Помоги проекту - поделись книгой:
-- Вот так. Про западную границу ты, небось, уже наслышана? – та кивает. – Ну так вот, наверное, помнишь, как я слиняла отсюда.
-- Не подумай, я не осуждаю, -- очутившись вмиг рядом, тихо произносит ведьма. – Мы с тобой похожи гораздо больше, чем нам того бы хотелось. Со мной так же было. Я любила, вот только взаимности, в отличие от твоей истории, в наших отношениях не было, но я старалась чем могла его поддержать. Защищала в меру сил и надеялась, что однажды заметит, оценит. Как бы не так!
Эльма всхлипнула, а я сидела не в силах и слова молвить. Что ж за дела-то творятся? Вот только не надо на мою голову ещё одного откровения, после которого я буду ощущать себя обязанной ещё в чём-то кому-то помочь! У меня своих проблем выше крыши. И чужих -- вагон и маленькая тележка…
-- Во время истребления очередного демона, он почти лишился сил. Видя, что его могут подло ударить в спину, вмешалась. Окружавший его народ роптал, виня во всех своих бедах богов.
-- Кхёрн? – укрепляюсь в своём предположении, а она кивает и продолжает как ни в чём не бывало:
-- Он уцелел. Ушёл. А я в глазах толпы осталась крайней. От многого я имела защиту, но не от арбалетного болта в спину. Спасибо брату, помог вернуться в мир живых. Хотя… нелегко ему это далось. Ведь он… впервые полюбил…
-- Алси? – догадываюсь, ведьма вновь кивает.
-- Она святая. Простить после такого… я бы не смогла. Они каким-то чудом снова вместе. И я отчасти даже рада, что он вновь счастлив. Но речь не о моём брате. В очередной раз Кхёрн влипает в передрягу. Я как дурная, так и не наученная горьким опытом, вновь бросаюсь на помощь. Всего-то семеро на тот момент противников осталось, но Кхёрн уже обессилел. Я уничтожила их всех. Но тяжело ранена была. Он же… осознав, что враг повержен, меня не удостоил даже взгляда. И активировав родовой артефакт исчез. А я… я умирала. Долго… мучительно… и только ненависть, такая же сильная, как и былая любовь, дала мне сил чтобы вселиться в тело какой-то селянки, возжелавшей свести счёты с жизнью. Её-то ты и испепелила, там, в замке. Мне оболочку ту не жаль.
-- Ну… -- мой порыв что-то сказать как-то увял на полуслове. – Ты его так и не простила? – думая о Кхёрне, интересуюсь.
-- Ему не было дела до моего прощения. Полгода я вынашивала свою ненависть как дитя. Месть зрела. Да-да! И даже будучи убитой тобою, я не нашла покоя. А потом… о счастье! Его настиг час расплаты! – в прищуренных глазах ведьмы сверкают огоньки, и столько удовлетворения в голосе, что мне стало страшно.
-- Нет… ты ошибаешься, мы не похожи.
-- О да! Любовь слепа. И я была такой же. Ты, себя в жертву принеся, спасла всех их! И где награда? Он осудил и оттолкнул, поставив крест на всём, что раньше было! А это ведь куда больнее, чем Кхёрна безразличного уход. И ты прощаешь. С другой уже помолвлен, и ты опять сумела оправдать его в своих глазах…
И вот обида новою волною пытается затмить собою всё. Она права. Но, чёрт возьми -- люблю же! Как может быть иначе? И мысленно молясь о том, чтоб помогла, произношу:
-- Пусть будет так как ты сказала. И в чём-то мы действительно похожи. Так научи ж меня -- как снять чужое любовное проклятье! И… как вернуть… забытую любовь…
-- С доставшейся от отца силой снять заклятье ты сможешь без каких-либо проблем. А приворот… зачем тебе он? Ведь чувства истинные к нему и так вернутся, -- внимательно наблюдая за моей реакцией, произносит Эльма, не оставляя шанса умолчать о том, что даже вспоминать мне не хотелось:
-- Проблема в том… что… ранее всё та же Моргана в отместку за неразделённую любовь, узнав о том, что я невеста Кхёрна… -- вот чёрт! И кто вот за язык меня тянул? – Прости, но это уже в прошлом.
-- Решив, что Элифану такой соперник совсем не по зубам, она его к тебе приворожила, -- договорила за меня догадливая ведьма. Я киваю. – Тогда гораздо хуже всё, -- вздыхает. – И после снятия заклятья тебя он ненавидит всей душой.
Перед глазами предстал ледяной взгляд голубых глаз…
-- Увы… но ты права, -- пришлось признать.
-- Я подскажу что делать. Но помни: есть два пути, и нет назад дороги в этом деле. Обычный приворот -- явление временное, срок действия его непредсказуем, потом всё та же ненависть, что и сейчас имеет место. Коль опротивят тебе навязанные чувства, отмена у заклятья есть, и результат всё тот же ты получишь. А есть… «любовь навечно». Но минус её в том, что снять её нельзя. Подумай хорошо, что выбрать пожелаешь?
-- А почему ты Кхёрна сама не приворожила? – ища подвох, интересуюсь и ожидаю рассказ о надежде на искренние чувства, но нет, не угадала:
-- Куда там мне? Ведь он божественная сущность… была… -- и вздох.
Так вот как дело обстоит, всё это показуха! Любовь ещё жива в ней. И тут приходит мысль, как Эльме жизнь умаслить и собственную облегчить: всего лишь-то и надо, что Кхёрна к ней на веки вечные приворожить!
-- И что понадобится для второго варианта?
-- Хм… ну, там поспешность не поможет. Хотя тебе везёт… а может быть и нет. В ночи слияния трёх лун… она сегодня будет, -- поясняет ведьма. -- На плато Демонов явиться ты должна.
Название звучит опасно. Ещё и явка в это место в такой час. Не по себе становится мне как-то.
-- А это где? – интересуюсь.
-- Отца спроси, я думаю, проводит, -- плечами пожимает дух и продолжает: -- Там есть один лишайник-огнецвет, его не спутаешь ни с чем, он в эту ночь цветёт. Соцветия его напоминают пламя, его и надобно собрать, для верности… -- ведьма складывает кисть лодочкой и продолжает: -- ладошки две.
-- Всего? – я удивляюсь.
Та кивает. Вот чувствую подвох. Но в чём же он? Никак мне не понять.
-- Потом на гномьи просторы отправляйся и в их лесах найди белку-кусягу, -- вещает ведьма, и мне этот пункт уже не нравится, как и выражение лица говорящей. – Но не убив, она нужна живою. Всё прочее найти несложно на любом рынке.
Поблагодарив, несусь в библиотеку. Обозревая гигантский по размерам зал, понимаю, что опять сглупила.
-- Старый пень, ты здесь? – кричу. Тяжёлый вздох в ответ. – Есть картинка с изображением белки-кусяги?
Пыхтение, и перед моим носом зависает уже заботливо открытая брошюра. Да уж… зверюга ещё та. От белки ей достался только хвост и кисточки на ушках, на том всё сходство с привычными для землян зверюшками, увы, кончается. Тощие длинные лапы с похожими на скальпели когтями. Хищный, горбатый нос и глаза навыкате, как у мультяхи из «Ледникового периода», а вот зубки… зубки ну совсем не мультяшные. Нет, никаких ожидаемых клычков! Вместо них и сверху и снизу по два ряда острого частокола. Что-то мне подсказывает, что жертву эти милахи обгладывают пошустрей пираний.
-- Они хотя бы стаями не бродят? – бурчу.
-- Нет, дочка, -- заставив вздрогнуть, из-за спины раздался папин голос. – Хвосты у них шикарны, но что-то не припомню холодов. На кой они тебе?
Ну что же, мне так даже проще, ведь следом я к нему и собиралась. Вот только жаль, что речь свою заранее не продумала, и как итог, с первых же слов отец взревел как бык:
-- В нашем роду мужей бывших не бывает!
И более меня не слушая, унёсся куда-то прочь. И ведь сказать ничего толком не успела. Наверное, не с того начала.
-- Что это значит? – растеряно бормочу.
-- Кирдык крылатому котяре, -- хрипловато хохотнул дух хранитель рода. – Бывший муж – мёртвый муж. Жаль посмотреть не смогу, -- вздыхает.
-- Вот, чёрт! – только и смогла выдохнуть.
Мысли в панике разбегались прочь, словно испуганные включённым светом тараканы. Надо было срочно что-то делать, но что? Кинуться следом? Вспоминается прощальный взгляд отца и мурашки по коже бегут. Не-е-е… жить ещё хочется. Ну и надеяться, что папа прям вот так сразу Элифана не прибьёт.
И тут осеняет: Артон! Он может отвести в долину демонов и в гномьи просторы, ну и батю куда-нибудь отвлечь. Портал вспыхнул. Делаю шаг… интимный полумрак, охи, вздохи, стоны, и даже воздух в помещении, где я очутилась, наполнен страстью. В центре тонущего во мраке зала стоит огромная кровать, а там…
Я поёжилась, отгоняя накатывающее волнами желание при виде неимоверно возбуждающего любовного танца в исполнении трёх сплетённых между собой в порыве страсти сексапильных тел. Блин… надо с этим что-то делать… то ли воздержание долгое наслаивается на феячий темперамент, то ли амулет всё же как-то кривит восприятие?..
-- Вот только не говори, что не хочешь к нам присоединиться, -- заметив меня, помурлыкал ни капли не смутившийся божок, в то время как дамы его бесстыдно продолжают ублажать.
-- И не говорю, -- всё ещё пребывая несколько не в себе, отвечаю, а этот гад уже рядом и… -- Лапы убери! Я не это имела в виду! – ору.
Боги! Как же ненавижу я эти двойные отрицания… особенно в такие вот моменты, когда сосредоточиться очень непросто.
-- Ты уж определись, малышка, то ты -- за, то лапы прочь, -- отвечает.
Тут же, словно соглашаясь с моим решением, Артон отступает на шаг назад, представ пред мои очи во всей красе, словно демонстрируя, от чего отказываюсь. Нет, ну не поспоришь -- хоро-о-ош…
-- К-хм… я как бы это… не совсем по этому вопросу, -- наконец-то обретаю дар более или менее связанно излагать свои мысли.
Так и не удосужившийся хотя бы прикрыться чем-нибудь местами, хозяин спальни, картинно заломив бровь, взирает на меня и явно ждёт: что ж будет дальше?
-- Нам надо поговорить. Срочно.
-- Говори…
-- Наедине! – срываюсь на нервной почве в крик.
-- Положение твоего отца не даёт
-- И кто бы говорил? – с самым невинным лицом напоминаю о грехах минувших, и тихо так, шёпотом, можно сказать щадя его самолюбие, напоминаю: -- Давно ли ты умолял, чтоб я с отцом поговорила о тебе?
А ведь стоит заметить -- я это сделала! И первые полчаса весьма напряжённого диалога сложно было назвать приятными. А теперь он вновь в фаворе и опять как павлин хвост распушил. Ничего, красуйся, пока можешь красавчик, я тебе пёрышки-то ещё подщиплю. Вот уже в глазках загораются злые огоньки. Не нравится, когда о минувших слабостях припоминают? А как тебе такое:
-- А змейкой случаем ты не желаешь стать? Такою милою…
Мне показалось, или его фигура как-то вдруг… поменьше стала, что ли? Злость во взоре заменяет неверие.
-- Так это всё же ты была, -- и это не вопрос, а факт.
«Всё же…» -- значит предполагал? И всё равно нарывался на неприятности. Я в шоке, дорогая редакция! Но киваю. Он жестом отсылает прочь заждавшихся девиц. Те недовольны, но уходят.
-- Прости за то, -- вмиг завернувшись в простынь, отводит взгляд.
-- Былого не вернёшь, -- отмахиваюсь.
-- И кто бы говорил? – моими же словами отвечает бог.
Ну да, могла бы. Но зачем? Ведь если быть совсем уж откровенной, я больше не жалею ни о чём. Перед глазами возник образ свившихся в порыве страсти Морганы и Элифана, тут же окидываю взглядом стоящего напротив мужчину. Жаль, повторить по своей воле духу не хватит. А что скрывать-то? Я была б не прочь. Но знать ему о том совсем необязательно.
Отогнав неуместные мысли, вкратце рассказываю о своих бедах, и жду, когда он что-нибудь решит.
-- Уверена, что он тебе настолько нужен?
-- В альтернативу предложишь мне себя? – вопросом на вопрос я отвечаю.
-- Сейчас, найду клетку и закину тебя в гномий лес. Поймав зверуху, вернёшься сама. Но к ночи возвращаешься сюда.
-- А может это… сначала ты к отцу? – воспряв духом, предлагаю.
А сама одновременно радуюсь нежданно обнаруженным рычагам управления Артоном, сделавших самоуверенного, избалованного властью божка таким покладистым, но в тоже время безумно переживая из-за Элифана.
-- Ну, если тебе не к спеху эти белки… -- явно оттягивая нелёгкий разговор, протянул Артон.
В принципе они действительно не стоят на первом месте. Отец в приоритете. Он слишком зол был. А если… даже думать страшно, что всё остальное в результате его гнева может потерять смысл. И огнецвет, да, его обязательно надо сегодня же добыть. Следующего слияния лун ждать слишком долго, и если я ещё могу как-то помучиться, то отец за это время точно Элифана изведёт.
-- Иди. Я подожду, -- уверенно извещаю.
-- Хм… завидую Ветреному, -- задумчиво произносит, а я гадаю: то ли шутит, то ли всерьёз? Но приятно. – Только… если здесь решишь подождать, то из спальни не выходи, -- немного смущённо говорит, и косится на довольно далёкие двери. – Голову на отсечение даю:
-- Справлюсь, -- усмехаюсь. – Ты поспеши лучше.
-- Зря недооцениваешь хитрость и коварство женщин, только дорвались до вожделенного, а тут ты и…
-- И… -- прервала его я, -- иди уже. Хотя постой! – едва ли не кричу, заметив, что тот собирается открывать портал. – Вот и где ты искать его будешь?
Прикладываю палец к губам, призывая к молчанию. Вспыхивает синее пламя портала. И мне остаётся лишь смотреть с надеждой вслед уходящему мужчине.
Глава 6 Жертва любви
Решив, что здесь меня никто побеспокоить не должен, воспользовалась гостеприимством удивительно легко поддавшегося на мой мелкий шантаж божка. По крайней мере, можно будет спокойно обдумать то тёмное и непроглядное, да и что скрывать, кажется, глубокое и весьма общеизвестное местоположение, в котором оказалась жутко везучая я.
Обдумала. Потом ещё раз. И ещё. А потом снова. За высоким стрельчатым окном уже и сумерки спустились, да непривычные такие. Обычно-то как? Все три луны восходят в разных сторонах неба, окрашивая его части каждая в свой цвет: красный, фиолетовый и розовый. Сейчас же небосвод был равномерно пурпурным, как и весь подлунный мир. Красиво, восхитительно и даже волнительно, но никакие пейзажи не могли снять напряжение, вызванное неимоверно долгим отсутствием Артона.
И вот уже с мыслью: «Была не была!», собираюсь вызвать портал, и тут открываются двери, и в спальню вваливается, распространяя вокруг флюиды только что удовлетворённой страсти, мгновенно взбесивший меня этими самыми флюидами кошара. Но не успела я ничего сказать, как он, бухнувшись на кровать, произнёс:
-- И не зуди как сварливая жена.
Тихо так офигеваю. Даже дара речи на какое-то время от подобного хамства лишилась. Тоже мне, муженёк нашёлся! Видали мы таких! Божок недоделанный. Кот мартовский! Я его жду. Волнуюсь, между прочим. А он… он… самец!
-- Я тебе не жена! – взамен заготовленной тираде выдаю.
-- Это ты так думаешь, -- как-то печально произносит Артон. – А я, между прочим, в последний раз расслабился. Так сказать, акт прощания со свободой.
Что-то мне эти путаные речи совсем не нравятся. Да и время уходит, пока этот кот облезлый свои потребности удовлетворял, а теперь ещё и разлёживаться взялся. И такое зло меня разобрало. Не знаю уж где он был, и каков итог, но о плохом думать не хочется.
-- Соберись, тряпка, -- словами Алсеи привожу его в чувство.
И ведь вмиг подействовало, прям не фраза из америкосовского фильмеца, а заклятие настоящее. Вон уже не расплывается медузой по кровати, а подобрался весь. Сидит. Глазками сверкает. Ага, напугал! И не таких видали.
-- Плато демонов ждёт, -- твёрдо напоминаю.
-- Никаких плато, -- глухой ответ.
-- Ш-ш-што-о-о? – уже начинаю шипеть озверевшая я.
-- Мне рога не к лицу, -- бурчит в ответ.
А я не понимаю: какие такие рога? О чём он заговаривается?
-- Вы что там курили? – с подозрением присматриваясь к странно поникшему божку, интересуюсь, а тот взгляд подозрительно отводит.
Неужто угадала? Блин блинский… этот бог не просто кот, он оказывается ещё и наркот! Всё! Я по-хорошему намекала: «Не будите во мне зверя!» Страшно престрашно прищурив глаза, подскакиваю к нему, хватаю за руку и… ничего. Ну вот прям совсем и абсолютно ничего. Что такая пушинка, как я, может сделать с этой глыбой мышц?
-- Ох! – только и успеваю выдохнуть, оказываясь прижатой к постели той самой тушей.
И явственно так ощущаю: кое-что сделать я могла. И сделала… на свою голову -- возбудила! Да сколько ж можно-то? От него до сих пор за сто миль бабами несёт, а всё туда же!
Поделиться книгой: