Помоги проекту - поделись книгой:
То же можно сказать о самоудовлетворении (мастурбации и т.п.). Самоудовлетворение лучше, чем ничего, но хуже нормальных половых отношений.
Ненормальная любовь — не обязательно патология. Она становится таковой лишь при определенных условиях, а именно: либо в результате психического заболевания, либо как следствие преступных действий.
IV
ЗАМЕТКИ О ЛЮБВИ
Лирика и эротика — два типа любовных переживаний.
Лирика основывается на чувствах, рожденных зрительными и/или слуховыми образами. Это — дистантная любовь.
Эротика основывается преимущественно на осязательных чувствах и действиях. Это — контактная любовь.
В лирике преобладает духовно-эмоциональная, созерцательная составляющая любви. В эротике — физическая, телесная, осязательно-действующая составляющая.
Между лирикой и эротикой может быть гармония, а может быть антагонизм. Гармония лирики и эротики — это то, к чему обычно стремятся люди, что называют полноценной любовью. В рамках любовной гармонии лирика и эротика дополняют и опосредуют друг друга.
В случае ненормального течения любви лирика может подавлять эротические чувства, а эротика — лирические. Антагонизм лирики и эротики обычно возникает в ситуации противопоставления духа и тела, когда духовное считается чем-то возвышенным, благородным, а телесное — чем-то низменным, животным, скотоподобным.
Половая любовь — основа брака. Тем не менее нельзя категорически утверждать, что брак по любви во всех случаях лучше брака по расчету. Любовь — необходимое условие брака, но не единственное. Для брака нужны и другие условия: жилищные, финансовые, единый подход к детям, человеческое взаимопонимание... Поэтому не должно быть противопоставления брака по любви и брака по расчету. Он должен быть и по любви, и по расчету!
Бывают случаи, когда девушка-женщина выходит замуж не по любви, вынужденно (по расчету или по принуждению). Здесь возможны два сценария развития событий:
1) лучший — когда супруги могут постепенно придти к взаимной любви, и
2) худший — когда брак превращается в пытку. В этом случае не следует испытывать судьбу, а нужно без промедления разойтись.
Во-первых, появился так называемый
Во-вторых, широкое распространение получил так называемый
В-третьих, меняется характер супружеских (внутрибрачных) отношений. На смену строгому единобрачию (с отдельными, более или менее случайными супружескими изменами) приходит полулегальная форма брака "с прицепом" (брак + внебрачные любовные отношения). Все больше жена для мужа перестает быть единственной женщиной, т. е. переходит в разряд главной, но не единственной женщины. Постепенно и муж для жены перестает быть единственным мужчиной, а приобретает статус главного (но не единственного) мужчины. В строгом смысле моногамия (единобрачие) канула в лету.
В-четвертых, скорее правилом, чем исключением становится череда-цепь браков в течение жизни (брак-развод-брак...). Иными словами, если рассматривать брак во времени, то он фактически стал полигамным.
Все эти изменения института брака, как мне представляется, не являются результатом падения нравов. Идет глубинный процесс либерализации правил жизни, расширяется сфера свободы человека, в том числе и сфера свободы любовных, сексуальных отношений. Институт брака лишь приспосабливается к этому изменению любовных отношений.
Половая мораль проста и сложна. Она проста как правила дорожного движения и сложна как сама жизнь. Половая мораль регулирует половые отношения людей, либо побуждает-направляет, разрешает, либо ограничивает, запрещает. Все эти побуждения, разрешения, ограничения и запрещения основаны на понятиях добра и зла, которые в свою очередь вытекают из золотого правила поведения (“не делай другим того, чего не хочешь, чтобы делали тебе” и “поступай с другими так, как хотел бы, чтобы поступали с тобой”).
Прежде всего, половая мораль
Таким образом, нельзя понимать половую мораль лишь как нечто ограничивающее и запрещающее. Иначе мы имеем дело с репрессивной моралью. (В скобках отмечу, что в современном обществе половая мораль — это, к сожалению, в основном репрессивная мораль).
Дальнейшая жизнь убийцы или заказчика убийства во многом бессмысленна, так как она лишается благородного содержания. Как может убийца, сделав свое дело, смотреть в глаза других людей спокойно-честно-прямо, без этой страшной тайны, без этого сознания, что он кого-то лишил жизни? Убийство — злодейство, какими бы целями они ни оправдывалось. Убивающий других — злодей без всяких оговорок. (Я не беру случаи убийства на войне, на дуэли, по неосторожности или в целях самообороны. Это особые случаи. В них нужно разбираться отдельно.)
Безусловно прав был А.С. Пушкин, утверждавший: “гений и злодейство — две вещи несовместные”. Злодейство и творчество несовместимы. Как можно сочинять стихи и при этом убивать людей! Для кого сочинять стихи, если ты убил одного из тех, кому они предназначены?
Несовместимы также злодейство и любовь. Убийца уже не может нормально любить женщину, детей, кого бы то ни было.
В первом случае (любви к женщине) это понятно. Красота и убийство несовместимы. Красота — это гармония, радость жизни, ее продолжение-умножение. Убийство — это дисгармония, мука жизни, ее уничтожение. Говорят: “у войны — неженское лицо”. То же можно сказать и об убийстве.
Во втором случае (любви к детям) это также понятно. Дети — цветы жизни, ее будущее, ее воспроизводство. Убийство — это препятствование к воспроизводству жизни, к ее продолжению, это уничтожение будущего жизни. Ведь убивая взрослых людей, убийца убивает неродившихся, но могущих родиться детей или оставляет сиротами родившихся.( Полностью "Открытое письмо всем убийцам и заказчикам убийств" опубликовано в: Л.Е.Балашов. Гуманистический манифест. М., 2000).
В связи с указанными мыслями о несовместимости любви и убийства между мной и одним философом возникла небольшая дискуссия. Он высказал замечание по поводу моей трактовки любви и стал называть разные формы любви (“любовь-ненависть”, “любовь-вамп” и т.п.), существование которых якобы опровергает эту трактовку. Я сказал, что любовь в норме (нормальная любовь) противоречит смерти, а, следовательно, и убийству. Названные же им формы любви не являются любовью в чистом виде, что это своеобразные патологии любви, что они лежат на границе нормы и патологии, здоровья и болезни или даже всецело находятся за пределами нормы-здоровья. Не случайно они называются не просто любовью, а любовью-ненавистью, любовью-вампом. Присоединяемые к ним слова изменяют содержание и назначение любви. Нормальная любовь — всегда гармония. А гармония противоречит такому разрушительному явлению как смерть (не говоря уже об убийстве).
О КНИГЕ НАБОКОВА “ЛОЛИТА”
С трудом прочитал эту книгу. Откровенно говоря, не нравится мне ее дух. Главный герой выглядит как сексуальный маньяк с весьма ограниченным набором мыслей и чувств. Все вертится вокруг болезненной страсти его к девочке-подростку. Для него нет ни мира культуры, ни мира нормальных человеческих отношений, ни, самое главное, любимой работы, дела-творчества. Какая-то односторонняя книга. Я вполне допускаю любовь сорокалетнего мужчины к девочке-подростку, но не в такой морально ущербной атмосфере, когда эта любовь имеет болезненно-маниакальный и криминальный оттенок. Можно, конечно, обвинять слишком суровую официальную мораль в драматизации и даже трагедизации любви героя (герой волей-неволей чувствует себя моральным изгоем-преступником). Но есть в этой любви что-то действительно дурное. Ведь девочка Лолита отдалась своему отчиму как бы играя, из любопытства и затем уже быстро охладела к нему, тяготилась его любовью. То есть почти сразу после начала любовных отношений отчим обращался с ней не на основе взаимности чувств, не как с личностью-субъектом, а как с объектом своих вожделений, как с куклой-вещью. Он задабривал ее как ребенка-несмышленыша (буквально покупал ее благосклонность) и, конечно, запугивал... Секс носил явно односторонний характер. А это против всякой морали.
Секс только тогда морально оправдан, когда основан на взаимности, т. е. на самом себе, на внутренних для него,
Христианская религия противопоставляет дух и тело, объявляет их враждебными друг другу. Это и понятно. Бог — фантом, нечто бестелесное. Чтобы убедить людей в существовании бога, надо принизить существование матери-природы и всё, исходящее от нее. Посмотрите, что говорит апостол Павел в Новом Завете: “Помышления плотские
Одним из проявлений враждебного отношения к телу, телесному является отношение христианской религии к естественным отношениям между мужчиной и женщиной. Согласно Библии зачатие совершается “в грехе”. Непорочно зачат только Иисус Христос. И именно он предлагает верующим оскопить себя “для Царства Небесного”. Вот что можно прочитать об этом в Евангелии от Матфея:
“Говорят Ему ученики Его: если таковы обязанности человека к жене, то лучше не жениться.
Он же сказал им: не все вмещают слово сие, но кому дано;
Ибо есть скопцы, которые из чрева матернего родились так; и есть скопцы, которые оскоплены от людей; и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит.” (Матф. 19; 11-12).
Конечно, Христос не настаивает на оскоплении, но рекомендует это сделать, чтобы быть в Царстве Небесном.
Христианская “мораль” способствует половому ханжеству. “Ханжество, — пишет Ю. Рюриков, — это потомок христианской морали, для которой физическая любовь была блудом и скверной, отголосок христианского рассечения человека на две части: духа — высшей, божественной, и тела — низшей, животной. Влияние этой морали часто не сознается, но у многих людей она въелась в душу. Ханжи смотрят на интимную жизнь как на что-то низшее, стыдное, неприличное.
Но тело человека, — справедливо замечает Ю. Рюриков, — не менее человечно, чем его дух. Вся биология человека сплавлена с психологией, все его телесные ощущения имеют поэтому не животный, а человеческий характер”. (См.: Рюриков Ю. Два счастья.)
Справедливости ради следует сказать, что в христианских представлениях о любви не всё так однозначно. Тот же Новый Завет воспевает любовь в таких замечательных словах: “Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине, всё покрывает, ...всего надеется, всё переносит, любовь никогда не перестаёт” (1 Кор 13:4-8).
* * *
Так вот, возможность противопоставления духа и тела вытекает из осознанного или неосознанного
ПРИЛОЖЕНИЕ 1
Культура — возделывание, обрабатывание, воспитание, развитие, почитание.
Сношение ради удовлетворения полового желания отличается от любовного наслаждения, как завтрак бедняка от трапезы магараджи
...занятие любовью — это совместное творчество, старание двух людей в сотворении радости и красоты, наслаждение, одинаковое для обоих, в которое оба вносят одинаковый вклад.
1. Прежде всего к любви нужно относиться самым серьезным образом, не понимать ее только как чувство, как “вздохи при луне”, в чисто романтическом ореоле. Любовь в самом полном и глубоком смысле есть деятельность ума, души и тела. К ней нужно относиться как к роду человеческой деятельности и, следовательно, готовиться, учиться и добиваться ее, а не ждать как подарка судьбы.
(В самом деле, почему непременно надо дожидаться любви как подарка судьбы? Почему надо мириться с ее случайностями и капризами? И почему для любви нужен обязательно единственный во всей Вселенной? Еще раз повторяем: любовь — род человеческой деятельности и поэтому к ней надо готовиться как к любому другому роду деятельности, ее нужно добиваться, поддерживать, развивать. Д.И. Писарев говорил о счастье, что оно завоевывается и вырабатывается, а не получается в готовом виде из рук благодетеля. То же можно сказать и о любви.)
2. Отвергая гипертрофированное представление о чувстве любви как важнейшем факторе половой любви мы утверждаем, что в основе половой любви лежит не только чувство, но и все другие составляющие человеческой психофизиологии.
Когда юные создания осваивают мир любви в полном объеме, руководствуясь только своими чувствами, то они обречены делать ошибки и терпеть неудачи. Чувства — компас в любовных отношениях и только компас. Для нормальной половой близости этого компаса недостаточно. Требуются знания и умения, а для этого нужен прежде всего ум, рассудок.
3. Любовь есть гармония двух гармоний: физической и духовной. Она — деятельность ума, души и тела, т. е. все три элемента одинаково важны для нее.
Обычно, когда говорят о любви, то имеют в виду только два элемента: физическую и душевную близость. Для полноценной любви этого мало. Ум, рассудок, разум обязательно должны присутствовать в ней и как верные ее стражи, хранители и как ее помощники. Любовный расчет и любовная интуиция также важны, как и любовное чувство. Разум должен заниматься, во-первых, поиском путей устранения всего, что мешает любви, что подвергает ее тяжким испытаниям, и, во-вторых, заботиться о ее развитии, совершенствовании, обогащении, расцвете. Любовный расчет, в частности, очень важен в совершенствовании техники любовных отношений (правил-приемов ухаживания, техники секса, послесексуальных отношений).
4. Есть тьма умников, которые противопоставляют любовь и секс. Секс — необходимая составная часть любви, ее физическая сторона. То, что в любви порой выпячивают то одну ее сторону, то другую, то секс, то духовную близость, говорит лишь о недостаточном знании людьми законов любви, того, что она носит
5. Говорят, что любовь индивидуальна. На этом основании утверждают, что любви нельзя учиться, что каждый переживает ее по-своему и что хорошо одному, может быть плохо другому. Такая абсолютизация индивидуального в любви крайне опасна. Она приводит к тому, что люди не учатся любви, подходят к ней по-дикому, начиная всё с нуля; каждый открывает все Америки заново; как слепые котята тыкаются в сложных перипетиях любви и путем проб и ошибок чему-то научаются, а чаще в течение всей жизни используют лишь ничтожную долю того, что может дать любовь.
Да, любовь несет на себе печать индивидуальности тех, кто любит. Но она имеет и общее, что свойственно многим или всем людям. Более того, она имеет свои законы, правила, которые так или иначе пробивают себе дорогу в индивидуальных половых отношениях.
6. Нужно преодолеть еще одно заблуждение: в делах любви нельзя ориентироваться только на настроение, на эмоциональную предрасположенность. В частности, если нет расположения к любовной игре, а другая сторона жаждет, то нужно постараться разными путями переломить свое настроение, подготовить себя...
В половом общении не всегда чувство должно предварять действие. Вполне допустима обратная ситуация: сначала действие, а потом чувство, т.е. действием можно вызвать чувство. В этой обратной ситуации на первое место выходит ум.
(В любви как в творчестве: человек может идти от вдохновения, а может попытаться решить творческую задачу независимо от того, есть у него вдохновение или нет. Творческие люди обычно не ждут вдохновения, а настраивают себя, приводят себя к этому состоянию. Таким был, кстати, П. И. Чайковский. Он считал, что “вдохновения нельзя ожидать, да и его одного недостаточно: нужен труд, труд и труд”!)
Поделиться книгой: