Помоги проекту - поделись книгой:
За этими изобличениями последовали практические выводы. Шубин активировал переносной планшет, который нарисовал в воздухе голографическую карту звездной системы С-801, также известной всем как Восемьсот Первый парсек. Комкрыла погрузил пальцы в интерактивное тело карты и развернул окрестности нашей базы – планеты С-801-7 (также известной кому надо как "Ямал").
Ракетные мониторы клонами применялись массированно. Дивизионами по три-пять штук и более. При этом почти всегда проводились несколько обстрелов одной и той же цели. Дивизион мониторов, раз отстрелявшись, отходил к мобильной базе (в качестве которой обычно выступала спарка контейнеровозов того же проекта, какие служили корпусами и самих мониторов). Мониторы принимали от мобильной базы новую порцию ракет и повторяли удар.
По моему мнению, в подобной тактике был ряд серьезных минусов. С точки зрения чисто военной эффективности каждый следующий удар надо наносить в новом месте, где противник его меньше всего ожидает. Но клоны считали, что главный плюс – оказание мощного психологического давления на гарнизон, изматывание его душевных и физических сил – все минусы перевешивает.
Чего больше – минусов или плюсов – можно спорить до потери пульса, но факт в том, что в той операции ракетных мониторов против Города Полковников клоны за свою предсказуемость поплатились. А всё потому, что у нас в аналитических отделах флотских штабов сидят очень хорошие математики, виртуозные специалисты по небесной механике. Они смогли предсказать точку, из которой клоны нанесут следующий удар.
Как? Рассказываю.
Планета вращается вокруг своей оси и движется по орбите вокруг центрального светила системы. Расположить огневые рубежи ракетных мониторов можно было лишь в строго определенном, узком конусе, так как "Паирики" не обладали удовлетворительными системами наведения (и, в отличие от полноценных "Аждатов", ими нельзя было стрелять планете вдогон).
Грубо говоря, "Паирики" можно было выпустить только тогда, когда планета готовилась подставить нужный бок.
Согласно расчетам, следующий залп приходилось ждать из-за планетоида С-801-П-01, который как раз входил в этот самый конус эффективных огневых рубежей. Мониторы же, как мы к тому времени знали, клоны предпочитают выводить на цель под прикрытием того или иного небесного объекта. Для маскировки.
Задача складывалась простая и незатейливая, как яйцо Колумба: срочно вылететь к планетоиду, устроить засаду. А когда детекторы Бруно-Левашова засекут выход из Х-матрицы очередных паразитов, получить дополнительное целеуказание от радаров, а затем взлететь и порвать клонов в клочья!
– Никакой космический контрацептив не должен болтаться в нашей системе и гадить по углам, как пьяный американский астронавт по случаю Дня Независимости! – резюмировал Шубин. – А сейчас – бегом к машинам. Их уже заправляют и грузят боезапас. На вылет пойдем все! Включая истребители, которые получат противокорабельные "Мурены". Румянцев!
– Я! – Ваш покорный слуга вскочил, соорудив смирную стойку и соответствующее лицо.
– Головка... от торпеды! – Зло пошутил командир. – Хватит прохлаждаться, воин! Я только что выгрыз мозги нашей медицине. Короче, своим освобождением от физкультуры при случае подотрись! Пора тебя применить. Бердник! Забирай парня, короче!
Что я мог сказать? Только:
– Служу России!
Планетоид П-01 – выкидыш процесса планетообразования. Слепок льда, космической пыли, камней и всего прочего мусора, которому не повезло оказаться вдали от рождения нормальных небесных тел.
Гравитация комкает их вместе и получается вот такой бесполезный кусочек неправильной формы. Ни ядра, ни атмосферы, ничего – апофеоз бесполезной жизни. Не планета, а недоразумение. Но и астероидом не назвать, ибо космический трутень уж больно велик. Планетоид, лучше и не скажешь.
Зато с его помощью удобно играть в прятки.
Наш несчастный "Три Святителя" наполучал во время вылазки к Фелиции таких горячих, что стоял в ремонте. Поэтому до места шли на легких "Рюдзё" и "Окинаве" (это который тип "Ноторо", были у ниппонцев такие верткие корыта).
Ниппонцы выбросили нас на порядочном удалении от пэ ноль первого.
Мы без замечаний взяли азимут, построились и полетели догонять местный транснептуновый, а точнее "трансямаловый" объект.
Вот он – сфероид с оболочкой из замерзшего азота и вмороженной пыли.
Поверхность знатно изборождена кратерами, рытвинами и прочим – меты беспокойного соседства с целой кучей космических каменьев.
Пэ первый так уродлив и черен, что я тут же вспоминаю самые счастливые месяцы в системе Лукреции, где ваш рассказчик немало повидал вот таких пасынков вселенной.
– Внимание по эскадрильям! – Раздается голос Шубина. – В парсеры забиты координаты ваших кратеров. Выполняем сближение, приземляемся и через пять минут полная тишина в эфире! Двигатели потушить, никакого света в кабинах. Атака по сигналу с "Асмодея"! К исполнению!
"Горыныч" комкрыла сейчас состыкован с тем самым "Асмодеем", одним из широкой сети радиолокационного дозора.
– И-03! – Командует Бердник. – Все взяли координаты? Квадрат 39-75 на тактике. Носы вниз и садимся. Напоминаю, кратерный цирк – это не взлетка любимого авианосца. Условия приземления критические. Поэтому идем аккуратно. Выбираем площадку без особых рытвин. Ради Бога, не убейтесь на этой вот ерунде, не разбивайте к чертям мое любящее сердце, я этого не переживу! Поехали! "Комета" – за мной!
"Комета" – это я, если кто забыл.
И я теперь не просто так, а ведомый самого Бердника, матерого волка внеземелья, который остался без напарника в кровавой каше Кларо-Лючийской оборонительной.
Кап-два на "Горыныче", а я на "Дюрандале" со счастливым бортовым 309 – двенадцать в сумме. Если же учесть, что заводским номером моей машины был 1299 (в сумме – 21, "очко"!), то в будущем счастье меня поджидало прямо-таки безразмерное.
О, "Дюрандаль"! Славный меч Роланда!
Каково же мне было пересесть за твою тормознутую рукоять после чоругского планетолета!
Но ничего, освоился. Вспомнил полеты с Фернандо Гомезом и освоился. К тому же прототип здорово отличался от серийной модели в худшую сторону! Инженер Андрей Грузинский, которого я помнил еще по "Тьерра Фуэга", не соврал. Никак нет! До серии машину довели в поистине образцовом виде!
Генератор щита теперь можно было включать в атмосфере, а ведь раньше это было смертельно опасным фокусом. Управляемость повысилась. И, самое главное, энергосистему сбалансировали. Теперь мне не грозило оказаться меж звезд на внезапно сдохшей машине, как это случилось со все тем же Гомезом.
И все же, приземляться в кратер я предпочел бы на "Горыныче".
Нервное это занятие! Хотя после трудовых будней в Тремезианском поясе, когда я пилотировал разваливающиеся "Кассиопеи" и толстозадые "Андромеды", "Дюрандаль" – детские шалости. Сдюжим.
Сдюжили все. Даже юное пополнение. Не такое уж оно теперь и юное, впрочем. Побывали в огне, все как один! Это дорогого стоит. По крайней мере, своим машинам они теперь доверяют.
Шесть "Дюрандалей" опустили лопаты носовых обтекателей за срез кратера. Подрабатывая маневровыми, все расселись кто куда. Я даже ухитрился приземлиться в прямой видимости Бердника. Круто!
Итак, пейзаж тухлый. Острые пики, глыбы черного льда, "Дюрандаль" стоит на опорах с заметным дифферентом на правый борт. Небо в воронке кратера радует. Много звезд, шикарных, сверкающих нагло и уверенно безо всяких помех со стороны атмосферы. Настоящее космическое небо.
Любовался я этим небом часа три.
Тоска-а-а-а...
Закралась нехорошая мысль: а не включить ли, пока суд да дело, какую-нибудь аудиокнигу? Или хоть музыку! Их в моем коммуникаторе ох немало!
Но нельзя!
Парсер запомнит и сдаст меня при послеполетном тестировании первому же технику. А техник, в строгом уставном соответствии – комэску, и будет мне по шапке.
Внезапно, как всегда внезапно, царапнул нервы тоновый сигнал.
Дон-н-н!
– Внимание! Говорит Шубин! Зафиксирован выход противника из Х-матрицы! Дистанция одиннадцать тысяч. Принимайте координаты! Пять мониторов! К бою!
– Активировать все системы! – Приказывает Бердник. – Взлетаем! Разобраться в звеньях и построиться в эшелоне сто. Выходим на цель за планетным диском!
Поверхность ухает вниз, а я словно остаюсь на месте, как всегда бывает при низкой гравитации. Традиционная иллюзия.
Занимаю место справа от ведущего с превышением.
Идем плотно, вся И-03 видна невооруженным взглядом.
Красиво! Двенадцать машин на столбах синего огня огибают планетоид, который пал нам в ноги.
Еще немного и мы вырываемся в открытый космос.
Вот они, наши клиенты. Тактический экран показывает пять меток. И никакого прикрытия? Никакого! Совершенно охамевшие твари. Ну сейчас вам будет!
– Вас вижу, на цель вышли чисто. – Констатирует динамик голосом комкрыла. – По истребителям. Вперед идут "Дюрандали". Пуски "Мурен" по точкам ПКО. Потом дорабатываете из пушек до полного удовлетворения. "Горынычи" заходят с кормы. Ваша задача выбить маршевые. Штурмовики и торпедоносцы – по докладу истребителей. Вперед!
– И-03, внимание! – Бердника переполняет боевая ярость и это слышно. – Если верить разведке, у гаденышей только лазерное ПКО. "Дюрандалям", стало быть – не страшно. Так что пушками работать в упор! Если останутся ракеты, приказываю выбивать узлы Х-связи. Атакуем!
И мы атаковали.
Полная красота. Всё равно что громить беззащитные конвои в Тремезианском поясе! Даже легче, потому что "Дюрандаль" прикрыт щитом. Плюс благородная цель, что повышает мотивацию. Ведь эти паразиты вот-вот начнут запуск своих подлых "Паирик"!
Нас заметили. По нам открыли огонь. Мы перли нахально, в лоб, без всяких маневров.
Статистика попаданий гигаваттных лазерных импульсов выглядела эффектно, но эффективность клонской ПКО равнялась нулю! Все совокупные гигаджоули были истрачены клонами на переливчатую иллюминацию в эллипсоидах наших защитных полей.
На дистанции пятьсот я захватил батарею ПКО, которая обслуживала мой флуггер. Дал ручное целеуказание. Две "Мурены" сорвались с консолей. Одна – в правую часть спонсона, вторая – в левую! Обе башни выворотило с мясом!
То есть, если быть точным, сам процесс я не видел, потому что дистанция не позволяла. Но потом уже прокрутил результаты, полученные по видеоканалу.
О да! Мы подлетели близко. Били из пушек в упор, как обнаглевшие "ильюшины" в годы Второй Мировой!
Огромный крестообразный силуэт раз за разом проносился мимо, и я вновь возвращался, никак было не оторваться! Я первый раз безнаказанно стрелял в клонов, товарищи! Такое наслаждение!
– Здесь Бердник! С этим всё. Летим ко второму клиенту! Торпедоносцы! Цель номер один в вашем распоряжении! Максим Леонидыч, дорогой, можете заниматься! ПКО молчит!
Слышно, как в тысячах километров от нас Яхнин разразился злорадным смехом.
– Спасибо, Григорий Алексеич! Быстро же вы!
– Порядок в эфире! – Одергивает говорунов Шубин.
– Есть!
– Прошу прощения, товарищ эскадр-капитан! Разрешите искупить?
Шубин не выдержал, тоже рассмеялся.
– Искупай, Максим!
Когда мы совместно с И-02 обслуживали последний монитор, в космосе один за другим стали распускаться огненные орхидеи. Торпедоносцы в работе!
Наши ракеты и лазеры выламывали из тонкой обшивки мониторов куски размером с крышу дома.
Что тут скажешь? Не бронепояс линкора. Так – лохань гражданская, которой на войне не место.
Шубин безостановочно пилил эфир, предлагая клонским экипажам спасаться.
Но ни одна эвакуационная капсула так и не покинула своего гнезда, хотя мы показательно не потратили на спасательные галереи ни одного джоуля. Клоны умирали, но не сдавались.
Вот черти упрямые, а?!
Обстрелы Города Полковников с ракетных мониторов оказались всего лишь репетицией. Они готовились прорывать другую образцовую оборону, о которой даже прозорливый в стратегическом смысле Бердник не мог и помыслить, когда ставил первую противомониторную боевую задачу в моей карьере.
20 февраля 2622 года две эскадры ракетных мониторов, сопровождаемые восемью легкими авианосцами и одиннадцатью фрегатами, были задействованы для удара по Солнечной системе. Более пяти тысяч ракет "Паирика" стерли с полотна мироздания столицу Объединенных Наций на Фиджи, сожгли исторический центр Дели, уничтожили комплекс зданий Евростага в Берлине. И, товарищи, напоследок прошлись по нашей родной Москве, начисто разрушив Кремль, Исторический Музей, Мавзолей...
С Божьей помощью уцелел Собор Василия Блаженного, и ничем кроме личного вмешательства Господа это не объяснить.
Кто мог помыслить такое?!
Но факт есть факт.
Что такое ракетный монитор? Корявый плод конверсии. Но клоны с его помощью показали всей Галактике и нам заодно: смотрите кто теперь в космосе хозяин! Объединенные Нации даже свою метрополию прикрыть не в силах! Даже столицу, даже хвастливую Москву!
Понимайте, граждане ОН, чего стоит хваленая мощь России! Понимайте и выбирайте друзей тщательнее!
Несмотря на заблаговременную эвакуацию тогда погибло более восьмидесяти тысяч гражданских.
А мы очень разозлились.
Глава 4. Прорыв
Январь – март, 2622 г.
Нерская Губа
Планета Махаон, система Асклепий
Поделиться книгой: