Твоё имя после дождя

— Эта пуля почти покончила со мной. То, о чем говорилось в «Pall Mall Gazette» — не было преувеличением, во всяком случае, не все. Выстрелы в Долине Цариц действительно были, но я был единственным, в кого попали, — он положил пулю на потрескавшуюся поверхность стола. Александр, Оливер и Август внимательно смотрели на нее. — К счастью, ее извлек один из членов команды Дэвиса, профессор анатомии из Египетского университета, который прибыл для изучения извлеченной из саркофага мумии Мересаменти, — продолжил свой рассказ Лайнел. — Но это не были расхитители гробниц. Они не забрали ничего, даже не тронули многочисленные драгоценности из гробницы. Единственное, что их интересовало, это зеркало. Именно поэтому они ждали, пока я достану его из тайника.

— Это совсем не похоже на поведение обычных грабителей, — вынужден был признать Оливер, придерживая пулю большим и указательным пальцами.

— Они и не были ими, — заверил его Лайнел. — Это не были обычные грабители. Они точно знали, чего хотели. Возможно, давно это знали. И... они знали меня.

Пуля выпала из рук Оливера. Александр нахмурился.

— Быть такого не может. Никто в Египте не знал о том, что ты собираешься делать в Долине Цариц. В курсе были только мы и граф Ньюберрийский. Как они узнали про зеркало?

Лайнел пожал плечами, поморщившись от боли в плече.

— Силы, которыми обладала Мересаменти, вошли в египетскую мифологию с момента ее смерти. Вопрос не в том, откуда они знали про зеркало, а в том, как они догадались, что именно я найду его. Хотя, у меня есть некоторые догадки.

— Если ты подозреваешь кого-то, хочу, чтобы ты назвал его имя, — сказал Александр.

— Вы помните, что произошло со мной в Италии два года назад, вскоре после того, как я познакомился с вами?

— Разумеется, — усмехнулся Оливер. — Ты растрепал это всему женскому населению города.

— Освежи мне память, пожалуйста, — попросил Август.

— Я участвовал при открытии самого известного этрусского захоронения в некрополе Ольмо Белло. Я слышал об этой усыпальнице с тех пор, как начал участвовать в первых раскопках со своим отцом. Это были легенды, рассказывающее о доверху наполненной золотыми кольцами урне, на которую перед захоронением было наложено страшное заклятие. Если честно, я не особо верил во все эти истории, не более чем археологи, участвовавшие в работе, но я умирал от желания заглянуть в гробницу. К тому же один из моих клиентов попросил меня о небольшом одолжении…

— Чтобы ты принес ему одно из колец раньше, чем находку направят в Национальный музей этрусков [7], — опередил его Александр. — Знаем мы эту историю и уже тысячу раз говорили, что мы думаем о твоем понимании археологии.

Лайнел предпочел проигнорировать шпильку друга.

— Дело в том, что я не смог даже приблизиться к урне. Так же как и в Долине Цариц, я обнаружил, что меня опередили. Фигура в черном, завернутая в накидку и в шляпе, закрывающей лицо. Когда он заметил мое присутствие, то исчез так быстро, словно за ним гнался сам дьявол. Было нетрудно догадаться, что он там делал, тем более, что я никогда раньше его не видел.

— Он не был членом команды археологов? — с интересом спросил Август.

— Нет. Я видел только глаза, прежде чем он вскочил на коня, привязанного к одному из ближайших деревьев, но я уверен, что он не участвовал в раскопках.

— Ты преследовал его? — спросил Александр. — Эту часть истории ты не рассказывал.

— Потому что мне стыдно говорить об этом, — прошипел Лайнел, крутя в руках кружку с пивом. — Разумеется, я его преследовал, но это ни к чему не привело. Он исчез среди болот, словно привидение. Но я не забыл о том, что случилось и теперь знаю почему. Мне суждено было снова с ним встретиться.

Снова воцарилась тишина. Оливер чуть не подавился кофе.

— Ты хочешь сказать, — спросил он, откашливаясь, — что в Египте был тоже он?

— Именно он украл зеркало Мересаменти и подстрелил меня в тот момент, когда я целился в него, — подтвердил Лайнел. — Я совершенно в этом уверен.

— Лайнел, это не имеет никакого смысла. Скорее всего, именно египтяне украли заркало. Может, они и не банальные расхитители гробниц, но…

— Жизнью клянусь, что я прав. Оба вора — это один и тот же человек. Кто-то с темными глазами, подобными двум уголькам… глаза, которые будут преследовать меня до конца жизни, — прежде чем продолжить, он сглотнул, чувствуя себя не в своей тарелке под взглядами приятелей. — Он годами преследует меня, пусть меня повесят, если я знаю почему. В Ольмо Белло он был быстрее меня. В Долине Цариц он был проворнее меня и это так сводит меня с ума, что я не могу выбросить его из головы.

— Разница лишь в том, что на этот раз он пытался тебя убить, — прокомментировал Оливер.

Он не хотел в этом признаваться, особенно при Лайнеле, что ему стало дурно от мысли, что они могли увидеть в «Pall Mall Gazette» лишь некролог своего друга. Они смотрели как Лайнел возвращает пулю в карман жилета, пытаясь скрыть свою обеспокоенность ситуацией.

— Мне плевать что там будет говорить граф Ньюберрийский, — продолжил Лайнел более спокойным голосом. — Того, что он мне заплатит, хватить, чтобы продержаться хотя бы пару месяцев. Но я обещал вам возможность исследовать зеркало прежде, чем я передам его в руки графа. — Он помотал головой, еще больше взлохмачивая свои черные волосы. — Для «Dreaming Spires» это было бы успехом.

— Ладно, — промолвил Оливер. — У нас все еще есть история про несчастную Кэтрин Девор, с которой покончила ее сестра за то, что та позарилась на чужое.

Август улыбнулся и успокаивающе похлопал Лайнела по плечу.

— Главное, что ты вернулся живым. Слава богу, что твой таинственный преследователь не попал в цель, а об остальном пока нечего беспокоится.

— Легко сказать, — буркнул Лайнел, который никогда не был в хороших отношениях с Господом Богом, более того, сильно сомневался в том, что египетские захоронения XVIII династии находились в его юрисдикции. — Ты знаешь не хуже меня, что наша газета переживает не лучшие времена, если конечно у нее, хоть когда-нибудь были хорошие времена. Вы трое отлично это знаете, — он посмотрел на своих друзей. — Если не сможем продавать больше сотни экземпляров каждые две недели, то все окажется впустую.

— Я рад, что ты заговорил об этом, Лайнел, — ответил Александр. — Я очень этому рад, потому что это имеет прямое отношение к причине, по которой я вас сегодня собрал. Хочу рассказать вам об одном происшествии, о котором узнал вчера вечером. Если мы превратим его в новость, если поработаем все вместе, то это будет просто сенсацией и поможет разом решить все наши проблемы.

—————————

[1] габлеты — резные фронтоны в готическом стиле .

[2] Пиквикский клуб — Сэмюэл Пиквик — главное действующее лицо в первом романе Чарлза Диккенса « Посмертные записки Пиквикского клуба ». Мистер Пиквик — богатый старый джентльмен , эсквайр , основатель и бессменный президент Пиквикского клуба .

[3] Ас - саля ́ му ‘ алейкум (« Мир вам » или « Мир с вами »‎) — арабское приветствие , эквивалент слова « здравствуйте ». Ас - саля ́ му алейка — мир тебе ; Ва - алейкум ас - саля ́ м ‎‎ — и вам мир . Понятие « салам », однокоренное слову « ислам », первоначально имело чисто религиозное значение и использовалось в смысле « мир с Богом »

[4] Эзбекия — улица в Каире

[5] Фул медамес ( фуль мидамесс ) — национальное блюдо в кухне многих арабских стран , традиционно подаваемое к столу на завтрак . Оно представляет собой варёные на медленном огне бобы , которые могут быть приправлены чесноком , лимонным соком и оливковым маслом .

[6] отсылка к Оливеру Твисту — герою романа « Приключения Оливера Твиста » Чарльза Диккенса , о мальчике сбежавшем в Лондон из сиротского приюта .

[7] Вилла Джу ­ лия — бывшая загородная летняя резиденция римских пап , ныне — национальный музей этрусского искусства

Глава 7

Реакция на слова Александра была именно такой, как он и предвкушал. Август подался вперед, не выпуская из рук чашку с чаем. Оливер не шелохнулся, но глаза загорелись таким знакомым для его друзей блеском. Лайнел всем своим видом демонстрировал некоторый скептицизм, при этом подзывая официанта, чтобы заказать еще пинту пива. Так что Александр лишний раз убедился, что чутье на приключения его не подвело и привлекло внимание всей компании. Он улыбнулся, довольный произведенным эффектом, пошарил в карманах и вытащил потрепанный конверт.

— Вернувшись вчера домой, я обнаружил множество писем, собранных миссис Хокинс за время моего отсутствия. Два из них были вашими, — он кивнул в сторону Августа и Оливера, — а остальные — обычные приглашения на общественные мероприятия, на которые у меня никогда не было времени, кроме этого, которое я вам сейчас покажу. — Он продемонстрировал друзьям конверт. — Оно пришло из Ирландии.

Август протянул руку, чтобы взять письмо. Оливер придвинулся поближе, чтобы рассмотреть его.

— «Миссис Лиза Спиллэйн. Килкёрлинг [1]. Дублинское графство. Ирландия», — громко прочитал Август. Почерк привлекал внимание своей округлостью и аккуратностью, как если бы писала девочка-выпускница монастырской школы. — Кто бы это мог быть?

— Понятия не имею, — ответил Александр. — Никогда не знал никакую Спиллэйн.

— Любопытно, — заметил Оливер. — Она не посмела написать свой адрес.

— Видимо, хотела анонимно связаться с Александром, — предположил Лайнел.

— Как же ты ей ответишь, не зная точно где она живет? Я, конечно, понимаю, что в деревне все друг друга знают, но если надо ответить на это письмо…

— Миссис Спиллэйн не хочет, чтобы я отвечал на письмо, — пояснил Александр. Услышав его, друзья примолкли. — Что она хочет, так это, чтобы я как можно скорее приехал в Килкёрлинг и занялся довольно щекотливым расследованием, которое касается не её, а чего-то очень странного, происходящего в округе.

Август жестом попросил всех замолчать, открыл конверт и достал из него два сложенных листа, исписанных тем же почерком. Он прокашлялся и начал читать:

« Киркёрлинг .

01 февраля 1903 года .

Уважаемый профессор Куиллс :

Прошу прощения , что посмела написать вам , хоть мы и не представлены друг другу .

Недавно мне в руки попал номер «Light», в котором была опубликована подробная хроника конференции, проходившей несколько дней назад в лондонском отделении Сообщества исследователей сверхъестественного. Должна вам сказать, то, что я прочитала о ваших теориях и устройствах, позволяющих связаться с потусторонним миром не прибегая к помощи медиума, очень меня заинтересовало и я подумала, что вы — один из немногих людей, способных нам помочь в создавшейся ситуации.

Разрешите представиться : меня зовут Лиза Спиллэйн , я живу вместе с мужем в маленькой деревушке Киркёлинг , находящейся в двадцати пяти милях к югу от Дублина , на полпути между Гленнагири и Баллибрак [2] , совсем рядом с Уиклоускими горами [3] . Как вы сможете убедиться , едва ступив на наши земли , если примете приглашение и приедете к нам , то , что мы находимся так близко к столице , не мешает Киркёлингу заработать славу одного из самых загадочных мест острова . Земля здесь просто пропитана легендами и суевериями . А уж после произошедшего пару недель назад , мы ждем , не дождемся , чтобы вы , являясь лучшим в данной области , приехали и разобрались с тем , что здесь происходит .

На самой верхушке холма, возвышающегося над деревней, на краю утеса, омываемого волнами моря, которое в наших местах называют Muir Éireann [4], находится крепость Maor Cladaich [5]. От этого старого средневекового замка осталась только тень прошлого. Сейчас уцелело лишь одно строение, которое не раз перестраивалось в последние столетия, чтобы оно не рухнуло окончательно. Тем не менее, там до сих пор живут О´Лэри, потомки древнего клана, который обосновался здесь еще со времен вторжения норманнов. Нынешний, бросающийся в глаза, упадок, коснулся не только замка, но и семьи. На данный момент в живых остались только жена и дочь Кормака О´Лэри, последнего мужчины династии, умершего двенадцать лет назад от пневмонии. Все в Киркёрлинге в курсе финансовых проблем семейства, которые, в конце концов, вынудили выставить Маор Кладейш на продажу, чтобы выплатить долги, и, по мнению жителей деревни, начать новую жизнь в другом месте, где они могли бы забыть великолепие прошлого и трудности настоящего.

Не буду врать , что обитатели замка пользуются популярностью у местных жителей . По разным причинам они не особо общались с соседями с тех пор , как умер любезный мистер Кормак . Если честно , никто не будет по ним скучать , если они уедут . Но есть у О ´ Лэри нечто , что получат новые владельцы Маор Кладейш вместе с замком .

Профессор Куиллс, с незапамятных времен у них есть банши, существо, без которого не обходилась ни одна древняя ирландская династия, которые дошли до наших дней. Знаю, что большинство англичан воспринимает их как героев волшебных сказок, но богом клянусь, что в нашем случае банши действительно существует. И что самое страшное, время не лишило ее способности предугадывать смерть членов клана.

Две недели назад банши предрекла неминуемую смерть тому, кто провел нынешнюю ночь в Маор Кладейш. Но это совершенно несправедливо, так как дело касается вовсе не одной из двух О´Лэри, а Ферчэра МакКоннала, одного из наших любимейших соседей, несчастного старика, который на свою голову решил навестить О´Лэри и умер от инфаркта через пару часов после визита.

Той ночью по всему графству пронеслась страшная буря и МакКонналу ничего не оставалось , как переночевать в замке Маор Кладейш . Как только рассвело , его нашли у забора , лежащим ничком в грязи , с руками , протянутыми к калитке , от которой его отделяли буквально пару метров и открытыми от ужаса глазами , как если бы он увидел привидение , и , скорее всего , именно это и произошло . Весь Киркёрлинг знает , что это был совершенно здоровый мужчина , в ясном уме и здравой памяти , который не боялся смерти , пока не встретился лицом к лицо с ее посланником .

Что же на самом деле увидел Ферчэр МакКоннал перед смертью? Как могла банши О´Лэри знать, что он может умереть от сердечного приступа, если никогда не было никаких признаков болезни? А самое странное, что беспокоит всех жителей, почему банши пришла именно за ним, а не за членом своего клана? Я вас уверяю, что страх провоцирует множество подозрений среди нас, профессор Куиллс. Страх того, что нечто, ранее угрожавшее только могущественным кланам, теперь примется за нас, которые не сделали ничего, чтобы заслужить такое наказание.

Что касается О ´ Лэри , то они категорически отказываются брать на себя ответственность за происшедшее с Ферчэром МакКонналом и совершенно не слушают нас , когда мы просим их обратиться к специалисту в этой области , который мог бы помочь взять ситуацию под контроль .

Киркёрлинг не в состоянии находится в таком напряжении столько времени, в ожидании того, что каждую ночь банши будет выходить за пределы владений О´Лэри, чтобы рыдать под окнами заболевших, сопровождать своими стонами наши ежедневные заботы. Нам необходимо, чтобы приехал кто-то вроде вас, профессор Куиллс, чтобы благодаря своим знаниям и технологиям определил, находимся ли все мы в опасности, или же банши по-прежнему угрожает только обитателям Маор Кладейш, как и должно быть, если только в этом мире существует справедливость.

От всего сердца надеюсь , что мой рассказ привлек ваше внимание достаточно , чтобы оказать нам честь своим визитом . Если вы все - таки приедете , то , уверяю вас , вы можете рассчитывать на любую помощь с нашей стороны . Мы действительно словно блуждаем в потемках и ждем , не дождемся , пока кто - нибудь не выведет нас к свету и надежде .

Искренне ваша ,

ЛИЗА СПИЛЛЭЙН ».

После прочтения письма воцарилось молчание. Клирик задумался на некоторое время, прежде чем сложить письмо и вернуть его Александру вместе с конвертом. Оливер выглядел возбужденным, его глаза излучали невероятное волнение.

— Теперь я понимаю, почему ты напустил столько таинственности, Александр, — произнес он, — это письмо словно манна небесная. Это именно то, что нам нужно!

Александр кивнул. У него давно уже погасла трубка, но он даже не заметил. За последние двадцать четыре часа он перечитал письмо миссис Спиллэйн полдюжины раз, и каждый раз оно производило на него одинаковое впечатление. Он предчувствовал, что написанное в письме — правда и если он решит поехать в Киркёрлинг, то это станет величайшим достижением из всех, которые когда-либо публиковались в «Dreaming Spires». Спасение газеты было на расстоянии вытянутой руки.

Лайнел кашлянул, чтобы привлечь внимание друзей. Он был единственным, на кого письмо не произвело особого впечатления.

— Я понимаю, что мы все сейчас наброситесь на меня, но, что такое эта банши?

— Это дух в женском обличье, — поспешил ответить Оливер прежде, чем кто-либо еще успеет открыть рот. — Это одно из самых известных существ в ирландском фольклоре. Мне кажется, ее имя происходит от гэльского bean sídhe, что означает «женщина из загробного мира»...

— Да не нужны мне твои филологические изыски. Ты мне конкретнее объясни что это такое.

— Это НЕ привидения. Они не ведут себя как неприкаянные души. Они никогда не общаются с живыми даже при помощи медиумов. По традиции, каждая из них принадлежит одному из могущественных ирландских кланов, которым они служили испокон веков. Они появляются только тогда, когда приближается беда и провозглашают своим плачем приближающуюся смерть…

— Традиционно, банши — это своего рода глашатаи Смерти, — объяснил Александр Лайнелу, удивленно приподнявшему брови. — Когда кто-нибудь встречается с одной из них, это означает, что человек умрет в считанные часы.

— Они бродят по укрытым туманом окрестностям с длинными распущенными по плечам волосами, с запутавшимися в них веточками, словно сказочные феи, — продолжил Оливер с потерянным взглядом мечтателя. — Иногда поднимаются в воздух, чтобы заглянуть в окна комнаты, где лежит больной, который, услышав всхлипывания, понимает, что жить ему осталось недолго. Поэтому они пользуются дурной славой, хотя на самом деле они…

— Самые несчастные из потусторонних существ, как я погляжу, — вставил слово Лайнел.

— Мне они кажутся завораживающими, — продолжил Оливер. — Хотел бы я, чтобы на английской земле тоже обитали такие причудливые создания. Наши неприкаянные души ни в какое сравнение не идут с прекрасной женщиной с волнистыми волосами в развевающейся тунике.

Август усмехнулся, отпивая чай. Лайнел откинулся на стуле, покачиваясь на задних ножках.

— В голове не укладывается, что вы верите в такие вещи. Ладно Оливер, который до сих пор верит в бабушкины сказки, — Оливер пихнул Лайнела так, что тот чуть не перевернулся вместе со стулом, но вовремя ухватился за край стола. — Но вы-то двое? — он кивнул в сторону Александра и Августа, — Вы же взрослые люди, которые всегда предпочитали науку романтизму. Вы правда думаете, что банши существуют?

— А почему бы и нет? — ответил Александр, скрестив руки на груди. — Ирландцы абсолютно уверены в их существовании. Смею сказать, что эти люди больше чем другие связаны с потусторонними феноменами.

— Александр, брось, все это — не более, чем обман, детская сказка…

— Ушам своим не верю, о чем ты говоришь? — раскритиковал его Оливер. — «Dreaming Spires» опубликовала дюжины статей о неприкаянных душах, заколдованных домах, проклятиях, полтергейсте… И никогда еще ты так яростно не подвергал сомнению то, о чем мы писали. Банши тоже существуют!

— Ты сам говорил, что убежден в том, что дух Мересаменти сопровождал тебя в гробнице, — добавил Александр. — Тебе это не кажется таким же странным?

— Мы говорим о совершенно разных вещах, — запротестовал Лайнел. — Все знают, что духи существуют. Привидения — это не более чем люди, застрявшие в этом мире, потому что не успели завершить свои мирские дела. Наука, парапсихология и даже медиумы доказали их существование. Но существо из загробного мира, добровольно приближающаяся к смертным только из-за их богатства, чтобы предсказать им, когда они перейдут в лучший мир? Извините, но я не вижу в этом никакого смысла.

— Вспомни цитату Шекспира из «Гамлета» — «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам», — напыщенным голосом добавил Август. — Если бы для того, чтобы поверить, нам надо было увидеть, то вся работа «Dreaming Spires» не имела бы смысла.

Лайнел умолк, сохраняя при этом недовольный вид. Александр смотрел на него несколько секунд, затем перевел взгляд на Оливера. Юноша взял письмо миссис Спиллэйн и перечитывал его так жадно, что глаза, казалось, выскакивали из орбит.

«Он явно умирает от желания начать писать об этом, — догадался профессор. — История с зеркалом Мересаменти наверняка сильно разочаровала его».

— Ладно, думаю, что лучшим способом проверить правдоподобность этого письма — это поехать в Ирландию, — объявил профессор. — Мне кажется, что эта история стоит того, чтобы ей заняться. Если никто из вас не захочет ко мне присоединиться, скажите прямо. Я, без сомнений, туда поеду.

— Я тоже поеду с тобой, — без колебаний воскликнул Оливер, — можешь на меня рассчитывать, Александр.

— А у тебя не будет проблем с Бейлиол-колледжем? Возможно, мы не скоро вернемся в Оксфорд. И если ты до сих пор не закончил свой словарь...

— Начиная с сегодняшнего дня, поработаю сверхурочно, — ответил Оливер, — но этого я ни за что не пропущу.

Александр кивнул. Он с улыбкой потрепал Оливера по плечу, который выглядел все более эмоционально, и снова повернулся к Лайнелу. Тот вздохнул:

— Полагаю, у меня нет выбора. Не позволю, чтобы вы развлекались без меня.

— Вот это другой разговор, — воскликнул Оливер, с энтузиазмом стукнув кулаком по столу.

— Но это совсем не значит, что я вам верю, — не сдавал позиций Лайнел. — Поедем, займемся этой историей, в которую мало кто поверит, но она поможет нам увеличить продажи «Dreaming Spires». Для меня этого вполне достаточно.

— Когда мы приедем в Ирландию, я припомню тебе эти слова, — предупредил Оливер, — Ставлю что угодно, что ты больше других влезешь в это дело, особенно, если столкнешься лицом к лицу с банши клана О´Лэри.