled sound as though he were holding those shells to them in which, he had been told in childhood, one could hear the beat of the sea.	На рассвете Тони подремал с час и почувствовал себя лучше; он то и дело принимал хинин, отчего в ушах раздавался глухой звон, словно он припал ухом к раковине, в которой, как ему говорили в детстве, слышен шум прибоя.
"We've got to go on," said Dr. Messinger.	- Надо ехать, - сказал доктор Мессингер.
"We can't be far from a village now."	- Мы наверняка недалеко от деревни.

"I feel awful.	- Ужасно себя чувствую.
Wouldn't it be better to wait a day till I am perfectly fit again."	Может, лучше подождать денек, пока я не поправлюсь окончательно?
"It's no good waiting.	- Ждать тот смысла.
We've got to get on. D'you think you can manage to get into the canoe?"	Надо ехать.
Dr. Messinger knew that Tony was in for a long bout.	Доктор Мессингер понимал, что Тони прихватило надолго.
For the first few hours of that day Tony lay limp in the bows.	Почти все утро Тони пролежал без движения на носу.
They had shifted the stores so that he could lie full length.	Г рузы передвинули так, чтобы он мог вытянуться во весь рост.
Then the fever came on again and his teeth chattered. He sat up and crouched with his head in his knees, shaking all over; only his forehead and cheeks were burning hot under the noon sun.	Потом его снова затрясла лихорадка, да так, что застучали зубы; Тони сел, уткнув голову в колени, его било мелкой дрожью, лоб и щеки обжигало полуденное солнце.
There was still no sign of a village.	Деревня по-прежнему не показывалась.
It was late in the afternoon when he first saw Brenda.	День уже клонился к концу, когда он впервые увидел Бренду.
For some time he had been staring intently at the odd shape amidships where the stores had been piled; then he realized that it was a human being.	Какое-то время он разглядывал странный предмет в средней части судна, где были свалены товары, потом понял, что это человеческая фигура.
"So the Indians came back?" he said.	- Значит, индейцы вернулись? - спросил он.
"Yes." "I knew they would. Silly of them to be scared by a toy. I suppose the others are following." "Yes, I expect so. Try and sit still."	- Да, по-видимому. Постарайтесь лежать тихо.
"Damned fool, being frightened of a toy," Tony said derisively to the woman amidships.	- Вот дура-то, испугалась заводной мыши, -презрительно обратился Тони к женщине в лодке.
Then he saw that it was Brenda.	И тут он увидел, что это Бренда.
"I'm sorry," he said.	- Извини, - сказал он.
"I didn't see it was you.	- Я не знал, что это ты.
You wouldn't be frightened of a toy."	Ты б никогда не испугалась заводной мыши.
But she did not answer him.	Она не отвечала.
She sat as she used often to sit when she came back from London, huddled over her bowl of bread and milk.	Она сидела сгорбившись, как частенько сидела над своей миской хлеба с молоком, когда возвращалась в былые дни из Лондона.
Dr. Messinger steered the boat in to the side.	Доктор Мессингер отвел лодку к берегу.
They nearly capsized as he helped Tony out.	Он помог Тони выйти на берег - и они чуть не перевернули каноэ.
Brenda got ashore without assistance.	Бренда самостоятельно вышла на берег.
She stepped out in her delicate, competent way, keeping the balance of the boat.	Она ступала изящно и уверенно, не колебля лодки.

"That's what poise means," said Tony.	- Вот - что значит уметь держать себя, - сказал Тони.
"D'you know I once saw a questionnaire that people had to fill in when they applied for a job in an American firm, and one of the things they had to answer was 'Have you poise?' "	- Знаете, мне как-то попалась анкета, которую заполняют, нанимаясь на работу в одну американскую фирму; так вот, там есть вопрос: "Умеете ли вы держать себя?"
Brenda was at the top of the bank waiting for him.	Бренда ждала его на берегу.
"What was so absurd about the question was that they had only the applicant's word for it," he explained laboriously. "I mean - is it a sign of poise to think you have it."	- И самое глупое в этом вопросе, что им приходится принимать на веру слова претендента, - объяснил он старательно; - Ведь если ты сам считаешь, что умеешь себя держать, это еще не доказательство.
"Just sit quiet here while I sling your hammock."	- Посидите тихо, пока я привешу гамак.
"Yes, I'll sit here with Brenda.	- Да, я посижу здесь с Брендой.
I am so glad she could come.	Я так рад, что она смогла приехать.
She must have caught the three-eighteen."	Она, по-видимому, успела на 3.18.
She was with him all that night and all the next day.	Она провела с ним всю ночь и весь следующий день.
He talked to her ceaselessly but her replies were rare and enigmatic.	Он без умолку разговаривал с ней, но она отвечала редко и загадочно.
On the succeeding evening he had another fit of sweating.	На следующий вечер с него опять потоками лился пот.
Dr. Messinger kept a large fire burning by the hammock and wrapped Tony in his own blanket.	Доктор Мессингер развел большой костер прямо у гамака и закутал Тони в свое одеяло;
An hour before dawn Tony fell asleep and when he awoke Brenda had gone.	За час до рассвета Тони уснул, а когда он проснулся, Бренда исчезла.
"You're down to normal again."	- Вот вы и опять пришли в норму.
"Thank God.	- Слава богу.
I've been pretty ill, haven't I?	Меня здорово прихватило, верно?
I can't remember much."	Я почти ничего не помню.
Dr. Messinger had made something of a camp.	Доктор Мессингер разбил некое подобие лагеря.
He had chopped a square clear of undergrowth, the size of a small room.	Он вырубил квадратик подлеска размером с крохотную комнатку.
Their two hammocks hung on opposite sides of it.	Их гамаки висели друг против друга.
The stores were all ashore, arranged in an orderly pile on the tarpaulin.	На берегу аккуратной кучкой были сложены на брезенте грузы.
"How d'you feel?"	- Как вы себя чувствуете?
"Grand," said Tony, but when he got out of his hammock he found he could not stand without help.	- Молодцом, - сказал Тони, и, выбравшись из гамака, обнаружил, что у него подгибаются ноги.
"Of course, I haven't eaten anything.	- Ну, конечно, я ведь ничего не ел.
I expect it will be a day or two before I'm really well."	Наверное, пройдет день-два, прежде чем я приду в себя.

Dr. Messinger said nothing, but strained the tea clear of leaves by pouring it slowly from one mug into another; he stirred into it a large spoonful of condensed milk.	Доктор Мессингер ничего не ответил; он старательно очищал чай от листьев, медленно переливая его из одной кружки в другую; потом разболтал в нем столовую ложку сгущенного молока.
"See if you can drink this."	- Попробуйте выпить.
Tony drank it with pleasure and ate some biscuits.	Тони с удовольствием выпил чай и съел несколько бисквитов.
"Are we going on today?" he asked.	- Мы сегодня поедем дальше? - спросил он.
"We'll think about it."	- Надо подумать.
He took the mugs down to the bank and washed them in the river.	- Доктор Мессингер отнес кружки на берег и помыл их в реке.
When he came back he said; "I think I'd better explain things.	Вернувшись, он сказал: - Пожалуй, лучше вам прямо сказать, как обстоят дела.
It's no use your thinking you are cured because you are out of fever for one day.	Не стоит думать, будто вы поправились, только потому что лихорадка отпустила вас на день.
That's the way it goes.	Так всегда бывает.
One day fever and one day normal.	Один день трясет, другой отпускает.
It may take a week or it may take much longer.	Это может тянуться неделю, а то и дольше.
That's a thing we've got to face.	Надо смотреть фактам в лицо.
I can't risk taking you in the canoe.	Везти вас в каноэ слишком большой риск.
You nearly upset us several times the day before yesterday."	Позавчера мы из-за вас несколько раз чуть не перевернулись.
"I thought there was someone there I knew."	- Мне померещился один знакомый мне человек.
"You thought a lot of things.	- Вам много чего мерещилось.
It'll go on like that.	И этому нет конца.
Meanwhile we've provisions for about ten days.	А провизии у нас всего на десять дней.
There's no immediate anxiety there but it's a thing to remember.	Особых оснований тревожиться нет, но забывать об этом не следует.
Besides what you need is a roof over your head and constant nursing.	Кроме того, вам нужна крыша над головой и постоянный уход.
If only we were at a village ..."	Если б мы были в деревне...
"I'm afraid I'm being a great nuisance."	- Боюсь, что я вам причиняю массу хлопот.
"That's not the point.	- Не в этом дело.
The thing is to find what is best for us to do."	Прежде всего мы должны решить, как нам лучше всего поступить.
But Tony felt too tired to think; he dozed for an hour or so.	Но Тони так устал, что не мог думать. Он задремал на час-другой.
When he awoke Dr. Messinger was cutting back the bush further.	Когда он проснулся, доктор Мессингер расширял вырубку:

"I'm going to fix up the tarpaulin as a roof."	"Я хочу натянуть брезентовый навес".
(He had marked this place on his map Temporary Emergency Base Camp.)	Эта стоянка получила наименование "Вынужденный опорный лагерь".
Tony watched him listlessly.	Тони безучастно следил за доктором.
Presently he said,	Немного погодя Тони сказал:
"Look here, why don't you leave me here and go down the river for help?"	- Послушайте, а почему бы вам не оставить меня здесь и не спуститься за помощью вниз по реке?
"I thought of that.	- Я уже думал об этом.
It's too big a risk."	Слишком рискованно.
That afternoon Brenda was back at Tony's side and he was shivering and tossing in his hammock.	Днем Бренда вернулась, и Тони снова трясся и метался в своем гамаке.
When he was next able to observe things, Tony noted that there was a tarpaulin over his head, slung to the tree-trunks.	Когда Тони в следующий раз очнулся, он заметил у себя над головой брезентовый навес, привязанный к стволам деревьев.
He asked,	Он спросил:
"How long have we been here?"	- И давно мы здесь?
"Only three days."	- Всего три дня.
"What time is it now?"	- Сколько сейчас времени?
"Getting on for ten in the morning."	- Около десяти утра.
"I feel awful."	- Ужасно себя чувствую.
Dr. Messinger gave him some soup.	Доктор Мессингер дал ему супу.
"I am going downstream for the day," he said, "to see if there's any sign of a village.	- Я на день спущусь вниз по реке, - сказал он, -посмотрю, нет ли поблизости деревни.
I hate leaving you but it's a chance worth taking.	Мне очень не хотелось бы вас оставлять, но стоит рискнуть.
I shall be able to get a long way in the canoe now it's empty.	Пустое каноэ пойдет быстрее.
Lie quiet.	Лежите тихо.
Don't move from the hammock.	Не выходите из гамака.
I shall be back before night.	Я вернусь до темноты.
I hope with some Indians to help."	И, надо надеяться, с индейцами; они нам помогут.
"All right," said Tony and fell asleep.	- Отлично, - сказал Тони и заснул.
Dr. Messinger went down to the river's edge and untied the canoe; he brought with him a rifle, a drinking cup and a day's provisions.	Доктор Мессингер пошел к берегу и отвязал каноэ, с собой он взял ружье, кружку и запас провизии на день.
He sat in the stern and pushed out from the bank; the current carried the bow down and in a few strokes of the paddle he was in midstream.	Сев на корму, он оттолкнулся от берега, течение подхватило лодку и в несколько взмахов весла он очутился на середине реки.

The sun was high and its reflection in the water dazzled and scorched him; he paddled on with regular, leisurely strokes; he was travelling fast.	Солнце стояло высоко, и его отражение в воде слепило глаза и сжигало кожу; доктор Мессингер греб неторопливо и равномерно, но течение волокло лодку вперед.
For a mile's stretch the river narrowed and the water raced so that all he had to do was to trail the blade of the paddle as a rudder; then the walls of forest on either side of him fell back and he drifted into a great open lake, where he had to work heavily to keep in motion; all the time he watched keenly to right and left for the column of smoke, the thatched domes, the sly brown figure in the undergrowth, the drinking cattle, that would disclose the village he sought.	Вдруг русло сузилось, и река почти целую милю неслась так стремительно, что доктору Мессингеру только и оставалось, что рулить веслом, потом лес, стоявший стеной по обоим берегам, расступился, и лодку внесло в огромное озеро, где ему пришлось грести изо всех сил, чтобы хоть немного сдвинуться с места; он не сводил глаз с берегов в надежде, что где-то вдруг покажется струйка дыма, пальмовая крыша, крадущаяся по подлеску коричневая фигура, скот, пришедший на водопой, - словом, какой-то признак жилья.
But there was no sign. In the open water he took up his field glasses and studied the whole wooded margin.	Нигде ничего Выплыв на гладь озера, он вынул полевой бинокль и изучил поросшие лесом берега.
But there was no sign.	Нигде ничего.
Later the river narrowed once more and the canoe shot forward in the swift current.	Потом река снова сузилась, и каноэ помчалось вперед, увлекаемое быстрым течением.
Ahead of him the surface was broken by rapids; the smooth water seethed and eddied; a low monotone warned him that beyond the rapids was a fall.	Впереди гладь воды прерывали пороги, вода бурлила и клубилась воронками; глухой монотонный рокот предупреждал, что за порогами начинается водопад.
Dr. Messinger began to steer for the bank.	Доктор Мессингер погреб к берегу.
The current was running strongly and he exerted his full strength; ten yards from the beginning of this rapids his bow ran in under the bank.	Течение было мощным, и доктор Мессингер греб что было мочи, но за десять ярдов до порогов он врезался носом в мель.
There was a dense growth of thorn here, overhanging the river; the canoe slid under them and bit into the beach; very cautiously Dr. Messinger knelt forward in his place and stretched up to a bough over his head.	Над водой свисали густые заросли терновника, каноэ проскользнуло под ними и врезалось в берег; доктор Мессингер, не сдвигаясь с места, осторожно потянулся к ветке над головой.
It was at that moment he came to grief; the stern swung out downstream and as he snatched at the paddle the craft was swept broadside into the troubled water; there it adopted an eccentric course, spinning and tumbling to the falls.	И тут он потерпел крах: лодка понеслась кормой вниз по течению, и не успел он схватить весло, как лодку уже поволокло бортом по взбаламученным водам; и там, крутясь и кувыркаясь, она помчалась зигзагами.
Dr. Messinger was tipped into the water; it was quite shallow in places and he caught at the rocks but they were worn smooth as ivory and afforded no hold for his hands; he rolled over twice, found himself in deep water and attempted to swim, found himself among boulders again and attempted to grapple with them.	Доктора Месеингера вышвырнуло в реку; местами там было совсем мелко, он пытался ухватиться за отполированные, как слоновая кость, камни, но руки его срывались, он дважды перевернулся, очутился на глубоком месте, попытался плыть, снова очутился среди валунов, снова попытался взять их на абордаж.
Then he reached the falls.	И тут на его пути встал водопад.

They were unspectacular as falls in that country go - a drop of ten feet or less - but they were enough for Dr. Messinger.	Водопад по местным понятиям был невидный - он низвергался футов с десяти, а то и меньше, - но доктору Мессингеру и этого хватило.
At their foot the foam subsided into a great pool, almost still, and strewn with blossoms from the forest trees that encircled it.	У его подножья вспененные потоки стихали в большой, почти неподвижной заводи, осыпанной лепестками с цветущих по берегам деревьев.
Dr. Messinger's hat floated very slowly towards the Amazon and the water closed over his bald head.	Шляпа доктора Мессингера медленно поплыла к Амазонке, воды сомкнулись над его лысой головой.
Brenda went to see the family solicitors.	Бренда отправилась к семейному поверенному в делах.
"Mr. Graceful," she said,	- Мистер Грейсфул, - сказала она.
"I've got to have some more money."	- Мне необходимо получить хотя бы еще немного денег.
Mr. Graceful looked at her sadly.	Мистер Грейсфул грустно посмотрел на нее.
"I should have thought that was really a question for your bank manager.	- По моему мнению, с этим вопросом вам следовало бы обратиться в ваш банк.
I understand that your securities are to your own name and that the dividends are paid into your account."	Насколько мне известно, принадлежащие вам ценные бумаги положены на ваше имя, и банк выплачивает вам дивиденды.
"They never seem to pay dividends nowadays.	- Похоже, что теперь никогда не выплачивают дивидендов.
Besides it's really very difficult to live on so little."	И потом, правда, очень трудно жить на такую мизерную сумму.
"No doubt. No doubt."	- Несомненно, несомненно.
"Mr. Last left you with power of attorney, didn't he?"	- Мистер Ласт передал вам все полномочия, не так ли?
"With strictly limited powers, Lady Brenda.	- Моя власть весьма ограничена, леди Бренда.
I am instructed to pay the wage bill at Hetton and all expenses connected with the upkeep of the estate - he is putting in new bathrooms and restoring some decorations in the morning room which had been demolished.	Я получил указание оплачивать жалованье служащим в Хеттоне и все расходы, связанные с содержанием поместья: мистер Ласт встраивает новые ванные и восстанавливает украшения в утренней комнате, которые были уничтожены.
But I am afraid that I have no authority to draw on Mr. Last's account for other charges."	Но, увы, распоряжаться банковским счетом мистера Ласта для других надобностей не в моей власти.
"But, Mr. Graceful, I am sure he didn't intend to stay abroad so long.	- Но, мистер Грейсфул, я уверена, что он не собирался оставаться за границей так долго.
He can't possibly have meant to leave me stranded like this, can he? ... Can he?"	Не хотел же он, чтобы я осталась на мели, правда ведь?.. Правда?
Mr. Graceful paused and fidgeted a little.	Мистер Грейсфул помолчал и слегка поерзал на стуле.
"To be quite frank, Lady Brenda, I fear that was his intention.	- Откровенно говоря, леди Бренда, боюсь, что именно таковы были его намерения.

I raised this particular point shortly before his departure.	Я поднял этот вопрос незадолго до его отъезда.
He was quite resolved on the subject."	Он был неколебим.
"But is he allowed to do that?	- Но неужели ему позволят так со мной поступить?
I mean haven't I got any rights under the marriage settlement or anything?"	То есть я хочу сказать, неужели брачный контракт не дает мне никаких прав или что-нибудь в этом роде?
"Nothing which you can claim without application to the Courts.	- Вы ничего не можете требовать, не обращаясь в суд.
You might find solicitors who would advise you to take action.	Вы могли бы найти поверенных, которые посоветуют вам предпринять подобный шаг.
I cannot say that I should be one of them.	Не стану уверять, что я хотел бы стать одним из них.
Mr. Last would oppose any such order to the utmost and I think that, in the present circumstances, the Courts would undoubtedly find for him.	Мистер Ласт будет биться до последнего и, я думаю, при сложившихся обстоятельствах, суд вынесет решение в его пользу.
In any case it would be a prolonged, costly and slightly undignified proceeding."	В любом случае это будет затяжное, дорогостоящее и несколько сомнительное судебное дело.
"Oh, I see ... well, that's that, isn't it?"	-А, понимаю... ну что ж, раз так, значит так, правда?
"It certainly looks as though it were."	- Другого выхода и впрямь нет.
Brenda rose to go.	Бренда встала.
It was high summer and through the open windows she could see the sun-bathed gardens of Lincoln's Inn.	Лето было в разгаре, сквозь открытые окна виднелись купающиеся в солнечных лучах сады Линкольнз-инн.
"There's one thing.	- И еще одно.
Do you know, I mean, can you tell me whether Mr. Last made another will?"	Не знаете ли вы, то есть не можете ли вы мне сказать, сделал ли мистер Ласт другое завещание?
"I'm afraid that is a thing I cannot discuss."	- К сожалению, я не имею права обсуждать этот вопрос.
"No, I suppose not.	- Да, конечно.
I'm sorry if it was wrong to ask.	Извините, если я задала неделикатный вопрос.
I just wanted to know how I am with him."	Я просто хотела знать, на что мне рассчитывать.
She still stood between the door and the table looking lost, in her bright summer clothes.	Она застыла на полдороге от стола к двери и выглядела совершенно потерянной в своем пестром летнем платье.
"Perhaps I can say as much as this to guide you.	- Наверное, я могу вам кое-что сказать, чтоб вы знали, чем руководствоваться.
The heirs presumptive to Hetton are now his cousins, the Richard Lasts at Princes Risborough.	Предполагается, что Хеттон отойдет родственникам мистера Ласта - семье Ричарда Ласта из Принсес-Рисборо.

I think that your knowledge of Mr. Last's character and opinions will tell you that he would always wish his fortune to go with the estate, in order that it may be preserved in what he holds to be its right condition."	Зная характер и взгляды мистера Ласта, вы могли б предвидеть, что он наверняка завещает состояние вместе с поместьем, чтобы оно содержалось в том виде, который мистер Ласт считает подобающим.
"Yes," said Brenda,	- Да, - сказала Бренда.
"I ought to have thought of that.	- Я могла бы и догадаться.
Well, goodbye."	Ну что ж, до свиданья.
And she went out alone into the sunshine.	И она очутилась одна на ярком солнечном свету.
All that day Tony lay alone, fitfully oblivious of the passage of time.	Тони провел весь день один: то и дело он куда-то проваливался и терял ощущение времени.
He slept a little; once or twice he left his hammock and found himself weak and dizzy.	Он немного поспал; раз или два он вставал было из гамака, но ноги у него подкашивались и перед глазами все плыло.
He tried to eat some of the food which Dr. Messinger had left out for him, but without success.	Он попытался проглотить что-нибудь из еды, оставленной доктором Мессингером, но безуспешно.
It was not until it grew dark that he realized the day was over.	Только когда стемнело, он понял, что день прошел.
He lit the lantern and began to collect wood for the fire, but the sticks kept slipping from his fingers and each time that he stooped he felt giddy, so that after a few fretful efforts he left them where they had fallen and returned to his hammock.	Он зажег фонарь и стал собирать дрова для костра, но сучья падали из рук; каждый раз, когда он нагибался, у него темнело в глазах, так что после нескольких попыток он в сердцах швырнул охапку на землю и залез обратно в гамак.
And lying there, wrapped in his blanket, he began to cry.	И там, укутавшись в одеяло, заплакал.
After some hours of darkness the lamp began to burn low; he leant painfully over, and shook it.	Через несколько часов после наступления темноты свет лампы. стал тускнеть. Тони с трудом перегнулся через край гамака и потряс ее.
It needed refilling.	Лампу надо было залить.
He knew where the oil was kept, crept to it, supporting himself first on the hammock rope and then on a pile of boxes.	Он знал, где керосин, и пополз туда, сначала держась за веревки гамака, потом за ящики.
He found the keg, pulled out the bung and began to refill the lamp, but his hand trembled and the oil spilled over the ground, then his head began to swim again so that he shut his eyes; the keg rolled over on its side and emptied itself with slow gurglings.	Он нашел канистру, вынул затычку и стал наливать лампу, но руки у него тряслись, а голова так закружилась, что пришлось закрыть глаза; канистра перевернулась и с тихим журчанием вылилась на землю.
When he realized what had happened he began to cry again.	Осознав, что случилось, Тони снова заплакал.
He lay down in his hammock and in a few minutes the light sank, flickered and went out.	Он лег в гамак, и через несколько минут свет совсем ослаб, мигнул и погас.
There was a reek of kerosene on his hands and on the sodden earth.	От рук и намокшей земли разило керосином.
He lay awake in the darkness crying.	Тони лежал в темноте и плакал.

Just before dawn the fever returned and a constant company of phantoms perplexed his senses.	Перед рассветом лихорадка вернулась, и настырная шайка призраков снова морочила ему голову.
Brenda awoke in the lowest possible spirits.	Бренда проснулась в таком подавленном настроении, что хуже некуда.
The evening before she had spent alone at a cinema.	Предыдущий вечер она просидела одна в кино.
Afterwards she felt hungry - she had had no proper meal that day - but she had not the strength to go alone into any of the supper restaurants.	Она проголодалась - ей не удалось толком поесть, - но у нее не хватило духу пойти одной в ресторан, где подавали поздний ужин.
She bought a meat pie at a coffee stall and took it home.	Она купила в ларьке мясной пирог и понесла домой.
It looked delicious but, when she came to eat she found that she had lost her appetite.	Выглядел он очень привлекательно, но приступив к еде, она обнаружила, что у нее начисто пропал аппетит.
The remains of that pie lay on the dressing table when she awoke.	Когда она проснулась, остатки пирога валялись на туалетном столике.
It was August and she was entirely alone.	Стоял август, и она осталась в городе одна.
Beaver was that day landing in New York. (He had cabled her from mid-ocean that the crossing was excellent.) It was for her the last of Beaver.	Бивер в этот день высаживался в Нью-Йорке. Он послал ей телеграмму с полпути, что путешествие идет прекрасно. Больше она о нем не слышала.
Parliament was over and Jock Grant-Menzies was paying his annual visit to his elder brother in Scotland; Marjorie and Allan at the last moment had made Lord Monomark's yacht and were drifting luxuriously down the coast of Spain attending bull-fights (they had even asked her to look after Djinn).	Парламент распустили, и Джок Грант-Мензис поехал с ежегодным визитом к своему старшему брату в Шотландию. Марджори и Аллан в последний момент вскочили на яхту лорда Мономарка и теперь в неге и роскоши плавали вдоль берегов Испании, посещая бои быков (они даже попросили ее присмотреть за Джинном).
Her mother was at the chalet Lady Anchorage always lent her on the lake of Geneva.	Мать ее жила на Женевском озере в шале, которое ей всегда отдавала на лето леди Энкоридж.
Polly was everywhere.	Полли была всюду и везде.
Even Jenny Abdul Akbar was cruising in the Baltic.	Даже Дженни Абдул Акбар путешествовала вдоль берегов Балтики.
Brenda opened her newspaper and read an article by a young man who said that the London Season was a thing of the past; that everyone was too busy in those days to keep up the pre-war routine; that there were no more formal dances but a constant round of more modest entertaining; that August in London was the gayest time of all (he rewrote this annually in slightly different words).	Бренда развернула газету и прочла статью одного молодого журналиста, в которой сообщалось, что лондонский сезон, как его понимали раньше, отжил свой век: теперь все слишком заняты, чтобы соблюдать довоенные обычаи; теперь не устраивают больших балов, а развлекаются более скромно; теперь август в Лондоне - самое веселое время (он писал одно и то же ежегодно, слегка переставляя слова).
It did not console Brenda to read that article.	Бренду эта статья не утешила.
For weeks past she had attempted to keep a fair mind towards Tony and his treatment of her; now at last she broke down and turning over buried her face in the pillow, in an agony of resentment and self-pity.	Вот уже много недель она пыталась не сердиться на Тони за то, как он с ней поступил; но тут она не выдержала и, зарывшись в подушку, зарыдала от обиды на Тони и жалости к себе.

In Brazil she wore a ragged cotton gown of the same pattern as Rosa's.	В Бразилии она носила драное ситцевое платье того же фасона, что и Роза.
It was not unbecoming.	Оно ей, пожалуй, даже шло.
Tony watched her for some time before he spoke.	Тони долго наблюдал за ней, прежде чем заговорить.
"Why are you dressed like that?"	- Почему ты так оделась?
"Don't you like it?	- Тебе не нравится?
I got it from Polly."	Я купила это платье у Полли.
"It looks so dirty."	- Уж очень оно грязное.
"Well, Polly travels about a lot.	- Ведь Полли много путешествует.
You must get up now to go to the County Council Meeting."	А теперь вставай, тебе пора на заседание Совета графства.
"But it isn't Wednesday?"	- Разве сегодня среда?
"No, but time is different in Brazil, surely you remember."	- Нет, но в Бразилии другое время; неужели ты не помнишь?
"I can't get as far as Pigstanton.	-Я не могу уехать в Пигстэнтон.
I've got to stay here until Messinger comes back.	Я должен остаться здесь, пока не приедет доктор Мессингер.
I'm ill.	Я болен.
He told me to be quiet.	Он велел мне лежать спокойно.
He's coming this evening."	Он вернется сегодня вечером.
"But all the County Council are here: The Shameless Blonde brought them in her aeroplane."	- Но Совет графства прибыл в полном составе. Их привезла на своем самолете лихая блондинка.
Sure enough they were all there.	Все и впрямь были тут.
Reggie St. Cloud was chairman.	На председательском месте сидел Реджи Сент-Клауд.
He said,	Он сказал:
"I strongly object to Milly being on the committee. She is a woman of low repute."	"Я требую, чтобы Милли вывели из комитета, у нее дурная репутация".
Tony protested.	Тони выдвинул протест.
"She has a daughter.	- У нее есть дочь.
She has as much right here as Lady Cockpurse."	Она имеет ничуть не меньше прав заседать здесь, чем леди Кокперс.
"Order," said the Mayor. "I must ask you gentlemen to confine your remarks to the subject under discussion.	- К порядку, - сказал мэр, - я призываю вас, джентльмены, придерживаться обсуждаемой темы.
We have to decide about the widening of the Bayton-Pigstanton road.	Нам предстоит решить вопрос о расширении Бейтон-Пигстэнтонского шоссе.

There have been several complaints that it's impossible for the Green Line Buses to turn the corner safely at Hetton Cross."	Поступают жалобы, что автобусам Зеленой Линии небезопасно сворачивать на углу Хеттон-кросс.
"Green Line rats."	- Крысам Зеленой Линии.
"I said Green Line rats.	- Я сказал: "Крысам Зеленой Линии".
Mechanical green line rats.	Заводным крысам Зеленой Линии.
Many of the villagers have been scared by them and have evacuated their cottages."	Они нагнали ужас на многих жителей в деревне, и те покинули свои дома.
"I evacuated," said Reggie St. Cloud.	- Я покинул, - сказал Реджи Сент-Клауд.
"I was driven out of my house by mechanical green rats."	- Меня выжили из дому заводные зеленые крысы.
"Order," said Lady Cockpurse.	- К порядку, - сказала Полли Кокперс.
"I move that Mr. Last address the meeting."	- Вношу предложение, чтобы мистер Ласт обратился к собравшимся с речью.
"Hear, hear."	- Правильно, правильно.
"Ladies and gentlemen," said Tony. "I beg you to understand that I am ill and must not move from the hammock.	- Дамы и господа, - сказал Тони, - прошу извинить меня: я болен и не могу встать из гамака.
Dr. Messinger has given the clearest instructions."	Доктор Мессингер оставил твердые распоряжения.
"Winnie wants to bathe."	- Винни хочет купаться.
"No bathing in Brazil.	- В Бразилии купаться запрещено.
No bathing in Brazil." The meeting took up the cry.	В Бразилии купаться запрещено, подхватило крик собрание.
"No bathing in Brazil."	- В Бразилии купаться запрещено.
"But you had two breakfasts."	- Но вы же съели два завтрака.
"Order," said the Mayor.	- К порядку, - сказал мэр.
"Lord St. Cloud, I suggest you put the question to the vote."	- Лорд Сент-Клауд предлагает поставить вопрос на голосование.
"The question is whether the contract for the widening of the corner at Hetton Cross shall be given to Mrs. Beaver.	- Мы должны решить вопрос, следует ли подряд на расширение перекрестка Хеттон-кросс отдать миссис Бивер.
Of the tenders submitted hers was by far the most expensive but I understand that her plans included achromium plated wall on the south side of the village!!	Ее смета самая дорогая, зато, насколько я понимаю, она предусматривает постройку обшитой хромированными панелями стены на юге деревни...
"... and two breakfasts," prompted Winnie.	- ...и два завтрака, - подсказала Винни.
"... and two breakfasts for the men engaged on the work.	-... и два завтрака для рабочих.
Those in favour of the motion will make a clucking sound in imitation of hens, those against will say bow-wow."	Кто за это предложение, поквохчите, как куры, кто против, скажите: гав-гав.

"A most improper proceeding," said Reggie. "What will the servants think?"	- В высшей степени неподобающее предложение, - сказал Реджи, - что могут подумать слуги.
"We have got to do something until Brenda has been told."	- Нам надо что-то сделать, пока Бренда ничего не знает.
"... Me?	- ...Кто? Я?
I'm all right."	Все в порядке.
"Then I take it the motion is carried."	- Значит, предложение принимается.
"Oh, I am glad Mrs. Beaver got the job," said Brenda.	- Я так рада, что миссис Бивер получила подряд, -сказала Бренда.
"You see I'm in love with John Beaver, I'm in love with John Beaver, I'm in love with John Beaver."	Понимаете, я влюблена в Джона Бивера. Я влюблена в Джона Бивера. Я влюблена в Джона Бивера.
"Is that the decision of the committee?"	- Это решение комитета?
"Yes, she is in love with John Beaver."	- Да. Комитет постановляет: она влюблена в Джона Бивера.
"Then that is carried unanimously."	- Решение принято единогласно.
"No," said Winnie.	- Нет, - сказала Винни.
"He ate two breakfasts."	- Он съел два завтрака.
"... by an overwhelming majority."	- ...подавляющим большинством голосов.
"Why are you all changing your clothes?" asked Tony for they were putting on hunting coats."	- Почему вы переодеваетесь? - спросил Тони: они облачались в охотничьи костюмы.
"For the lawn meet.	- У нас сбор.
Hounds are meeting here today."	Сегодня съезжаются соседние своры.
"But you can't hunt in summer."	- Но летом же нет охоты.
"Time is different in Brazil and there is no bathing."	- В Бразилии время другое, и здесь купаться запрещено.
"I saw a fox yesterday in Bruton wood.	- Я вчера видел лисицу в Брутонском лесу.
A mechanical green fox with a bell inside him that jingled as he ran.	Заводную зеленую лисицу с колокольчиком внутри; когда она бежит, колокольчик позванивает.
It frightened them so much that they ran away and the whole beach was deserted and there was no bathing except for Beaver.	Она на них такого страху нагнала, что они убежали; весь берег опустел, и теперь купаться запрещено всем, кроме Бивера.
He can bathe every day for the time is different in Brazil."	Ему разрешено купаться каждый день, потому что в Бразилии другое время.
"I'm in love with John Beaver," said Ambrose.	- Я влюблен в Джона Бивера, - сказал Эмброуз.
"Why, I didn't know you were here."	-А я и не знал, что вы здесь.
"I came to remind you that you were ill, sir.	- Я пришел напомнить вам, что вы больны, сэр.
You must on no account leave your hammock."	Вы ни при каких обстоятельствах не должны покидать гамак.

"But how can I reach the City if I stay here?"	- Но как же я попаду в Град, если останусь здесь?
"I will serve it directly, sir, in the library."	- Град будет подан прямо в библиотеку, сэр.
"Yes, in the library.	- Да, именно в библиотеку.
There is no point in using the dining hall now that her ladyship has gone to live in Brazil."	Не имеет смысла пользоваться столовой, раз ее милость будет жить в Бразилии.
"I will send the order to the stables, sir."	- Я передам ваш приказ на конюшню, сэр.
"But I don't want the pony.	- Но мне не нужен пони.
I told Ben to sell her."	Я велел Бену продать его.
"You will have to ride to the smoking room, sir.	- Вам придется проехать в курительную верхом, сэр.
Dr. Messinger has taken the canoe."	Доктор Мессингер взял каноэ.
"Very well, Ambrose."	- Отлично, Эмброуз.
"Thank you, sir."	- Благодарю вас, сэр.
The committee had moved off down the avenue; all except Colonel Inch who had taken the other drive and was trotting towards Compton Last.	Комитет в полном составе пошел по аллее, за исключением полковника Инча, который перешел на другую дорожку и теперь трусил по направлению в Комптон-Ласт.
Tony and Mrs. Rattery were all alone.	Тони и миссис Рэттери остались одни.
"Bow-wow," she said, scooping in the cards.	- Гав-гав, - сказала она, собирая карты.
"That carries the motion."	- Решение принято.
Looking up from the card table, Tony saw beyond the trees the ramparts and battlements of the City; it was quite near, him. From the turret of the gatehouse a heraldic banner floated in the tropic breeze.	Оторвав глаза от карт, Тони увидел за деревьями крепостной вал и зубчатые стены Града; он был совсем рядом, геральдический флаг на надвратной башне полоскался на тропическом ветру.
He struggled into an upright position and threw aside his blankets.	Тони с трудом присел и сбросил одеяла.
He was stronger and steadier when the fever was on him.	Лихорадка придавала ему сил.
He picked his way through the surrounding thorn-scrub; the sound of music rose from the glittering walls; some procession or pageant was passing along them.	Он продирался сквозь кусты терновника; из-за блистающих стен неслась музыка; какая-то процессия или карнавальное шествие обходило Град.
He lurched into tree-trunks and became caught up in roots and hanging tendrils of bush-vine; but he pressed forward unconscious of pain and fatigue.	Тони налетал на стволы деревьев, спотыкался о корни, путался в усах лозы, но шел вперед, несмотря на боль и усталость.
At last he came into the open.	Наконец он выбрался на открытое пространство.
The gates were open before him and trumpets were sounding along the walls, saluting his arrival; from bastion to bastion the message ran to the four points of the compass; petals of almond and apple blossom were in the air; they carpeted the way, as, after a summer storm, they lay in the orchards at Hetton.	Перед ним распахнулись ворота; со стен трубили трубачи, с бастиона на бастион на все четыре стороны света передавали весть о его приходе; в воздухе кружились лепестки миндального и яблоневого цвета; они устилали путь ковром, как после летней бури в садах Хеттона.

Gilded cupolas and spires of alabaster shone in the sunlight.	Золоченые купола и белоснежные шпили сверкали под солнечными лучами.
Ambrose announced, "The City is served."	- Град подан, - объявил Эмброуз.
CHAPTER SIX Du C?t? de Chez Todd	ГЛАВА ШЕСТАЯ. DU COTE DE CHEZ TODD.
ALTHOUGH Mr. Todd had lived in Amazonas for nearly sixty years, no one except a few families of Pie-wie Indians was aware of his existence.	Хотя мистер Тодд прожил в Амазонас около шести лет, о его существовании знали лишь несколько семей пай-ваев.
His house stood in a small savannah, one of those little patches of sand and grass that crop up occasionally in that neighbourhood, three miles or so across, bounded on all sides by forest.	Дом его стоял на клочке саванны, одном из крохотных, мили три в поперечнике, островков песка и травы, изредка возникающих в этих местах, которые со всех сторон обступал лес.
The stream which watered it was not marked on any map; it ran through rapids, always dangerous and at most seasons of the year impassable, to join the upper waters of the river where Dr. Messinger had come to grief.	Ручеек, орошавший его, не значился ни на одной карте, он бежал через пороги, грозный, а большую часть года и вовсе непроходимый, и впадал в верховья реки там, где потерпел крах доктор Мессингер.
None of the inhabitants of the district, except Mr. Todd, had ever heard of the governments of Brazil or Dutch Guiana, both of which, from time to time claimed its possession.	Никто из обитателей здешних мест, кроме мистера Тодда, никогда не слышал ни о правительстве Бразилии, ни о правительстве Нидерландской Г вианы, каждое из которых время от времени предъявляло на них права.
Mr. Todd's house was larger than those of his neighbours, but similar in character - a palm thatch roof, breast high walls of mud and wattle, and a mud floor.	Дом мистера Тодда был больше домов его соседей, но в остальном ничем от них не отличался - крыша из пальмовых листьев, плетеные, обмазанные глиной стены высотой до груди и глинобитный пол.
He owned the dozen or so head of puny cattle which grazed in the savannah, a plantation of cassava, some banana and mango trees, a dog and, unique in the neighbourhood, a single-barrelled breech-loading shot gun.	Ему принадлежало примерно с полдюжины голов заморенного скота, щипавшего траву в саванне, плантация маниоки, несколько банановых и манговых деревьев, собака и единственный в этом краю одноствольный дробовик.
The few commodities which he employed from the outside world came to him through a long succession of traders, passed from hand to hand, bartered for in a dozen languages at the extreme end of one of the longest threads in the web of commerce that spreads from Mana?s into the remote fastness of the forest.	Немногие товары из цивилизованного мира, в которых он нуждался, попадали к нему через бесконечных торговцев, переходили из рук в руки, обменивались на двунадесяти языках, пока не попадали на самый конец длинной нити той коммерческой паутины, что тянется от Манаоса до отдаленнейшей цитадели, укрытой в лесах.
One day while Mr. Todd was engaged in filling some cartridges, a Pie-wie came to him with the news that a white man was approaching through the forest, alone and very sick.	Однажды, когда мистер Тодд набивал патроны, к нему пришел пай-вай и сообщил, что по лесу приближается белый человек, совсем больной.
He closed the cartridge and loaded his gun with it, put those that were finished into his pocket and set out in the direction indicated.	Мистер Тодд кончил набивать патрон, зарядил дробовик, положил уже готовые патроны в карман и отправился в указанном направлении.
The man was already clear of the bush when Mr. Todd reached him, sitting on the ground, clearly in a very bad way.	Когда мистер Тодд заметил пришельца, тот уже выбрался из лесу: он сидел на опушке, и видно было, что он совсем плох.

He was without hat or boots, and his clothes were so torn that it was only by the dampness of his body that they adhered to it; his feet were cut and grossly swollen; every exposed surface of skin was scarred by insect and bat bites; his eyes were wild with fever.	Он был бос, с непокрытой головой, изорванная в клочья одежда прилипла к мокрому от пота телу и только тем и держалась, израненные ноги распухли, а просвечивавшая сквозь дыры одежды кожа была покрыта полузарубцевавшимися укусами насекомых и вампиров; глаза его обезумели от лихорадки.
He was talking to himself in delirium but stopped when Todd approached and addressed him in English.	Он в бреду разговаривал сам с собой, но, когда мистер Тодд обратился к нему по-английски, он замолк.
"You're the first person who's spoken to me for days," said Tony.	- Вот уже много дней, как со мной никто не говорил, - сказал Тони.
"The others won't stop. They keep bicycling by ... I'm tired ... Brenda was with me at first but she was frightened by a mechanical mouse, so she took the canoe and went off.	Другие и останавливаться не хотели... Катили себе мимо на велосипедах... Я устал... Сначала со мной шла Бренда, но она испугалась заводных мышей и уплыла на каноэ.
She said she would come back that evening but she didn't.	Она обещала к вечеру вернуться, но не вернулась.
I expect she's staying with one of her new friends in Brazil ... You haven't seen her have you?"	Она, наверное, гостит у новых друзей в Бразилии... Вы ведь с ней встречались, правда?
"You are the first stranger I have seen for a very long time."	- Я давным-давно не видел тут ни одного иностранца.
"She was wearing a top hat when she left.	- Она перед уходом надела цилиндр.
You can't miss her."	Так что вы б ее сразу заметили.
Then he began talking to someone at Mr. Todd's side, who was not there.	- И он обратился к кому-то, рядом с мистером Тоддом, хотя там никого не было.
"Do you see that house over there?	- Видите тот дом?
Do you think you can managed to walk to it?	Как вам кажется, сможете вы до него добраться?
If not I can send some Indians to carry you."	Если нет, я пришлю индейцев, они вас донесут.
Tony squinted across the savannah at Mr. Todd's hut.	Тони прищурился и поглядел на стоявшую на другом краю саванны хижину мистера Тодда.
"Architecture harmonizing with local character," he said; "indigenous material employed throughout.	- Архитектурное решение привязано к пейзажу, -сказал он, - постройка выполнена целиком из местных материалов.
Don't let Mrs. Beaver see it or she will cover it with chromium plating."	Только ни за что не показывайте ее миссис Бивер, не то она вам ее обошьет хромированными панелями снизу доверху.
"Try and walk."	- Постарайтесь идти.
Mr. Todd hoisted Tony to his feet and supported him with a stout arm.	Мистер Тодд поднял Тони, придерживая его за спину своей могучей рукой.
"I'll ride your bicycle.	- Я поеду на вашем велосипеде.
It was you I passed just now on a bicycle wasn't it? ... except that your beard is a different colour.	Это ведь мимо вас я только что проехал?.. Но у вас борода другого цвета.
His was green ... green as mice."	У того была борода зеленая... зеленая, как мышь.

Mr. Todd led Tony across the hummocks of grass towards the house.	Мистер Тодд повел Тони к дому по травянистым пригоркам.
"It is a very short way.	-Тут недолго.
When we get there I will give you something to make you better."	Когда мы придем, я вам дам одно снадобье, и вам полегчает.
"Very kind of you ... rotten thing for a man to have his wife go away in a canoe.	-Вы очень любезны... Страшно неприятно, когда жена уплывает бог знает куда на каноэ.
That was a long time ago.	Но это было давным-давно.
Nothing to eat since."	Я с тех пор ничего не ел.
Presently he said, "I say, you're English.	- Немного погодя он сказал: - Слушайте, ведь вы англичанин.
I'm English too.	Я тоже англичанин.
My name is Last."	Моя фамилия Ласт.
"Well, Mr. Last, you aren't to bother about any thing more.	- Отлично, мистер Ласт, а теперь ни о чем больше не беспокойтесь.
You're ill and you've had a rough journey.	Вы нездоровы и проделали нелегкий путь.
I'll take care of you."	Я о вас позабочусь.
Tony looked round him.	Тони огляделся.
"Are you all English?"	- Вы все англичане?
"Yes, all of us."	- Да, да, все.
"That dark girl married a Moor ... It's very lucky I met you all.	-Эта брюнетка замужем за мавром... Мне очень повезло, что я вас всех встретил.
I suppose you're some kind of cycling club?"	Вы, наверно, члены велоклуба?
"Yes."	-Да.
"Well, I feel too tired for bicycling ... never liked it much ... you fellows ought to get motor bicycles you know, much faster and noisier ... Let's stop here."	- Видите ли, сейчас я слишком устал и не могу ехать на велосипеде... по правде сказать, никогда особенно им не увлекался... а вам, ребята, надо достать велосипеды с мотором - и быстрее, и шуму больше... Давайте остановимся здесь.
"No, you must come as far as the house.	- Нет, мы должны дойти до дома.
It's not very much further."	Тут недалеко.
"All right ... I suppose you would have some difficulty getting petrol here."	-Отлично... Только вам, наверное, нелегко будет раздобыть здесь бензин.
They went very slowly, but at length reached the house.	Едва переступая, они, наконец, дошли до дома.
"Lie there in the hammock."	- Ложитесь в гамак.
"That's what Messinger said.	-То же самое и Мессингер говорил.
He's in love with John Beaver."	Он влюблен в Джона Бивера.
"I will get something for you."	- Я для вас кое-что достану.
"Very good of you.	- Вы очень добры.

Just my usual morning tray - coffee, toast, fruit.	Пожалуйста, мой обычный завтрак на подносе -кофе, тосты, фрукты.
And the morning papers.	И утренние газеты.
If her ladyship has been called I will have it with her!!	Если ее милость уже звонила, я буду завтракать в ее комнате...
Mr. Todd went into the back room of the house and dragged a tin canister from under a heap of skins.	Мистер Тодд прошел в дальнюю комнату и вытащил из-под груды шкур жестяную канистру.
It was full of a mixture of dried leaf and bark.	Она была доверху набита смесью сухих листьев и коры.
He took a handful and went outside to the fire.	Мистер Тодд отсыпал пригоршню и пошел к костру.
When he returned his guest was bolt upright astride the hammock, talking angrily.	Когда он возвратился, гость неестественно выпрямившись, сидел в гамаке верхом, и раздраженно говорил:
"... You would hear better and it would be more polite if you stood still when I addressed you instead of walking round in a circle.	- ...было бы гораздо вежливее и к тому же вы бы лучше меня слышали, если б стояли смирно, когда я к вам обращаюсь, а не ходили кругами.
It is for your own good that I am telling you ... I know you are friends of my wife and that is why you will not listen to me.	Я говорю для вашей же пользы... Я знаю, вы друзья моей жены и поэтому не желаете слушать меня.
But be careful.	Но берегитесь.
She will say nothing cruel, she will not raise her voice, there will be no hard words.	Она ничего плохого не скажет, не повысит голоса, не будет никаких сцен.
She hopes you will be great friends afterwards as before.	Она надеется, что вы останетесь друзьями.
But she will leave you.	Но она от вас уйдет.
She will go away quietly during the night.	Она скроется потихоньку посреди ночи.
She will take her hammock and her rations of farine ... Listen to me.	Унесет гамак и свою долю фариньи... Слушайте меня.
I know I am not clever but ... that is no reason why we should forget courtesy.	Знаю, я не так уж умен, но это еще не повод для того, чтоб начисто забыть о вежливости.
Let us kill in the gentlest manner.	Давайте будем убивать как можно деликатнее.
I will tell you what I have learned in the forest, where time is different.	Я вам расскажу, что я узнал в лесу, где время совсем другое.
There is no City.	Никакого Града нет.
Mrs. Beaver has covered it with chromium plating and converted it into flats.	Миссис Бивер обшила его хромированными панелями и перегородила на квартирки.
Three guineas a week with a separate bathroom.	Три гинеи в неделю за все с отдельной ванной.
Very suitable for base love.	Очень подходяще для низкопробных романов.
And Polly will be there.	И Полли там будет.
She and Mrs. Beaver under the fallen battlements ..."	Она и миссис Бивер под обломками зубчатых стен...

Mr. Todd put a hand behind Tony's head and held up the concoction of herbs in the calabash.	Придерживая Тони за затылок, мистер Тодд поднес к его губам тыкву-горлянку с травяным отваром.
Tony sipped and turned away his head.	Тони отхлебнул и отвернулся.
"Nasty medicine," he said, and began to cry.	- Какая гадость, - сказал он и заплакал.
Mr. Todd stood by him holding the calabash.	Мистер Тодд стоял около него, держа тыкву наготове.
Presently Tony drank some more, screwing up his face and shuddering slightly at the bitterness.	Немного погодя Тони отпил еще несколько глотков, морщась и передергиваясь от горечи.
Mr. Todd stood beside him until the draught was finished; then he threw out the dregs on to the mud floor.	Мистер Тодд не отходил от него, пока тот не допил снадобье: потом выплеснул осадок на земляной пол.
Tony lay back in the hammock sobbing quietly.	Тони лежал в гамаке и беззвучно рыдал.
Soon he fell into a deep sleep.	Вскоре он заснул глубоким сном.
Tony's recovery was slow.	Тони медленно шел на поправку.
At first, days of lucidity alternated with delirium; then his temperature dropped and he was conscious even when most ill.	Сначала дни просветления чередовались с днями бреда; потом температура упала, и он не терял сознания, даже когда был совсем плох.
The days of fever grew less frequent, finally occurring in the normal system of the tropics, between long periods of comparative health.	Лихорадка трепала его все реже, под конец перейдя на обычный для тропиков цикл, при котором приступы перемежались долгими периодами относительного благополучия.
Mr. Todd dosed him regularly with herbal remedies.	Мистер Тодд постоянно пичкал его своими целебными настоями.
"It's very nasty," said Tony, "but it does do good."	- Вкус у них гадкий, - говорил Тони, - но пользы от них много.
"There is medicine for everything in the forest," said Mr. Todd; "to make you well and to make you ill.	- В лесу есть всякие травы, - говорил мистер Тодд. - Одними можно вылечить, другими нагнать болезнь.
My mother was an Indian and she taught me many of them.	Моя мать была индианка, она мне много трав показала.
I have learned others from time to time from my wives.	Остальные я постепенно узнал от своих жен.
There are plants to cure you and give you fever, to kill you and send you mad, to keep away snakes, to intoxicate fish so that you can pick them out of the water with your hands like fruit from a tree.	Всякие есть травы: и чтобы вылечить, и чтобы лихорадку наслать, и чтобы извести, и чтобы свести человека с ума, и чтобы змей отогнать, и чтобы рыбу усыпить, так что ее можно потом из реки голыми руками брать, все равно как плоды с деревьев.
There are medicines even I do not know.	А есть такие травы, которых и я не знаю.
They say that it is possible to bring dead people to life after they have begun to stink, but I have not seen it done."	Говорят, они даже воскрешают покойника, когда он уже начал смердеть, но мне этого не случалось видеть.
"But surely you are English?"	- А вы действительно англичанин?

"My father was - at least a Barbadian.	- Мой отец был англичанин, по крайней мере барбадосец.
He came to Guiana as a missionary.	Он прибыл в Гвиану как миссионер.
He was married to a white woman but he left her in Guiana to look for gold.	Он был женат на белой, но бросил ее в Гвиане, а сам отправился искать золото.
Then he took my mother.	Тут он сошелся с моей матерью.
The Pie-wie women are ugly but very devoted.	Пай-вайские женщины уродливые, по очень преданные.
I have had many.	У меня их много перебывало.
Most of the men and women living in this savannah are my children.	Здесь, в саванне, почти все мужчины и женщины -мои дети.
That is why they obey - for that reason and because I have the gun.	Поэтому они меня и слушаются, и еще потому, что у меня есть ружье.
My father lived to a great age.	Мой отец дожил до преклонных лет.
It is not twenty years since he died.	И двадцати лет не прошло, как он умер.
He was a man of education.	Он был образованный человек.
Can you read?"	Вы умеете читать?
"Yes, of course."	- Разумеется.
"It is not everyone who is so fortunate.	- Далеко не всем так повезло.
I cannot."	Я вот не умею.
Tony laughed apologetically.	Тони виновато засмеялся.
"But I suppose you haven't much opportunity here."	- У вас, наверное, не было случая здесь научиться.
"Oh yes, that is just it.	- О, конечно.
I have a great many books.	У меня очень много книг.
I will show you when you are better.	Я вам их покажу, когда вы поправитесь.
Until five years ago there was an Englishman - at least a black man, but he was well educated in Georgetown.	Пять лет назад здесь жил один англичанин, правда, он был черный, но он получил хорошее образование в Джорджтауне.
He died.	Он умер.
He used to read to me every day until he died.	Он мне каждый день читал, пока не умер.
You shall read to me when you are better."	И вы будете читать, когда поправитесь.
"I shall be delighted to."	- С превеликим удовольствием.
"Yes, you shall read to me," Mr. Todd repeated, nodding over the calabash.	- Да, да, вы мне будете читать, - повторил мистер Тодд, склоняясь над тыквой.
During the early days of his convalescence Tony had little conversation with his host; he lay in the hammock staring up at the thatched roof and thinking, about Brenda.	В первые дни после того, как Тони пошел на поправку, он почти не разговаривал со своим хозяином, а лежал в гамаке, глядел на пальмовую кровлю и думал о Бренде.
The days, exactly twelve hours, each, passed without distinction.	Дни - по двенадцать часов каждый - проходили неотличимые один от другого.

Mr. Todd retired to sleep at sundown, leaving a little lamp burning - a hand-woven wick drooping from a pot of beef fat - to keep away vampire bats.	На закате мистер Тодд шел спать, оставив маленький светильник - самодельный фитиль, вяло плавающий в плошке с говяжьим жиром чтобы отпугивать вампиров.
The first time that Tony left the house Mr. Todd took him for a little stroll around the farm.	Когда Тони в первый раз смог выйти из дому, мистер Тодд повел его на ферму.
"I will show you the black man's grave," he said, leading him to a mound between the mango trees.	- Я покажу вам могилу негра, - сказал он, подводя Тони к холмику среди манговых деревьев.
"He was very kind.	- Он был добрый человек.
Every afternoon until he died, for two hours, he used to read to me.	Он мне каждый день читал два часа подряд.
I think I will put up a cross - to commemorate his death and your arrival - a pretty idea.	Я хочу поставить на его могиле крест, в память о его смерти и вашем появлении. Правда, неплохая мысль?
Do you believe in God?"	Вы верите в бога?
"I suppose so.	- Наверное.
I've never really thought about it much."	Я как-то не думал над этим.
"I have thought about it a great deal and I still do not know ... Dickens did."	-А я очень много думал и еще не решил... Диккенс верил.
"I suppose so."	- Наверное.
"Oh yes, it is apparent in all his books.	- Да, это чувствуется во всех его книгах.
You will see."	Вот увидите.
That afternoon Mr. Todd began the construction of a headpiece for the Negro's grave.	Днем мистер Тодд начал сооружать крест на могилу негра.
He worked with a large spokeshave in a wood so hard that it grated and rang like metal.	Под его рубанком твердое дерево скрежетало и звенело, как металл.
At last when Tony had passed six or seven consecutive nights without fever, Mr. Todd said,	Когда лихорадка отпустила Тони на шесть-семь ночей кряду, мистер Тодд сказал:
"Now I think you are well enough to see the books."	- Мне кажется, теперь вы поправились и можете посмотреть книги.
At one end of the but there was a kind of loft formed by a rough platform erected in the caves of the roof.	В одном конце хижины к свесу крыши было прибито подобие помоста, образовав нечто вроде чердака.
Mr. Todd propped a ladder against it and mounted.	Мистер Тодд вскарабкался наверх по приставной лестнице.
Tony followed, still unsteady after his illness.	Тони полез за ним, шатаясь после недавней болезни.
Mr. Todd sat on the platform and Tony stood at the top of the ladder looking over.	Мистер Тодд сел на помост, а Тони остановился на последней ступеньке и заглянул внутрь.
There was a heap of small bundles there, tied up with rag, palm leaf and raw hide.	На чердаке валялась куча тюков, связанных тряпками, пальмовыми листьями и сыромятными веревками.
"It has been hard to keep out the worms and ants.	- Очень трудно оберегать их от червей и муравьев.

Two are practically destroyed.	Две связки практически погибли.
But there is an oil the Indians make that is useful."	Индейцы, правда, умеют делать какое-то масло, оно помогает.
He unwrapped the nearest parcel and handed down a calf bound book.	Он развернул ближайшую пачку и передал Тони переплетенную в телячью кожу книгу.
It was an early American edition of Bleak House.	Это было одно на первых американских изданий "Холодного дома".
"It does not matter which we take first."	- Неважно, с чего мы начнем.
"You are fond of Dickens?"	- Вам нравится Диккенс?
"Why, yes, of course. More than fond, far more.	- Ну что вы, нравится - это слишком слабо.
You see, they are the only books I have ever heard.	Понимаете, ведь я никаких других книг не слышал.
My father used to read them and then later the black man ... and now you.	Сначала мой отец мне их читал, потом этот негр... теперь вы.
I have heard them all several times by now but I never get tired; there is always more to be learned and noticed, so many characters, so many changes of scene, so many words ... I have all Dickens books here except those that the ants devoured.	Я их по нескольку раз слышал, но они мне никогда не надоедают, с каждым разом узнаешь и замечаешь что-то новое: так много людей, и все время разные события, и много разных слов... У меня есть все книги Диккенса, кроме тех, которые сожрали муравьи.
It takes a long time to read them all - more than two years."	На то, чтобы прочесть их, уходит больше двух лет.
"Well," said Tony lightly, "they will well last out my visit."	- Ну, - сказал Тони беспечно, - столько я у вас не пробуду.
"Oh, I hope not.	- Что вы, что вы, надеюсь, вы ошибаетесь.
It is delightful to start again.	Какая радость снова их услышать.
Each time I think I find more to enjoy and admire."	Мне кажется, с каждым разом я получаю от них все больше удовольствия.
They took down the first volume of Bleak House and that afternoon Tony had his first reading.	Они отнесли первый том "Холодного дома" вниз; днем состоялось первое чтение.
He had always rather enjoyed reading aloud and in the first year of marriage had shared several books in this way with Brenda, until one day, in a moment of frankness, she remarked that it was torture to her.	Тони всегда любил читать вслух и первый год после свадьбы прочел подряд несколько книг Бренде, пока в минуту откровенности она не созналась, что для нее это пытка.
He had read to John Andrew, late in the afternoon, in winter, while the child sat before the nursery fender eating his supper.	Читал он и Джону Эндрю зимой, в наступавших сумерках, когда мальчик сидел в детской перед камином и ужинал.
But Mr. Todd was a unique audience.	Но такого слушателя, как мистер Тодд, у него еще не бывало.
The old man sat astride his hammock opposite Tony, fixing him throughout with his eyes, and following the words, soundlessly, with his lips.	Старик сидел верхом в гамаке напротив Тони, сверля его глазами, и беззвучно повторял губами каждое слово.
Often when a new character was introduced he wouldsay,	Когда в романе появлялось новое действующее лицо, он обычно говорил:

"Repeat the name, I have forgotten him," or	"Повторите это имя, я что-то его забыл", или
"Yes, yes, I remember her well. She dies, poor woman."	"Как же, как же, я ее помню, она еще потом умрет, бедняжка".
He would frequently interrupt with questions; not as Tony would have imagined about the circumstances of the story - such things as the procedure of the Lord Chancellor's Court or the social conventions of the time, though they must have been unintelligible, did not concern him - but always about the characters.	Он то и дело прерывал Тони вопросами, но не о деталях быта, как легко было бы предположить -порядки в канцелярском суде или общественные отношения в то время нисколько его не занимали, хотя, по-видимому, и были ему непонятны, а только о персонажах.
"Now why does she say that?	- Нет, вы мне объясните, почему она это сказала?
Does she really mean it?	Она правда так думает?
Did she feel faint because of the heat of the fire or of something in that paper?"	Она упала в обморок, потому что ей стало жарко от камина или из-за того, что было в этом письме?
He laughed loudly at all the jokes and at some passages which did not seem humorous to Tony, asking him to repeat them two or three times; and later at the description of the sufferings of the outcasts in "Tom-all-alones" tears ran down his cheeks into his beard.	Он от души смеялся всем шуткам, а также во многих местах, которые Тони вовсе не казались смешными, просил повторить их по два-три раза, а позже, когда они читали про страдания бедняков в Одиноком Томе, слезы бежали у него по щекам и скатывались на бороду.
His comments on the story were usually simple.	Замечания его были просты.
"I think that Dedlock is a very proud man," or,	"По-моему, Дедлок очень гордый человек" или
"Mrs. Jellyby does not take enough care of her children."	"Миссис Джеллиби не заботится о своих детях".
Tony enjoyed the readings almost as much as he did.	Тони получал от чтения почти столько же удовольствия, сколько и мистер Тодд.
At the end of the first day the old man said,	В конце первого дня старик сказал:
"You read beautifully, with a far better accent than the black man.	"Вы прекрасно читаете, и произношение у вас гораздо лучше, чем у негра.
And you explain better.	И потом вы лучше объясняете.
It is almost as though my father were here again."	Мне кажется, что мой отец снова со мной".
And always at the end of a session he thanked his guest courteously.	После каждого сеанса он учтиво благодарил своего гостя:
"I enjoyed that very much.	"Я получил сегодня огромное удовольствие.
It was an extremely distressing chapter.	Какая печальная глава.
But, if I remember rightly, it will all turn out well."	Но, если я не забыл, все кончается хорошо".
By the time that they were in the second volume however, the novelty of the old man's delight had begun to wane, and Tony was feeling strong enough to be restless.	Однако, когда они перешли ко второму тому, Тони начали приедаться восторги старика, к тому же он окреп, и им овладело беспокойство.
He touched more than once on the subject of his departure, asking about canoes and rains and the possibility of finding guides.	Он не раз заводил разговор об отъезде, расспрашивал о каноэ, дождях и можно ли здесь достать проводников.

But Mr. Todd seemed obtuse and paid no attention to these hints.	Но до мистера Тодда намеки, казалось, не доходили, он пропускал их мимо ушей.
One day, running his thumb through the pages of Bleak House that remained to be read, Tony said,	Однажды, перелистывая оставшиеся страницы "Холодного дома", Тони сказал:
"We still have a lot to get through.	- А нам еще порядочно осталось.
I hope I shall be able to finish it before I go."	Надеюсь, я успею закончить книгу до отъезда.
"Oh yes," said Mr. Todd. "Do not disturb yourself about that.	- Разумеется, - сказал мистер Тодд, - пусть это вас не беспокоит.
You will have time to finish it, my friend."	У вас будет время закончить ее, мой друг.
For the first time Tony noticed something slightly menacing in his host's manner.	Тут Тони впервые заметил в поведении своего хозяина некую угрозу.
That evening at supper, a brief meal of farine and dried beef, eaten just before sundown, Tony renewed the subject.	Вечером, перед закатом, за нехитрым ужином из фариньи и вяленой говядины, Тони возобновил этот разговор.
"You know, Mr. Todd, the time has come when I must be thinking about getting back to civilization.	- Знаете ли, мистер Тодд, пора бы мне вернуться к цивилизации.
I have already imposed myself on your hospitality for too long."	Я и так слишком злоупотребил вашим гостеприимством.
Mr. Todd bent over the plate, crunching mouthfuls of farine, but made no reply.	Мистер Тодд склонился над тарелкой, хрустя фариньей, и ничего не ответил.
"How soon do you think I shall be able to get a boat? ... I said how soon do you think I shall be able to get a boat?	- Как по-вашему, скоро мне удастся достать лодку?.. Я говорю, скоро мне удастся достать лодку, как по-вашему?
I appreciate all your kindness to me more than I can say but ..."	Невозможно передать, как я вам благодарен, но...
"My friend, any kindness I may have shown is amply repaid by your reading of Dickens.	- Друг мой, за все, что я мог для вас сделать, вы с лихвой отплатили чтением Диккенса.
Do not let us mention the subject again."	И не надо больше об этом.
"Well I'm very glad you have enjoyed it.	- Что же, я очень рад, что вы получили удовольствие от наших чтений.
I have, too. But I really must be thinking of getting back ..."	Я тоже, однако мне и в самом деле пора подумать о возвращении...
"Yes," said Mr. Todd. "The black man was like that.	- Вот, вот, - сказал мистер Тодд, - с тем черным было то же самое.
He thought of it all the time.	Он только об этом и думал.
But he died here ..."	Но умер он здесь.
Twice during the next day Tony opened the subject but his host was evasive.	Назавтра Тони дважды пытался возобновить этот разговор, но хозяин уклонялся.
Finally he said,	В конце концов Тони сказал:
"Forgive me, Mr. Todd, but I really must press the point. When can I get a boat?"	- Извините меня, мистер Тодд, но мне настоятельно необходимо выяснить, когда я смогу достать лодку.

"There is no boat."	- Здесь нет лодки.
"Well, the Indians can build one."	-Так индейцы могут ее построить.
"You must wait for the rains.	- Вам придется подождать дождей.
There is not enough water in the river now."	Сейчас река обмелела.
"How long will that be?"	- И долго надо ждать?
"A month ... two months ..."	- Ну, месяц... два.
They had finished Bleak House and were nearing the end of Dombey and Son when the rain came.	Они прикончили "Холодный дом" и дочитывали "Домби и сына", когда пошли дожди.
"Now it is time to make preparations to go."	- Мне пора готовиться к отъезду.
"Oh, that is impossible.	- Нет, нет, это невозможно.
The Indians will not make a boat during the rainy season - it is one of their superstitions."	Индейцы не станут делать лодку в сезон дождей. У них такой предрассудок.
"You might have told me."	- Вы могли бы меня предупредить.
"Did I not mention it?	- Разве я не упоминал об этом?
I forgot."	Значит, забыл.
Next morning Tony went out alone while his host was busy, and, looking as aimless as he could, strolled across the savannah to the group of Indian houses.	На следующее утро, пока мистер Тодд хлопотал по хозяйству, Тони, притворившись, как мог, что слоняется без дела, ушел через саванну к индейским хижинам.
There were four or five Pie-wies sitting in one of the doorways.	На пороге одной из них сидела группка пай-ваев.
They did not look up as he approached them.	Когда Тони подошел, они не подняли на него глаз.
He addressed them in the few words of Macushi he had acquired during the journey but they made no sign whether they understood him or not.	Он обратился к ним с несколькими словами на макуши, которые перенял за время путешествия, но пай-ваи ничем не показали, понимают они его или нет.
Then he drew a sketch of a canoe in the sand, he went through some vague motions of carpentry, pointed from them to him, then made motions of giving something to them and scratched out the outlines of a gun and a hat and a few other recognizable articles of trade.	Тогда он нарисовал на песке каноэ, знаками показал, как работает плотник, поткал пальцами от них в себя, затем нацарапал на песке контуры ружья, шляпы и некоторых других наиболее общепризнанных предметов обмена и знаками показал, как он передает эти вещи им.
One of the women giggled but no one gave any sign of comprehension, and he went away unsatisfied.	Одна из женщин захихикала, остальные продолжали сидеть с тем же непроницаемым видом, и он удалился ни с чем.
At their midday meal Mr. Todd said,	В полдень за едой мистер Тодд сказал:
"Mr. Last, the Indians tell me that you have been trying to speak with them.	- Мистер Ласт, индейцы мне сообщили, что вы хотели с ними договориться.
It is easier that you say anything you wish through me.	Проще передать все, что вам нужно, через меня.
You realize, do you not, that they would do nothing without my authority.	Вы понимаете, правда ведь, что они ничего не делают без моего разрешения.

They regard themselves, quite rightly in many cases, as my children."	Они считают себя, и во многих случаях вполне правильно, моими детьми.
"Well, as a matter of fact, I was asking them about a canoe."	- Да, кстати говоря, я спрашивал их о каноэ.
"So they gave me to understand ... and now if you have finished your meal perhaps we might have another chapter.	- Так они мне и сказали... А теперь, если вы уже поели, мы могли бы прочесть следующую главу.
I am quite absorbed in the book."	Меня очень захватила эта книга.
They finished Dombey and Son; nearly a year had passed since Tony had left England, and his gloomy foreboding of permanent exile became suddenly acute when, between the pages of Martin Chuzzlewit, he found a document written in pencil in irregular characters.	Они закончили "Домби и сына". Почти год прошел с тех пор, как Тони покинул Англию; мрачное предчувствие, что его заточению не будет конца, нахлынуло на него с особой силой, когда он нашел между страницами "Мартина Чезлвита" исписанный карандашными каракулями документ:
Year 1919.	"Год 1919.
I James Todd of Brazil do swear to Barnabas Washington of Georgetown that if he finish this book in fact Martin Chuzzlewit I will let him go away back as soon as finished.	Я Джеймс Тодд из Бразилии обитаю Барнабасу Вашингтону из Джорджтауна, если он закончет книгу Мартин Чезлвит отпустить его как кончет".
There followed a heavy pencil X and after it: Mr. Todd made this mark signed Barnabas Washington.	За сим следовал толстый карандашный крест и после него: "Этот крест поставил мистер Тодд подписал Барнабас Вашингтон".
"Mr. Todd," said Tony, "I must speak frankly.	- Мистер Тодд, - сказал Тони, - я должен поговорить с вами откровенно.
You saved my life, and when I get back to civilization I will reward you to the best of my ability.	Вы спасли мне жизнь, и когда я вернусь к цивилизации, я постараюсь вас вознаградить, как только смогу.
I will give you anything within reason.	Я дам вам все, что вы захотите, в разумных пределах, конечно.
But at present you are keeping me here against my will.	Но сейчас вы держите меня здесь против моей воли.
I demand to be released."	Я требую, чтобы вы меня освободили.
"But, my friend, what is keeping you?	- Кто вас держит, друг мой?
You are under no restraint.	Я вас ни в чем не стесняю.
Go when you like."	Уходите когда хотите.
"You know very well that I can't get away without your help."	- Вы отлично знаете, что я не могу уйти без вашей помощи.
"In that case you must humour an old man.	- В таком случае вам придется улещать старика.
Read me another chapter."	Прочтите мне еще главу.
"Mr. Todd, I swear by anything you like that when I get to Mana?s I will find someone to take my place.	- Мистер Тодд, я готов поклясться чем угодно: когда я доберусь до Манаоса, я подыщу себе заместителя.

I will pay a man to read to you all day."	Я найму человека, который будет читать вам весь день напролет.
But I have no need of another man.	- Но мне не нужен никто другой.
You read so well."	Вы прекрасно читаете.
"I have read for the last time."	- Сегодня я читал в последний раз.
"I hope not," said Mr. Todd politely.	- Ну что вы, - вежливо сказал мистер Тодд.
That evening at supper only one plate of dried meat and farine was brought in and Mr. Todd ate alone.	Вечером к ужину принесли только одну тарелку с вяленым мясом и фариньей, и мистер Тодд ел в одиночестве.
Tony lay without speaking, staring at the thatch.	Тони лежал, глядя в потолок, и молчал.
Next day at noon a single plate was put before Mr. Todd but with it lay his gun, cocked, on his knee, as he ate.	Назавтра в полдень опять была подана только одна тарелка, и мистер Тодд держал на коленях взведенное ружье.
Tony resumed the reading of Martin Chuzzlewit where it had been interrupted.	И Тони начал "Мартина Чезлвита" с того места, где они остановились.
Weeks passed hopelessly.	Недели тоскливо тянулись одна за другой.
They read Nicholas Nickleby and Little Dorrit and Oliver Twist.	Они прочли "Николаса Никлби", и "Крошку Доррит", и "Оливера Твиста".
Then a stranger arrived in the savannah, a half-caste prospector, one of that lonely order of men who wander for a lifetime through the forests, tracing the little streams, sifting the gravel and, ounce by ounce, filling the little leather sack of gold dust, more often than not dying of exposure and starvation with five hundred dollars' worth of gold hung around their necks.	Потом в саванну забрел полукровка-золотоискатель, один из тех одиноких бродяг, что скитаются всю жизнь по лесам, поднимаются по течению мелких ручейков, намывают гравий, набивают унция за унцией кожаный мешочек золотым песком и в результате по большей части погибают от лишений и голода с золотишком на пять сотен долларов вокруг шеи.
Mr. Todd was vexed at his arrival, gave him farine and tasso and sent him on his journey within an hour of his arrival, but in that hour Tony had time to scribble his name on a slip of paper and put it into the man's hand.	Мистера Тодда раздосадовал приход золотоискателя, однако он дал ему фариньи и через час выдворил. Но за этот час Тони успел нацарапать свое имя на клочке бумаги и сунуть его золотоискателю.
From now on there was hope.	С тех пор он жил надеждой.
The days followed their unvarying routine; coffee at sunrise, a morning of inaction while Mr. Todd pottered about on the business of the farm, farine and tasso at noon, Dickens in the afternoon, farine and tasso and sometimes some fruit for supper, silence from sunset to dawn with the small wick glowing in the beef fat and the palm thatch overhead dimly discernible; but Tony lived in quiet confidence and expectation.	Шли дни с их неизменным распорядком: кофе на восходе солнца; утро, проведенное в праздности, пока мистер Тодд ковыряется на ферме; фаринья и tasso в полдень, днем - Диккенс, на ужин фаринья, tasso, иногда какой-нибудь плод; с заката до рассвета - молчание, в говяжьем жиру едва тлеет фитилек, над головой смутно виднеется пальмовая кровля; но Тони был спокоен; он верил и надеялся.
Sometime, this year or the next, the prospector would arrive at a Brazilian village with news of his discovery.	Когда-нибудь, в этом году, а может, и в следующем, золотоискатель забредет в бразильскую деревушку и поведает там о нем.
The disasters of the Messinger expedition would not have passed unnoticed.	Гибель экспедиции Мессингера не могла пройти незамеченной.

Tony could imagine the headlines that must have appeared in the popular press; even now probably there were search parties working over the country he had crossed; any day English voices must sound over the savannah and a dozen friendly adventurers come crashing through the bush.	Тони представлял себе, с какими шапками выходили тогда газеты; наверное, поисковые партии и по сю пору прочесывают те места, где он проходил; в любой день в саванне могут зазвучать голоса англичан, и сквозь заросли с треском ворвется веселая ватага искателей приключений.
Even as he was reading, while his lips mechanically followed the printed pages, his mind wandered away from his eager, crazy host opposite, and he began to narrate to himself incidents of his homecoming - the gradual re-encounters with civilization (he shaved and bought new clothes at Mana?s, telegraphed for money, received wires of congratulation; he enjoyed the leisurely river journey to Belem, the big liner to Europe; savoured good claret and fresh meat and spring vegetables; he was shy at meeting Brenda and uncertain how to address her ...	Даже читая, он губами механически воспроизводил напечатанный текст, а мыслями витал где-то далеко-далеко от своего нетерпеливого и безумного хозяина; он представлял в картинах свое возвращение домой и постепенный возврат к цивилизации (он бреется и покупает новую одежду в Манаосе, отправляет телеграмму с просьбой выслать деньги, получает поздравления, наслаждается неторопливым путешествием по реке до Белена, плывет на большом лайнере в Европу; смакует отличный кларет, свежее мясо и весенние овощи; он несколько робел встречи с Брендой и не знал, как себя с ней вести...
"Darling, you've been much longer than you said.	"Милый, ты так задержался: ты обещал вернуться раньше.
I quite thought you were lost ...")	Я чуть не поверила, что ты пропал...").
And then Mr. Todd interrupted.	Тут его прервал мистер Тодд:
"May I trouble you to read that passage again?	- Может, перечтете еще раз этот отрывок?
It is one I particularly enjoy."	Мне он всегда доставляет огромное удовольствие.
The weeks passed; there was no sign of rescue but Tony endured the day for hope of what might happen on the morrow; he even felt a slight stirring of cordiality towards his jailer and was therefore quite willing to join him when, one evening after a long conference with an Indian neighbour, he proposed a celebration.	Проходила неделя за неделей; спасатели не показывались, но надежда на завтрашний день помогала Тони прожить сегодняшний; в нем даже пробудилось что-то вроде симпатии к своему тюремщику, и, когда тот после долгой беседы с индейцем предложил пойти на праздник, Тони согласился.
"It is one of the local feast days," he explained, "and they have been making piwari.	- В этот день местные обычно устраивают пир, -объяснил мистер Тодд. Они уже наготовили пивари.
You may not like it but you should try some.	Может, вам оно и не придется по вкусу, но попробовать стоит.
We will go across to this man's home tonight."	Сегодня вечером мы пойдем в гости к этому индейцу.
Accordingly after supper they joined a party of Indians that were assembled round the fire in one of the huts at the other side of the savannah.	Как и было договорено, они присоединились к индейцам, собравшимся у очага в одной из хижин на другой стороне саванны.
They were singing in an apathetic, monotonous manner and passing a large calabash of liquid from mouth to mouth.	Индейцы, приложившись к большой тыкве-горлянке с какой-то жидкостью, с вялым монотонным пением передавали ее из рук в руки.
Separate bowls were brought for Tony and Mr. Todd, and they were given hammocks to sit in.	Тони и мистера Тодда усадили в гамаки и предоставили им отдельные сосуды.

"You must drink it all without lowering the cup.	- Надо сразу выпить все до дна.
That is the etiquette."	Так требует обычай.
Tony gulped the dark liquid, trying not to taste it.	Тони, стараясь не распробовать, залпом выпил темную жижу.
But it was not unpleasant, hard and muddy on the palate like most of the beverages he had been offered in Brazil, but with a flavour of honey and brown bread.	Но пойло было не такое уж противное, кисловатое и мутное, как почти все напитки, которыми его угощали в Бразилии, зато с привкусом меда и черного хлеба.
He leant back in the hammock feeling unusually contented.	Он раскинулся в гамаке, испытывая давно забытое блаженство.
Perhaps at that very moment the search party was in camp a few hours' journey from them.	А вдруг в это самое время поисковая партия разбивает лагерь в нескольких часах ходьбы отсюда?
Meanwhile he was warm and drowsy.	Он согрелся, его стало клонить ко сну.
The cadence of song rose and fell interminably, liturgically.	Песня то набирала темп, то снова замирала, и так бесконечно, как литургия.
Another calabash of piwari was offered him and he handed it back empty.	Ему поднесли еще одну горлянку с пивари, и он осушил ее до дна.
He lay full length watching the play of shadows on the thatch as the Pie-wies began to dance.	Он лежал, раскинувшись в гамаке и наблюдая за игрой теней на кровле, когда пай-ваи начали танцевать.
Then he shut his eyes and thought of England and Hetton and fell asleep.	Тогда он закрыл глаза, вспомнил Англию, Хеттон и заснул.
He awoke, still in the Indian hut, with the impression that he had outslept his usual hour.	Проснулся он все еще в индейской хижине, с таким ощущением, словно сильно переспал.
By the position of the sun he knew it was late afternoon. No one else was about.	По положению солнца он понял, что уже далеко за полдень.
He looked for his watch and found to his surprise that it was not on his wrist.	Он поискал глазами часы, но, к его удивлению, их на руке не оказалось.
He had left it in the house, he supposed, before coming to the party.	"По-видимому, оставил дома перед вечеринкой, -решил он.
I must have been tight last night," he reflected.	- Наверное, здорово перепил вчера.
"Treacherous drink that."	Зверское пойло".
He had a headache and feared a recurrence of fever.	У него болела голова, и он испугался, как бы не вернулась лихорадка.
He found when he set his feet to the ground that he stood with difficulty; his walk was unsteady and his mind confused as it had been during the first weeks of his convalescence.	Опустив ноги на землю, он обнаружил что едва стоит, его шатало, в голове был сумбур, как в те первые недели, когда он шел на поправку.
On the way across the savannah he was obliged to stop more than once, shutting his eyes and breathing deeply.	На пути через саванну ему приходилось не раз останавливаться - он закрывал глаза и глубоко дышал.
When he reached the house he found Mr. Todd sitting there.	Мистера Тодда он застал дома.

"Ah, my friend, you are late for the reading this afternoon.	- А, друг мой, вы опоздали к нашим чтениям.
There is scarcely another half hour of light.	Через полчаса уже стемнеет.
How do you feel?"	Как вы себя чувствуете?
"Rotten.	- Мерзко.
That drink doesn't seem to agree with me."	Мне что-то нехорошо от этого пойла.
"I will give you something to make you better.	- Я вам дам одно снадобье, и вам полегчает.
The forest has remedies for everything; to make you awake and to make you sleep."	В лесу есть всякие лекарства: и чтобы разбудить, и чтобы усыпить.
"You haven't seen my watch anywhere?"	- Вы не видели моих часов?
"You have missed it?"	- Вы, наверное, их хватились?
"Yes. I thought I was wearing it.	- Да, мне казалось, что я их надел.
I say, I've never slept long."	Знаете, я ведь никогда так долго не спал.
"Not since you were a baby.	- Во всяком случае, с тех пор, как вышли из грудного возраста.
Do you know how long?	Знаете, сколько вы проспали?
Two days."	Два дня.
"Nonsense.	- Чепуха.
I can't have."	Не может быть.
"Yes, indeed.	- Нет, правда.
It is a long time.	Вы очень долго спали.
It is a pity because you missed our guests."	И очень жаль, потому что вы разминулись с нашими гостями.
"Guests?"	- С гостями?
"Why, yes.	- Да, а что такого?
I have been quite gay while you were asleep.	Надо сказать, я не скучал, пока вы спали.
Three men from outside.	Три человека издалека.
Englishmen.	Англичане.
It is a pity you missed them.	Жаль, что вы с ними разминулись.
A pity for them, too, as they particularly wished to see you.	Их тоже жаль: ведь им непременно хотелось повидать вас.
But what could I do?	Но что мне было делать?
You were so sound asleep.	Вы так хорошо спали.
They had come all the way to find you, so - I thought you would not mind - as you could not greet them yourself I gave them a little souvenir, your watch.	Они специально проделали весь этот путь, чтобы увидеться с вами, так что я подумал, - вы, наверное, не рассердитесь раз вы сами не могли с ними повидаться, отдам-ка я им ваши часы на память.

They wanted something to take back to England where a reward is being offered for news of you. They were very pleased with it.	Они обязательно хотели отвезти какую-нибудь вашу вещицу в Англию: там за сведения о вас обещано вознаграждение Они очень обрадовались.
And they took some photographs of the little cross I put up to commemorate your coming.	И еще они сделали несколько фотографий того маленького крестика, который я поставил в честь вашего прибытия.
They were pleased with that, too.	И тоже очень обрадовались.
They were very easily pleased.	Они всему радовались.
But I do not suppose they will visit us again, our life here is so retired ... no pleasures except reading ... I do not suppose we shall ever have visitors again ... well, well, I will get you some medicine to make you feel better.	Но мне кажется, они к нам больше не приедут, мы живем здесь так уединенно... никаких развлечений, только чтение, мне кажется, к нам больше никто никогда не придет. Не надо, не надо так, я достану одно снадобье, и вам полегчает.
Your head aches, does it not? ... We will not have any Dickens today ... but tomorrow, and the day after that, and the day after that.	У вас болит голова, верно? Сегодня мы не будем читать Диккенса. А вот завтра, послезавтра и послепослезавтра.
Let us read Little Dorrit again.	Давайте перечитаем еще раз "Крошку Доррит".
There are passages in that book I can never hear without the temptation to weep."	В этой книге есть такие места, которые я не могу слышать без слез.
CHAPTER SEVEN English Gothic - III	ГЛАВА СЕДЬМАЯ. АНГЛИЙСКАЯ ГОТИКА III
A LIGHT breeze in the dewy orchards; brilliant, cool sunshine over meadows and copses; the elms were all in bud in the avenue; everything was early that year for it had been a mild winter.	Легкий ветерок в осыпанных росой плодовых садах; холодный солнечный свет над лугами и рощами; в аллее на вязах набухли почки; зима в этом году была мягкая и весна пришла рано.
High overhead among its gargoyles and crockets the clock chimed for the hour and solemnly struck fourteen.	В вышине среди горгулий и каменной листвы часы торжественно отбили четырнадцать ударов.
It was half past eight.	Была половина девятого.
The clock had been irregular lately.	Последнее время часы капризничали.
It was one of the things that Richard Last intended to see to when death duties were paid and silver foxes began to show a profit.	Они числились в том списке недоделок, которыми Ричард Ласт собирался заняться, как только выплатит налог на наследство, а черно-бурые лисицы начнут давать прибыль.
Molly Last bowled up the drive on her two-stroke motor-cycle; there was bran mash on her breeches and in her hair.	Молли Ласт пронеслась по аллее на двухцилиндровом мотоцикле; брюки и волосы у нее были забрызганы отрубями.
She had been feeding the Angora rabbits.	Она кормила ангорских кроликов.
On the gravel in front of the house the new memorial stood, shrouded in a flag.	На посыпанной гравием площадке перед домом возвышался новый памятник, обернутый флагом.
Molly propped the motor-cycle against the wall of the drawbridge and ran in to breakfast.	Молли прислонила мотоцикл к подъемному мосту и побежала завтракать.

Life at Hetton was busier but simpler since Richard Last's succession.	После воцарения Ричарда Ласта Хеттон зажил более деятельной, но куда менее церемонной жизнью.
Ambrose remained but there were no longer any footmen; he and a boy and four women servants did the work of the house.	Эмброуз остался на своем посту, но лакеев уволили. Эмброуз с мальчиком и четыре служанки выполняли всю работу по дому.
Richard Last called them his 'skeleton staff.'	Ричард Ласт именовал их "костяком нашего персонала".
When things were easier he would extend the household; meanwhile the dining hall and the library were added to the state apartments which were kept locked and shuttered; the family lived in the morning room, the smoking room and what had been Tony's study.	Когда с деньгами станет посвободнее, он наберет еще челяди, а пока к закрытым парадным апартаментам с забранными ставнями окнами прибавились столовая и библиотека; семейство ютилось в утренней комнате, курительной и той, что служила Тони кабинетом.
Most of the kitchen quarters, too, were out of use; an up-to-date and economical range had been installed in one of the pantries.	Кухонными помещениями по большей части тоже не пользовались, а в одной из буфетных поставили весьма современную и экономичную плиту.
The family all appeared downstairs by half past eight, except Agnes who took longer to dress and was usually some minutes late; Teddy and Molly had been out for an hour, she among the rabbits, he to the silver foxes. Teddy was twenty-two and lived at home.	К половине восьмого все семейство, кроме копухи Агнес, которая неизменно опаздывала на несколько минут, спустилось к завтраку; Тедди и Молли уже час назад ушли из дому, она - к своим кроликам, он - к черно-бурым лисицам Тедди исполнилось двадцать два, он жил дома.
Peter was still at Oxford.	Питер еще учился в Оксфорде
They breakfasted together in the morning room.	Завтракали все вместе в утренней комнате.
Mrs. Last sat at one end of the table; her husband at the other; there was a constant traffic from hand to hand to and fro between them of cups, plate, honey jars and correspondence.	Миссис Ласт сидела во главе СТОЛА с одной стороны, ее муж - с другой; между ними шел постоянный обмен чашками, тарелками, баночками с медом и письмами, которые передавались через весь стол из рук в руки.
Mrs. Last said,	Миссис Ласт сказала:
"Molly, you have rabbit feed on your head again."	- Молли, опять у тебя в волосах отруби.
"Oh well, I shall have to tidy up anyway before the jamboree."	- Да ну, все равно придется прибираться перед балаганом.
Mr. Last said,	Мистер Ласт сказал:
"Jamboree.	- Балаганом.
Is nothing sacred to you children?"	Неужели для вас, дети, нет ничего святого?
Teddy said,	Тедди сказал:
"Another casualty at the stinkeries.	- В смердятниках новая беда.
That little vixen we bought from the people at Oakhampton got her brush bitten off during the night.	У сучки, что мы купили в Оукхэмптоне, ночью отгрызли хвост.
Must have got it through the wire into the next cage.	Небось просунула ненароком в соседнюю клетку.
Tricky birds, foxes."	Те еще птицы, эти лисы.

Agnes came next; she was a neat, circumspect child of twelve, with large, grave eyes behind her goggles.	Последней вошла Агнес, чистенькая осмотрительная девочка с большими серьезными глазами за круглыми стеклами очков.
She kissed her father and mother and said,	Она поцеловала мать и отца:
"I'm sorry if I'm late."	- Прошу прощения, если опоздала, - сказала она.
"If you're late ..." said Mr. Last tolerantly.	- Если, - сказал мистер Ласт благодушно.
"How long will the show last?" asked Teddy.	- И долго это представление протянется? -спросил Тедди.
"I've got to run over to Bayton and get some more rabbits for the foxes.	- Мне надо смотаться в Бейтон, раздобыть кроликов для лисиц.
Chivers says he's got about fifty waiting for me.	Чивер сказал, что держит для меня пятьдесят штук наготове.
We can't shoot enough here.	Тут на них не настреляешься.
Greedy little beggars."	Прожорливые твари.
"It will be all over by half past eleven.	- К половине двенадцатого все будет кончено.
Mr. Tendril isn't going to preach a sermon.	Мистер Тендрил не будет читать проповеди.
It's just as well really.	А это не так уж плохо.
He's got it into his head that cousin Tony died in Afghanistan."	Ему втемяшилось, что кузен Тони погиб в Афганистане.
"There's a letter here from Cousin Brenda.	- Пришло письмо от кузины Бренды.
She's very sorry but she can't get down for the dedication."	Она очень сожалеет, что не может приехать на освящение.
"Oh."	-А.
There was a general silence.	Все замолкли.
"She says that Jock has a three line whip for this afternoon."	- Она пишет, что Джока сегодня срочно вызвали в парламент:
"Oh."	-А.
"She could have come without him," said Molly.	- Могла б и без него пожаловать, - сказала Молли.
"She sends her love to us all and to Hetton."	- Она шлет привет всем нам и Хеттону.
There was another pause.	Все опять замолкли.
"Well I think it's a jolly good thing," said Molly.	- Чего же лучше, - сказала Молли.
"She couldn't show much widowly grief.	- Все равно роль скорбящей вдовы не по ней.
It didn't take her long to get hitched up again."	Она недолго убивалась, тут же выскочила замуж.
"Molly."	- Молли!
"And you know you think the same."	- Да чего там, ты сама так думаешь.
"I will not allow you to talk like that about Cousin Brenda, whatever we think.	- Что бы мы ни думали о кузине Бренде, я не разрешаю тебе так о ней говорить.

She had a perfect right to marry again and I hope she and Mr. Grant-Menzies are very happy."	Она имела полное право выйти замуж, и я надеюсь, что они с мистером Грант-Мензисом очень счастливы.
"She was always jolly decent to us when she used to live here," said Agnes.	- Она вас всегда принимала лучше не надо, когда жила здесь, - сказала Агнес.
"Well I should hope so," said Teddy.	- Надо думать, - сказал Тедди.
"After all it's our place."	- Это в нашем-то доме.
The day was still fine at eleven o'clock, though the wind had got up, fluttering the papers on which the order of the service was printed and once threatening to unveil the memorial prematurely.	В одиннадцать часов погода стояла прекрасная, хотя и поднялся ветер; он трепал программу богослужения и чуть было не сорвал до времени флаг с памятника.
Several relatives were present, Lady St. Cloud, Aunt Frances, and the family of impoverished Lasts who had not profited by Tony's disappearance.	Присутствовали несколько родственников: леди Сент-Клауд, тетка Фрэнсис и семейство захудалых Ластов, которых никак не обогатило исчезновение Тони.
All the household and estate servants were there, several tenants and most of the village; there were also a dozen or so neighbours, among them Colonel Inch - Richard Last and Teddy had hunted regularly that season with the Pigstanton.	Домочадцы и работники фермы присутствовали в полном составе, пришел кое-кто из арендаторов, большинство деревенских, около дюжины соседей и среди них полковник Инч; Ричард Ласт и Тедди в этом году все время охотились с пигстэнтонцами.
Mr. Tendril conducted the brief service in his clear, resonant voice that was clearly audible above the blustering wind.	Мистер Тендрил отслужил короткую службу звучным голосом, перекрывавшим вой ветра.
When he pulled the cord the flag fell away from the memorial without mishap.	Он дернул за веревку, и флаг упал, тотчас открыв памятник.
It was a plain monolith of local stone, inscribed:	Это была простая плита из местного камня с надписью:
ANTHONY LAST OF HETTON	ЭНТОНИ ЛАСТ из ХЕТТОНА,
EXPLORER	ИССЛЕДОВАТЕЛЬ.
BORN AT HETTON, 1902	Родился в Хеттоне (1902 г.).
DIED IN BRAZIL, 1934	Умер в Бразилии (1984 г.).
When the local visitors had left and the relatives had gone into the house to be shown the new labour saving arrangements, Richard Last and Lady St. Cloud remained for a short time on the gravel.	Когда местные разошлись, а родственники удалились в дом посмотреть на новые сберегающие труд усовершенствования, Ричард Ласт и леди Сент-Клауд оказались вдвоем на площадке.
"I'm glad we put that up," he said.	- Я рад, что мы поставили памятник, - сказал он.
"You know, I should have never thought of it, if it had not been for a Mrs. Beaver.	- Мне бы никогда самому не додуматься, если б не миссис Бивер.
She wrote. to me as soon as the news of Tony's death was published.	Как только в газетах появилось сообщение о гибели Тони, она мне тут же написала.
I didn't know her at the time.	Я с ней раньше не был знаком.
Of course we knew very few of Tony's friends." .	Разумеется, мы знали очень немногих друзей Тони.

"It was her suggestion?"	-Так это ее идея?
"Yes, she said that as one of Tony's closest friends she knew he would wish to have some monument at Hetton.	- Да, она написала, что, будучи близким другом Тони, она знает, как приятно было бы покойному иметь памятник в Хеттоне.
She was most considerate - even offering to arrange with the contractors for it.	Она была очень любезна даже хотела взять на себя переговоры с подрядчиками.
Her own plans were more ambitious. She proposed that we should have the Chapel redecorated as a chantry.	У нее, правда, были более грандиозные планы: она предлагала приспособить капеллу под поминальную часовню.
But I think this is what he would have preferred.	Но я думаю, такой памятник пришелся бы Тони больше по вкусу.
The stone comes from one of our own quarries and was cut by the estate workmen."	Камень из нашей каменоломни и обтесан нашими работниками.
"Yes, I think he would have preferred this," said Lady St. Cloud.	- Да, и я думаю, что такой памятник пришелся бы ему больше по вкусу, сказала леди Сент-Клауд.
Teddy had chosen Galahad for his bedroom.	Тедди выбрал своей спальней Галахада.
He disengaged himself from the family and hurried up to change out of his dark clothes.	Он отделался от домашних и помчался наверх снять черный костюм.
Within ten minutes he was in his car driving to Chivers' farm.	Через десять минут он уже гнал машину к Чиверу.
Before luncheon he was back with the rabbits.	К обеду он привез кроликов.
They were skinned and tied round the feet into four bundles.	Они были освежеваны и связаны за ноги по четыре штуки.
"Coming to the stinkeries?" he asked Agnes.	- Идешь в смердятники? - спросил он Агнес.
"No, I'm looking after Cousin Frances.	- Нет, приглядываю за кузиной Фрэнсис.
She got rather on mother's nerves through crabbing the new boiler."	Она запорола новый котел, и мама на нее взъелась.
The silver fox farm was behind the stables; a long double row of wire cages; they had wire floors covered with earth and cinders to prevent the animals digging their way out.	Лисоферма располагалась прямо за конюшнями; длинный двойной ряд проволочных клеток с усыпанными землей и золой проволочными полами, чтоб зверьки не прорыли ходов наружу.
They lived in pairs; some were moderately tame but it was unwise to rely upon them. Teddy and Ben Hacket - who helped with them - had been badly bitten more than once that winter.	Лисы жили парами, некоторые были относительно приручены, но полагаться на них не приходилось; Тедди и Бену Хэккету - он помогал на ферме - за зиму от них не раз доставалось.
They ran up to the doors when they saw Teddy come with the rabbits.	Завидев Тедди с кроликами, лисицы кинулись к дверцам клеток.
The vixen who had lost her brush seemed little the worse for her accident.	Лиса, которой отгрызли хвост, вроде не слишком пострадала от этой потери.
Teddy surveyed his charges with pride and affection.	Тедди с гордостью и нежностью обозрел своих подопечных.
It was by means of them that he hoped one day to restore Hetton to the glory that it had enjoyed in the days of his Cousin Tony.	С их помощью он надеялся возродить Хеттон в том великолепии, которое он знавал во времена кузена Тони.