Газета Завтра 605 (26 2005)

Имя этой "золотой рыбки" — не только нефть. Конечно, там, где нефть, должна быть демократия, причем демократия именно по-американски, а не какая-то еще. А у мирового "ресурсного пояса", в который входят страны "Большого Ближнего Востока" (и Россия), на этот счет, наверное, появились определенные — и нарастающие — сомнения. Но ведь не зря та же самая Кондолиза однажды сказала, что приверженность того или иного правительства демократии определяется даже не тем, насколько защищены им права человека и эффективны демократические институты, а от того, насколько это правительство признает США образцом демократии для всего мира. Иными словами, мы говорим "демократия" — подразумеваем "Америка", мы говорим "Америка" — подразумеваем "демократия".

Сегодня дело именно в том, что Соединенные Штаты начинают проигрывать схватку за глобальное лидерство: нельзя же бесконечно и фактически задаром использовать внешние источники сырья и интеллекта. А велосипед стоит только до тех пор, пока едет. Остановился — упал. Контроль за мировой нефтью нужен американцам прежде всего для того, чтобы с помощью этого рычага контролировать развитие конкурирующих "центров силы" — таких, как Объединенная Европа или Китай.

России, скатившейся до положения сырьевого придатка мировой экономики (а как ругали во время горбачевской перестройки "партократов" за аналогичный, только куда менее выраженный, крен?!), подобная позиция Вашингтона сулит немалые потрясения. Вряд ли кремлевским "силовикам" Кондолиза Райс и ее единомышленники позволят пользоваться сверхдоходами от "нефтянки" — сегодня такое не позволяется даже арабским шейхам, которых американцы намерены поставить под дамоклов меч "демократической нестабильности". Что уж тут говорить о "друге Владимире".

Само собой, пока у России в руках находятся остатки советского ядерного щита и меча, из-за океана ее будут всячески успокаивать и развлекать разговорами о "партнерстве" и "сотрудничестве", одновременно стращая "оранжевыми революциями" и "эстонскими угрозами" по всему периметру границ, однако как только "точка возврата" будет пройдена (а до этого остался чуть ли не год с небольшим), в силу, скорее всего, вступит даже не грузинско-украинский, а сербско-иракский вариант. Нестабильность так нестабильность, господа! Горячие приветы для ББВ и ВВП от БЧЖ!

ЗАСЛАННЫЙ КАЗАЧОК

ЗАСЛАННЫЙ КАЗАЧОК

Владимир Филин

Владимир Филин

ЗАСЛАННЫЙ КАЗАЧОК

Лидер "Родины" Дмитрий Рогозин, комментируя на съезде своей партии возможность "цветной" революции, сказал, что этот цвет будет рыжим. Видимо, Рогозин прав.

Вспомним выборы президента в 1996 году. В начале того года мало кто предполагал, что Борис Ельцин сможет переизбраться на второй срок. Но за дело взялись олигархи во главе с Анатолием Чубайсом, и переизбрание состоялось. Причем в числе проигравших оказались не только коммунисты, но и куда более серьезные на тот момент силы — Александр Коржаков, Михаил Барсуков и их "духовный отец" Олег Сосковец. Сегодня в кремлевских "верхах" идут отчаянные поиски решения "проблемы 2008 года". По некоторым признакам, верховный главнокомандующий назначил ответственным за этот политическую процедуру и переговоры своего старого контрагента А.Б.Чубайса. Согласно этому сценарию, выбрать нам предстоит приемлемого для Запада и нашей собственной "демократической" тусовки преемника. Им, видимо, в течение определенного времени будет считаться Сергей Иванов. Но на самом деле функция нынешнего министра обороны состоит в исполнении роли ложной цели, в принятии на себя ударов со стороны всевозможных "врагов". Уже сейчас Иванова обвиняют в провале военной реформы, отсутствии реального контроля за армией, а его родственников — в занятии бизнесом и неаккуратном управлении транспортными средствами. Когда же придет время, Иванов, сполна вкусив все "прелести" "черного пиара", будет заменен на Дмитрия Козака, считающегося наиболее дееспособным в весьма слабой путинской команде и имеющего имидж либерала. Примерно года через полтора Козак сменит Михаила Фрадкова в кресле премьера. А еще через год, месяца за три до выборов, станет и.о. президента.

В рассматриваемой композиции роль нового Зюганова — "фашиста", "ужасного антисемита" и "врага всего живого", по замыслу, отведена Рогозину. Ну, а функция коллективного Коржакова—Барсукова—Сосковца уготовлена Игорю Сечину. Ему же, в ситуации, когда сам Путин получит гарантии личной безопасности, видимо, придется отвечать и за все "чудовищные преступления" нынешнего режима, начиная с "дела ЮКОСа" и "подавления свободы слова" и заканчивая Чечней. Причем отвечать не только в политическом, но и в юридическом смысле.

Еще в апреле Кондолиза Райс предъявила кремлевской верхушке ультиматум приблизительно такого содержания:

— Путин может оставаться президентом до 2008 года при условии обеспечения в согласованной с США форме и в согласованные сроки "безопасности" российских ядерных объектов, а также "сдачи" Белоруссии, ограничения энергетического сотрудничества с Китаем, невмешательства в дела стран СНГ и воздержания от резонансных шагов внутри страны, создающих западным правительствам проблемы с собственным общественным мнением;

— В марте 2008 года Путин, под гарантии личной безопасности, должен покинуть Кремль, передав власть "избранному на свободных выборах" политику, согласованному с американцами. В этом качестве как вариант был озвучен Михаил Касьянов;

— Окружение Путина договаривается с США о своей дальнейшей судьбе индивидуально, никаких коллективных гарантий не предусматривается.

В случае отказа американцы призрачно намекнули Кремлю о возможности международной изоляции режима и внешнем инициировании "цветной революции" в самой России. Это, видимо, сработало. Интервью Владислава Суркова журналу "Шпигель" — одно из многих тому подтверждений. То есть, как и предполагалось, Путин и "либералы" из его окружения, судя по всему, готовы принять выдвинутые Райс условия. За исключением кандидатуры Касьянова. Путину согласиться с ней крайне тяжело по причинам психологического порядка. Аналогично — либеральное крыло правительства в лице Алексея Кудрина и Германа Грефа, которые с Касьяновым абсолютно несовместимы. Дмитрий Козак для них куда более приемлем.

Согласовать кандидатуру Козака на Западе было поручено Чубайсу, теневому экономическому идеологу режима, сохраняющему прочные связи за океаном. По моей информации, такое согласование с элитой Демократической партии США, которая может прийти к власти в Вашингтоне в том же 2008 году, уже произошло. С нынешней же администрацией в лице Райс и Дика Чейни консультации пока продолжаются. Вероятность того, что они закончатся позитивно для Козака, весьма высока. Что касается немцев, то с ними Чубайсу еще легче. Герхард Шредер осенью, очевидно, уступит место канцлера Ангеле Меркель, и это вызовет политическую пересменку в тот момент, когда надо будет окончательно определяться по России. Таким образом, фактор Германии в кремлевских раскладах фактически окажется вне игры.

К чему приведет приход Козака в Кремль? Нет сомнений, он продолжит нынешний либеральный экономический курс Чубайса—Кудрина—Грефа. Продолжит он и линию на геополитические уступки Западу. Олигархи от него будут в восторге, "либеральная общественность" тоже. Ходорковский будет освобожден, но его политическая ниша на правом фланге, как и у Касьянова, аннулируется. Нынешняя "демократическая оппозиция" исчезнет. Страна полным ходом продолжит свое движение к хаосу и развалу.

Однако ход истории не предопределен.

Все эти планы в любой момент могут рухнуть, погребя под руинами авторов. Во-первых, неизвестно, как поведет себя в такой ситуации Сечин и вся та часть кремлевской администрации и силовиков, которая планируется Чубайсом и Западом под зачистку. Вероятно, сегодня никто из них на сей счет конкретных планов не имеет. Во всяком случае, мне о таких планах ничего не известно. Может быть, их и не появится. Но, с другой стороны, жизнь может заставить их действовать. Хотя бы для самосохранения. Например, если вдруг встанет вопрос о юридически оформленной мести за ЮКОС. Или если военных вдруг начнут вызывать в Гаагский трибунал или прокуратуру Рамзана Кадырова (как вариант — в шариатский суд Абдул-Халима Садулаева) за "преступления" против "мирного населения" Чечни. Или если хотя бы начнется обсуждение этих вопросов, а оно обязательно начнется, иллюзий быть не должно. Любая новая власть — это всегда реванш над властью старой. Вопрос лишь в том, кто именно будет выбран в "козлы отпущения". Так вот, Чубайс, либералы и американцы этот выбор уже сделали, и он известен. Будет ли ответный ход и если будет, то какой: ГКЧП-3 или что-то посерьезней, — жизнь покажет. Но, в моем представлении, в описанной конфигурации Сечин, если, конечно, он чего-то будет делать, даже со всеми своими недостатками лучше Чубайса и всего того, что за ним стоит.

И еще одно обстоятельство. Сейчас в России в любой момент могут произойти крупномасштабные техногенные катастрофы. Не прекращает свою деятельность террорист Басаев, а также, что еще более опасно, его виртуальный коллега Павел Косолапов. Появились и "народные мстители", пускающие под откос чеченские поезда и уже дважды за последнее время, если верить СМИ, покусившиеся на Чубайса. С другой стороны, режим, как это уже много раз случалось, своими глупыми и корыстными действиями вполне может сам спровоцировать социальные протесты граждан. Наконец, внешний фактор не исчерпывается США и Германией. Он включает еще Китай и исламский мир, которые тоже имеют немалые возможности и интерес влиять на наши дела. Иными словами, гладкий план "рыжей революции", составленный Чубайсом, — план передачи власти "либеральному" преемнику Путина под американским контролем — в один прекрасный день может быть разорван в клочья и выброшен в мусорную корзину, где, честно говоря, ему самое место.

ИРАНСКИЙ УРОК

Валентин Пруссаков

ИРАНСКИЙ УРОК

Результаты президентских выборов в Исламской Республике Иран ещё раз показали, насколько трудно заниматься прогнозами, когда дело касается политической жизни этой страны. Вопреки предсказаниям практически всех экспертов, уверенно пророчивших победу многоопытному и чрезвычайно гибкому Рафсанджани, уже занимавшему в прошлом президентский пост,— избранным, причем со значительным перевесом голосов, стал почти никому не известный за пределами собственной страны мэр Тегерана Махмуд Ахмадинджад. Убежденный приверженец ислама и его ценностей, строитель по образованию и бывший военный, он фактически только начал делать первые шаги на политическом поприще.

Чем же объясняется его столь неожиданный и ошеломительный успех? Очевидно, прежде всего тем, что он сумел понять и четко выразить все то, что сегодня действительно нужно подавляющему большинству граждан Ирана, — то, что они считают приоритетным для себя и своей страны, то, в чем они видят первейшую жизненную необходимость. В своей предвыборной программе Ахмадинджад твердо обещал: усилить государственную поддержку наиболее малообеспеченным слоям населения, страдающим от экономических неурядиц; покончить "с декадентскими тенденциями, проявившимися в последние годы", с "чужими, не иранскими мыслями", насаждаемыми либералами, и "восстановить первоначальный дух Великой Исламской революции", "возродить и претворить в жизнь идеи незабвенного аятоллы Хомейни"; перестать "заискивать" и "унижаться" перед Соединенными Штатами и Западом и даже окончательно разорвать с ними отношения. Весьма примечательно, что у его соперника на выборах и, между прочим, одного из богатейших людей в стране Рафсанджани (его семье давно принадлежит чуть ли не монополия на оптовую торговлю орешками), программа была совершенно иной: он обещал добиться примирения с США и проведения широкомасштабных либеральных реформ...

Иранская пресса единодушно характеризует избрание ультраконсерватора Ахмадинджада как победу правых сил, "свято хранящих огонь Исламской революции", и как "унижение для Америки", высокомерно полагающей, что " после захвата Ирака с мусульманами можно больше не считаться". На Западе же все чаще можно услышать о том, что теперь придется забыть о плане "Большого Ближнего Востока", "положить его на полку" или же вообще выбросить "на свалку истории" и что "Америку отныне ожидают очень нелегкие времена как в Ираке, так и во всем исламском мире".

Надо сказать, что победа исламских сил в Иране, под контроль которых отныне перейдут все государственные посты, вызвала особенный переполох в Израиле, где еще ранее уже говорили, что "полномасштабная война Ирана и нескольких его арабских союзников против еврейского государства может начаться в 2006-2007 годах". Теперь же, как утверждают некоторые израильские источники, заметно увеличилась вероятность подобного развития событий.

Что же касается России, то приход к власти молодого и энергичного Ахмадинджада и стоящих за ним возрожденческих кругов, как представляется, может стать для нее счастливой возможностью, серьезным шансом не только в плане улучшения и дальнейшего развития разнообразных отношений с Ираном, но и для усиления своей собственной роли на Ближнем Востоке и во всем исламском мире. При определенных условиях нельзя исключать и такого поворота событий, Россия могла бы выступить и в качестве посредника между Ираном и Западом. Но все, конечно, будет зависеть от правильного понимания новой ситуации и проявления надлежащей политической воли Кремлем. Проявит ли ее, наконец, российское руководство, или же будет по-прежнему подобострастно оглядываться на американских и западноевропейских "друзей и партнеров"? Ответ на этот вопрос мы узнаем, по-видимому, уже довольно скоро.

Пока же, пожалуй, можно лишь поздравить гордый и непокорный иранский народ со сделанным им выбором, который вновь наглядно продемонстрировал всем, что он не желает жить по указке "мировой закулисы". Как и в уже далеком 1979 году, иранцы преподали всему миру новый урок исламского сопротивления. Может быть, их примеру последуют и народы некоторых других стран, живущие после 9.11.2001 под постоянно висящим над их головами американским дамокловым мечом.

ЛАТЫШСКИЙ СТРЕЛОК

ЛАТЫШСКИЙ СТРЕЛОК

ЛАТЫШСКИЙ СТРЕЛОК

"Завтра". На днях — не прошло и полугода — Федерация еврейских общин России (ФЕОР) собрала звонкую пресс-конференцию, посвященную "антисемитизму партии "Родина" в связи с приснопамятным "Письмом пятисот". Оказалось, ФЕОР крайне озабочена тем, что прокуратура до сих пор не привлекла никого к ответственности за письмо, что правоохранительные органы глядят на "Родину" сквозь пальцы и тем, что рогозинская партия входит в Социнтерн — мощную международную организацию. При этом чиновники ФЕОРа на пресс-конференции абсолютно не различали партию и фракцию, они неоднократно путались перед телекамерами, причисляя депутатов фракции к партии. Они долго говорили о "множестве фактов антисемитизма "Родины", но фактически всё свелось опять же к пресловутому "Письму". Прокомментируйте, пожалуйста, эту инициативу ФЕОРа.

Виктор Алкснис, депутат Госдумы. Заподозрить меня в антисемитизме весьма сложно. Более того, в начале 90-х некоторые горе-патриоты даже называли меня "еврейским засланцем в рядах патриотического движения" из-за моей фамилии на "-ис". Я человек достаточно толерантный и отношусь к человеку любой национальности нормально. Для меня главное — не пятый пункт анкеты, а личные качества человека. Для меня еврей запросто может быть прекрасным товарищем и другом, а иногда чистокровный русак может оказаться последним негодяем. И я убежден, что этот же здоровый принцип советского интернационализма исповедует абсолютное большинство народа России.

Что касается "еврейского вопроса", то он во многом надуман. Жупел "русского фашизма", угроза "погромов" на самом деле используются определенными кругами здесь и на Западе, чтобы добиваться своих политических целей. В том числе выбивать финансирование своей деятельности: те, кто вовсю борются с "шовинизмом и ксенофобией", тоже любят хорошо покушать.

Все мы помним, какой страшилкой выглядела 15 лет назад "Память". Общественное мнение было так старательно раскручено, что все ждали со дня на день погромов и костров на площадях. Результат известен: сотни тысяч высококлассных специалистов еврейской национальности уплыли из страны — работать на другие страны, развивать чужие экономики. Ну и где эта "Память" сегодня? Прошло несколько лет, и общество начали пугать уже "Русским Национальным Единством". И вот уже все телеканалы в России и на Западе рассказывали об этой угрозе. Но когда деньги, выделенные на эту истерию были получены, проведено необходимое количество пресс-конференций и "круглых столов", постепенно проблема РНЕ сошла с новостных лент. А ведь тогда этим жупелом стращали всех и вся. И поэтому, когда я слышу ужастики по поводу поджога очередной еврейской синагоги, мне всегда хочется предложить следователям поискать настоящих поджигателей совсем по другим адресам, нежели те, что вечно называются на подобных пресс-конференциях.

Конечно, я не могу сказать, что межнациональные отношения в России близки к идеалу. Однако практически все негативные моменты во многом связаны с той великой трагедией, которую переживает ныне государствообразующий русский народ. Когда люди ежедневно узнают из новостей о том, что творят с русскими за пределами страны, да и в самой России, то естественно возникает ответная реакция, которая зачастую может принимать болезненные формы. При этом та же еврейская общественность почему-то не сильно протестует против, например, маршей эсэсовцев в Риге, или парадов бандеровцев на Западной Украине — против которых, кстати, постоянно выступает "Родина". Отчего-то ФЕОР спокойно смотрит, как люди, живьем сжигавшие евреев в июле 41-го в Риге, сегодня прилюдно гордятся своими "подвигами". Отчего-то ФЕОР не призывает к борьбе с марширующими оуновцами, которые в годы Великой Отечественной войны уничтожили сотни тысяч евреев на Украине и в Польше. Уж если вы боретесь с антисемитизмом — так боритесь с ним везде!

Кроме того, на обострение противоречий хорошо поработали и представители еврейской нации в российской экономике. Простой человек, непрестанно слышащий фамилии Березовского, Гусинского, Ходорковского или Чубайса, неспроста пребывает в сомнениях: все ли благополучно в государстве, первые роли в экономике которой занимают почти исключительно представители одной, не самой распространенной нации.

ФЕОР требует заклеймить позором фракцию "Родина". Что ж, требовать-то они могут всё, что угодно. Я, например, являясь членом фракции, не подписывал это "Письмо". Более того, у меня вызывают много сомнений обстоятельства его появления и той пропагандистской кампании, которая была вокруг него развернута. Очень кстати эта каша заварилась, во-первых, в самый разгар монетизации и стариковских митингов протеста, а во-вторых, буквально за пару дней до саммита в Братиславе, на котором речь зашла и о "разгуле русского фашизма". Всё это укладывается в определенные политтехнологии: мои коллеги помимо своей воли оказались втянуты в чужие политические игрища.

С другой стороны, я ничего крамольного не вижу в том, что прокуратура действительно начнет разбираться с экстремистами независимо от их национальной принадлежности — в том числе, и с еврейскими экстремистами — о чем её, собственно, и просили подписанты. Вот тогда, возможно, у населения улучшится отношение как к органам власти, так и к представителям многих малых народов России.

"Завтра". Какова ваша реакция на интервью Владислава Суркова "Шпигелю", в котором было заявлено, что Кремль не допустит никаких народных восстаний и что курс страны будет сохраняться прежним?

Виктор Алкснис. В то, что Сурков в состоянии "не допустить восстаний", мне мало верится: события января-февраля этого года наглядно показали, что в России отсутствует сильная власть. Тогда на улицы вышли всего лишь несколько десятков тысяч стариков, которые заставили Кремль капитулировать и перелопатить всю зурабовско-грефовскую реформу. А ведь это были не миллионные толпы, которые светят власти в ближайшем будущем!

Если вы так кичитесь своей силой, так гордитесь отстроенной "вертикалью власти" — ну так и наплевали бы на это старичье, как плюете постоянно в других вопросах жизни страны! Но нет: увидев митинги под носом, власть немедленно пошла на уступки, что, безусловно, подтверждает ее слабость. И как бы господин Сурков ни пыжился, реально сегодня власть еще слабее, чем она была полгода назад.

Её постоянный упадок проявляется во всём: начиная с Чечни и кончая техногенными катастрофами и крушением инфраструктуры, когда за сутки падают два наших спутника, когда "мазут разливается по гепатиту", когда у нас что ни день — то сель, то вырубание электричества.

Эта власть не может управлять страной в силу того, что она не является РУССКОЙ ВЛАСТЬЮ. Она не может управлять страной и в силу своей слабой компетентности. Она попросту не знает, что с нашей страной делать. Все эти "питерцы" были средними чиновниками санкт-петербуржской мэрии, и им не хватает элементарного интеллекта и способностей руководить великой страной. Их семейщина, которую они развели во всех структурах исполнительной власти, их кумовство, построенное на боязни политических конкурентов, приводит всё к более плачевным последствиям. И самое главное, они не способны любить Россию и в лучшем случае с презрением относятся к ее тысячелетнему пути и считают его ошибочным и вредным. А в худшем случае они ненавидят нашу страну и ее историю. Они не понимают Россию и ее историческое предназначение. И поэтому, как бы они ни создавали свою "вертикаль власти", какие бы ухищрения они ни применяли в законодательстве, эта власть обречена.

Беседу вел Денис Тукмаков

«ЭТОТ РЕЖИМ САМ СЕБЯ ЗАКОПАЕТ». Депутат Государственной думы от фракции «Родина» беседует с корреспондентом «Завтра»

«ЭТОТ РЕЖИМ САМ СЕБЯ ЗАКОПАЕТ». Депутат Государственной думы от фракции «Родина» беседует с корреспондентом «Завтра»

Михаил Маркелов

Михаил Маркелов:

«ЭТОТ РЕЖИМ САМ СЕБЯ ЗАКОПАЕТ». Депутат Государственной думы от фракции «Родина» беседует с корреспондентом «Завтра»

"ЗАВТРА". Михаил Юрьевич, вы тележурналист, "лицо с экрана". Вы работали сначала во "Взгляде" — передаче, которая сегодня ассоциируется с ультралиберализмом, с крушением СССР, со сломом старой идеологической системы. Затем было "Совершенно секретно", имевшее неоднозначную репутацию: с одной стороны, это чекисты, спецслужбы, "горячие точки", а с другой — скандалы, компроматы, "сливы", пиар. Логично было бы видеть вас приходящим в политику через СПС или "Единую Россию", или через бизнес, свой медиахолдинг. Вы же стали депутатом от патриотической, оппозиционной партии "Родина". Почему?

Михаил МАРКЕЛОВ. Пятнадцать лет назад, когда я пришел на ТВ, я был молодым человеком, только из армии, и под впечатлениями армейской службы был уверен, что можно изменить весь мир. Это стремление заключалось в том, чтобы ощутить глоток той свободы, которая тогда ассоциировалась со "Взглядом". Казалось, всё будет меняться, но никто не знал, что и как именно.

Я пришел во "Взгляд", когда он был уже закрыт: мы распространяли программу на кассетах. Мой приход не был обусловлен какими-то политическими пристрастиями. Он дал мне тогда прежде всего возможность свободно перемещаться по стране; для меня это была мечта — ездить в регионы, потому что уже тогда я знал: Москва — это не Россия. Я для себя определил нишу: понять процессы, происходящие в стране, находясь в "горячих точках". Я стал ездить по войнам, стал военным репортером, я максимально старался удаляться от политики, но это не получалось.

Впервые я попал в "горячую точку" в 1991 году — это был Нагорный Карабах, и там я понял, что жизнь абсолютно другая. Там я едва ли не впервые увидел, как огульная демократия рванула вперед и за ней пошли толпы народа, будто открыли бутылку горячего шампанского и брызги залили всю страну. Тогда же наступило жестокое разочарование, потому что я наблюдал, как себя во время поездки в Армению и Азербайджан вёл Ельцин.

За Карабахом была Южная Осетия, а потом Чечня, где все демократические принципы, которые провозглашались Ельциным, рушились на глазах. Дико было видеть, как людей выбрасывают из окон парламента. Уже тогда у меня не было никаких иллюзий. Я понял, что этот режим сам себя рано или поздно закопает.

Новый перелом произошел в октябре 93-го. Я оказался внутри "Белого дома" — мне неприятны были люди, которые его штурмовали, но и внутри парламента я не увидел единомышленников, хотя понимаю, что правда была на их стороне. Логически расстрел Верховного Совета вылился в противостояние внутри самого "Взгляда", когда все разделились на тех, кто отстаивал режим Ельцина, и тех, кто сопротивлялся ему. Я сопротивлялся, и на пике октябрьских событий мы целой командой ушли из программы в никуда, на улицу.

Тогда в нашей жизни появился человек, которому я до сих пор благодарен, которого я считаю учителем в расследовательской журналистике — это Артем Боровик. Он предложил мне заниматься всё теми же "горячими точками". Разочарования в работе с Артемом не было. Но как бы ни старались журналисты говорить правду, свобода слова уже тогда активно уничтожалась, гонения были практически каждый год — и посильнее, чем сегодня.

Я видел кровь, я видел Гайдара в Ингушетии, который во время войны лоббировал там оффшоры, я виде Ковалева, который разжигал в Чечне межнациональную рознь и помогал чеченцам. Я видел эту "демократию с лицом задницы".

После гибели Артема я создал свою телекомпанию, мы ушли на Третий канал — тогда он создавался на деньги Межпромбанка Пугачева, были прямые эфиры… Почти сразу у меня начались серьезные проблемы с чеченской преступной группировкой. С канала меня "ушли", и Рогозин поставил мне тогда плечо, оказал моральную поддержку, которая была необходима нашей команде.

Я уже был знаком с Рогозиным, еще со времен КРО — мы видели, как он дерзко ворвался на политическую арену, пытаясь отстаивать права русских за рубежом. Тогда я подумал: вот человек с иным типом мышления, он в состоянии говорить по-другому, он отличается и от власти, и от традиционной оппозиции. Мы встречались, много говорили, нас сблизила позиция по Югославии. Мы не понимали, как наша страна жалко "пускает пузыри" там, где могла бы стучать кулаком по столу. Жесткая позиция Рогозина в Европе и его стремление что-то изменить толкнули меня на политические шаги.

"ЗАВТРА". Вы стали депутатом год назад — пришли в Думу на место Геращенко. Что это за ощущение — быть депутатом, да еще от оппозиционной партии?

М.М. Став депутатом, я сразу понял, что нельзя быть везде, иначе будешь нигде, что я не должен вести себя, как депутаты из "ЕдРа", большинство из которых занимаются проблемами, в которых не разбираются. Я понял, что мне нужна своя ниша. Эту нишу я нашел в комитете по безопасности, поскольку профиль расследований мне близок. Однако "быть депутатом" для меня — это прежде всего работа в моем регионе, в Тверской области. Это моя родина, и большую часть времени я провожу там — естественно, участвуя и в заседаниях, и в работе комитета.

Но у нас ведь, по сути, нет парламента: весь парламентаризм умер с приходом нынешней "партии власти". Быть статистом в Думе, нажимая кнопки, я не могу — даже если это вечное голосование "против". Тяжело выражать протест, зная, что все твои инициативы отклоняются.

Партия "Родина" уже поняла, что эту дурную систему невозможно сломать из Москвы. Наша сила должна быть сосредоточена в регионах — только местные и региональные отделения в состоянии изменить ситуацию в стране. Время "конструктивной оппозиции" закончилось. Если мы будем и дальше находиться в пассивной оппозиции, засев в стенах Госдумы, то мы будем работать на эту "кладбищенскую стабильность", при полном непонимании со стороны избирателей, которые делегировали нас во власть, чтобы мы отстаивали их интересы. Партия — это инструмент, она нужна для того, чтобы взять власть в руки, а не для нажимания кнопок или удобного отстаивания "партийных принципов". Поэтому для меня регион стоит на первом месте.

"ЗАВТРА". Как можно работать в думском комитете по безопасности в стране, высшее руководство которой сдает национальные интересы один за другим? Чем может такой комитет заниматься?

М.М. В комитете есть опытные умные люди. Бывший министр МВД Куликов, Гуров, Гришенков. Несмотря ни на что, они сопротивляются. Беда их в том, что они связаны порукой под названием "Единая Россия", это их трагедия. В душе-то они всё понимают, но есть Кремль и политсовет их партии. А еще есть правительство, которое выдает отрицательные заключения по каждой их инициативе. Это глухая стена, поэтому решения комитета, к сожалению, во многом остаются незамеченными. При этом есть закрытые темы — их достаточно много — ядерная безопасность, например. Сейчас идут определенные улучшения в ситуации по ядерному могильнику ХДМ, у нас на комитете выступал заместитель генпрокурора Колесников. Конкретные люди понесут ответственность, будет поднят вопрос и о странном участии в проекте американцев. Но, конечно, пока курс страны неизменен, работы нормальной в комитете не будет.

"ЗАВТРА". В январе этого года вы участвовали в голодовке, которая оказалась поворотным событием в жизни "Родины", изменила всю стратегию партии. Очевидно, это был и экзистенциальный опыт для вас лично. Расскажите об этом.

М.М. У меня был опыт вынужденного голодания в Чечне, когда есть было просто нечего. Было дело и в Абхазии — трое суток шли через горы без провизии, потом едой и отравились: не знали медицинских навыков. Так что физически я был к голодовке готов.

Мы уже тогда поняли, что это пассивная форма протеста, но на тот момент это был единственно правильный выход. Понятно, что под нас никто не отдал бы ни Зурабова, ни Грефа с Кудриным. За нашими требованиями на тот момент стояла простая вещь: мы пытались объяснить, что если к оппозиции не прислушиваются, то оппозиция готова к решительным действиям. Мы добивались, чтобы нас хотя бы выслушали. Ведь это был полный абсурд, невозможный ни в одном парламенте мира: наши законопроекты не просто отклонялись — они даже не обсуждались! Нам пытались плюнуть в лицо. Мы стукнули кулаком и сказали: да пошли вы все. Десятки тысяч телеграмм поддержки со всей страны подтвердили нашу правоту.

Мы увидели, кто есть кто. Кто предатель, кто мерзавец, кто трясется за шкуру. В экстремальной ситуации всегда появляются добро и зло, без полутонов. Мы тогда поняли, что мы команда, группа единомышленников.

Самым сложным был выход из голодовки. Я думаю, что мы не потеряли лицо. Власть поняла, что с "Родиной" невозможно договариваться на меркантильных принципах. Они ничего не смогли с нами сделать.

"ЗАВТРА". С именами Кудрина, Грефа и Зурабова в вашей жизни связана еще одна история: у вас сгорел дом, который вы снимали вместе со всей семьей и в котором хранилось ваше досье по монетизации, телевизионные архивы… Насколько продвинулось следствие?

М.М. Генпрокуратура уголовное дело так и не возбудила, лишь "взяла под контроль" после моих настоятельных просьб. Теперь мне названивают пожарные и хотят выяснить, чем вызвана такая активность прокуроров. Им не приходит в голову, что у оппозиционных депутатов не каждый день горят дома. Пока их вывод — возгорание произошло возле телевизора (который не работал полгода): проводка, мол, замкнула. Три года всё было нормально, а тут голодовка, жесткое противостояние с правительством, выход программы о Зурабове в рамках "Нашей версии под грифом "секретно" — и замкнула. Из-за "неработающего телевизора" был уничтожен архив и сгорели документы, которые я собирался уже перевозить, прятать в банковскую ячейку.

"ЗАВТРА". Тогда же вы были избраны председателем регионального отделения "Родины" в Тверской области. Это совершенно новая ипостась для вас. Это строительство партии, новые выборы, сложные отношения с местными элитами, это драка за местную власть. Как вы себя мыслите на новом месте?

М.М. Чтобы создать мощную организацию, необходимо работать в районах, на местах. Раньше наша региональная организация вся замыкалась на Тверь, была государством в государстве. Сегодня главная задача — создание первичек, местных партячеек.

Мы действуем по принципу: в каждом из 42 районов области должен стоять воевода, с которого я и буду спрашивать. У нас проходят конференции, на которых выбирают лидеров местных организаций, но каждого лидера я утверждаю лично.

На сегодня у нас в области 1500 членов партии, и еще лежит около 4000 заявлений о приеме. Но мы не будем принимать новых партийцев через Тверь, мы хотим сделать это через районные организации. К ноябрю нас в области будет не менее десяти тысяч человек. К осени же мы охватим все районы.

Мы создали фракцию в городской думе Твери, а вот в Заксобрании области я пока не вижу людей, которые были бы в состоянии объединиться во фракцию "Родина". Над депутатами довлеет админресурс, они постоянно переходят из партии в партию, они подконтрольны.

Недавно Тверская область преподнесла урок беспрецедентного юридического бреда, когда председатель регионального Заксобрания Марк Хасаинов стал еще и мэром Вышнего Волочка. Незаконность такого совмещения только что подтвердила Генпрокура- тура, однако это совмещение остается реальностью в трех часах езды от Москвы!

Таким образом, наша главная цель — строительство партии и участие в жизни области. Затем — муниципальные выборы, которые состоятся в ноябре. Мы готовимся к ним как к проверке, хотя будет очень тяжело: области нужно будет выбрать чуть ли не восемь тысяч депутатов! Выборы идут практически каждую неделю: кого-то довыбирают, кого-то перевыбирают — отвлекают людей от нового Жилищного кодекса…

Следующий шаг — выборы в Заксобрание, которые состоятся весной следующего года. Мы готовимся к ним, составляем партийные списки. Мы будем идти везде по области, и каждый кандидат будет отвечать перед партией.

Последняя акция — партийный митинг на Театральной площади — показала, что наша региональная организация, будучи самой молодой в "Родине", уже является одной из самых сильных. Из 7 тысяч митинговавших нас было около двух тысяч. Мы приехали на тридцати автобусах, безо всякого административного ресурса: просто собрали за неделю людей и приехали.

А дальше — выборы в Госдуму.

"ЗАВТРА" Каков расклад сил в Тверской области?