Поймай мне птицу Феникс

– Мы совершили сделку, Бойд, – коротко сказал Донаван. – Я согласился помочь Рэнцу вернуть эту девчонку, предоставив тебя Полу. За это Рэнц согласился торговаться со Слейтером на аукционе. Это, конечно, означает, что торговаться он будет с мисс О’Берн.

– А малышка Шэрон обладает всеми полномочиями торговаться на аукционе от его имени! – слабо улыбнулась Лора. – Ему пришлось предоставить их ей, чтобы она перестала подозрительно относиться к тебе, Дэнни! Вероятно, для него будет большим сюрпризом узнать, что в конце концов аукцион все-таки состоится!

– Дело – прежде всего, – тихо сказал Баллард. – Так где Анна, Бойд?

– Не знаю, – прорычал я.

Он мгновение играл своими накладными плечами, затем посмотрел на брюнетку.

– Не хотите ли прогуляться? – спросил он. – Вероятно, здесь будет грязновато.

– Я вовсе не против крови, – сказала она равнодушно. – Не обращайте на меня внимания, Пол. – Она сделала глубокий вдох, затем медленно выдохнула. – Более того, – ее язычок чувственно облизал верхнюю губку, – мне это доставит удовольствие!

Глава 7

Баллард вручил «магнум» Донавану, затем снял пиджак и стал неспешно закатывать рукава своей рубашки с решительным видом, который, как я понял, имел цель напугать меня до смерти. Так оно и вышло. Но я решил: если Пол и в самом деле считает, что это я похитил пышнотелую блондинку, то не станет пользоваться моментом и убивать меня прежде, чем я расскажу, где она спрятана. И Донаван не воспользуется «магнумом», потому что его сделка с Рэнцом предполагает сперва вернуть девушку. С другой стороны, складывалась именно та ситуация, которая определенно была мне нужна.

– Последний шанс, Бойд, – сказал Баллард, лениво приближаясь ко мне. – Что ты сделал с девушкой?

– Я продал ее мисс Смит, – поведал я. – Которая, в свою очередь, перепродала ее загадочному восточному работорговцу белыми. Он, кажется, намеревался продать ее в подпольный бордель в Пекине, чтобы отдать на растерзание этим непостижимым восточным коммунистическим главарям…

Баллард потерял терпение, и я получил удар ребром ладони по лицу; мне нужно было время, чтобы прийти в себя, как гонщику, сорвавшему первый поворот, требуются секунды, чтобы выровнять свой гоночный автомобиль перед вторым, более опасным поворотом, – так и мне нужно было время прийти в себя, и я не оказал никакого сопротивления, когда Баллард схватил меня спереди за пиджак и вытряхнул из кресла. Я даже помогал ему, следуя за пиджаком и не натягивая его. Потому-то очень быстро поднялся из кресла с согнутым и приподнятым правым коленом. Оно попало Балларду в пах, и тот застонал от боли, взяв тайм-аут, – роскошь, которую не мог себе тогда позволить, поскольку это дало мне шанс обрушить ребро своей ладони на его кадык. Глаза его вылезли из орбит – ведь я перекрыл доступ воздуха в его легкие, и Баллард выпустил мой пиджак, поскольку руки его рванулись к горлу. Я тут же обеими руками схватился за его рубашку и притянул снова к своему согнутому колену. Он, полагаю, снова застонал бы, если бы в этот момент у него были на то силы. Затем, удерживая Балларда за рубашку обеими руками, я подтолкнул его и усадил спиной на колени Донавана.

Едва сотни фунтов живого веса Балларда обрушились на колени Билла, он издал испуганный рык. Затем кресло накренилось назад и выбросило их обоих бесформенной грудой на пол. «Магнум» вылетел из руки Донавана и услужливо приземлился на пол в нескольких футах от меня. Я подобрал его и увидел, что Лора Донаван пристально смотрит на меня с оценивающей улыбкой.

– Ничего нет интересней доброй потасовки, – радостно заявила она. – По тому, как круто вел себя этот Баллард, я подумала, что он и в самом деле опасный парень. Но за какие-то шестьдесят секунд ты сделал из него паршивого безработного!

К тому времени ее братцу удалось с трудом встать на ноги и поднять перевернутое кресло. Баллард тоже сделал героическую попытку подняться: ему даже удалось привстать на одно колено. Но тут же его лицо исказилось от приступа боли, и он, перевернувшись на бок, рухнул на пол. Донаван бросил на него взгляд, полный отвращения, затем с силой потянул себя за бакенбарды в форме бараньих отбивных и задумчиво пнул Балларда ботинком под ребра.

– Мерзкий дилетантишка! – прорычал он.

– Ваша сестра отвезет нас назад в город. – Я направил «магнум» в его кругленькое брюшко. – Есть возражения?

Билл пожал плечами:

– Дьявол, нет! Нет, пока ты тычешь в меня эту кровавую гаубицу, Дэнни-бой!

– Я хочу убедить тебя, что говорил чистую правду обо всем, что случилось сегодня днем! – заорал я.

– Вот именно в данный момент, старик, я верю каждому твоему слову, – сказал Донаван со своей хищной улыбкой.

Я решил, что напрасно трачу время, пытаясь убедить его. Да, в конце концов, какое мне дело – поверил он или нет.

– Ладно, пошли, – сказал я брюнетке.

В замок снаружи был вставлен ключ, и я повернул его, едва мы вышли из кабинета в коридор. Затем мы вернулись в гостиную и обнаружили Шэрон, тихонько похрапывающую не подобающим леди образом – с задранной до бедер юбкой. Пустой стакан на полу безмолвно свидетельствовал о причине ее неожиданного утомления. Я попытался растолкать ее, но через тридцать секунд понял, что напрасно трачу время. Я кое-как взвалил ее себе на плечо, отволок к машине и запихал на заднее сиденье. Сам забрался на переднее – рядом с Лорой Донаван.

Обратный путь был таким же ужасающим, от него волосы просто вставали дыбом. За десять минут до того, как мы прибыли в отель, Шэрон пришла в себя настолько, чтобы горько посетовать на судьбу – у нее ужасная головная боль, она умирает, и, в конце концов, что все это значит? Я растолковал ей, что все дело в выпивке, поэтому Донаван и предложил своей сестре отвезти нас домой. А встречу он назначит на другое время. Шэрон не возражала. Она прилипла к сиденью и тупо смотрела в окно.

Как только привратник открыл дверцу авто, Шэрон, заикаясь, объявила, что отправляется прямо в постель, и, шатаясь, пошла к ярко освещенному вестибюлю. Я махнул привратнику и повернулся к Лоре.

– Ну, – сказала она, насмешливо улыбаясь, – это был все же необычный вечер, Дэнни. Даже если развлечений оказалось не слишком много.

– Он еще не закончился, – сказал я ей. – Знаешь место под названием Ланкастер-Гейт?

– Конечно.

– Это частный пансион в переулке Арблмаль, – уточнил я.

– Думаешь, мы сможем его найти? Что еще за частный пансион? – пожала она плечами.

– Тот, где остановились Дин и Лонни, – сказал я. – Не думаю, что есть хоть капля надежды обнаружить там этих чертей, но пансион единственное известное мне место, откуда можно начинать поиски Анны Гейне.

Брови Лоры приподнялись на полдюйма.

– Ты мне снова лапшу на уши вешаешь?

– Нет, – сказал я, хотя и не очень понял насчет лапши.

– Перевожу: ты шутишь? – коротко пояснила она. – Я имею в виду поиски этой барышни Гейне.

– Зачем, черт побери, мне шутить? – спросил я.

– Ты прав. – Лора пожала плечами. – О’кей, Дэнни-бой. Следующая остановка Ланкастер-Гейт.

Мы снова рванули в гущу движущегося транспорта, и я закрыл глаза, ожидая, пока стихнут отчаянные гудки и резкие крики. К тому времени мы почти доехали до Марбл-Арч. Через пять минут мы были в Ланкастер-Гейт, а еще через три минуты оказались на улице Арблмаль. Я решил, что мы почти на месте, о чем и объявил Лоре. Но та как-то хмуро улыбнулась и буркнула что-то насчет того, что я совсем не разбираюсь в системе названий лондонских улиц. Я понял, что она имела в виду, когда через десять минут мы наконец нашли переулок Арблмаль, миновав площадь Арблмаль, улицы Малая и Большая Арблмаль, сады Арблмаль и конюшни Арблмаль.

Лора припарковала свою черную Джагернаутову колесницу в невозможном месте простым приемом – подтолкнув передним бампером задок ранее припаркованного автомобиля на несколько метров вверх по улице, пока тот не врезался в задок какой-то спортивной машины.

– Меня это не перестает забавлять, – объявила она, когда мы выходили. – Я хочу сказать, как некоторые паркуются! Полагаю, им не приходит в голову, что кто-то еще захочет остановиться на этой же улице!

Неожиданно послышался болезненный вскрик, и я увидел бородатого молодого человека, очевидно, владельца спортивного автомобиля, который прыгал рядом с ним, размахивая кулаками в воздухе.

– Уходим, пока федеральные власти не вмешались в это дело, – нервно сказал я, втаскивая Лору в частный пансион и предотвращая тем самым ее дуэль с разъяренным бородачом.

Крашеная администраторша и коридорный Альф в эту минуту были всецело поглощены разговором. Когда коридорный поднял глаза и увидел меня, их беседа неожиданно увяла. Глаза его расширились, а розовые щечки-яблочки разом сморщились.

– Глянь-ка! – взволнованно сказал он. – Эй! Мейбл! Этот спятивший сутенер вернулся, а с ним эдакая птичка!

Мейбл моргнула своими короткими веками и пронзительно заверещала:

– Вон! Убирайся, пока я не позвала полицейского!

И тут меня посетило вдохновение.

– О’кей, – сурово сказал я. – Вы достойны того, чтобы узнать правду.

Я вытащил бумажник и помахал у них перед носом своим нью-йоркским удостоверением, не давая им возможности ничего прочесть.

– Я – агент ФБР, а это… – я сделал жест в сторону брюнетки, – мисс Донаван, из специального отдела вашей лондонской полиции.

Лора моргнула, а потом в ее глазах заполыхал злорадный блеск.

– Я из МИ-5, – сказала она хриплым голосом. – Мы уже некоторое время приглядываем за этим местом.

– Это почтенное учреждение. – Голос крашеной блондинки слегка задрожал. – Верно… я хочу сказать, не так ли, Альф?

Рот коридорного несколько раз открылся и закрылся, но звука не последовало.

– Хорошо. На данный момент нас интересуют два ваших постояльца, – сказала Лора. – Я правильно говорю, мистер Гувер?

– Определенно, – сказал я, подмигнув ей. – Мое настоящее имя Бойд, мисс Донаван. Нас интересуют два парня, которые сняли тот номер, где вы нашли меня сегодня днем.

– Они уехали, – поспешно сказала крашеная блондинка. – Верно, Альф?

– Верно, – хрипло отозвался коридорный. – Надеюсь, это так. Было похоже на бегство.

– Когда это произошло? – спросил я.

– Они возвратились приблизительно через час после того, как вы ушли. – Администраторша снова моргнула. – Устроили ужасный шум – тот, высокий, – мол, украли его одежду. Но… – Ее тщедушное тельце задрожало от негодования. – Я ему прямо сказала, что мы не привыкли к подобным происшествиям в нашем отеле, и не наша вина, если их дружок забрал одежду, особенно после того, как они оставили вас тут связанным, и все такое! Поэтому они убрались почти тут же.

– С ними кто-нибудь был? – непринужденно спросил я.

– Нет, их было только двое.

– Эй! Чуть больше! – взволнованно сказал Альф. – На заднем сиденье автомобиля их поджидала парочка. Блондинка – все при ней – и жирная старая потаскуха, по виду содержательница борделя или что-то вроде того.

– Вы не заметили, эта толстуха была не китаянка? – с надеждой спросил я.

– Не-е! – Он презрительно хмыкнул. – Разукрашенная, страшнее черта. Разодетая в каракуль, словно овца. Просторное манто и все такое, а на лице – вуаль.

– А что за машина?

Коридорный пожал плечами:

– Иностранная, думаю, американская. На вид вроде большого черного катафалка.

– Ну, все равно, спасибо, – сказал я ему.

Мы отошли от стола, и крашеная блондинка нервно кашлянула.

– Наверное, – протянула она с сожалением, – вы не сможете рассказать нам, в чем же дело?..

Глаза Лоры на мгновение блеснули дьявольским огнем.

– Видите ли, – рассмеялась она, – эти двое оказались главарями самого большого в мире синдиката по торговле людьми!

– Господи помилуй! – вскрикнул Альф.

– Вам тут здорово повезло, дорогуша, – процедила Лора. – Я хочу сказать – счастье, что они тебя не забрали с собой!

– Неужели? – Крашеная блондинка лихорадочно пригладила волосы.

Лора окинула ее оценивающим взглядом с головы до ног:

– В арабских странах за твой тип дают высокую цену.

– Значит, им нравятся блондинки, не так ли? – самоуверенно моргнула администраторша.

– Даже если они девицы, – радостно подтвердила Лора. – Я бы не удивилась, если бы они…

– Пойдемте, мисс Донаван! – проскрипел я, схватил ее под локоток и потащил к двери. – Помните, МИ-5 ждет.

Мне удалось протащить ее через дверь на улицу, но здесь нас поджидала еще одна неприятность. Бородатый молодой человек и разъяренный лысый мужчина с большими усами – очевидно, владелец небольшой машины, из которой Лора сделала начинку для бутерброда между спортивной моделью, принадлежавшей бородачу, и своим собственным автомобилем, – с решительным видом стояли у машины Лоры.

– У нас, кажется, проблемы? – забулькал я.

– Я с ними справлюсь, – небрежно бросила она. – Садись в машину, Дэнни.

Едва мы приблизились, лысый тип с усами, подрагивающими от гнева, сделал шаг по направлению к нам.

– Извините, – прорычал он, – эта машина ваша?

Лора подтолкнула меня к дверце, а сама с явным удовольствием взглянула на смятый бампер.

– Определенно, – холодно отрезала она. – И можете не пытаться приносить извинения!

За этим последовал резкий, словно ружейный выстрел, звук – размахнувшись, она отвесила парню пощечину.

– Это урок на будущее! – завопила Лора. – Впредь будешь считаться с другими людьми, которым тоже нужно парковаться. – Твердой рукой она оттолкнула парня с дороги, решительно обошла вокруг автомобиля и уселась на место водителя.

Послышался жуткий металлический скрежет, когда Лора, проехав несколько ярдов, протаранила машину усача так, что у той задний бампер отвалился напрочь. После этого она дала полный газ, и черная Джагернаутова колесница, набирая скорость, рванулась в туман. Позади нас раздался истошный вопль, постепенно утихающий, который затем сошел на нет.

– Вот это да! – удивленно воскликнул я. – Ты всегда расправляешься с проблемами подобным образом?

– Большинство людей так закомплексованы, Дэнни, – небрежно сказала она. – Поэтому, когда вот так набрасываешься на них, у бедняг мгновенно перехватывает дыхание – тут-то самое время убираться.

Она промурлыкала без слов несколько тактов из «Страны надежды и победы» и рванула прямо на красный свет.

– Что теперь, гордость ФБР? – спросила она как ни в чем не бывало.

– Остановись в каком-нибудь спокойном местечке, – умоляюще попросил я. – У меня нервы на пределе, хочу выпить…

– В каком-нибудь спокойном местечке? – Лора на мгновение задумалась, сигналя очередному нервному пешеходу, вынырнувшему прямо из-под передних колес нашей машины, и доведя его, как мне показалось, до инфаркта. – Мы можем поехать ко мне домой, – предложила Лора.

– Нет, я не перенесу этой гонки даже за море шотландского виски! – пылко сказал я. – Да там и не будет спокойно – я твоему братцу совсем не понравился.

– Я сказала – ко мне домой, – уточнила Лора. – Мой дом приблизительно в миле отсюда.