Проклятье Снегурочки

– Конечно, мне не все равно. Но ведь мы не полицейские, как мы можем им помочь?

– Сориентируемся по ходу дела, – уверенно произнес Виталик и зашагал к метро, увлекая за собой жену.

7

Елена Ивановна была очень удивлена, увидев в полночь на пороге дома дочь и зятя.

– Что-то случилось? – испугалась она.

– Ничего не случилось, – успокоил ее Виталик. – Просто в Москве страшная духота. Мы не можем спать. Вот, решили вернуться.

– И правильно решили, – обрадовалась Елена Ивановна. – Тут хоть и дождь, а воздух великолепный. И со дня на день огурцы пойдут, надо банки закрывать. Как раз поможете.

– Обязательно поможем, мамуль, – пообещала Ольга. – А сейчас мы на боковую.

Всю ночь Виталик ворочался, не давая Ольге уснуть. Кончилось тем, что она ушла в кухню и легла на диванчике. Ровно в восемь ее безжалостно потрясли за плечи.

– Эй, вставай!

Ольга с трудом открыла глаза. Над ней склонился Виталик, уже полностью одетый, в плаще и резиновых сапогах.

– Труба зовет, – бодро произнес он.

Ольга представила, как будет ходить по мокрому лесу, и ей стало дурно.

– Может, не пойдем? – робко спросила она, уже зная, что услышит в ответ.

– Обязательно пойдем. Вот! – Виталик потряс перед ее носом рюкзаком. – Там термос с кофе и бутерброды. Я сам все приготовил.

Он явно ждал от Ольги похвалы. Обычно Виталик хозяйственностью не отличался, поэтому той ничего не оставалось, как обреченно проговорить:

– Молодец.

Она встала, зевая, сходила в душ и вслед за мужем вышла во двор. Дождь по-прежнему шел, но не такой сильный, как прошлые два дня. Супруги нахлобучили капюшоны и побрели по раскисшей дороге к лесу.

Полянка стояла сиротливая и намокшая. Цветы под дождем поникли и спрятались в траву.

– Ну и что тут смотреть? – спросила Ольга Виталика.

– Расскажи подробней, как и откуда появился Плотников. Это же вы с Маринкой его обнаружили.

– Вовсе нет. Он сам вышел к нам из лесу. А до этого его увидела Мариша и испугалась.

– Ты хочешь сказать, она зашла в чащу? – удивился Виталик.

– Да, зашла. Я на минутку отвлеклась, смотрю, а ее нет. Я стала кричать, звать ее, и она пришла. А через мгновение появился Плотников.

– Так, – произнес Виталик сосредоточенно. – Значит, нам надо зайти туда, куда забрела Марина.

– Там бурелом! Мы ноги себе переломаем!

– Ну, Маришка же не переломала. И Плотников тоже.

Виталик ушел к противоположному краю опушки. Еще секунда, и он скрылся за деревьями. Ольга чертыхнулась и пошла по мокрой траве туда, где плотной стеной стояли мрачные ели.

– Оль! Сюда! Скорее! – раздался впереди голос Виталика.

– Ну что там еще? – сердито пробормотала Ольга. – Медведь на тебя напал, что ли?

Она прибавила шагу, насколько это было возможно, и тут из чащи ей навстречу вынырнул Виталик.

– Иди, глянь!

– Да что ты там нашел?

Вместо ответа Виталик схватил Ольгу за руку и потащил в лес. По лицу ее захлестали колючие ветки. Ольга вскрикнула и остановилась. Бурелом кончился, едва начавшись. Перед ними была другая полянка, чуть меньше предыдущей. В самом центре ее стояла промокшая палатка.

– Что это? – Ольга с удивлением поглядела на Виталика.

– Сейчас поглядим. – Он не спеша обошел палатку кругом, вглядываясь в траву. Нагнулся, поднял окурок. Затем залез внутрь и вскоре вылез, держа в руке пустой пузырек.

– Зачем ты собираешь всякую грязь? – Ольга брезгливо поморщилась.

– Это не грязь, а вещдоки. – Виталик подошел к ней поближе. – Вот, смотри. Это сигарета Добродеева, когда я его провожал до машины, он курил именно такие. А это, – он повертел пузырек в руках, – это жидкость от комаров. Та самая, про которую говорил Федор. Он сказал: «Помню, как пил чай, как курил, как намазался жидкостью от комаров. И больше ничего не помню».

– Да, припоминаю, что-то такое он говорил, – неуверенно произнесла Ольга, и вдруг глаза ее округлились. – Ты… хочешь сказать…

– Я хочу сказать, что это палатка Добродеева и Плотникова. Они разбили ее вовсе не где-то далеко, а совсем рядом, за деревьями.

– Почему же тогда Плотников говорил, что не может найти Добродеева? Ведь он прекрасно знал, что тот находится в двух шагах, в палатке.

– То-то и оно! – торжествующе произнес Виталик. – Он врал.

– Врал?

– Да.

– Но зачем?

– Точно не знаю, но догадываюсь. Он очень не хотел, чтобы мы обнаружили палатку и Добродеева. Маринка его засекла, он услышал твои крики и понял, что рядом люди. Поэтому и придумал всю эту басню с потерей сознания: ему нужно было срочно скрыться, убедив нас в том, что поблизости никого нет.

– Да зачем же?! – еще больше удивилась Ольга.

– Потому что в этот самый момент Добродеев действительно находился в палатке без сознания, – тихо, но веско произнес Виталик. – Это не он хотел убить Плотникова, а Плотников его. Теперь я знаю это наверняка.

– Обалдеть! – Ольга судорожно сглотнула. – Но как же он собирался это сделать?

– Очень даже просто. Подмешал ему в чай какое-то снотворное, дождался, пока Добродеев захрапит, а потом собирался оставить его в палатке с зажженной сигаретой. Мы его спугнули, а не то Федор был бы уже трупом. А сам Плотников сказал бы при расследовании, что он отлучится ненадолго, например порыбачить или собрать хворост для костра. Ну а приятель тем временем уснул с сигаретой в руке.

– Вот злодей! – не выдержала Ольга.

– Да, гад еще тот, – согласился Виталик. – Вопрос только в том, чем помешал Плотникову его компаньон. Ведь, казалось бы, у Павла на Федора не должно было быть никакого зуба.

– Конечно, – согласилась Ольга. – Это Добродеев мог злиться на своего друга за то, что тот присвоил его героический поступок.

– Однако факт остается фактом. Плотников что-то затеял против Федора. Потому и свалил из Москвы втайне от всех. А теперь так же тайно вернулся.

– Но тогда… – Ольга нахмурилась. – Тогда, значит, Добродееву угрожает опасность.

– А он о ней даже не подозревает, – подтвердил Виталик.

– Надо заявить в полицию!

– И что? – Виталик усмехнулся. – Плотников будет все отрицать. Скажет, что в лицо нас не видел. К тому же преступления-то пока не произошло, и полиция вряд ли будет что-то делать.

– Тоже верно, – расстроилась Ольга.

– Я попробую позвонить Добродееву, но он вряд ли станет меня слушать.

– Попробуй.

Виталик набрал мобильный Федора.

– Никто не берет трубку.

– В офис звони!

К рабочему телефону тоже никто не подходил.

– Елки-палки! – расстроилась Ольга. – Куда они все подевались? Набери еще раз.

Виталик повторил вызов, однако результат был тот же.

– Что будем делать? – спросила Ольга.

– Домой пойдем, а то ты вся промокла. Там решим, как быть.

Виталик достал из рюкзака полиэтиленовый пакет и положил туда окурок и флакон.

– На всякий случай, – пояснил он Ольге. – Если дело все-таки дойдет до полиции.

Они вернулись домой. Увидев насквозь промокших ребят, Ольгина мама всплеснула руками:

– Господи, а я вас потеряла. Встала – никого нет. Думаю, куда вас с утра пораньше унесло? Кирилл-то с Анжелой вроде как в Москве, в гости идти не к кому. Замерзли? Давайте я вам налью чаю горяченького с блинчиками.

Ольга и Виталик с удовольствием уселись за стол. Мать поставила перед ними блюдо с блинчиками.

– А у нас здесь за эти два дня сплошные ЧП. Сначала загорелся дом у Мурашевых. Хорошо, пожарные быстро приехали, успели потушить. А потом внучка Полины с крайнего участка в больницу попала. Еле откачали – анафилактический шок.

– Ее укусила оса? – Ольга вспомнила, что рассказывали им Анжела и Кирилл про маленького Сережу.

– Оса? Нет. – Мать покачала головой. – У малышки оказалась аллергия на жидкость от комаров.

– Бедненькая, – посочувствовала Ольга. – Ты чего? – Она с удивлением посмотрела на мужа, застывшего с вилкой в руке.

– Как вы сказали, Елена Ивановна? На жидкость от комаров?

– Ну да. Сейчас ведь много их выпускают, есть совсем безопасные, а есть такие, что включают в себя разные химические компоненты. Полина натерла внучку раствором, и та потеряла сознание. Едва вытащили, четыре часа в реанимации пробыла.

– Оль, слушай, выйдем на секундочку. – Виталик вытащил Ольгу из-за стола и повлек за собой в спальню.

– Вы куда? – крикнула им вслед Елена Ивановна.

– Сейчас придем, – успокоил ее Виталик.

– Скорей давайте, все остынет, – недовольно проворчала мать.

Очутившись в спальне, Виталик плотно прикрыл за собой дверь.

– Ну что такое опять? – Ольга еле сдерживала смех. – Ты, ей-богу, как сумасшедший. Дай блинчики доесть, они мои любимые, с клубникой.

– Послушай, что я тебе скажу! Не было никакого отравленного чая! И зажженной сигареты тоже. Плотников собирался уморить Федора совсем другим способом.

– Это каким же?

– Он подсунул ему аллергенную жидкость от комаров. Тот намазался – и привет. Отключился подчистую.

– Что за чушь? – не поверила Ольга.

– Вовсе не чушь. Достань телефон и прочитай состав. – Виталик вытащил из рюкзака флакон и сунул Ольге под нос.

Та пожала плечами, но сделала то, что просил муж.

– Да, жидкость токсичная. Тут предостережения для аллергиков. Зачем же Добродеев пользовался ею, если знал, что она опасна для него?

– Думаю, это Плотников подсунул ему флакон. Подменил один репеллент другим. Был вечер, в темноте Добродеев не заметил подмены. Просто вылил на себя весь пузырек и потерял сознание.

– Выходит, Плотников знал о том, что у его друга аллергия на определенные компоненты? – проговорила Ольга.

– Разумеется, знал. Они же росли вместе. Знаешь-ка что? Пора звонить Валентине. Без нее нам не развязать весь этот узел.

– А вдруг она не станет с нами разговаривать? – с сомнением сказала Ольга.

– Теперь станет, – уверенно сказал Виталик. – Нам есть о чем ей рассказать.

Он набрал домашний номер Плотникова.

– Только бы она была дома!