Левиратный брак (СИ)

Немного юмора точно не повредит. Вот только её манера общения Виктору явно не по душе.

Девушка ойкнула, когда маркиз довольно жёстко подхватил её под локоток и повёл прочь из комнаты.

— Зачем весь этот спектакль? — прошипел он на ухо переодетой в служанку невесты. — Мы ещё не успели сочетаться браком, а вы уже играете в ролевые игры?

Девушка вспыхнула. Похоже, её будущему мужу в юморе, пусть и саркастическом, тоже не откажешь.

— А зачем вы пугаете слуг?!

— Зачем вы пугаете моих друзей?

— А вы разве не испугались? — неожиданно, даже для себя, спросила Лил.

Маркиз одарил девушку презрительным взглядом и сказал странную фразу:

— Я не Ральф, чтобы дрожать перед тобой, моя дорогая. Идите в свою комнату. Не будем тянуть время. Раз вы приехали, завтра же проведём брачную церемонию.

Виктор отпустил Лилиану, развернулся и ушёл. Скрипнула дверь, послышались возбуждённые голоса обсуждающих произошедшее друзей маркиза, и снова всё стихло.

— О, как мне благодарить вас, моя госпожа?! — откуда-то из угла кинулась к девушке Роза. — Вы наша спасительница!

— Проводи меня в мою комнату.

— Да-да, конечно!

Горничная повела Лил на второй этаж, где Нати уже расправила постель и взбила пуховые подушки.

— Вы сами на себя не похожи, леди Мари, — принялась выговаривать своей госпоже служанка, расплетая ей волосы. — Как вы могли пойти на подобный риск! Я понимаю, что вам не хочется замуж, но не настолько же!

— Знаешь, Нати, я решила, что завтра отправлю тебя с Лукасом и Пьером домой.

— Вы сердитесь на меня? — в отчаянии всплеснула руками девушка.

— Вовсе нет. Но зачем тебе оставаться жить здесь, вдали от своих родственников? У маркиза хватает прислуги. Возвращайся.

— Вы очень добры, леди Мари, — растроганно произнесла Нати, осторожно проводя расческой по роскошным тёмно-рыжим волосам госпожи, блестящим водопадом ниспадающим до самой талии. — Мне так жаль, что у вас ничего не вышло с бароном Эдвер.

— Мне тоже…

Глава 2

Свадьба

Уснуть Лил удалось только перед рассветом. Она всё думала о том, как соглашаясь помочь сестре, надеялась, что Виктор окажется пусть и не прекрасным принцем из дамских романов, но хотя бы не антигероем. Однако эта жестокая забава с яблоками, его отношение к ней, его невесте, свидетельствовали о том, что её надежды не оправдались. Ральф был совсем другим. Правда, Лил видела его лишь однажды, но запомнила, с какой нежностью маркиз смотрел на Мари, с какой преданностью и любовью следил за каждым её движением. А Виктор? Виктор совсем не похож на своего младшего брата, ни внешностью, ни поведением. Ральф был голубоглазый блондин, высокий и слегка полноватый. Виктор же — худощавый смуглый брюнет. Неужели это правда, что у них с братом были разные матери? Слухов о Стейнах ходило не мало. Было не понятно, чему верить. И зачем Виктору понадобился этот брак? Все уже давно забыли о законах левирата. Однако, как оказалось, юридическую силу они до сих пор не утратили.

За окном начало светать, когда Лил наконец-то удалось уснуть, и её тут же разбудили.

— Леди Мари, вставайте! Вы проспали завтрак. Уже полдень, — причитала над самым ухом Нати.

— Ну и что? — сонно проворчала Лилиана, с трудом разлепляя глаза.

— О, вы плохо выглядите, — обрадовала свою госпожу горничная. — Не спалось?

— Не спалось, — вздохнула Лил. — Принеси мне холодной воды умыться.

— Обижаете, — надула губки Нати. — Я уже всё приготовила.

— Как себя чувствуют Лукас и Пьер? Готовы к обратному путешествию?

— Готовы.

— Тогда помоги мне одеться и можешь быть свободна.

— Уже? — просияла горничная. — О, как я рада!

И тут же спохватилась:

— Я не хотела вас обидеть, леди Мари. Я буду очень скучать по вас.

— Расскажи тётушке, что я хорошо устроилась, что маркиз Стейн очень мил и внимателен ко мне. И ни в коем случае не говори о том, что произошло вчера.

— Я всё поняла, — Нати принялась порхать по комнате, напевая себе под нос песенку.

«Счастливая» — вздохнула про себя Лил.

Через час Лилиана спустилась в столовую. Встречающиеся по пути слуги с интересом поглядывали на будущую маркизу. Было на что посмотреть, и не только в свете вчерашнего происшествия. Невысокая миниатюрная девушка в воздушном голубом платье, подчёркивающем цвет её глаз, была такой милой и нежной. Образ невинного дитя дополняли веснушки и ямочки на щеках. Графиня так искренне и радушно улыбалась, что невозможно было не улыбнуться в ответ. Каждый невольно думал про себя, что с новой госпожой им явно повезло.

— А где маркиз с друзьями? — поинтересовалась у Розы Лил.

— Уехали на охоту, — расставляя перед девушкой тарелки со всевозможными яствами, ответила старшая горничная.

— Но маркиз сказал, что свадьба состоится сегодня, — удивилась Лил. — К ней разве не надо готовиться?

— Как сегодня? — от удивления из рук Розы выпали столовые приборы и громко звякнули об пол. — Но приём по случаю торжества запланирован через неделю!

— Хм, ну если даже ты ничего не знаешь, то я и подавно, — хмыкнула девушка.

Маркиз ведёт себя странно, очень странно. Тётушку на свадьбу не пригласил. Бракосочетание назначил на сегодня, а сам пропал. И приём…

— Роза, а ты уверена, что я смогу всё это съесть, — Лилиана окинула выразительным взглядом густо заставленный блюдами стол.

Но женщина продолжала ахать и охать по поводу предстоящей церемонии, к которой необходимо было срочно готовиться.

— Роза, успокойся, — скомандовала Лил. — Возможно, Его сиятельство хотел очень скромной и тихой свадьбы.

— Но ведь надо украсить зал и приготовить праздничный обед, и сделать что-нибудь ещё…

— Маркиз отдавал тебе какие-нибудь приказания? Нет? Вот и перестань паниковать.

— Вы понимаете, Его сиятельство после смерти леди Аделины сильно изменился. Его как подменили. Он стал сам на себя не похож.

Лил замерла. Она слышала, что Виктор был когда-то женат, но брак продлился недолго.

— А что случилось с леди Аделиной?

— Она умерла во время родов. И ребёночек тоже.

— Какой ужас!

— Вот я и говорю. Его сиятельство могут вернуться с охоты и потребовать от меня отчёта за проделанную работу, хотя сами ничего и не приказывали, — в отчаянии всплеснула руками старшая горничная.

— Хорошо, иди и делай, что считаешь нужным, а я пока прогуляюсь по саду.

Родовое гнездо Стейнов было большим и красивым. Лилиана с удовольствием прошлась и по дому с множеством хорошо обставленных комнат, и по парку с фонтанами и клумбами. Наведалась на конюшню и псарню. И даже заглянула в огород и сад, где выращивали свежие овощи и фрукты для господского стола. Одним словом, делала всё, чтобы отвлечь себя от беспокойных мыслей о предстоящем замужестве. Она познакомилась с главным поваром поместья дородной, доброй Марой. Та сначала дивилась тому, что благородная дама явилась на кухню, уселась на грубо сколоченный деревянный стул и с очаровательной непосредственностью принялась болтать с прислугой. Но когда обнаружила, что графиня обладает немалыми познаниями в области кулинарии, обо всём забыла и принялась наперебой с ней обсуждать рецепты интересных, оригинальных блюд, а также способы их приготовления.

Время пролетело незаметно, день начал клониться к вечеру, а за окном послышался звук охотничьего рога.

— Приехали, — вздрогнула в столовой Роза, разглаживая несуществующие складки на богато сервированном столе.

— Вернулся, — прошептала Лил в своей комнате, с тоской глядя на отражение в зеркале.

— Набегались по лесам-то, — пробасила Мара на кухне, обращаясь к своим помощникам. — Должно быть сильно проголодались…

Лилиана решила не выходить из своей комнаты и не попадаться Виктору на глаза. Вдруг, он и вовсе забудет о её существовании. Не тут-то было! Маркиз явился сам, даже не удосужившись переодеться после охоты. В грязных сапогах, в пыльном охотничьем костюме он смерил свою невесту мрачным взглядом и сказал лишь одно слово:

— Идёмте.

— Куда? — удивилась девушка, не двигаясь с места.

Виктор подошёл, схватил её за руку и повёл за собой быстрым шагом. Сопротивляться было бесполезно и глупо, на вопросы маркиз не отвечал. Дрожа всем телом, Лилиана следовала за ним, стараясь не споткнуться и не упасть. Жених вывел её на улицу, где их уже ожидал дорожный экипаж.

— Садитесь.

— Но разве церемония состоится не здесь? — испуганно произнесла Лил.

К маркизу подошёл его друг барон Леской.

— Вик, ты уверен в том, что делаешь?

— Да. Зачем утруждать пастора Рериха в его преклонные года трястись по разбитой дороге ради сущей безделицы? — усмехнулся в ответ Стейн.

— Это не безделица. Это твоя свадьба, — возразил барон.

— Что происходит? — вмешалась в разговор Лил.

— Садись или я сам затолкаю тебя в этот чёртов экипаж, — рявкнул на невесту маркиз.

Лил поспешила юркнуть внутрь кареты, чувствуя как щёки заливает гневом на будущего супруга.

— Вик, успокойся. Ты её пугаешь, — вполголоса продолжал увещать друга барон Леской.

— Напугать её? — зло рассмеялся маркиз. — Вчерашний день показал, что графиню трудно напугать. Не так ли, дорогая?

С этими словами Виктор сел рядом с девушкой. Барон устроился напротив.

— Куда мы едем? — спросила Лил.

— В местный приход сочетаться браком, — на этот раз маркиз соизволил ответить на вопрос.

— Но вы даже не переоделись, — заметила Лил, стараясь сидеть так, чтобы ни одной частью тела не касаться будущего супруга.

— Не раздражайте меня пустыми разговорами, лучше помолчите, — грубо бросил Виктор, отворачиваясь от невесты.

Барон Леской неодобрительно посмотрел на друга. Мягкий и добрый по натуре, Дэрек не терпел грубость, особенно по отношению к женщинам. Он знал, что Виктор чем-то твёрдо обосновывает для себя такое ужасное поведение в отношении Мари, и что всё это каким-то образом связано с Ральфом. Но маркиз не откровенничал с лучшим другом по этому поводу, и Дэреку оставалось только наблюдать за происходящим со стороны, жалея обоих. Барон знал, что Мариана никогда не любила младшего брата Виктора и мечтала выйти замуж за другого. Вик разрушил мечту девушки, пожертвовав ради этого своей холостятской свободой. Зачем? Ведь он всегда любил только одну женщину — Аделину и до сих пор оставался ей верен. Дэрек терялся в догадках и терзался, что ничем не может помочь, не может отговорить друга от опрометчивого, по его мнению, шага.

Лилиана смотрела в окно. К вечеру сгустились тучи, начал накрапывать дождь и ей тоже захотелось плакать. За что маркиз так ненавидит её? Почему так груб и жесток? Неужели этот человек вот-вот станет её мужем? Мысли мешались и путались в голове. Сказывалась бессонная ночь. Под тихий шорох дождя и покачивание кареты девушка погрузилась в беспокойный сон.

Лилиана проснулась от того, что кто-то сильно тряс её за плечо.

— Ну, и горазды же вы спать, моя дорогая, — раздался насмешливый голос Виктора. — Просыпайтесь. Приехали.

Барон Леской помог ей выйти из кареты. За серой пеленой дождя Лил разглядела местный приход — невысокое каменное здание с остроконечной крышей. Двери были открыты, внутри горели свечи.

— Осторожно. Не споткнитесь, — предупредил Дэрек.

Маркиз уже поднялся по ступеням и ждал их у входа.

— Почему без вуали? — первым делом спросил пастор Рерих, седой, сухопарый старик с бородой и в очках. Он недовольно глядел на странную пару из-за круглых стёкол. Невеста не в свадебном платье, а жених и, вовсе, в охотничьем костюме.

— Вуаль — признак невинности. К моей невесте это не относится, — объяснил Виктор.

Лилиана задохнулась от возмущения. Неужели нельзя было прояснить ситуацию по-другому, более деликатно?

— Я уже была замужем за братом маркиза, отче. Это левиратный брак, — вздрагивая то ли от гнева, то ли от того, что приходится лгать в таком месте, — пояснила Лил.

— Хорошо, вижу, вам не терпится покончить с необходимыми формальностями, — проницательно заметил пастор. — Приступим к церемонии. Свидетель подойдите ближе и смените выражение лица. Вы не на похоронах.

— Как сказать, — пробормотал Дэрек.

Полумрак и пустота прихода, тишина, в которой раздавался лишь звучный голос пастора, рассказывающего молодым, какая счастливая брачная жизнь их ожидает, колеблющееся пламя свечей делали происходящее похожим на сон. Вот сейчас она проснётся в своей комнате в родном поместье и никакой свадьбы, никакого маркиза, никакой подмены…

— Да, — чётко и громко произнёс Виктор.

Лил удивлённо посмотрела на маркиза. Она пропустила всё, что говорил до этого пастор Рерих. А он продолжал, теперь обращаясь к ней и задавая множество каких-то непонятных ей вопросов:

— …по доброй ли воле…готова ли ты…в горе и в радости…

Девушка искренне пыталась сосредоточиться на том, что говорил ей старик, понять, о чём идёт речь и не могла. Она беспомощно посмотрела на Дэрека, поскольку чувствовала исходящие от него доброту и сочувствие. Но барон смотрел куда-то вниз на носки своих испачканных в грязи сапог. Между тем, пастор замолчал, явно чего-то ожидая.

— Дочь моя, ты будешь отвечать или нет? — недовольный неожиданной проволочкой, поинтересовался он. Было поздно и старику хотелось спать.