Наперекор богам (СИ)

-- Обиделся, -- бормочу.

Оно и не мудрено. Столько времени динамила, вроде дала надежду и опять оттолкнула. Нет у меня совести. Но… хоть я уже и не замужем, хоть уже и лишена такого недостатка, как невинность, однако желания утешить горемыку почему-то совсем не появилось. В конце концов, он своё так или иначе получил, это белым по синему на его плавках было написано.

А вот с моей расшалившейся фантазией определённо надо что-то делать, иначе я в каждом встречном буду видеть или оборотня или фею…

Забыв о том, что на мне лишь нижнее бельё и осталось, плетусь следом за Серёгой, захожу за угол дома, вроде он только что сюда свернул, и уже нет его. Потёрла глаза, потрясла головой даже – никого! Словно в воздухе растворился. А может… нет! Всё. С выпивкой, видимо не то, чтобы завязывать, но и начинать не стоит при таких-то глюках.

Вхожу внутрь, и тут же в ногу тыкается, привлекая к себе внимание, маленький нежно-розовый пятачок. Поднимаю тут же расслабившуюся и начинающую умильно посапывать крохотусю.

-- Представляешь, малышка, у меня галлюцинации. Сначала привиделось, что у Серёги нос прям-таки по феячьи чувствительный, а потом по пьяни счёт времени потеряла и решила, что он порталом ушёл. Показалось, что больно быстро он испарился… -- распинаюсь я, а малышка неожиданно начинается рваться из рук.

Оказавшись на полу, кроха подбегает к обувной полочке у входных дверей и тычется носиком в щель между ней и стеной. Забавно так повизгивая от избытка переполняющих её чувств. Ножка с крохотным копытцем пытается просочиться в узенькую щёлочку. С улыбкой наблюдаю за её потугами и вдруг понимаю: она что-то там заметила и хочет достать.

Мне и самой интересно стало. Отсаживаю малютку в сторонку, чтобы не мешалась под ногами. Сидит, с любопытством наблюдая за моими действиями. Не без труда отодвигаю тумбу и вижу конвертик наподобие тех, что были единственным средством связи во времена Советского Союза, но только совсем новенький. Снаружи ни строчки. Не исключаю, что это от старых арендаторов нам наследство перепало. Но любопытно же!

Открываю. Всего пять ровненьких строчек, исписанных мелким, с обратным наклоном, вполне узнаваемым почерком Сергея.

«Кать, что происходит? Мобила отключена, на городской никто не отвечает. Писал в скайп, соцсети, на почту – молчишь. Здесь нашёл случайно. Не подумай, что слежу. Неожиданно объявился мой отец. Я ему зачем-то нужен. В конце июля уезжаем в Англию. Не уверен, что вернусь до начала учебного года. Хотел поговорить, но не застал. Позвони. Жду! Сергей».

-- Интересно, когда это было написано? – бурчу себе под нос, а в ответ раздаётся тихое:

-- Уи-и-и…

Смотрю, а кроха пяточком в дверь тычется, видать до ветру захотела. Открываю и послушно топаю следом, готовая в случае чего защитить и от людей, и от собак, ну… и от кошек и ворон, пожалуй, тоже. А та, забавно семеня ножками, порой останавливается, умильно задирает мордочку вытягивая вверх короткую шейку, словно сверяясь с маршрутом, правильно ли идёт к цели.

Обходит дом, бассейн, а с другой стороны, возле живой изгороди, имеется песочница. К ней и направляется. Видимо, когда из портала вышли, она её приметить успела. «Да простит меня администрация базы за то, что превратим это место в сортир», -- мысленно усмехаюсь.

Не угадала. Перебравшись через бордюрчик, начинает носиком не то чтобы рыть – разглаживать песочек. Хм… тут речь явно не о естественных потребностях. Выходит, девушка была образованная и писать умела. Снедаемая любопытством, кидаюсь ей на помощь, вскоре едва ли не вся здоровенная песочница превращается в импровизированную доску для письма.

А кроха стоит в серединке и в растерянности смотрит по сторонам. Видать, переоценила я её умственные способности. Наверное, всё же у свинок перед справлением нужды обряд такой, наподобие того, как у кошек необходимость поскрестись. Для приличия даже отворачиваюсь, чтобы не смущать. Кидая короткие взгляды через плечо, мало ли что дурёхе в голову взбредёт? Убежит ещё, а я потом буду виноватой себя чувствовать, если не дай бог с ней что-то случится.

И вдруг, кинув очередной взгляд, я застыла. На песочке кривенько, но вполне отчётливо над взрыхлённой копытцами полосой выделяется одно единственное слово:

-- Лексай? – сморгнув, читаю вслух, свинуля, почти втыкаясь пяточком в песочек, активно кивает. – Тебя так зовут? – вылупляет глазёшки и мотает головой. – Ясно. Не тебя. А что такое это лексай? Место какое-то?

В глазах крохи едва ли не истерика из-за невозможности объясниться, и башочка из стороны в сторону так болтается, что того и гляди отвалится. Устав демонстрировать несогласие и не дождавшись идей от меня, разворачивается носопыркой к гладкому песочку и пяточком выводит: «имя».

-- Чьё? – спрашиваю.

И вот вроде понимаю уже, что наш диалог надо как-то иначе строить, но пока не клеится. А хрюшенька выводит буквы: «С Е Р Г…» и в растерянности смотрит на песок, будто тот сам допишет явно забытое слово.

-- Сергей? – подсказываю, и та, радостно задрав головку и даже как-то по кошачьи-щенячьи выпятив грудку начинает кивать, мол: ага, он! Хм… что бы это значило… – То есть ты его знаешь? – интересуюсь, хотя понимаю: бред это, не могла она раньше побывать в этом мире. Или нет? А та знай себе кивает, соглашаясь. – Ты не впервые на Земле? – в её глазах непонимание, и до меня доходит, что ответа однозначного на такой вопрос нету. – Хм… ты раньше была на Земле? -- явно «нет» отвечает. – Но думаешь, что знакома с ним? – опять кивает.

Час от часу нелегче. Может и не привиделось мне там, возле бассейна, что у него нос чрезмерно чувствительный? Может дело не в элементарном длительном воздержании и долгожданной близости чрезмерно желанной девушки, а именно в особенностях феячьего восприятия?

-- Он фей??? – так, для проформы спрашиваю, а свинка-то вновь кивает!

Тут уж и я рядом с ней попой в песочек плюхаюсь. В такой позе, знаете ли, иную информацию переварить намного проще.

-- А тебя-то как зовут? – догадываюсь спросить.

Выводит пяточком: «Гарда».

-- Странное имя, -- бормочу, а крохопета вздыхает, смешно семенит ножками, перемещаясь в сторону, и дописывает к уже имеющимся буквам: «…риель» -- Гардариель… имя какое-то… эльфийское что ли? -- и свинотушка, едва не привстав на задние лапки, усиленно кивает.

И тут вдруг вспоминается Алсея. Какая же всё-таки я эгоистка. Увязла в пучине своих обид на окружающую несправедливость, и о подруге напрочь забыла. А ведь обещала и ей, и Эльме, и… да многим… попытаться вернуть их физический облик. И вот теперь, помимо всего прочего у меня уже две эльфы, которым надо как-то помочь, а вместо этого я вынашиваю планы про обустройство на Земле… да и общение с бывшим как-то не в меру зацепило. Лучше бы подумала, как доказать Элифану, что я хотела как лучше, и попала под действие чар…

Кидаться сломя голову на Карпег, вопреки обыкновению, я не стала. Спокойно собрала в доме деньги, документы, часть наиболее скоропортящихся продуктов. Закрыла изнутри коттедж и, прихватив малышку, наконец-то, перенеслась в свою гостиную в гимназии, и вполне ожидаемо оказываюсь в объятиях… бог мой… ревущего в три ручья духа!

-- Ну и что опять стряслось? – слегка отстраняясь, чтобы Алсея в избытке чувств не придушила прижавшуюся к моей груди крохопету. А кроха, бросив один единственный взор на призрачную эльфу, выдаёт пронзительно «Уи-и-и-и!!!» и закатив глазки, брякается в обморок. – Вот чёрт, -- только и хватает сил выдохнуть.

Глава 5 Искусство шантажа

Отскочившая от неожиданного звука Алсея вопросительно взирает на малышку.

-- Познакомься, это Гардариель, -- вздыхаю я. – И тащи эту вонючку… ну… ту… которой в чувства приводят, -- добавляю и замечаю, что призрачная эльфа подозрительно бледнеет и, кажется, вот-вот последует примеру свинотки. – Да чтоб вас!..

Стоит отдать Алсее должное: взяла себя в руки! Откачали малышку довольно быстро. И та тут же начала льнуть к почти материальным ручкам духа. А эльфа в свою очередь выпалила кучу новостей:

-- Наше учреждение уже не гимназия, а академия. Учебную программу продлили на полтора года, -- тараторила так, словно боялась, что её прервут. -- Леди Элеонора теперь заместитель ректора, деканы двух основных факультетов леди Моргана и лорд Элифан объявили о помолвке. Тебя после бойни на западе едва не отчислили. Леди Элеонора ждёт ребёночка, -- делая вид, что не замечает моего шока, продолжала эльфа. – Прости… -- неожиданно прервалась она. – Я решила, что ты должна знать. И лучше уж…

Но я уже не слушала. В голове раз за разом звучала произнесённая скороговоркой фраза: «…леди Моргана и лорд Элифан объявили о помолвке». Хотелось закричать: «Это невозможно! Он не мог так поступить со мной!» Вспомнились слова магистра: «Между нами давно ничего нет. Всё в прошлом, милая…» И тут же оживлённый памятью прозвучал холодный голос: «В этом доме тебе больше не рады. И верни кольцо…»

А нянчащая малышку Алсея изо всех сил пыталась растормошить меня, не дать погрузиться в пучину уныния и печали, и всё тараторила, тараторила, тараторила. Через каждые десять слов повторяя: «Ты пропала, я волновалась!» И тут во мне вновь проснулась совесть.

Да, конечно же, свалившиеся на мою голову новости оптимизма не добавляли. Но в принципе, что изменилось для меня? Элифан ещё тогда чётко дал понять, что больше не желает меня видеть, а значит, он был свободен. Что в действительности было причиной таких перемен в его отношении, никому кроме него самого не ведомо. Он надежд не давал. Это я глупо лелеяла надежду, что однажды, хоть бы и через год, вернусь, и всё тут же возвратится в прежнее русло. Думала, он волнуется, нервничает, с ног сбивается в поисках пропавшей меня. Наивная.

-- Расскажи про крошку Гардариель… откуда она? – вырвался из общего потока информации вопрос Алсеи.

И я рассказала о… нет, обо многом говорить не стала, лишь вкратце поведала о сражении. О желании убраться подальше от всех и вся. О визите в посадки Артизы. О странных следах, оставленных Морганой. О подслушанном монологе. И заметив, с каким вниманием вслушивается в мой рассказ эльфа, я поинтересовалась:

-- Тебе знакомо имя Гардариель?

Та, поглаживая свиноточку, тихо молвит:

-- Кать… мне кажется, это… моя младшая сестрёнка, -- а хрюнечка, приподняв мордашку, начинает усиленно кивать, подтверждая её предположения, и мне показалось или… блин, не знала, что свинки ещё и плакать умеют, но у нашей крохи глаза явно на мокром месте. Приподняв крохотуську к своему призрачному личику, Алсея нежно целует розовый пятачок и, с надеждой смотря на меня, едва ли не молит: -- Ты же ей поможешь?

-- Как?! – буквально взвыла я. -- Только наложивший проклятие…

-- Или более сильный маг, -- прервав меня, напоминает Алсея, только как ей объяснить, что я не считаю себя более сильным, что без веры в себя я ничто!

– Может тебе о чём-то скажет и имя Лексай? – хотя и понимаю, что никуда от поднятого вопроса не денусь, но всё же меняю скользкую тему.

Алсея тут же вскинула на меня изумлённый взгляд.

-- Э-э-э… а ты его откуда знаешь? – удивлённо воззрилась на меня эльфа.

Опуская подробности, киваю на крохотусю.

-- А-а-а… -- понимающе скривила губки Алсея. -- Помнишь, я говорила, что мой брат и Кхёрн друзья? – киваю в ответ, и она выдала совсем уж неожиданное: -- Однажды они решили закрепить дружбу узами родственных связей -- через брак.

-- Брат хотел тебя выдать за Кхёрна??? – вылупилась я на подругу.

-- Не-е-ет! У него уже когда-то была жена. Не по любви. По залёту. Обычно боги так не женятся, но она была из такого рода… в общем, сгнобили бы. Пожалел. Забрал к себе. Да только всё равно недолго она прожила.

-- Бр-р-р… Это всё к чему было? Ну про жену и всё такое…

-- Чтоб ты ничего не подумала! – неожиданно огрызается эльфа. Блин, опять она своё отношение к Кхёрну, видать, пересмотрела. -- Этот оболтус слишком свободолюбив был до встречи с тобой. Он ведь тебя и до сих пор несмотря ни на что любит… -- сообщает, а мне аж стыдно становится. Но она словно не заметила моё смущение и очень больно ужалила: -- Не то, что некоторые!

На несколько минут в комнате повисла гнетущая тишина. Алсея отвела взгляд и кусает губку. Я сверлю взглядом дырку в одеяле. И думаю, думаю, думаю. Одно ясно: Кхёрн здесь был и явно неоднократно. Если уж она сумела простить Альранда после всего, между ними случившегося, то и этого, на мою голову, видимо поняла и жалеет теперь.

– Но речь не о нём тогда шла, а о его сыне, -- наконец-то нарушила молчание эльфа.

-- Сыне?.. – забыв обо всём, опешила я. – Постой-ка, Лексай… – озвучиваю догадку, и подруга кивнув продолжает:

-- И Кхёрн, и брат знали, что в то время, пусть и тайком от родителей я уже встречалась с Альрандом. А вот Гардариель, -- эльфа погладила ластящуюся к ней крохопету, -- наша младшая, наоборот, души в Лексае не чаяла, но считала, что она ему не ровня. Кто она? А он -- сын бога!

Малютка в подтверждение этих слов тихо шмыгнула пятачком и спрятала мордашку под мышку уже довольно долго и явно не без труда поддерживающего максимальную материализацию призрака.

-- И? – напомнила о том, что хочу узнать эту историю до конца.

-- И… у нас не принято так быстро, как у вас, оборотней и фей, браки сотворять. У нас это растянутый на долгие годы ритуал. Куда спешить? Жизнь штука долгая. Это простые смертные по двести лет живут да от скуки мрут, магически одарённым такого счастья не дано. А в нашем роду все поголовно – маги.

-- Хм… не знала, что от этого длительность жизни зависит.

-- Здрасти! – воззрилась на меня эльфа. – О том, что умирают, потеряв интерес к жизни, знала же?

-- Ну так то другое…

-- Какое другое-то? Вот представь: ты обычный эльф, гном или оборотень, например. Какова твоя судьба с момента определения дара? Если дано пшеницу растить, то ты на поле так и помрёшь от той самой тоски в один не самый прекрасный день. И не важно, к чему у тебя дар. Неизменно одно – надоест, опостылет. Права выбора или смены профессии всё равно нет. А у магов всё иначе. Они вольны выбирать занятие по душе и всего-то обязаны совершенствовать свои способности и состоять на службе государевой на случай мобилизации, как недавно… -- на этих словах, осознав, что задела болезненную тему, Алсея умолкла.

-- Ладно, что там про неё, -- киваю на, кажется, придремавшую кроху, -- и этого Кхёрнова сынульку, -- не желая зацикливаться на проблеме, напоминаю.

-- Ну… потом… со мной случилось то, что случилось… -- говорить ей об этом тоже было нелегко. Не ко всему привыкнуть можно, как показывает практика. – В общем… благодаря Эльме, которая, кстати, и Кхёрна за что-то всей душой ненавидела и всё бредила тем пророчеством, что… прости… не суть важно… -- опять потупила взор эльфа. -- А следом… это я уже здесь случайно услышала, в общем -- Лексай пропал.

Всё рассказанное показалось мне событиями не так давно минувших лет. Хотя сроки и не озвучивались. И я впервые за всё время нашего знакомства задала ни разу так и не озвученный вопрос:

-- Алси… а как давно… ну ты, то есть Эльма… ну…

-- Четыре года уже почти, -- погладив задремавшую на её руках сестрёнку, вздохнула призрачная эльфа.

Если честно, я чуть ехидно не переспросила: «И это уже?» Ведь раньше думала о куда более длительном сроке. Вот и сейчас ожидала чего-то исчисляющегося пусть уже и не в сотнях, но хотя бы в десятках лет, а тут… четыре года. Мысли заметались в голове. Это что же получается? Я на четвёртый курс в универе перевелась. Он исчезает здесь и появляется там?

Нет. Бред! Малышка просто перепутала! И тут в памяти возникает совершенно упущенный в пьяном угаре нюанс: там, у бассейна, я так зациклилась на Серёгином носе и следах на его плавках, что упустила из вида болтавшийся на его шее до боли знакомый амулет в виде звезды!

Мой взгляд коснулся дремлющей крохи. Господи, какое счастье, что перенервничавшая малышка, поев, задремала в тот момент, когда мы пьянствовали с её возлюбленным. Её бедное сердечко не вынесло бы такого потрясения. М-да… скольким ещё я, как баба с пустым ведром, успела дорогу к счастью перейти? Эльма… что-то подсказывает -- не на пустом месте её ненависть к Кхёрну. Элифан и Моргана…

Сердце сжалось… и вдруг меня осенило:

-- Алси, ты когда в последний раз Моргану видела?

-- Вчера, -- очевидно виня себя за то, что вновь навела меня на печальные мысли, смущённо пробормотала эльфа.

-- И как она выглядела? – внимательно всматриваясь в лицо подруги, интересуюсь.

Та аж малышку выронила. Благо на кровать. Кроха сонно выдала возмущённое: «Уи-и-и!!!» -- и тут же умиротворённо засопела.

-- Это же приворот! – лицо эльфы внезапно озарилось.

-- Ага, -- соглашаюсь и напоминаю: -- Вообще-то чувства Элифана ко мне изначально были вызваны её же приворотом.

-- Ну то заклятие, ясно-понятно, она сняла, а новым, видимо, его к себе привязала. То-то она опять пожамканная как старуха. Я ещё диву давалась: что б у вас там ни случилось, но променять тебя на это потрёпанное нечто… -- о чём-то усиленно размышляя, рассуждала эльфа. – Ты прости, конечно, но оставлять это так нельзя. И пока не расскажешь всё, я что-либо посоветовать бессильна, -- вперив в меня полный решимости взгляд, выпалила она.

И я поняла: как бы ни было неприятно вспоминать, во-первых, не отстанет, во-вторых, а вдруг и вправду что-то полезное присоветует? В конце концов, опыта в магических вопросах у неё куда больше, и в отличие от меня ею изучена не только практика, но и объясняющая многое теория.

Засиделись мы до поздней ночи. В столовке светиться не хотелось, так что припасённые с Земли продукты пришлись весьма кстати. Мы многое успели обсудить, Алсея объясняла мне основы любовной магии, о которой я ровным счётом ничего не знала. Мы строили какие-то планы. Кажется, даже грандиозные… а потом я заснула под аккомпанемент бурлящих оптимизмом речей подруги.

И снился мне странный сон, где я, отбиваясь от ухаживаний Эльмы, собиралась жениться на Моргане…

-- Подъём! – от этого вопля я и проснулась. – Пока мы спим, наши враги радуются жизни! Мы не можем позволить им такую роскошь! Вставай, не будь тряпкой!.. – если б этот дурдом происходил на Земле, я бы явно подумала: «Кто-то пересмотрел америкосовских фильмов про командос!» Но здесь вам не там. Тут ни о телеках, ни о командос слыхом не слыхивали.

Неимоверно взбудораженная Алсея сунула мне поднос с едой и продолжила тем же раздражающим по утру бодрым голосом втирать:

-- Мы не можем сидеть сложа руки! Надо действовать! Я больше всего хочу обрести тело. А теперь и сестру расколдовать! Но сначала ты вернёшь мужа! И это не обсуждается! Ты помнишь всё, о чём мы договорились?

Жую. И если честно, половины из наших грандиозных планов даже приблизительно не помню. Но помалкиваю, в надежде, что призрак выдохнется. Но как бы не так, она только всё больше распаляется, набирая обороты. Бегу в ванную, в надежде, что хоть там мои уши отдохнут… наивная! Дух сегодня явно в ударе, и абсолютно не расположен к мелочным обидкам из-за захлопнутых перед носом дверей, да и оные ему совсем не преграда, и потому дальше слу-у-ушаю…

Минут через десять, взвинченная до невозможности и полная решимости свернуть горы, лишь бы подруга заткнулась, натягиваю заготовленное призраком тряпьё. Надеваю поддерживаемые едва ли не на бёдрах широченным ремнём эластичные тёмные брючки, обтягивающую майку-водолазку без рукава, удобные ботиночки с высокой шнуровкой. Подхожу к зеркалу… ёпрст… с заплетёнными в высокий «колосок» волосами ощущаю себя на съёмках какого-нибудь голливудского экшена-блокбастера. Ни дать, ни взять Лара Крофт, только кобуры со стволом не хватает!

А Алсея всё никак не унимается: продолжая давать напутственные ЦУ…

Чмокнув в пятачок ставшую за последние сутки почти родной свинульку, махаю на прощание ручкой не прекращающему что-то втирать духу и сматываюсь в портал.

Не знаю уж, куда по планам Алсеи я должна была направиться. Честное слово, вчера сли-и-ишком много говорили, и очевидно после пьянки мой мозг не в состоянии был усвоить столь обильный поток информации, а может и утреннее бурное пробуждение свою роль сыграло.

Поразмыслив, направилась в отцовский замок. Во-первых, стоило основательно перешерстить его библиотеку, во-вторых, проконсультироваться с Эльмой. Хоть она и ведьма, но судя по её же заверениям, с учётом открывшихся перспектив она обиды на меня не таит, ну а так как ей от меня кое-что по-прежнему нужно, значит в помощи и совете не откажет.

-- Ты готова? – встретила меня своим извечным вопросом некогда убиенная мной ведьма.

-- Почти, -- слегка покривив душой, отвечаю и вижу в её прищуренных глазах вопрос: «Чего хочешь?» -- Но для начала…

Я типа задумалась, и таки сработало: в глазах ведьмы появился живейший интерес, комкающие подол призрачного платьица пальчики явно свидетельствуют о нетерпении. Вот только стоит ли ей доверяться от и до? А с другой стороны, не зная о ком речь, возможно она не сможет обратить внимание на какие-нибудь мелкие тонкости… была не была!

-- Мне твоя помощь нужна, -- признаюсь, и как-то стрёмно ощущать себя зависимой. – Одна су… сущность, -- едва не высказавшись, выкрутилась я, и в принципе не соврала, не знаю ведь, кем является на самом деле Моргана, -- увела у меня мужа.

-- Как?! – вылупила на меня вмиг позеленевшие глазищи Эльма.