Шепчущий череп

— Но ты в любом случае молодец! — улыбнулся мне Локвуд. — Единственная, кто вовремя среагировал.

Как всегда от его похвал на моих щеках проступил румянец.

— Локвуд, — кашлянула я. — Какой вид Гостей призрак Байкерстаффа? Я подобных раньше не встречала. Видел, как он вырос? Что за дух на такое способен?

— Представления не имею, — пожал плечами Локвуд. — Нам повезло, что железо смогло его сдержать, пока мы копались с гробом. А теперь, снова повторю — это забота ДЕПРИК. Меня больше волнует, что я обидел Джорджа, а у него в руках мое какао!

Он ушел. Я вытянулась на диванчике, глядя в потолок. На меня накатила усталость после столь колоритной ночи. Перед глазами так и застыли Джордж с Джолином около гроба, темное, оскаленное лицо трупа Байкерстаффа и его призрак столбом взмывающий в небо. Картинки сменялись одна за другой, как на детской карусели.

Кровать. Туда мне нужно. Я закрыла глаза. Не помогло. Нарезка из фрагментов продолжала крутиться. А еще я вспомнила тот холод и сладкий голос, который я слышала у могилы, призывающий смотреть…. На что смотреть-то? На призрака? На зеркало?

Надеюсь, никогда этого не узнаю.

— Устала? — мягко спросил кто-то.

— Да. Немного, — сердце сделало еще удар и начало падать в живот.

Я открыла глаза. Дверь закрыта. Из кухни приглушенно доносились голоса Локвуда и Джорджа. Зеленоватые солнечные зайчики прыгали по потолку.

— Потому что считаешь, что побывала в аду, — низкий шепот, чужой и в то же время невероятно знакомый.

Я его слышала прежде. Медленно приподняв голову, я посмотрела на чайный столик, банка с призраком испускала изумрудное сияние. Субстанция пульсировала, выталкивая из центра мелкие пузырьки, как кипящая вода. Внутри проступило плотоядное, безгубое лицо. Кончик грушевидного носа прижался к серебреному стеклу. Злобные глаза горели, как два фитиля.

— Ты…, - у меня пересохло в горле.

— Лаконичное приветствие. Но четкое. Не могу отрицать. Действительно я.

Дыхание перехватило. Меня переполняло восторженное ликование. Значит, правда это Третий Тип — сознательный и способный на общение. Нет ни Локвуда, ни Джорджа. Нужно их позвать, я должна доказать, что мне не померещился голос из банки. Я встала и пошла к двери.

— Ох, только не они! — страдальчески произнес призрак. — Давай, побудем вдвоем. Ты и я.

Это заставило меня остановиться. Семь месяцев привидение не проявляло себя. Оно могло продолжить так себя вести, открой я дверь.

— Хорошо. Но в таком случае, ответь на несколько моих вопросов, — впервые я прямо взглянула на банку, не обращая внимания на колотящееся об ребра сердце. — Что ты такое? Почему разговариваешь со мной?

— Что я? — плазма растеклась, продемонстрировав темный череп на дне. — Вот что я. Гляди. Тебя это тоже ждет.

— Ох, как зловеще! Ты уже говорил подобное. Как там было? Смерть идет? Из тебя никудышный пророк, — усмехнулась я. — Все живы, а ты по-прежнему капля слизи в банке. Ничего не изменилось.

Плазма соединилась над черепом, словно захлопнув ворота. Однако границы разрыва сошлись не плотно и, вновь появившееся лицо, стало размытым.

— Какое разочарование, — прошептал призрак. — Ты не поняла моего предостережения. Смерть в Жизни, а Жизнь в Смерти — вот смысл моих слов. Твоя проблема заключается в твоей глупости, Люси. Ты слепа к тому, что творится вокруг.

На кухни звенели столовые приборы.

— Не собираюсь вдумываться в твой бред, — я облизнула губы.

— А ты хочешь, все на блюдечке с голубой каемочкой? — простонал голос. — Используй глаза, уши и ум, в конце концов! Еще ни у кого не получалось. В одиночку ты справишься.

— Почему это в одиночку? — я тряхнула головой и уперла руки в боки. — У меня есть друзья.

— Кто? Жирный Джордж и лживый Локвуд? Хорошая компашка! На них можно положиться!

— Лживый? — что-то в голосе привидения гипнотизировало меня, отнимая возможность спорить.

— Не делай удивленный вид, — попросил голос. — Скрытный, лживый. Ты знаешь — это правда.

— Я знаю, что нет!

— Тогда, вперед, — предложил призрак. — Ты знаешь, где выход. Зови своих друзей.

Вот здесь согласна! Мне, как никогда, потребовались мои товарищи! Я не хотела ни секунды оставаться с этим злорадным голосом! Мои пальцы сомкнулись на дверной ручке.

— Кстати, о дверях…. Однажды я видел, как ты стоишь на верхнем этаже у запретной комнаты. Ты желала войти туда, так?

— Нет, — отчеканила я.

— Хорошо, если не врешь. Живой ты бы не вышла.

У меня подкосились ноги.

— Нет, — пробормотала я, дергая за ручку.

— В этом доме есть вещи пострашнее меня.

— Локвуд! Джордж! — я распахнула дверь и обнаружила, что ору им в лица.

От неожиданности Локвуд пролил какао на ковер в коридоре. Джордж извертелся в попытке удержать на подносе сэндвичи. Я резко втащила их обоих в комнату.

— Он говорит! — кричала я. — Слушайте! Призрак в банке!

Молчание. Даже свечение погасло, а лицо исчезло. Мутная плазма была спокойной и непроницаемой, как болотная жижа. В центре виднелся череп, глумливо лыбившийся голыми зубами.

Мои плечи опустились.

— Он говорил со мной. Правда! Приди вы на минуту раньше…, я хмуро посмотрела на них, словно это их вина.

Они просто стояли. Джордж поправил пальцем сэндвич. Локвуд вздохнул, поставил кружку на столик и вытер носовым платком остатки какао с руки.

— Сядь, попей, — сказал он.

Я посмотрела на череп. Меня охватила дикая ярость. Не останови меня Локвуд — клянусь — я бы пнула эту чертову банку через всю комнату!

— Не переживай, — успокоил он меня. — Мы верим тебе.

— Ладно.

— Садись. Поешь и попей какао.

Мы все так и поступили. После перекуса я сказала:

— Это было, как в первый раз, в подвале. Полноценный разговор, только короткий.

— Разговор? — переспросил Локвуд. — Все-таки Третий Тип.

— Определенно.

— На что это похоже? — спросил Джордж.

— Ну, меня он очень раздражал, — я с ненавистью посмотрела на банку.

— Марисса Фиттес писала, что беседа с Третьим Типом опасна, — кивнул Джордж. — Призрак играет твоими эмоциями, если не быть осторожным, то попадаешь под его силу и перестаешь себе принадлежать….

— Нет…. словом "раздражал" я лишь подвела итог нашего разговора.

— А что он сказал? — поинтересовался Локвуд. — Какие горячие подробности потусторонней жизни поведал?

Он сидел, потягивая какао. У него был бодрый вид даже после такой активной ночи.

"В этом доме есть вещи пострашнее меня"

— Ничего интересного, — промямлила я.

— Ну, хотя бы вкратце?

— Что-нибудь про жизнь после смерти? — бойко спросил Джордж. Его глаза так и горели от любопытства. — Все хотят знать! Джолин, даже на научные конвенции ездит, посвященные этому! Что происходит с душой? Она же бессмертна….

— Сказал, ты жирный.

— Чего?

— Он, в основном, говорил про нас. Он наблюдает за нами и знает наши имена….

— Он сказал, что я жирный?

— Да, но….

— Жирный? Жирный?! А с какой интонацией?

— Издеваешься? — вскричала я. — Он злой! Хочет навредить нам, поссорить нас, запугать! А еще заявил, что я слепа к тому, что происходит вокруг. Прости, Джордж….Я не хотела тебя оскорбить, надеюсь….

— Да, порядок…. Просто, если даже призрака это интересует, надо покупать весы! А про потусторонний мир он и не заикался…. Жаль, — Джордж взял большой сэндвич и развалился в кресле.

— А что призрак про меня сказал? — спросил Локвуд, глядя в упор своими темными, спокойными глазами.

— Э-э-э, чушь.

— Какую же именно?

Я отвернулась, внезапно поглощенная видом сэндвича, который привередливо крутила пальцами.

— О, ветчина. То, что надо.

— Люси, последний раз я видел такое поведение у Мартины Грей, которую мы расспрашивали о пропавшем муже, а после нашли его у нее же в морозилке. Не хитри, а выкладывай все, как есть. Я не расстроюсь.

— Ну….

— Не тяни, — он лучезарно улыбнулся. — Что в его словах было такого плохого?

— В общем…, я ему не верю, конечно, и меня это совсем не интересует, не важно, что там…. Призрак намекал, что в той комнате хранится нечто опасное. Ну, ты знаешь, комната наверху…

— Знаю, — Локвуд опустил кружку, его голос был тверд, как кремень. — Она не дает тебе покоя.

— При чем я? — моему возмущению не было придела. — Призрак в банке о ней заговорил!

— Да, еще бы! Ты опять за старое, и когда тебе надоест уже эта тема? А теперь уточни, что говорил "призрак в банке" на самом деле?

— Не хочешь — не верь. Не собираюсь больше препираться! Я спать.

Я встала.

— Ну, нет! — Локвуд тоже поднялся на ноги. — Ты не уйдешь просто так, без объяснений, как прима донна! Говори, что ты видела в комнате?

— Ничего! Мне о ней сказал призрак, — я сделала паузу. — Значит, он не врал?

— Вовсе нет!

— Ты подразумевал, что я могла там что-то такое увидеть.

Мы буравили друг друга взглядами. Джордж, как не в чем ни бывало, взял следующий сэндвич. Громко затрезвонил телефон.

— Кому не спится, — проворчал Локвуд, отправившись снимать трубку. — Полпятого утра!

— Марисса Фиттес явно была права, — заметил Джордж. — Третий Тип наводит кавардак в башке и играет эмоциями. Чего только вы стоите — ругаетесь из-за глупости!

— Глупости? — огрызнулась я. — Вопрос в доверии, а его, оказывается, нет!

— Не преувеличивай! Призрак назвал меня жирным. Думаешь, у меня проблемы с весом?

Локвуд зашел в гостиную с выражением озабоченности и ярости.

— Эта странная ночь и не собирается завершаться, — сказал он. — Звонил Сандерс с кладбища. Взломали часовню, где стоял гроб. Пострадал один из ночного патруля. Помните зеркало Байкерстаффа? Его украли.

III ПРОПАВШЕЕ ЗЕРКАЛО

Глава 9

Этот телефонный звонок не был последним в то утро. Следующий прогремел около восьми, когда мы засыпали. Обычно у нас был богатый выбор действий для столь ранних пташек: Локвуд просто игнорировал, Джордж просил перезвонить, я посылала ко всем чертям. Однако поскольку это был инспектор Барнс, вызывавший нас к себе, мы не могли поступить иначе, как через пятнадцать минут, едва умывшись, сесть в такси и ехать в Скотланд Ярд.