Неизвестный Харламов

Шестиклассники Саша Ущека и Валера Харламов

Ученик 8-го «Б» 706-й школы Харламов Валера (второй справа) предпочитал сидеть на галерке

Выпускное коллективное фото. Харламов – нижний ряд, крайний слева

А я-то была председателем совета дружины и не дала на это разрешения. Этот хмырь подловил меня в закутке каком-то и ударил пару раз. Брат, как прознал об этом, отлупил моего обидчика за милу душу. Хотя тот и повыше Валерки был.

Ну, его родители пожаловались в школу. Пошло разбирательство, как водится…

А жила их семья на одной с нами лестничной площадке. Мать его как-то потом уже позвонила к нам, видать, мириться пришла, а наша мама открыла дверь: «А-а-а, это вы» – и захлопнула с треском дверь перед ее носом.

Больше родителей в школу не вызывали. На собрания ходили. Не всегда. А что ж ходить, если только хвалили нас?

Учились мы с Валеркой в одну смену, в утреннюю. Удобно это было и для нас, и для матери с отцом. Школа совсем рядом находилась. Из двора выйдешь, налево – вот и она. Классным руководителем у него был завуч освобожденный – Тамара Владимировна, а у меня учительница литературы. А учительницей физкультуры была замечательная Галина Михайловна. Кстати, жива до сих пор…

На этом снимке – ученик 8-го «Б» Харламов Валера. Сидит на галерке, вдали от посторонних глаз, учительских в том числе. Виден комсомольский значок на школьном пиджачке. А в комсомол Харламова, довожу до вашего сведения, принимала не кто иная, как… Харламова Таня. Его сестра. Я была секретарем комсомольской организации нашей школы. Братик мой учился хорошо. Это говорю без всякой натяжки или какого-нибудь приукрашивания. Двоек вообще домой не приносил, троечки случались, но редко очень. А обычно – пятерки или четверки.

Особенно хорошо успевал по математике. Задачки щелкал как орехи! Соображал быстро и верно. Даже на районной олимпиаде по математике отличился однажды! А там в чем сложность была – предлагались задачи нестандартные, которые простыми формулами не решались и которые были по силам только ребятам сообразительным, способным раскусить крепкий орешек. Ну, Валера как раз нестандартным мышлением и обладал. В полной мере. И сохранил эту свою способность и в зрелые годы. И, между прочим, хоть я и женщина, позволю себе предположить: в хоккее этот его дар тоже пригодился в полной мере!

В 5–6-м классах у братика хватало времени и сил на учебу и в обычной школе, и в школе хоккейной. Ну а потом, сами понимаете, перевешивать начал хоккей. Однако не скажу, что стал учиться плохо. Уроков вообще не пропускал. Это было просто исключено в те годы. Но пятерок в дневнике все же поубавилось.

Переходный возраст

Отец. Первый, кто поверил в сына, серьезно поверил, – это Кулагин Борис Павлович. И сказал мне об этом в тот день, когда Валерику в ЦСКА выдали хоккейную форму, полный комплект, – в первый раз. Шли годы – и все сбывалось. Так что Кулагин для семьи Харламовых – человек особый. Благодетель. Ну как еще сказать?..

Сам я понял, что из сына будет толк, еще до ЦСКА. Во дворе, на каточке на Соломенной сторожке – видел, что игровик он. Я чувствовал это, ведь сам в русский хоккей и в футбол играл.

Сестра. Валерка потому еще не котировался, что очень маленький был. В физическом плане уступал, не выделялся, мягко говоря. Но без него команде не игралось.

И не выигрывалось, между прочим. И тогда он обводил, пасовал, забивал. Ребята к нему тянулись, тот же Володя Богомолов – капитан команды и комсорг – поддерживал брата.

Несколько лет тренером у брата в школе ЦСКА был Ерфилов Виталий Георгиевич. Очень любил наших родителей. Почему-то помню, что частенько бывал у нас дома.

В любой хоккейной шеренге не оперившийся еще Харламов выглядел так, будто был на два-три года моложе остальных

Сергей Гаврилович Харламов души не чаял во внуке, а уж когда тот в хоккей заиграл, старался матчей вообще не пропускать

То ли далеко жил, то ли по пути было, – от ЦСКА на троллейбусе вторая остановка наша была – «Протезный завод». Заглянет, обязательно дневник Валеркин проверит – чтобы двоек не было, чтобы замечаний по поведению не было, – с родителями посидит и перекусит.

Отец. Они в паре с Тазовым тренировали. Хорошим мужиком был Вячеслав Леонидович, но немножко выпить любил.

А Ерфилов довел Валеру до выпуска из школы ЦСКА.

Тройка у них была: Лопин – Богомолов – Харламов. Наигрывалась постоянно. Поехали в Минск на молодежное первенство Союза. Выиграли в финале у Новосибирска, еле-еле выиграли. А по возвращении Ерфилов им объявил: «Лопин – свободен, Богомолов – подыскивай себе другой клуб, Харламов – а тебя будут пробовать в основе».

Отец мой, между прочим, к спорту неровно дышал. В молодости в Коломне на заводе работал и играл в футбол на большой «поляне». Как прослышал про то, что внук в хоккейную секцию пошел, стал его заядлым болельщиком. На все игры Валеркины ездил, а путь не такой уж простой был – вроде от Соломенной сторожки до ЦСКА на Ленинградском проспекте и недалеко, а с пересадками и ожиданиями с часок набиралось. Обычно играли на улице, чаще на основной территории – рядом с ледовым дворцом, пореже – на Песчанке, где «коробка» стояла между футбольными полями, «гарюхой» и зеленым. Так стояли мы прямо на сугробах – и в любой мороз, бывало, вся наша коммуналка являлась на матч. Дед старался вообще не пропускать Валеркины игры. Души в нем не чаял.

Команда ЦСКА 1948 года рождения на родной открытой «коробке». Кто выглядит наименее заметно? Парнишка во втором ряду справа. Даже шапочка у него какого-то неспортивного покроя. Росточка совсем уж невеликого, да и в плечах широты не обнаруживаем. А это и есть Харламов. Тот самый, что спустя несколько лет станет ХАРЛАМОВЫМ! Его партнеры по звену – Володя Богомолов (второй слева во втором ряду), Валера Лопин (третий слева во втором ряду). Обещавший так много Саша Смолин – в третьем ряду второй справа. Защитник Миша Алексеенко – в третьем ряду второй слева. Коля Вакуров – в третьем ряду крайний справа, вратарь – Саша Панасов

Однажды – это уже когда внук по мастерам выступал – его не пускали во дворец ЦСКА. Он распалился не на шутку и пригрозил бдительным контролерам: «Коли так – сейчас внука моего позову и велю ему не играть сегодня!» Ну, бабульки встрепенулись: «А кто он, ваш внук-то?» И дед гордо выпалил: «Валера Харламов!» И на долгие годы моему отцу был включен зеленый свет при входе в цеэсковский дворец.

Однажды иду я в «Лужники», во дворец спорта. Дед у 10-го подъезда, служебного, стоит. Увидал меня и замахал рукой: «Сынок, давай сюда». Подхожу: «Что случилось, отец?» А он негромко, но значительно произносит: «Сынок, могу тебя провести во дворец…»

С Колей Вакуровым

Весь в игре

Команда ЦСКА сорок восьмого года рождения в полном составе. Валерику тут лет пятнадцать, а скорее даже еще четырнадцать. Первый или второй год регулярных тренировок в хоккейной школе ЦСКА. Вот второй слева во втором ряду – Володя Богомолов. Капитанил. Вот второй справа в верхнем ряду Смола – Саша Смолин. В «королях» ходил. Вот защитник Миша Алексеенко. В «Динамо» по мастерам играл. Валеру Лопина что-то не вижу… Очень рано умер… Вот Вакуров Коля. В «Локомотиве» играл потом. Саша Панасов – вратарь.

Сестра. А Валерку нашего сразу и не заприметишь. Самый же маленький в команде. Кроха.

Ему посоветовали – мол, если хочешь подрасти, надо много прыгать и висеть на турнике. Ну, он и прыгал до одури, и висел тростинкой на ветру.

А вообще-то стал он расти заметно после того, как съездил на Черное море.

Лет в пятнадцать пошел в рост.

Однако еще в 10-м классе на уроках физкультуры был последним – самым маленьким оставался. Но симпатичным был. Знал, что недурен собой. А из-за роста шибко не переживал и тем более не комплексовал. Потому что еще каких-то грандиозных планов в хоккее не строил.

Отец. Они с Колей Гариповым выиграли первенство Москвы среди обычных школ; он тогда учился в 706-й, что ли, школе – за кинотеатром «Ленинград», в районе Песчаных улиц. Но о спортивных высотах даже со мной в том возрасте не заговаривал.

Сыну здесь лет четырнадцать – пятнадцать. Да-да, этот возраст. Матч какой-то играли на цеэсковской «коробке». Рядом с Валеркой Коля Вакуров. Нападающий. Потом в «Локомотиве» выступал.

…Забегу чуток вперед, чтобы не запамятовать.

Это Валера в армейском лагере под Солнечногорском (см. фото на с. 82, 93). С Сашкой Смолиным, с которым весь путь прошел в цеэсковской школе. Стоят в обычных солдатских гимнастерочках да в кирзовых сапогах. Уезжали ребята примерно на месяц.

С одноклассником и соседом по подъезду Сашей Карцевым

Десятиклассник Харламов кашеварит во время похода по Подмосковью

Поваляться на травке? Это можно!

В июне, кажется. Никаких телефонных звонков и никаких писем. Когда на тридцать дней, когда – на сорок. Один только раз вырвался и приехал в увольнительную. Утром явился пред наши очи и вечером вернулся в часть. На электричке добирался, там ехать-то всего ничего, часок с лишним. Помню, прибыл к нам на Угловой переулок, поел-попил досыта и предложил: «А давайте я пол вымою во всей квартире?» Ну, мы опешили, ясное дело, да кто ж от такого предложения откажется?

Перед футбольным матчем в пионерлагере

Рядовые Александр Смолин

и Валерий Харламов

Сын-солдат схватил ведро, налил его до краев и как жахнул разом по комнате – Бегоша чуть за сердце не схватилась, ужаснувшись такому методу. Он ведь привык в казарме драить полы на армейский лад…

Я пытаюсь вспомнить – а кем в детстве сын мечтал стать? Какую профессию хотел выбрать? И что-то ничего определенного не всплывает. Все помаленьку нравилось в школе, все его интересовало, радовало. В хоккейную школу поступил. Нравилось ему очень. Но чтобы планы строить в спорте – такого не было. Оттого еще, наверное, что не шибко выделялся среди сверстников по игре. До поры.

Сестра. Когда Валера закончил 8-й класс, в нашей семье возникла проблема: как ему дальше поступать – учиться в старой школе или перевестись в новую, где нагрузка поменьше будет? Или идти в вечернюю школу и устраиваться на работу? Вечером дома собрали семейный совет и порешили: я иду на завод, где родители трудятся, и начинаю приносить копейку в дом, а Валера спокойно учится и заканчивает 10 классов. Так и поступили. Он тогда сказал нам: «Что из меня в хоккее получится, никто не знает. Буду стараться на полную катушку. Но если не выйдет в мастера пробиться, все равно буду поступать в инфизкульт».

Отец. Его моя сестра устроила в школу, которая за кинотеатром «Ленинград» находилась. От силы пятнадцать минут от дома было: Ленинградку перешел, Чапаевский парк и по Новопесчаной наискосок.

Там ему полегче было совмещать хоккей с учебой. Там они, кстати, с Колей Гариповым и товарищами первенство Москвы среди школ выиграли! Вот это было событие, будь здоров.

Сестра. Устроилась на завод электромонтажницей. На сдельщине была. Узлы делала, а испытывал их отец. Рабочим был высокого разряда. А мама – лаборанткой. Как-то быстренько я освоилась, работала практически без брака – и выходило в месяц 150 рублей с хвостиком. Очень даже существенная поддержка была для семейного бюджета. Отдавала я ровнехонько полтораста рубликов, а обычно где-то червончик-другой оставляла нам с братом. Этот «лишок» делили пополам. Оба жуть какие довольные ходили. То, что я пошла на завод фактически ради него, Валера ценил и помнил всю жизнь. Хотя никогда вслух красивых фраз по этому поводу не произносил.

В туристическом походе десятого класса 706-й школы. Справа – друг Вова Крюге

С друзьями. Снимок сделан во дворе дома рядом с метро «Сокол», где располагался рыбный магазин «Маяк». В момент открытия затвора Валера скорчил какую-то гримасу…

Первая поездка молодежной команды ЦСКА 1948 года рождения за границу – в Югославию. Харламов – в первом ряду второй слева, его крестный отец в хоккее Борис Павлович Кулагин – во втором ряду крайний слева, Андрей Васильевич Старовойтов – во втором ряду крайний справа

Не все поверят наверняка, но Харламов, уже став в хоккее ХАРЛАМОВЫМ, уже зарабатывая по тем меркам немалые деньги как ведущий игрок ЦСКА и сборной СССР, еще не будучи женатым, всю зарплату и все премиальные приносил домой и клал в общий котел. Брал оттуда по необходимости, не спрашивая разрешения у главбуха в лице нашей мамы. В доме все было построено на доверии.

Отец. Копилок по углам в доме никто не держал. Все деньги в одном месте находились. У меня под 300 рублей выходило, у Бегони – 80; как-то справлялись, пока дети малые были, хотя частенько одалживали у друзей, чтобы перекантоваться.

Ну а когда Татьяна на заводе стала работать, попроще нам стало, намного проще.

В день получки мы заводской компанией заваливались в «Якорь» – рыбный ресторан в начале улицы Горького, от нашего завода десять минут ходу. Засылали загодя туда своего человека, чтобы все организовал и чтобы мы без проблем вечером, после смены, могли туда попасть. Ресторан-то котировался высоко. Жена, если обнаруживала прореху в бюджете, говорила то ли в шутку, то ли всерьез: «Борь, ты денег бери столько, сколько тебе надо. Только учти – в конце месяца сам будешь кормить-поить семью».