Этот Воробей вам не капитан

– Дядя! – послышалось за спиной.

Андрей обернулся и увидел, как по коридору к нему идёт девочка лет десяти. Это была его любимая племяшка. Вот уж в ком он души не чаял. Не имея собственных детей, он отдавал свою отцовскую энергию ей. Девочка в спортивном костюме подошла к нему и грустно поздоровалась:

– Привет.

– Привет, Кира.

– Папа погиб, ты знаешь? – серые глаза девочки наполнились слезой. Свет, преломляемый и отражаемый слезой был виден издалека. Какой-то темноволосый мальчик подбежал и спросил:

– Кира, ты чего?

– Оставь нас, – попросил дядя.

Мальчик воинственно выпучил грудь и поинтересовался не Андрей ли обидел его подругу. За что моментально отхватил подзатыльник от самой Киры.

– Ладно-ладно, – ретировался школьник и скрылся в толпе.

Кира взяла дядю за руку и повела за собой.

– Пойдём в парк? – попросила девочка.

Воробьёв согласился. Спустя некоторое время они сидели на лавочке и ели мороженное. Летняя солнечная погода радовала. Было тепло, но не жарко. По парку гуляли москвичи. Кто-то с собаками, кто-то вышел на пробежку. Метров через тридцать на лавке, едва сдерживая порывы любви, сидела парочка студентов. Андрей неосознанно им завидовал. Он лишён этого. Его любимая томится на далёкой колонии и совсем не знает кем так любима.

– Папа страдал? – спросила девочка, рассматривая мороженое на палочке. Она сидела на лавке свесив ноги. Неосознанно она стала покачивать одной ножкой. Такое свойственно многим детям.

– Не знаю, – вздохнул Воробьёв. – Его космолёт пропал. Сигнала «SOS» не было. Связь просто оборвалась. В назначенные сроки экипаж не вернулся и не вышел на связь. По установленным правилам флота и по моему опыту это значит, что экипаж погиб.

– Это были пираты?

– Это могло быть что угодно. Космическая аномалия, гравитационная яма, что угодно, – наконец, Андрей не смог больше обманывать самого себя и признал: – Да, я думаю, это были пираты.

– Вот бы они все умерли!

– Сам об этом мечтаю, – улыбнулся Воробьёв.

– Я закончу школу и подам документы на флот. Я отомщу за папу! – гневно, едва не заплакав прыснула девочка.

– Кстати об этом. Я приехал взять с тебя обещание.

– Обещание? – растерялась девочка.

– Да, пообещай мне, что ты никогда не пойдёшь служить, как бы тебя не заманивали.

– Но все мечтают...

– Всех обманывают. Я хочу, чтобы ты пообещала мне! Слышишь?!

– Что никогда не пойду на флот? – хитро уточнила Кира.

– Не только! – отрезал Андрей. – Пообещай мне никогда не покидать Землю!

– То есть?!!

– То есть, избегай космоса, – попросил дядя. Попросил с умоляющей интонацией. – Поверь, там нет ничего интересного, только пустота и опасность.

Девочка не смогла скрыть своего удивления. Им в школе только о космосе и рассказывают. Школа была специальная, для детей офицеров флота. Таким образом, адмиралы готовили пушечное мясо с младенчества.

– Но... – хотела было воскликнуть девочка.

– Твой папа и дядя отслужили за тебя и за твоих потомков на пару столетий вперёд!

– Но я знаю всё, что может приключится в космосе.

– Откуда?

– Нам в школе рассказали. Я даже знаю, как пройти…

– А твоему папе не рассказали?

– Папу убили пираты. Если не пираты, в системе довольно безопасно…

– Частично и со скрипом согласен, но задумайся, откуда мы всё это знаем?

– Научные наблюдения, – уверенно выпалила девочка.

– Все знания, которые вам навязывают в школе написаны кровью. Кровью таких как я и твой папа!

Девочка сморщила нос. Обычно, в таких ситуациях, она придумывала какой-нибудь очень весомый аргумент. Иногда её аргументы перевешивали и выставляли взрослых полными кретинами. Чтобы его пресечь, Андрей вставил:

– Ради папы! Считай это его последней волей.

Глаза Киры, любившей папу больше, чем маму перевернулись. Девочка опустила голову и буркнула:

– Обещаю.

Это устроило бывшего капитана. До этого момента Кира была последним, что его останавливало. Он проводил её до дома и исчез...

ГЛАВА 2: ЗАЯЦ НА БОРТУ

Сентябрь выдался холодным. Мерзкий дождь портил всё настроение. Сегодня Кире и её одноклассникам устроили экскурсию на завод по производству комплектующих космических аппаратов.

Экскурсию проводил уставший и скорей всего выпивший инженер. Он провёл класс по ангарам.

– Это крейсер? – удивилась Кира, увидев подвешенный орбитальный транспортник. Объективно, это было самым крупным, что школьница видела в своей жизни. Он был исполинских размеров, поэтому девочка не сдержалась.

– Нет, – отмахнулся экскурсовод. – Крейсер в двадцать раз больше. Они не собираются на земле. Только в космосе.

– Почему? – поинтересовалась классный руководитель, сопровождающий класс.

– Слишком тяжёлые. Они просто не взлетят. К счастью, сейчас, когда технологии нам позволяют, сборка кораблей стала не дорогой...

Вдруг, Кира заметила рабочего. Он шёл в спецодежде завода. В руках у него были какие-то сумки. Он остановился у лифта и воровато огляделся. Когда он повернулся, Кира увидела его лицо. Это был её дядя Андрей. Совсем недавно он пропал, и никто не знал, куда он делся. Воробьёв дождался лифт, вошёл и уехал.

Дождавшись пока классный руководитель отвернётся, Кира юркнула к лифту. На табло был минус пятьдесят шестой этаж.

«Ого», – подумала девочка. Так же воровато оглянувшись, как и дядя, Кира посмотрела на путешествующую по ангару экскурсию. Инженер рассказывал о транспортнике и предлагал зайти на борт. «Это надолго», – решила девочка и подумала, что успеет поздороваться с дядей. Она повернулась и вызвала лифт. Кнопки минус пятьдесят шестого этажа не было. Этажи были показаны на табло до минус пятого. Недолго думая, девочка решила действовать на удачу. Она ткнула сначала минус пятый, а потом шестой. Вдруг, табло открылось как дверка и появился лабораторный сканер. Он выстрелил лазером в девочку и резко заехал обратно.

– Приветствуем, капитан Воробьёв! – раздался монотонный голос ИИ. Кира знала этот голос. Он был одним из пяти стандартных.

После чего лифт рванул вниз. Девочка в таких лифтах ещё не ездила. Она впервые в жизни ощутила, как кровь и завтрак подошли к голове. Ей казалось, что она вот-вот оторвётся от дна лифта.

Но этого не случилось, спустя некоторое время лифт стал замедляться, и она едва не рухнула на попу. Она схватилась за выдвинувшуюся ручку. Сердце разогналась так, что каждый удар отдавал пульсацией зрения. Когда лифт остановился, девочка поняла, что она настоящая дочь капитана. Это было связано с тем, что её не вырвало. Дверь лифта открылась с другой стороны. Кира увидела узкий коридор с химическим освещением. Её снова прочитал лабораторный лазер.

– Капитан Воробьёв, приветствуем в секретной секции. Напоминаем, что всё что в целях безопасности вам стоит применять средства индивидуальной защиты.

Кира не стала отвечать голосом. Если ИИ пустил её по ДНК, может остановить по голосу. Девочка шагнула вперёд. Перед ней в конце коридора открылась дверь. Она шмыгнула в неё и оказалось в огромном подземном ангаре. Освещение также было химическим. Осветительные полоски доходили до потолка и фактически очерчивали объём помещения. На исполинских подвесах висели космолёты. Очень нестандартные на вид. Они больше походили на самолёты с обтекаемой формой. Что для космолётов было не свойственно. Они имели совершенно другую форму и другие двигатели. У этих же космолётов не было тормозящих двигателей. Хотя в космосе без них никуда. Для торможения нужно столько же силы, сколько и на разгон. То, что это именно космолёты, девочка определила по светоотражающей обшивке. В ангаре было девять космолётов, один из которых был спущен. Он стоял на площадке с открытым люком. Было видно, как кто-то ходит внутри. Точней, она увидела луч от фонарика. «Дядя», – поняла девочка и бросилась к нему.

Пока Кира бежала к космолёту, она почувствовала странную, ни на что не похожую вибрацию. Что-то тихо вибрировало, но вибрировало так, что едва не резонировало с костями девочки. Как только она заскочила в люк, вибрация прекратилась.

– Фух, – с облегчением вздохнула девочка. От вибрации ей стало не по себе.

Она огляделась. Освещения практически не было. Наверное, поэтому дядя светил тут фонариком. Кира направилась к носу корабля. Коридор и двери были достаточно узкими. Хотя, взрослый человек в них легко пройдёт. Вдруг, в коридоре появилось освещение. Девочка не смогла определить его источник. На химическую ленту было не похоже. Свечение было слегка голубоватым.

Она прошла помещение отдыха, когда услышала голос дяди. Он что-то сказал, она не расслышала. Не успела девочка позвать его, как вдруг, почувствовала необычную тягу. Вдруг девочку отбросило назад. Тяга исчезла спустя миг полёта. Кроссовки Киры едва оторвались от пола. Но по инерции она всё ещё летела. Её распластало по стене как лизуна. Кира очень любила играть с ними, но никогда не думала, что сама окажется на его месте. Вот уж кем не мечтает быть ребёнок, когда вырастет — лизуном. На секунду девочка потеряла сознание. Но лишь на секунду. В себя она пришла, ощутив прилив крови к голове. Уже второй раз за последние несколько минут.

– Ууууухуууу! – радостно послышалось откуда-то. Судя по всему, это был восторженный голос дяди.

Кира открыла глаза и увидела свой белокурый хвост. Она была уверена, что он завязан на затылке. «Как же он может парить в воздухе? Стоп! Я тоже парю в воздухе?» – панически сообразила девочка. Ещё никогда в жизни она не испытывала невесомость. Папа ей много раз о ней рассказывал и говорил, что это прикольно. Насладиться девочка не успела. Притяжение снова появилось и поставило её на пол. Девочка не удержалась на ногах. Чтобы не упасть, она присела на одно колено. Благо сегодня она надела не юбку, а джинсы. Коленку бы точно разбила. Да и в условиях невесомости юбка бы всё выставила на показ. А Кира девочка приличная. Она просто не может такого допустить.

– Я в космосе? – удивилась девочка. Иначе объяснить невесомость она не могла. Чтобы добиться подобия невесомости космолёт должен был лететь вниз. А куда вниз? К ядру? Значит он летел вверх. Но и это неправдоподобно. Нет ни одного корабля способного за несколько секунд покинуть планету. Да и она в таком случае превратилась бы в блин. При таком быстром взлёте её тело должно было весить тонну, а то и больше.

Дальше по коридору послышалась музыка. Мелодия была знакомая. Отец слушал иногда эту песню. Какая-то классическая рок-группа двадцать первого века прошлой эры. Кира не смогла вспомнить название. На уме крутилось: «Сказочник».

Недолго думая, она пошла на музыку. Вскоре она оказалась на мостике. Двери на мостик были открыты. Это было нарушением всех существующих инструкций и рекомендаций. В конце концов, это было не безопасно.

– Дядя? – позвала школьница.

Из кресла капитана подскочил дядя Андрей. Он опасливо повернулся и наставил на девочку какой-то пистолет. На правой скуле, где у него должна была быть татуировка-звание, виднелся свежий шрам. Будто кожу содрали камнем.

– Это ребёнок, – сказал гуманоидный робот образца первого века. Он вскочил из другого кресла. – Опасности не представляет.

Андрей опустил оружие. Он стоял и безумным взглядом сверлил племянницу.

– Как ты тут оказалась? – едва сдерживаясь процедил капитан. Голос его был низким и пронзительным. Совсем не таким, как девочка его помнила.

– У нас была экскурсия и я увидела, как...

– ЗАЧЕМ ТЫ ЗА МНОЙ ПОШЛА?!! – рявкнул дядя, едва не повредив себе голосовые связки.

Девочка вздрогнула. На неё никто никогда так не кричал. Как виноватый котёнок она прижала уши и вжала голову в плечи. Губы задрожали, она резко покраснела. К глазам подкатили слёзы. Андрей подошёл к девочке, сгрёб её за шиворот и притащил к навигационным экранам.

– Смотри, где мы! – недовольно прыснул Воробьёв.

Кира увидела и глазам не поверила. Они дрейфовали на дальней орбите Земли.

– Капитан, мы не можем её вернуть. На подлёте нас собьют силы противовоздушной обороны Земли. Я знаю ИИ, который их контролирует. Его откалибровали, как только появилась концепция данного космолёта. Мы легко покинули Землю, но вернуться...

– Знаю, – недовольно фыркнул Воробьёв. Он повернулся к девочке и строго велел: – Садись в кресло и пристегнись.

Девочка, не говоря ни слова, села в кресло зам капитана. Кира, хоть и чувствовала свою вину даже немного обрадовалась. Обрадовалась тому, что дядя не вернёт её на Землю сразу. Увидеть настоящий космос – мечта каждого, уважающего себя ребёнка. Она немного посмотрит, а одноклассники потом все локти искусают.

Капитан стоял на фоне навигационного экрана. Девочка заметила, что с ним что-то не так. Дядя стал просто огромный. Плечи и руки стали заметно шире. Стандартная экипировка капитана была ему маловата. А это не приемлемо. Костюмы специально подгоняют под габариты каждого офицера. Не мог же дядя надеть чужой комплект? Значит вырос? «Интересно, а взрослый может вырасти из одежды?» – задумалась девочка. Для неё этот вопрос стоял остро. Раз в полгода мать заставляла менять гардероб. Очень обидно, когда любимые вещи на тебя не налезают. Вдруг, когда Кира повзрослеет, эта беда её в покое не оставит?

Габариты дяди было далеко не последним, что смутило девочку. У него заметно отрасли волосы. Офицеры флота, все кроме её папы, перед выходом в космос стараются начисто выбривать голову. То есть, они носят короткие стрижки. Длинные волосы просто не успевают отрасти. Таким образом, она никогда не видела цвет волос дяди. Освещение на мостике позволяло понять только то, что волосы тёмные.

– Курс на Марс! – скомандовал Воробьёв низким голосом.

«Как на Марс?» – испугалась девочка. Она не рассчитывала проторчать в космосе так долго. На интерфейсе навигационной панели появилась карта солнечной системы. Она включала в себя орбиты планет и иных объектов по меньше. В том числе и астероидов. ИИ проложил курс. В этот момент Кира едва матом не выругалась. Этот ИИ был тупой как пробка. Ведь все знают, что напрямую путь к Марсу проложить нельзя. Система всегда находится в движении. Путь будет по дуге. Вдруг, роботизированный голос отчитался:

– Курс на Марс проложен. Ориентировочное время прибытия одна миллионная секунды.

– Не нужно так быстро. Откалибруй двигатели. Не нужно их использовать на максимум.

Дядя Андрей говорил монотонно, как робот.

– Капитан, уточните пожалуйста. Это межзвёздный космолёт? – вежливо поинтересовался ИИ.

– Да.

– Тогда зачем перемещаться внутри системы? Это нецелесообразный расход ресурсов. Корабль слишком быстр для таких коротких перемещений.

– Это тестировочный полёт прототипа, – ответил капитан. – Сначала протестируем космолёт внутри системы. Убавь мощность двигателей до минимума. Будем увеличивать постепенно.

Этот ответ устроил встроенный ИИ космолёта. «Вот почему дядя отправился в космос. Он тестирует новый крутой космолёт. Он туда и обратно», – догадалась Кира. На самом деле, она лишь думала, что догадалась. Судьба ещё помотает девочку. ИИ немного помолчал. На интерфейсе слегка изменился путь. Спустя несколько секунд голос выдал:

– Расчётное время прибытия на орбиту Марса — двадцать одна секунда.

– Устраивает. Не забудь загрузить актуальные орбиты и маршруты флота. Остановись чуть подальше от орбиты Марса. Необходимо минимизировать угрозу столкновения с другими объектами.

– Это разумно, – согласился ИИ.

Воробьёв сел в кресло и пристегнулся. Кира никогда не видела дядю таким сосредоточенным. «Вот какой он, настоящий капитан!» – восхищаясь подумала Кира. При этом, девочка чувствовала себя виноватой. Она представляла, как мать даст ей ремня. После исчезновения папы она и так стала слишком нервной.

– Пройти дистанцию, – безэмоциональным голосом велел дядя.

Кира приготовилась к рывку и гравитационной тяге, какая была в первый раз, однако её не было. Не было ничего, никаких эффектов перемещения. Прошла ли двадцать одна секунда было сложно понять. Марс оказался в зоне видимости космолёта.

– Что это за космолёт такой диковинный? – удивилась Кира.