Помоги проекту - поделись книгой:
— Зачем… — вяло пробормотала она.
— Даша, держись за меня! — я заставил её встать, закинул её руку на своё плечо. Обнял за талию. Двинулся вперед. Она почти висела на мне, едва переставляя ноги.
— Дашенька, Дашутка… — забормотал я. — Не уходи, не оставляй меня одного… А помнишь, как мы встретились? На день святого Валентина… Я пролил на тебя свой компот в студенческой столовой…
— Помню… — я почувствовал, что она пытается улыбаться. Замёрзшие губы не слушались.
— А помнишь, как предложение сделал?
— Помню… Перед самым экзаменом… Я потом ещё едва трояк не получила, потому что ни о чем больше думать не могла…
— А Ксюшка? Помнишь, как я вас в роддоме встречал?
Нужно было говорить и заставить говорить её. Я заглянул ей в лицо: глаза её были по-прежнему закрыты.
— Веник вместо букета приволок… — рассмеялась Даша. Попыталась рассмеяться. Из-под ресницы показалась слезинка, но так и не скатилась, запутавшись в инее на щеке. — Я люблю тебя, Сашка… Прости меня… Тебе сложно со мной было… Я всё время занята, занята… А сейчас всё вот так…
— Даша, что ты! Это ты прости меня!
Я вёл, почти нёс её, чувствуя, как с каждым шагом всё тяжелее становится её тело.
Люди, заблудившись в лесу, раньше говорили: «Леший водит». А на самом деле одна нога шагает шире, чем другая. Вот и мы с Дашей вроде бы шли вперёд, а вместо этого сделали круг. Чтобы не уходить в сторону, надо найти какие-то ориентиры. Юг, север… Солнца нет, не определиться. Муравейники с южной стороны… Где их найдешь под снегом? Снег тает на южных склонах быстрее… Да он вообще не тает! Сыплется, сыплется, укрывая всё вокруг ровным покрывалом… О! Смола больше выступает на южной части сосны!
— Не молчи, Даша… — я, поддерживая жену, попытался заглянуть за ближайший ствол. Даша висела тяжёлым кулём.
Вспомнилось не к месту, как на свадьбе, поднимая невесту на руки, я, на подначку друзей — не урони, мол — не к месту брякнул: «И не такие мешки носили!» Всю жизнь я был недотёпой!
Даша начала сползать вниз. Я попытался подхватить её, не удержал. И не удержался сам. И мы оба рухнули в снег. Я забарахтался перевёрнутой на спину черепахой. Кое-как поднялся на колени. Потянулся к Даше. И тут увидел… Увидел ЕГО! Тёмные ветви, сложенные домиком, припорошенные сверху свежим снегом. Шалаш! Люди! Здесь бывают люди!!!
— Даша, Дашенька! Не спи! — я кое-как приподнял ее, почти волоком потащил вперёд. Может быть, там есть что-то: оставленные старые тряпки, зажигалка… Там хотя бы можно просто укрыться от ветра и снега!
Это был не совсем шалаш. Помесь юрты, шалаша, индийского типи… Гибрид. Но здесь было всё, что нужно: две лежанки с одеялами и даже подушками, место для костра с подготовленным сухим хворостом, котелок над ним. Зажигалка!
Я втащил Дашу внутрь, закрыл пологом вход. Уложил на одну из лежанок. Она не шевелилась и не отвечала. Глаза её были закрыты.
Развести костёр! Согреть воды!
Промёрзшие руки не слушались. Зажигалка несколько раз выскальзывала из негнущихся пальцев. Но зато сухие ветки занялись с первого раза. Тёплые языки пламени осветили тёмное пространство нечаянно обнаруженного жилища. Дым уходил вверх в оставленное в крыше отверстие.
Я подхватил котелок, вынырнул наружу, поспешно зачерпнул снега. Подвесил котелок над костром. Обернулся к Даше. Пальцы её на руках и ногах были белыми. Я начал осторожно растирать их. Мои собственные руки тоже не слушались, но всё-таки мне досталось меньше.
От костра шло живительное тепло, и я мысленно послал благодарности тем, кто создал этот приют. Чудо, что нам удалось его обнаружить!
Руки Даши начали отогреваться. И мои собственные пальцы постепенно оттаивали, наливаясь болью. Что ещё сделать? Как быстрее согреть замёрзшего человека?
В голове всплыли кадры древнего, невесть когда просмотренного фильма, на которых моряка, вытащенного из ледяной воды, согревали две проститутки. Своими телами и профессиональными действиями. Прости меня, господи, но годится!
Я поспешно стянул с Даши задубевшие футболку и шорты, начавшие постепенно оттаивать в тепле шалаша. Сбросил свою одежду. Лёг рядом с женой, накинул сверху два одеяла. Тело Даши было ледяным. Впрочем, со мной ситуация была не лучше.
Я обнял жену, прижался к ней. Осторожно погладил ладонью грудь. Спустился ниже. Склонился, бережно целуя глаза, щеки, губы…
Костёр грел, наполняя воздух теплом, разгоняя кровь. Губы Даши, поначалу совершенно холодные, чуть дрогнули, отвечая на поцелуй…
— Саша… — прошептала Даша. — Сашенька…
— Что? — произнес я, не открывая глаз. Двигаться не хотелось. Говорить не хотелось. В шалаше было тепло, и мы лежали рядом, переплетясь, словно щенки в гнезде волчицы. В тёплой норе посреди дикого леса.
— Сашенька, ты спас меня… — прошептала Даша. Ее губы щекотали мою щеку. — Я люблю тебя…
— Обращайтесь, мадам… — пробормотал я. — И я люблю тебя, маленькая… С днём святого Валентина, кстати.
Всё было позади. Всё хорошо. Мы в тепле, защищены. Костёр не погаснет. Горячая вода из талого снега у нас есть. А еда — потерпим. Через семь суток появится кабинка пространственника… А, может, ещё раньше придут люди, сотворившие это чудесное убежище…
— А я и забыла про Валентина. Никак, это он нам решил помочь… — тихонько рассмеялась Даша. И вдруг замерла, вслушиваясь. — Что это?!
Снаружи раздавался скрип снега.
— Ничего себе! — произнес девичий и смутно знакомый голос. — Дым идёт! Эдик, к нам кто-то забрался!
— Не волнуйся, сейчас вытурим… — уверенно отозвался мальчишеский басок.
Мы с Дашей ошалело переглянулись и одновременно бросились к выходу. Она, как всегда, успела первая. Высунула голову и плечи с накинутым одеялом наружу и так и застыла, стоя на четвереньках. Я подхватил второе одеяло, набросил его на римско-патрицианский манер и аккуратно потеснил на выходе Дашу. И тоже застыл.
— Мама?! Папа?! — серые глаза дочери, выражая непомерное изумление, занимали пол-лица.
Рядом с ней перетаптывался плечистый молодой человек с озадаченной физиономией. Я вдруг увидел нас его глазами: двое, на четвереньках, закутанные невесть во что…
— Дочь? — первой опомнилась Даша. Запахнула одеяло, вскочила на ноги. — Откуда ты тут взялась?!
Я поднялся вслед за ней.
— Ну, родичи, вы даёте! — произнесла Ксюша, переводя потрясённый взгляд с меня на мать и обратно. — Я-то собираюсь отпраздновать здесь День святого Валентина. А вы как здесь оказались?
— Мы? — пробормотала Даша, судорожно стягивая концы одеяла на груди. — Мы?.. Мы тоже… попраздновать… Собирались…
— А-а-а… — глубокомысленно произнесла дочь и оглянулась на молодого человека. — Ага… Ну, коль уж так всё удачно сложилось… Я хотела бы представить… Папа, мама, знакомьтесь, это Эдик. Эдуард, мой жених.
— Здрассте, — осторожно пробормотал представленный жених, видимо, пытаясь свыкнуться с мыслью, что два стоящих перед ним чучела являются родителями его любимой.
— Что? — пискнула Даша. — Что?! Какой жених?
— Мой жених, — терпеливо повторила Ксюша. — Через месяц регистрация. А пока хотели вот отпраздновать. Потому, дорогие родители, я вас, конечно, очень люблю и всё такое, но, может быть, вы освободите помещение, которое вам не принадлежит? Я понимаю, что здесь очень уютно — мы с Эдиком старались. Но, может быть, вы сотворите себе что-нибудь такое же, только подальше отсюда?
Даша посмотрела на меня, я на Дашу. Потом, как по команде, посмотрели на Ксюшу.
— Дочь, — медленно произнес я. — Самый важный вопрос. У тебя есть коммуникатор? Если ты вызовешь нам кабинку, то мы немедленно освободим ваше… жизненное пространство.
— Папа! — возмутилась дочь. — Только такое атавистическое существо, как ты, может отправиться куда-то без коммуникатора! — она окинула критическим взглядом наш наряд и добавила. — И в таком виде. Мама, у тебя тоже нет?
Даша виновато помотала головой. Мы стояли перед собственной дочерью, как два провинившихся школьника.
— Безответственность! — воскликнула Ксюша. — Я, конечно, вызову пространственник, но в наказание вас следовало бы отправить домой пешком!
— Пешком мы примёрзнем к первому же попавшемуся дереву… — пробормотал я, наблюдая, как она стягивает варежки, отдаёт их жениху и начинает набирать цифры на экране.
— Папа! — дочь вскинула возмущенные глаза. — Вы лентяи! Здесь до дома — двести метров!
— Как?.. Как двести метров? — воскликнула Даша.
— А какая это планета? — тупо спросил я.
— Господи! — укоризненно произнесла дочь, нажимая вызов и пряча коммуникатор в карман. Вы же, вроде, родители, а ведёте себя как дети! Земля, конечно. А вы что думали?
— Мы не знали, чего и думать… — потрясенно пробормотал я. — Собирались на Плану. Вернее, на Мерилуну…
Я, ища подтверждения, оглянулся на Дашу. Та кивнула.
— Ха! — Ксюша торжествующе посмотрела на жениха. — Понял, почему кабинка пришла так быстро? Её родители себе вызывали! А ты всё: «В честь праздника… в честь праздника…»
Эдик смущённо пожал плечами. Ему тоже всё было ясно.
— Координаты перед отправкой надо было проверить, папочка! — сообщила мне дочь ехидно. — Послали мы запрос на пространственник, думали, ждать придется не меньше часа: все же праздновать отправляются. А нам мгновенный сигнал — кабинка на месте. Мы обрадовались — бывает же такое чудо! Побежали задавать координаты, пока никто не перехватил. Задали. И на секунду — буквально на секундочку! — отошли за сумками с провизией. Возвращаемся — а кабинки и след простыл! Вызвали по новой — а нам сообщение: ожидание более трёх часов. Плюнули мы и потопали со всеми этими баулами пешком, — она кивнула на набитые сумки, стоящие у ног плечистого Эдика.
Через полчаса всё закончилось. Воздух около палатки задрожал, обретая очертания и форму.
— Добро пожаловать на борт, — произнёс вежливый голос автомата. — Задайте, пожалуйста, координаты…
Тщательно сверяя каждую цифру и букву, я ввёл код. Кокон начал сгущаться. Дочь с новоявленным женихом помахали нам, провожая, и развернулись, направляясь к шалашу.
— Прикольные у тебя предки… — донесся голос Эдика.
— До сих пор, вон, друг друга любят, — хихикнула Ксюша. — Это надо же — в наш шалаш забрались!
Звуки пропали, отсечённые непроницаемыми стенками пространственника.
— Знаешь, — Даша прижалась ко мне, заглянула в глаза. — А ведь я не на таблетках. Может, у нас будет малыш?..
У меня перехватило дыхание.
— А ты… Ты хочешь?
— Конечно, — уверенно кивнула она. — Дочь вон совсем взрослая, самостоятельная. Улетит из гнезда… Нужно же нам о ком-то заботиться?..
— А твоя работа? — все ещё не веря, уточнил я.
— Справимся, — беззаботно махнула рукой жена. — На ней одной свет клином не сошёлся.
— Ура! — шёпотом произнес я. — С днём святого Валентина!
Кокон качнулся, извещая о прибытии.
Принцесса бедуинов
Ольга Силаева
Ольга Силаева
28 сентября 1982 г.
Звёзды горели в небе, расчерчивая тьму линиями южных созвездий. Слева шумело море. Экскурсия в пустыню оказалась дешёвым разводом: покружив туристов на разбитом микроавтобусе, быстроглазый гид-араб высадил всех в темноте на пустынном скалистом берегу. Вдоль неосвещённой дороги на ночном ветру трепетали пальмы, за ними раскинулась каменная равнина. Вдали возвышалась стройка: стандартный двухэтажный отель подковой, который, похоже, никогда не будет достроен. Кризис…
Макс стоял с незажжённой сигаретой, глядя в небо. К единственному костру, оранжевым пятном горящему шагах в сорока, идти не хотелось: в круге пламени звёзды будут не видны. Его товарищи по несчастью мялись неподалеку, тоже не решаясь идти вперед. Но другого выбора, похоже, не было: крикнув что-то в мобильник на арабском и ткнув рукой в сторону костра, их гид запрыгнул обратно в микроавтобус, и водитель тут же тронулся, обдав туристов облаком пыли и щедрым бензиновым выхлопом.
— Ни здрасьте, ни до свидания, — осуждающим тоном проговорила полная женщина. — Высадил на пустой дороге и тю-тю.
— Да что с него взять, — фыркнула девчонка с короткой стрижкой. В микроавтобусе она пару раз косилась на Макса с явным интересом. — Арабы же. Если б ему дали десять баксов, он бы нам тут ковровую дорожку расстелил. А за бесплатно нашли дурака.
— Ничего себе бесплатно! Сто семьдесят долларов!
— Вы тоже заплатили сто семьдесят? — вступил в разговор последний пассажир, лысоватый мужчина чуть за сорок. — Я думал, я один так опростоволосился. Новогодний ужин у бедуинов везде за шестьдесят идет.
Макс положил сигарету в карман. Он уже жалел, что ввязался в это предприятие. Когда тебе тридцать, и жизнь свелась к рутине, а перемены — к очередной съёмной квартире и новому сериалу на телеэкране, в мыслях ты хватаешься за любую соломинку, чтобы хоть что-нибудь изменить. А на деле просыпаешься, залезаешь в троллейбус и едешь на опостылевшую работу. День за днём. День за днём… Единственным светлым пятном оставались новогодние праздники, долгожданные дни на Красном море: пальмы, жаркое солнце, просторный номер с видом на море и крохотная, почти детская надежда на чудо. И, когда очередной пляжный торговец вдруг понизил голос и таинственным тоном сообщил, что может устроить особенную экскурсию к бедуинам, где исполняются желания, Макс не стал отмахиваться.
Хотя, наверное, стоило.
Особенно после того, как Макс услышал цену. Должно быть, поэтому их тут лишь четверо.
— Стоим тут, как идиоты, — проворчала девчонка. — Пойдёмте хоть посмотрим, что там у костра.
— Подождите. — Макс вскинул руку. — Кто-то идёт.
Пламя костра перечеркнула тёмная фигура. В тишине шорох шагов казался особенно чётким. Даже одинокие цикады притихли.
При взгляде на появившегося из тьмы незнакомца в голове не возникали мысли о «Тысяче и одной ночи» и диснеевских мультиках про Аладдина. Обычный молодой бедуин в длинной светлой хламиде и головном уборе, в любой чайной их навалом. Вот только что-то в движениях ночного гостя наталкивало на мысль, что слово «ассасин» родилось как раз в этих краях. (Макс порой читал Википедию на работе).
— Добро пожаловать, дорогие гости, — в глубоком голосе новоприбывшего не слышалось ни малейшего акцента. — Не стоит больше ждать в темноте. Милости прошу к нашему костру.
Повинуясь жесту незнакомца, они двинулись за ним по едва заметной тропинке. Дул прохладный ветер, и Макс плотнее запахнулся в куртку. В голове мелькали странные мысли, и почему-то все настойчивее вспоминалось, что в сказках за исполнение заветных желаний обычно требовали душу. Впрочем, а были ли у него вообще заветные желания? Ну, свой дом, много денег, отличное здоровье… а дальше?
— Вы думаете, что вас обманули, — внезапно сказал незнакомец, не оборачиваясь.
— Есть немножко, — не стал отрицать Макс.
Поделиться книгой: