Работа над ошибками

Антон Иванов, Анна Устинова

ШКОЛА У СРЕТЕНСКИХ ВОРОТ

(школьные истории)

Школа у Сретенских ворот — цикл из шести повестей («Уроки без правил», «Контрольная для друзей», «Дурак ты, Сидоров», «Работа над ошибками», «Уравнение со всеми известными», «Ответы на засыпку») о московских школьниках, написанный Антоном Ивановым и Анной Устиновой. Школьные истории рассказывают об взаимоотношениях ребят между собой, а также с учителями и родителями. Главных героев пятеро. Каждая книга рассказ от лица одного из них; о себе, о друзьях, о школе, о любви, предательстве, радостях и несчастьях и еще о многом, многом другом, из чего, собственно, и складывается жизнь любого человека.

РАБОТА НАД ОШИБКАМИ

Некоторым в жизни сразу и во всем везет! Вот взять хотя бы мою подругу Агату — у нее есть все: мама с папой и еще Клим в придачу... Я обратилась к ней с маленькой просьбочкой: помочь раздобыть телефон нового одноклассника — красавца Артура. У меня к нему вспыхнула любовь с первого взгляда — он был похож на капитана Грэя из «Алых парусов». Но Агата, после визита ко мне вместе со своей собакой и Артуром, наговорила мне гадостей и, кажется, сама в него втюрилась. В общем, у меня сплошные неприятности — предала лучшая подруга, а тут нас с мамой еще и обокрали...

Глава I. С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА

Я поняла, что пропала, как только он появился в классе. Представьте себе: первый урок, математика. Не успел он начаться, дверь в наш класс широко распахнулась, и в нее вошел директор школы.

— Сидите, сидите, — не дал он подняться нам на ноги.

И тут за директором вошел... ОН. Я сразу поняла: это именно ОН. Высокий, выше всех мальчишек нашего восьмого «Б». Стройный. Блондин. Черные брови. Ресницы тоже черные, длинные. И серые глаза. Правда, глаза и ресницы я разглядела несколько позже.

— Сидите, сидите, — повторил директор. И, посмотрев на математичку, которая была одновременно и нашей классной, Марию Владимировну Предводителеву, продолжал: — Это Артур Потемкин. Я уже вам говорил.

— Здравствуй, Артур, — улыбнулась ему математичка по прозвищу Предводительница. — Ребята, знакомьтесь. Потемкин теперь будет учиться с вами.

По классу пронесся гул. А Серега Винокуров, сидевший на самой дальней парте, выкрикнул:

— Ничего себе! Учебный год, считайте, уже кончается, а он только пришел!

— Ехал, наверное, слишком долго до нашей школы? — расхохотался Митька Будченко по кличке Будка.

Шуточка, на мой взгляд, получилась кретинская. Наш восьмой «Б», однако, отреагировал дружным смехом. Почему бы, в конце концов, не повеселиться во время урока, если представился подходящий повод.

В общем, наш класс сотрясло дружное ржание. От такого кто хотите смутится, если пришел первый раз. Артур же выглядел абсолютно спокойным. Стоя возле доски, он с полуулыбкой взирал на ребят.

«Вот это да!» — пронеслось у меня в голове.

— Ну, хорошо, Артур, — сказала Мария Владимировна. — С классом пообщаешься на перемене. А сейчас садись, и начнем урок.

Артур, молча кивнув, окинул нас всех взглядом и направился к единственной пустовавшей парте.

Агата Дольникова, с которой мы дружим с самого первого класса и всегда сидим рядом, ткнула меня в бок и выразительно прошептала:

— Впечатляющий кадр. Смотри, все наши девчонки стойку сделали.

Я все это время, не отрываясь, следила за новеньким. Поэтому ничего не заметила. Но стоило Агате сказать, у меня словно глаза открылись. Вся женская половина класса вертелась, шушукалась и, словно бы невзначай, пыталась привлечь к себе внимание новенького. Тот, казалось, совершенно не замечал суеты, вызванной его появлением. А может, действительно не замечал? Во всяком случае, он спокойно и деловито начал обживаться на новом месте. Положил рюкзак и достал из него тетрадь и ручку.

— Учебники получишь в библиотеке на большой перемене, — сказала ему Предводительница.

— Спасибо, у меня уже все есть, — откликнулся новенький.

— Ты все-таки проверь, — посоветовала наша классная. — Вдруг в твоей прежней школе по другим учебникам занимались.

— Ладно. Проверю, — невозмутимо пожал плечами новенький.

— Кру-утой, — шепнула мне в самое ухо Агата.

Вообще у нас с ней мнение обычно совпадает. Но сейчас мне вдруг почему-то сделалось неприятно. В Агатиных словах слышалась явная издевка.

— А, по-моему, нормальный, — возразила я.

Агата хмыкнула:

— Время покажет.

— Ну, Мария Владимировна, продолжайте урок, — направился к двери директор. — Вставать не надо, — обратился он к нам и вышел.

Я вновь украдкой покосилась на новенького. Он сидел, уткнувшись в тетрадь. Предводительница громко постучала по столу указкой.

— Я все-таки хотела бы заняться математикой. Поэтому прошу всех сосредоточиться на новом материале. А с Потемкиным пообщаетесь на перемене.

Пришлось сосредоточиться на математике. Предводительница у нас хоть и справедливая, но очень строгая. Она любит порядок во всем. Тем не менее на этом ее уроке класс вел себя более шумно, чем обычно. Новенький есть новенький. Да еще почти в самом конце учебного года. В апреле-то месяце. Словом, это было событие.

Я решила больше не оборачиваться. Зато другие девчонки крутились, будто волчки. Предводительнице пришлось еще несколько раз делать замечания. Однако и после этого привычной на ее уроках тишины не наступило.

Едва началась перемена, часть ребят окружила Артура. В основном мальчишки. Девочки изучали его на дипломатичном расстоянии. Сбившись в кучку, они хихикали, шушукались и беспрестанно косились в тот угол, где находился Артур в окружении ребят.

— Ты чего к нам в школу-то перешел? — немедленно начал допрос Будка.

— Переехал, — коротко отозвался Артур.

— А-а-а, — с широкой улыбкой протянул Будка. — А раньше где учился?

— В школе, — ответил новенький и назвал четырехзначный номер.

— Ну, ни фига себе! — Митька пришел в телячий восторг. — Это где же такая находится?

— В Крылатском, — вновь коротко и ясно объяснил новенький.

— Тогда понятно, — кивнул коротко стриженной головой Будка. — Отсюда туда каждый день не намотаешься.

На сей раз Артур даже отвечать не стал. Просто пожал плечами.

— В общем, теперь ты с нами, — у Митьки уже явно иссякал запас красноречия.

— Можно и так сказать, — сдержанно произнес Артур.

По-моему, Будка надоел ему, и я его понимала. Митька может надоесть кому угодно. Вечно несет какие-то глупости. И чего зря приставать к человеку? Однако Будка придерживался другого мнения. И задал новый вопрос:

— Куда переехали-то?

— Сюда. На Сретенку.

— А конкретно, где на Сретенке? — Ответ Артура лишь подогрел Митькино любопытство.

— Да в Луковом переулке. Новый дом, — кажется, не очень охотно пояснил Артур.

— С башенками? — отчего-то страшно обрадовался Митька, и его морда расплылась в идиотской улыбке. — Ну, круто!

Новенький опять лишь пожал плечами. На чем Будкино интервью и завершилось. Потому что раздался звонок, и в класс вошла Мария Владимировна. Начался второй урок математики.

Предводительница продолжала объяснять новую тему, а мои мысли невольно вновь вернулись к Артуру. Вообще-то мне безумно хотелось обернуться и посмотреть, как он там на своей последней парте. Но наша классная то и дело кидала на меня свои рентгеновские взгляды, а, кроме того, мне совершенно не хотелось опять выслушивать ехидные замечания Агаты. Но думать об Артуре я все равно продолжала.

Действительно странно, чего это он пришел к нам в самом конце учебного года? Так обычно не делают. Подумаешь, переехали. В таких случаях, даже если до старой школы очень далеко, все равно обычно стараются до конца года доучиться в ней. Тем более что, судя по внешнему виду этого дома с башенками, люди там живут совсем не бедные. У предков Артура наверняка есть машина. Значит, могли бы безо всяких проблем возить его в Крылатское. Хотя, при нынешних пробках, ему было бы даже проще ездить на метро. Но тут я подумала: наверное, его предки решили, что если все равно переходить, то лучше сразу. Да и, вообще, мало ли какие у них были соображения?

— Зойка, ты чего? — отвлек меня шепот Агаты.

Я удивленно уставилась на нее.

— Да ничего. Все нормально.

— Нормально? — кинула она на меня изумленный взгляд. — А почему ты все время вздыхаешь?

— Кто вздыхает? — спросила я.

— Но ведь не я же. — Ее огромные черные глаза внимательно изучали меня.

— У тебя слуховые галлюцинации, — нашлась я.

— Н-да? — по-прежнему не отводила от меня взгляда подруга. — Может быть.

— Не может, а точно, — я уже начала злиться.

Ну, предположим, я и впрямь пару раз вздохнула. Что, не имею права, в конце концов? Почему я все время должна находиться под колпаком у Мюллера?

— Адаскина! Дольникова! Мы вам не мешаем? — многозначительным тоном осведомилась Предводительница.

Обычно такие вмешательства со стороны наших обожаемых педагогов бывают совершенно некстати. Они будто чувствуют, что обсуждаешь нечто важное. А после изволь терпи до перемены, чтобы дорассказать. Однако в этом случае я была очень благодарна Предводительнице. Ведь Агата от меня ни за что бы не отстала, пока не выяснила, в чем дело. А мне говорить с ней на эту тему совсем не хотелось.

Зато, когда мы с ней прикинулись прилежными ученицами и начали с ангельским видом смотреть на доску, где классная писала сложное уравнение со многими неизвестными, меня вдруг осенило, что я должна делать дальше. Наверное, математика действительно развивает логическое мышление. Во всяком случае, я вдруг вспомнила, что новенькому на большой перемене надо идти в библиотеку и там проверить, те ли у него учебники, которые нужны в нашем классе? Значит, я могу сыграть роль сопровождающей. То есть предложу ему показать, где у нас находится библиотека. Дальше действуем по ситуации.

Главное, чтобы никто не успел его перехватить. Поэтому на большой перемене надо выйти в коридор вместе с ним. Хорошо, что мы с Агатой сидим в центре классной комнаты. Подожду, пока Артур пройдет мимо нашей парты, и...

— Зойка, ты почему опять вздыхаешь? — вновь нарушила ход моих мыслей Агата. — Живот болит?

— Ничего у меня не болит, — ответила я.

— Тогда в чем дело? — продолжала она.

Вот, привязалась!

— Если ты не замолчишь, — ответила я, — Предводительница нас загрызет.

К счастью, мой довод подействовал. Да и Предводительница действительно строго зыркнула в нашу сторону. Теперь я до перемены могла жить спокойно. Правда, все же старалась за собой следить. А то еще снова вздохну ненароком, и Агата опять помешает мне думать.

Во время следующей перемены на новенького мне поглядеть не удалось. Едва кончился урок, наши мальчишки куда-то уволокли его, и вернулись они только к началу литературы. До осуществления моего плана оставался еще урок. Надо было терпеливо высидеть его, а затем переходить к решительным действиям.

Литературу у нас ведет Изольда Багратионовна. Одновременно она еще руководительница Театральной студии, в которой мы все занимаемся. Все — это Агата, Клим, Тимур, Будка и я. Правда, сейчас мне было совершенно не до Изольды и не до литературы. Счастье, что она меня не вызвала, к доске выходили другие, а я сидела, как на иголках, то и дело поглядывая на часы. Когда же наконец звонок? Едва он раздастся, мне нужно тут же собрать манатки и в любой момент быть готовой вылететь в коридор.

Время шло как-то очень уж медленно. Я даже сперва подумала, что у меня в часах села батарейка. Пришлось свериться с часами Агаты. Оказалось: все нормально. Только Агата насторожилась:

— Нет, Зойка, ты сегодня точно какая-то странная.

— Чем это, интересно? — я сделала вид, что не понимаю.

— Ну, то вздыхаешь, то без конца на часы косишься.

— Мне надо позвонить на большой перемене, — я ляпнула первое, что пришло в голову.

— Кому? — поинтересовалась Агата.

Ну вот! Теперь объясняй — кому!

— Маме. — Я решила, что такой ответ ослабит ее любопытство.

Но Агата мигом поинтересовалась:

— А зачем?

Прямо не знаю, какая муха ее сегодня укусила? Она обычно совсем не приставучая. А сейчас, ну, просто меня извела.

— Меня мама просила позвонить, — весьма туманно ответила я.

— A-а, — протянула подруга и забыла обо мне, потому что Изольда вызвала к доске Клима Круглова.

«Очень удачно, — пронеслось у меня в голове. — Послушай своего Клима, а я пока отдохну от твоих вопросов».

Круглов отвечал почти до самого звонка. Изольда его жутко любит. Клим — один из ведущих актеров нашей студии. Играет всегда такие роли... Ну, как бы вам объяснить? В настоящих театрах это называется герой-любовник. В общем, Клим ответил, а Изольда потом еще долго задавала ему дополнительные вопросы.

Пользуясь тем, что ни литераторша, ни Агата не обращают на меня никакого внимания, я быстренько собрала все с парты в сумку. А потом даже один раз обернулась на новенького. Правда, увидеть его толком не удалось. Помешала башка Сереги Винокурова. Он у нас такой здоровенный, что все собой загораживает. Хоть бы отсел куда-нибудь в другое место. Но ведь не попросишь же!

Наконец прозвенел звонок. Я чувствовала себя как бегун перед стартом. Каждая мышца напряжена, чтобы по первому сигналу сорваться с места.

Но Изольда, будто назло, все говорила и говорила. А потом еще напомнила, что завтра после уроков состоится очередная репетиция в Театральной студии. Можно подумать, у нас ранний склероз и мы сами уже ничего не помним.