Помоги проекту - поделись книгой:
— Видишь? — улыбнулся Джереми. — Нам даже не нужно ничего для этого делать.
— Невероятно, — Эльза покачала головой. — И мы не можем навредить друг другу?
— Исключено. Огонь и лёд, жара и холод… Противоположные стихии нейтрализуют друг друга, — он неопределённо повёл рукой. — Мой дед тоже властвовал над холодом. Так и выяснили.
— Значит, рядом с тобой был кто-то… такой же, как ты? — Эльза сжала пальцы, и шарик льда и пламени смялся в ладони, как бумажный клочок. — Жаль, что я была совсем одна.
— Не жалей. Мой дед был довольно суровым человеком. Так что дружбы у нас не вышло, — приставив ко лбу ладонь козырьком, Джереми смотрел, как торговые суда скользят по вызолоченной глади фьорда. — Но он научил меня, как управлять моими силами, и я благодарен ему за это.
— У меня и того не было.
— Потому и случилось то, что случилось, — он накрыл её ладонь своей. — В той зиме нет твоей вины. Таких, как мы, нельзя предоставлять самим себе. Иначе катастрофа неминуема.
Эльза, не щурясь, смотрела на солнце.
Ей бы отвести руку — но его пальцы такие тёплые, а она так долго боялась позволить прикоснуться к себе кому-либо…
— Так странно, — проговорила Эльза. — Мы встретились несколько часов назад — а у меня ощущение, что мы знакомы вечность.
— Нет, не странно, — Джереми склонил голову набок. — У меня тоже.
— С тобой так… легко. Даже с Анной никогда так не было. А я думала, что у меня никогда не будет человека ближе, чем моя сестра, — она прикрыла глаза. — С тех пор, как тролли забрали у Анны воспоминания о моей магии, я была совсем одна. И всегда боялась… раскрыться, навредить… Сейчас всё проще, конечно. Но… — Эльза вздохнула. — Я тринадцать лет отгораживалась от неё, понимаешь? Всё равно, что мы познакомились заново. Но эти тринадцать лет не наверстаешь, как ни старайся. И страх никуда не уберёшь, — она опустила взгляд, уставившись на свои руки. — Я всё время вспоминаю её лицо, когда Анна обернулась ледяной статуей. И больше всего на свете боюсь, что я снова могу… случайно…
— Нет, — твёрдо произнёс он. — Больше этого не повторится.
— Зима — точно, — кивнула Эльза. — Теперь я знаю, что может растопить лёд.
— Я знаю. Но я могу научить тебя, как подчинить его полностью.
— Разве такое возможно? — не поверила девушка.
— Поверь: если ты в любой момент можешь спалить собственный дом, волей-неволей учишься контролировать себя, — хмыкнул Джереми. — Случайное оледенение — одно дело… но случайное возгорание обеспечит тебе и твоим близким массу проблем, — он взглянул на огонёк, вспыхнувший на его ладони, принявший форму монетки; подкинул его в воздух — и монета рассыпалась сотней золотистых искр, осыпавших лицо Эльзы, не обжигая. — Сначала я научился гасить пламя, потом — не вызывать его вовсе. Тебе будет проще.
Эльза печально улыбнулась:
— И где ты был пару лет назад…
Джереми чуть сжал кончики её пальцев — и девушка, смутившись, отвернулась. Обратила взгляд в небо, густеющее летними сумерками, потом — на сизые волны фьорда, лижущие розовый краешек почти утонувшего солнца.
— Ты знаешь, что у моей песни есть ещё один куплет? — спросил Джереми, внезапно отстранившись.
— Откуда мне знать? — почти с облегчением откликнулась Эльза.
Юноша потянулся за лютней, лежащей подле него.
— Я никогда не пел его прежде. Он слишком… личный, — он пробежался пальцами по струнам. Подкрутил колки. Щипнул одну струну, точно пробуя звук на вкус. — И есть лишь один человек, которому я мог бы его спеть.
— Неужели я? — усмехнулась девушка. — Больно много чести.
— Для королевы? В самый раз.
Звуки лютни зазвучали звёздными россыпями. Они взмыли к шёлку вечернего неба, чья пронзительная синева обращалась в пастельно-розовую кромку у горизонта — а ещё выше взлетел чарующий голос: щемивший сердце, щипавший глаза…
Эльза слушала последние звуки лютни — и ей казалось, что звуки эти касаются её щёк тихими прохладными пальцами.
Когда Джереми опустил лютню, девушка поняла, что забывала дышать.
— Я ведь уже говорил, что был на твоей коронации? — спросил он.
Эльза только кивнула. Она не знала, что говорить.
Она боялась поверить тому, что услышала.
И тому, что ощутила, когда услышала.
— Я прибыл посмотреть на таинственную принцессу Эренделла, долгие годы прятавшуюся за закрытыми дверьми своего замка, — Джереми осторожно отложил лютню на камни. — Я смотрел, как ты выходишь из церкви: с улыбкой на губах, с короной в волосах цвета луны, с глазами, похожими на голубой лёд… а потом ты случайно посмотрела на меня — и я утонул в печали и одиночестве, которые увидел в этих глазах. И понял, что следующая моя песня будет о тебе, — он коснулся её щеки тыльной стороной ладони. — Я уплыл в тот же день, ещё до окончания бала — а через какое-то время жители моей страны только и говорили, что о снежной королеве, наславшей на Эренделл вечную зиму… И я решил, что должен найти тебя. Чтобы такого больше не повторилось. — Улыбаясь легко и нежно, он провёл ладонью по её щеке, от скулы до подбородка — и мурашки прежде неведомого чувства пробежали по её коже. — Чтобы ты больше никогда не была одна.
Эльза долго смотрела на него. Потом, прикрыв глаза, вскинула руку, накрыв его ладонь своей — и светлая улыбка коснулась её губ.
…а потом королева Эренделла мягко отвела руку странствующего певца от своего лица.
— Я всю свою жизнь была одна, — тихо произнесла Эльза. — Даже с родными. Даже в толпе. Я кричала от одиночества, но никто меня не слышал. До сегодняшнего дня. — Улыбка погасла на её губах. — Но я королева, Джереми. И скоро я выхожу замуж. И я не думаю, что мой король одобрит наше общение.
Он смотрел на неё пристально, не моргая — точно хотел навеки запечатлеть на дне своих зрачков.
— Ясно, — после долгой паузы тихо произнёс Джереми. — «Но прежде — долг и честь»?
— Да, — Эльза медленно встала. — Так будет лучше для всех.
— Кроме тебя?
— А это, — она спокойно смотрела на него сверху вниз, — не имеет значения.
Джереми поднялся на ноги, не отрывая взгляда от её лица. Потом вскинул руку, на которой уже мерцал крохотный огонёк.
— Ты — истинная королева. — Золотистая вспышка озарила лицо юноши — и он протянул Эльзе огненную розу. — Прощайте, Ваше Величество.
Она молча взяла цветок, окрасившийся серебром в её пальцах. Отвернулась, оставляя певца за спиной. Сделала шаг, другой — и остановилась.
— Джереми…
— Да?
Эльза не смела обернуться.
Потому что боялась, что не сможет отвернуться ещё раз.
— Спасибо, что нашёл меня.
А потом Эльза, королева Эренделла, зашагала прочь — а огненная роза, обернувшись льдом в её руке, тихо роняла наземь прозрачные, как слёзы, лепестки.
— Его Высочество Ханс, — вновь провозгласил Кай, — принц Южных Островов!
Эльза наблюдала за тем, как Ханс шествует к трону. Она казалась спокойной: подбородок чуть вскинут, на губах лёгкая улыбка, в глазах сталь. Маска королевы, не имеющей права на слабость.
— Ваше Величество, — принц с достоинством выпрямился из учтивого поклона.
— Итак, я обещала дать свой ответ, — голос Эльзы был ровным, как гладь заледенелого фьорда. — И этот ответ — да.
— Я не сомневался в вашем… благоразумии, — Ханс улыбнулся. — А я обещал показать портрет Андерса. Неужели вы не захотели взглянуть? Прежде, чем дать ответ?
— Внешность, в сущности, не имеет значения, — пожала плечами королева.
— И это хорошо, — неожиданно весело откликнулся принц. — Потому что… — Ханс ухмыльнулся, — …никакого портрета у меня нет.
Эльза изумлённо прищурилась:
— Что…
И тут двери тронного зала распахнулись во второй раз.
Эльза подняла взгляд — и слова замерли у неё на губах.
— Я всегда думал, что не стоит гоняться за внешностью, — вновь вошедший неторопливо подошёл к Хансу, хлопнул того по плечу — и ослепительно улыбнулся Эльзе. — Хорошо, когда будущая жена разделяет твою точку зрения.
— Джереми? — Эльза оторопело смотрела на певца, который сменил потрёпанные штаны и рубаху на изящный костюм синего бархата. — Но…
— Боюсь, Ваше Величество, вам придётся простить мне ещё один маленький обман. Джереми — имя моего отца. А моё… — и в глазах юноши загорелись лукавые огоньки, золотые, как пламя в его ладонях. — Моё имя — Андерс.
Эльза не сразу поняла, что её губы приоткрыты от изумления.
— Но… ты… вы не можете… — она вскочила, — вам же сорок два года!
— А моему деду девяносто восемь, и он выглядит моложе, чем мой отец перед смертью, — пожал плечами король. — А тому было только сорок.
— Этого не может…
— Может, — Андерс улыбнулся ей. — Пройдёт десять лет, а вы не постареете ни на день. Приятное дополнение к тяжёлому бремени управления стихиями, не правда ли?
Эльза открыла рот — и закрыла, как рыбка, выброшенная из воды.
Взгляд Ханса мог бы показаться сочувственным, если бы не зашкаливавшее в нём ехидство.
— Я сожалею, что прибыл на вашу коронацию инкогнито. И что слишком рано покинул Эренделл — тоже. Я не хотел смущать вас своим присутствием, а неотложные дела не позволяли мне пробыть в городе дольше. Думаю, в противном случае мой брат не натворил бы тех бед, которые вам по его милости пришлось пережить, — Андерс холодно взглянул на Ханса, и тот мигом съёжился, растеряв всё ехидство. — Мой брат в полной мере осознал свои ошибки, уверяю. Из него вышел не лучший посол — но я решил, что не лишним будет ему попросить прощения лично. Его фокусы сильно осложнили отношения Эренделла и Южного Королевства… а в преддверии нашей свадьбы эти осложнения следовало устранить.
Хлопнули двери — и Эльза поняла, что Ханс предпочёл ретироваться. Вместе со всеми, кто ещё был в зале — включая Кая, наглаживающего бакенбарды и широко улыбающегося чему-то.
Король Южных Островов и королева Эренделла остались вдвоём.
— Свадьбы… — Эльза смотрела на мужчину, не моргая. — Значит, мои родители…
— …хотели, чтобы ты вышла замуж за единственного человека, которому никогда не сможешь навредить, — закончил Андерс. — За человека, который будет тебе не только мужем, но и наставником. За человека, который не ограничит тебя в правлении Эренделлом, но станет мудрым советником, — он склонил голову набок. — Мне кажется, они и вправду желали тебе счастья. Как думаешь?
Эльза долго смотрела на него.
Просто смотрела.
А потом выбросила руку вперёд — и король Южных Островов рухнул наземь, поскользнувшись на льду, вдруг покрывшем паркет под его ногами.
Эльза скользнула по ледяной глади ловко, как ветер:
— Я повторюсь, но… к чему был этот маскарад, Ваше Величество?
Она смотрела на Андерса сверху вниз, и в голосе девушки сквозил холодок зимней ночи.
— Хотел познакомиться с будущей женой, к чему же ещё? — король коснулся ладонью пола — и лёд, зашипев, истаял облачками раскалённого пара. — Но с Эльзой, а не с королевой Эренделла. Твоя маска и настоящая ты — две очень разные вещи, знаешь ли. Поэтому мне был нужен Ханс, — он поднялся на ноги, не сводя весёлого взгляда с лица Эльзы. — Никто другой не сумел бы так мастерски скрыть подвох.
— Просто познакомиться?
— И проверить, та ли ты, кем я тебя видел. Как выяснилось, та, — Андерс улыбнулся. — «Но прежде — долг и честь»…
— Знаете что, Ваше Величество? — музыка в голосе Эльзы морозила слух. — Только попробуйте скрыть от меня ещё хоть один «маленький обман» — и я найду сотню способов, как использовать свои силы против вас так, чтобы вы не смогли их нейтрализовать.
— И в мыслях не было, — в глазах Андерса плясали смешинки. — Значит, я прощён?
Эльзе стоило недюжинных усилий сдержать улыбку, уже подрагивающую в уголках губ.
Потому что, если уж на то пошло, она простила бы его ещё сотню раз — но ему об этом знать совершенно необязательно.
— Я подумаю, — бросила она.
— Чудесно, — и Андерс протянул ей руку.
Эльза посмотрела на пальцы мужчины, окутанные золотистым маревом огненного колдовства — и, вздохнув, вложила свою ладонь в его.
— Забавно, — внезапно вырвалось у девушки.
— Что именно? — сощурился Андерс.
— Анна готова была выйти замуж за Ханса, хотя встретила его утром того же дня. А я тогда сказала ей, что она ничего не знает о любви… — она всё-таки улыбнулась. — Выходит, это я ошибалась, не она.
Поделиться книгой: