Повести и рассказы

И таращится на нее.

Уже почти стемнело, когда она набралась смелости посмотреть еще раз.

На этот раз она взяла лопату из гаража вместо метлы. Если змея снова бросится на нее, то если повезет, она сможет отрубить этой чертовой твари голову.

Та исчезла.

Она осмотрела все вокруг. Змея исчезла.

Она выпила еще, чтобы отпраздновать это событие. Мысль о том, чтобы провести ночь со змеей, лежащей у нее во дворе, совершенно выбила ее из колеи. Она считала, что заслужила выпивку.

Если ей и снились сны, то она их не помнила.

Утром она еще раз проверила двор и, обнаружив, что он пуст, выпустила Кэйти сделать свои дела, снова впустила ее, а затем вышла через парадную дверь за газетой.

Она сделала один шаг по дорожке и даже не успела закрыть за собой дверь, как увидела ее на лужайке, вытянувшейся во всю свою огромную длину по диагонали от почтового ящика почти до самой дорожки, в трех футах от нее. Змея подняла голову и двинулась к ней.

Энн вернулась в дом и закрыла дверь.

Змея остановилась и стала ждать.

Энн смотрела на нее сквозь сетку.

Змея не двигалась. Она просто лежала под ярким утренним солнцем.

Энн закрыла внутреннюю дверь и заперла ее на ключ.

Господи!

Я оказалась в ловушке в собственном доме!

Кому, черт возьми, позвонить? В полицию? В Общество защиты животных?

Она позвонила 911.

Офицер представился. У него был молодой и дружелюбный голос.

— У меня во дворе змея. Большая змея. И она… она двигается в мою сторону. Я, честно говоря, не могу выйти из дома!

Это была правда. Единственный другой выход из квартиры был через кухонную дверь, которая вела в гараж, а гараж находился прямо рядом с входной дверью. Она не собиралась выходить этим путем. Ни за что. Нет уж, спасибо.

— Извините, мэм, но это не дело полиции. Вам нужно позвонить в Службу спасения животных. Они пришлют кого-нибудь и заберут змею. Избавят вас от нее. Сегодня это уже третья змея, а еще было четыре аллигатора. Вчера было еще хуже. Эти дожди выгнали их наружу. Так что вам придется немного подождать.

— Господи!

Офицер рассмеялся.

— Мой шурин — садовник. Знаете, что он говорит о Флориде? Здесь все кусается. Даже деревья.

Он продиктовал ей номер, и она набрала его. Женщина из Службы спасения животных записала имя, адрес и номер телефона Энн, а затем попросила ее описать змею, ее внешний вид и поведение.

— Похоже, это флоридский полосатик, — сказала она. — Хотя я никогда раньше не слышала о таком большом.

— Что вы сказали?

— Флоридская полосатая водяная змея. Вы говорите, она семь-восемь футов? Она очень большая. Это значит, что она весит около тридцати фунтов.

— Она ядовитая?

— Нет. Зато очень больно кусается. Полосатик агрессивен. Он может бросаться на вас несколько раз, если его раздразнить. Но опять же, я никогда не слышала, чтобы он преследовал человека так, как вы говорите. Обычно они просто защищают свою территорию. Вы уверены, что сами не преследовали его?

— Ни в коем случае. Возможно, собака. Но я оттащила ее, как только увидела змею. С тех пор она дважды нападала на меня. Без какой-либо провокации с моей стороны.

— Не стоит провоцировать ее и сейчас. Если змея разозлится, она нападет на что угодно. Наши сотрудники приедут, как только смогут. Хорошего вам дня.

Она ждала. Смотрела ток-шоу и обедала. Специально держалась подальше и от входной двери, и от веранды.

Они приехали около трех.

Двое крепких мужчин в брюках и рубашках с короткими рукавами вышли из фургона, неся в руках два длинных деревянных шеста. На конце одного шеста было что-то вроде проволочного багра, а на другом — v-образный клин. Она стояла в дверях вместе с Кэйти и наблюдала за ними. Мужчины просто кивнули ей и принялись за работу.

Бесило то, что змея пассивно лежала на траве, в то время как багор скользил у нее по голове прямо под челюстью, а v-образный клин пришпилил ее посредине. Затем мужчина багром приподнял голову змеи и схватил ее под челюсть сначала одной рукой, а затем другой, уронив шест на траву. Пасть змеи широко раскрылась, она извивалась, шипя, но, похоже, на самом деле не сопротивлялась. Они сосчитали до трех и подняли ее.

— Большой парень, правда?

— Самый большой полосатик, которого я когда-либо видел.

Они перенесли его через улицу к пустырю, расположенному напротив широкого густого кустарника.

Потом они просто бросили его, перешли улицу, убрали шест с газона и вернулись к фургону.

Она была в ступоре. Не могла в это поверить.

— Извините. Подождите, пожалуйста, минутку.

Она вышла на улицу. Лысый забирался на водительское сиденье.

— Я не понимаю. Разве вы не увезете ее отсюда?

Мужчина улыбнулся.

— Уже увезли.

— Но ведь надо убрать эту штуку подальше от этой улицы!

— Улица здесь ни при чем, мэм. Видите ли, у каждой змеи своя территория. Это означает, что раз она здесь поселилась и вокруг достаточно еды, то тут она и останется. На участке она найдет ящериц, мышей, кроликов и все остальное. Видите, участок ведет к ручью. Когда змея здесь закончит, она просто спустится вниз по течению. Вы никогда больше не увидите этого парня. Поверьте мне.

— А если вы ошибаетесь?

— Извините?

Она была зла и расстроена и, похоже, это было заметно.

— Я говорю, что, если вы ошибаетесь! Что, если проклятая тварь вернется сюда через полчаса?

Мужчины обменялись взглядами.

Женщины. Они ни черта не понимают.

— Тогда позвоните нам снова, мэм. Но этого не случится.

Ей хотелось крушить мебель.

Вечером она поговорила с Дэнни в Орландо и рассказала ему о змее. Должно быть, в ее устах это прозвучало как настоящее приключение, потому что Дэнни не на шутку рассердился из-за того, что пропустил его. К тому времени, как она закончила разговор с ним, она уже почти считала это приключением.

Затем она вспомнила шипение в траве, вспомнила, как змея поднялась и уставилась на нее.

Как будто знала ее.

Она рано уснула и пропустила вечерние новости и прогноз погоды. Как оказалось, это было самое худшее, что случилось с ней за весь день.

На следующее утро она прибралась в доме сверху донизу, что было проще сделать в отсутствие Дэнни, и к полудню пришла в довольно хорошее настроение, несмотря на то, что время от времени думала о своем адвокате и деньгах. Она размышляла о том, как ей собрать деньги на гонорар, но так и не пришла ни к какому выводу. Ее бывший муж позаботился о том, чтобы ее кредитная история была испорчена, так что о займе не могло быть и речи. Ее машина практически уже превратилась в развалюху. А родителям едва хватало на жизнь. Продать квартиру? Нет. Все, что в ней есть? Боже правый.

Время от времени она выходила и проверяла двор. Возможно, те парни были правы, — подумала она. — Возможно, они все-таки знают свое дело? Потому что большая полосатая водяная змея больше не появлялась.

Она приняла душ и оделась. На час тридцать у нее был назначен обед с Сьюзи в "Аутбэке".

Сьюзи тоже пропустила прогноз погоды накануне вечером, и когда они вышли из ресторана около трех, зная, что дождь идет, но не продолжительный и не сильный, — парковка была по щиколотку залита водой. Будь проклят ураган Эндрю. И вот они стоят посреди самого сильного ливня в году.

— Переждешь?

— Я убиралась. Оставила окна на втором этаже открытыми. Не могу в это поверить.

— Хорошо. Но будь осторожна за рулем, ладно?

Энн кивнула. Сьюзи жила неподалеку, а ее дом находился более чем в миле отсюда. Видимость была плохой. Не было видно даже на парковке. Ливневые потоки, подгоняемые устойчивым ветром, придавали серому небу некую густоту и теплую влажную тяжесть.

Обнявшись, они сняли обувь и побежали к своим машинам. К тому времени, как Энн открыла свою и скользнула внутрь, ее юбка и блузка стали прозрачными, а с волос стекала вода. Она чувствовала вкус своих волос. Она почти ничего не видела.

Помогли дворники. Она медленно тронула машину вперед, следуя за Сьюзи через выезд на улицу, где они разъехались в разные стороны.

К счастью, на обычно перегруженной четырехполосной улице почти никого не было, машины двигались осторожно, и никто не проезжал мимо. Полосы движения исчезли под водой, по меньшей мере на полтора фута.

Затем на полпути к дому ей пришлось остановиться. Дворники не справлялись. Дождь хлестал так, что крупные капли были похожи на градины. Порывы ветра раскачивали машину.

Она сидела, уставившись в запотевшее зеркало заднего вида, надеясь, что какой-нибудь чертов дурак не пристроится сзади и не врежется в нее. Останавливаться было опасно, но у нее не было выбора.

Она посмотрела на себя и пожалела, что не надела лифчик. Были видны не только соски, не только форма и очертания груди — можно было разглядеть каждую родинку и веснушку. То же самое можно было сказать и о бледно-желтой юбке, ставшей прозрачной на бедрах. С таким же успехом она могла бы быть голой.

Ну и что? — подумала она. — Кто вообще тебя увидит? В этом.

Дождь утих настолько, что дворники могли хотя бы начать выполнять свою работу. Она двинулась дальше.

Вода на улице стремительно неслась вниз по склону.

Бордюры исчезли, их затопило.

Газоны исчезли. Исчезли парковки и тротуары.

Отверстия решеток канализации образовывали миниатюрные водовороты, в которых плавал мусор, кружились бумажные пакеты, ветки и деревяшки.

В одном из них она увидела нечто такое, что заставило ее похолодеть.

Сломанная картонная коробка медленно вращалась над решеткой. Коробка была полосатой, черно-коричневой, и полосы двигались.

Змеи. Ищут возвышенность и передышку от плавания.

Она слышала, что такое случается во время штормов во Флориде, но никогда не видела этого своими глазами. Все кусается, — сказал мужчина.

Чертов штат.

Она свернула за угол на свою улицу.

И она могла бы догадаться, если бы подумала об этом, могла бы ожидать этого. Она знала, что улица, с которой она свернула, слегка возвышается над ее собственной. Она замечала это десятки раз.

Но не сейчас. Не в этот раз. Она была слишком сосредоточена на том, чтобы просто добраться туда, пережить шторм. Так что ее машина погрузилась в воду на три с половиной фута[5] на повороте.

Тогда она чуть не запаниковала. Это застало ее врасплох и так напугало, что она едва не остановилась. Что, без сомнения, стало бы катастрофой. Она знала, что никогда бы не смогла тронуться с места. Не в такой воде. Она продолжала ехать, вцепившись руками в руль, жалея, что решила пообедать с Сьюзи.

Вода была на полпути к решетке радиатора, на полпути к двери. Машина казалась легче, как будто на колеса действовала подъемная сила.

Почти ползком, ожидая, что машина в любой момент заглохнет и зашипит, она подгоняла ее. Разговаривала с машиной. Умоляла машину. Давай, милая. Ее дом с открытыми окнами на втором этаже находился всего в четырех кварталах отсюда.

Ты сможешь это сделать, милая. Конечно, сможешь.

Один квартал.

Она ехала медленно, машина раскачивалась из стороны в сторону по течению, как лодка, а ее нога мягко нажимала на педаль газа.

Два квартала.

Впереди виднелся ее дом, белый лепной фасад, тускло-серый от дождя, широко открытое окно в спальне Дэнни, похожее на темный обвиняющий глаз, смотревший на нее, лужайка перед домом, залитая водой.

А когда она миновала третий квартал, проезжая по эстакаде к каналу, то увидела, как там все бурлит.

Сначала было непонятно, что это такое. Что-то большое и черное двигалось в воде впереди, как какая-то сущность в водовороте над канализационной решеткой, только больше ее.

Она подъехала ближе и снова чуть не остановилась, потому что теперь ясно увидела, то, что было впереди, но она не остановилась, Господи, она не могла остановиться, она ехала, едва касаясь ногой педали газа, позволяя холостому ходу, как слабо бьющемуся сердцу где-то внутри, делать работу по продвижению машины вперед, пока она отчаянно пыталась сообразить, как избежать корчащейся массы тел и что, черт возьми, делать.