Гроза

— Я не знаю, как так можно сношаться, чтобы хуй с пиздой ошмётками висели! — продолжает причитать Тамара.

— Не поняла! Томка, ты чо за хуйню несёшь? — в этой семье без мата редкие предложения произносятся.

— Саш, покажи ей, не отстанет ведь. — Ксюша говорит сквозь стон.

Парень поднимает подол ночнушки, показывает Светлане обработанный лекарствами пенис.

— У Ксюши аналогичная болячка. — кряхтит парень, опустив подол. — А мне завтра экзамен по немецкому сдавать. Сдать — сдам, главное дойти. Ксюнь, ты сможешь на встречу с тем челом сходить…? Тогда на вечер назначь.

Тамара вновь ворчит, готовит постели для детей. Отошла в сторонку, глянула — нужно складки расправить: негоже детям лежать на помехах.

Она ещё два раза просыпалась ночью, смотрела как там Ксюша с Сашкой, удобно ли сыну спать в женской рубашке, не выпал ли тампон из влагалища дочери.

Затем засыпая, вспоминала вчерашнюю тревогу за них. Представила их мёртвые тела, побитые сумасшедшим градом. А ведь и правда они могли помереть от своей дури. Согревались они! Ну погрелись раз, другой, третий, но не до пепла ведь. Безумцы…! А без них пустота… тоскливая пустота. Никогда Тамара не плакала, а сейчас слёзы льются….

Женщина вспоминает, как тяготила её маленькая Ксения. Подружки могут прогуляться вечерком, потискаться с парнями, а ей нужно кормить, пеленать…. Хорошо, что мать помогала… затем Ксюшка была нянькой… а она гулякой.

Тамара тут же клянётся себе, что перестанет пить, приведёт квартиру в порядок. Можно кредит на ремонт взять, чтобы к рождению внука жилище сверкало как положено. То, что Ксюша беременна она не сомневается — чувствует новую энергетику в лоне дочери. Тамара знает так же, что должна отплатить дочери своей помощью. Она даже сможет кормить внука своим молоком, стоит только приложить губки мальчика к соску, так железы начнут выделять молозиво. И под такие положительные мысли Тамара наконец уснула.

***

2019 год. 23 мая

Никогда такого не было — общий завтрак, приготовленный матерью, сегодня случился. Светка ворчит, что хочет спать, отпихивает мать. Но та целует её в лоб, говорит, что у неё есть сообщение для всей семьи.

Ксения с братом всё так же, в ночнушках, сидят за кухонным столом, сгребают кашу к краям, остужают и едят.

— Детки, за девять месяцев мы должны забыть прошлое. Чтобы малыш вошёл в чистый дом. Без скверны и пошлятины. Света, твоя сестра беременна! Так что будь добра при ней не матерись.

— С хера ли она беременна? Пять лет не еблась и тут… Ой, больно! Ты чо, Томка?

— Не матерись при ребёнке я сказала! Хочешь продолжать разгульную жизнь, мотай отсюда, ищи себе жилище.

— Мам. — обращается к ней Ксения. — Ты что-то чувствуешь? Это ведь только вчера произошло!

— Да вы ебанушки все…! Томка, будешь драться, сама тебя уебу! Ай, Сашка, скотина! Ты за них чо ли? Всё! Сам соси свой кривой хуй. Ой…, ой…! Пошли на хуй со своей кашей, уйду нахуй к бомжам. С вами, ебанатами, жить не буду!

Получив несколько ощутимых затрещин, Светка побежала переодеваться. Пока собиралась, бурчала и материлась.

— Я на работу. Узнаю насчёт кредита…. Ремонт в хате сделаем. Всё детки! Нету Томки, есть бабушка Тамара, готовая встретить внука.

— Ага и то, что родится мальчик, ты, ебнутая старуха, уже знаешь! Пошли на хуй все! — пробегая мимо кухни выкрикнула Светка.

— Мам, действительно как? Откуда ты знаешь? — поинтересовался Саша.

— Чувствую! Пойдём, сынок, я твою боевую рану посмотрю.

Если во время секса вы не получаете удовольствия, то возможно вы рука.

Покраснения на пенисе прошли окончательно, лишь короста на двух травмированных участках подсыхает. Тамара придерживает его на ладошке, намазывает какую-то мазь. Ласки по длине члена вызывают прилив крови в него, он заметно опухает, дёргается, пропуская пульсацию сердца.

- Живой, Ксюнь, твой писюн. Дёргается… Точно — кривой! Значит Светка и правда знакома с ним. Ай да сынок!

— Мам, меня тоже посмотри…. Не болит, ничего…, для профилактики. — Ксеня сняла ночную рубашку, легла вместо Саши на кровать где большая освещённость, подхватив ноги под коленными суставами, раскрылась для лечений.

— Да, у тебя тоже зажило. — вынув тампон из влагалища дочери, сообщила мать. Затем зачерпнула из баночки снадобья, глубоко погрузила перст во влагалище дочери, повертела им, размазала по стенкам. Чем дольше она ковыряла пальцем, тем сильнее возбуждался парень. А засверкавший драгоценный камень — клитор, как семафор призывал лизнуть себя. — Но! Пару дней поостеречься нужно. Ты, понял, мальчик мой…? Угу-угу! У самого-то торчит уже. Налюбуешься ещё на красоту… правда до родов, а потом, станет как моя — рванная.

— Мам, ты не опоздаешь на мотаню…? И насчёт денег не волнуйся, будут у нас финансы…. Теперь ты мне верь. Пока, мам. — вставая с ложа, Ксения послала Тамаре воздушный чмок. — Ну, что, муж мой, ошарашен? Я сама в аху… удивлена. Одна порция спермы и сразу в яблочко!

— Ксюш, я не знаю, как это воспринимать.

— Ну, да. Пацан ещё! Разрешаю тебе погулять в своё удовольствие. Главное образование. А с дитём мы с мамой справимся.

— Ты её… перекодировала?

— Нет! Она сама… изменилась. Сашенька, успокой своего горбунка. Мама наложила запрет на два дня. — Ксения сама хотела секса, возбудилась от лечения Тамарой и на эрегированный пенис брата. Но она умеет терпеть. — Сейчас пойдём в школу, сдашь экзамен, может Эмку трахнешь… ну или она просто отсосёт.

— Ты пойдёшь со мной? Для чего?

— Для развлечения! Хочу знать, как сложились её отношения с Лавочкиным.

Выучил немецкий только для того, чтобы понимать свои эротические сны.

Экзамены затянулись до полудня. Последним к экзаменатору вошёл Александр Афонин. Сразу произнёс кодовую фразу. Женщина дёрнулась, будто перенастроился киборг. Поставила парню четвёрку. И затем ответила на вопрос вошедшей Ксении.

— Долго с тех пор, всякое мочеиспускание напоминало мне о безумстве, которое я творила в тот день…. Мальчик оказался с крутейшим либидо. Наши оргазмы не совпадали по фазам. Если кончала я, то он просил продолжения. Он кончал, мне требовалась своя порция экстаза. Но фантазии наши совпадали как нельзя лучше — он придумывал позы, я принимала их….

Самая необычная и тяжело воспроизводимая — я сделала стойку на руках, он также смог перевернуться, подошёл ко мне и начал тыкать членом.

Безумно да? Мне пришла мысль обоюдной фелляции… сейчас это именуют "поза шестьдесят девять"

…. Какой пенис! Какие яйца!

И если бы не сроки, то возможно я осталась бы у него ночевать. Утром он ничего не помнил, смущался, когда я осматривала его паховую область. А к менструальному периоду я осознала, что забеременела. Мать одиночка в эпоху перемен! Вы что?! Позор и презрение. К счастью мой молодой человек вырвался в наш город на торжество дальнего родственника. Само проведение его ко мне послало. Естественно соитие, естественно страстное с его стороны, безумное с моей. И распишитесь, молодой человек, ваша партнёрша беременна. Да, подлый поступок. А что делать молодой девушке? Но тот отец, кто воспитал, а не тот, кто зачал! Не я одна такая! — Эмма даже поправила осанку.

— Ваша протеже Елена Вайтман, например? — смогла вставить в монолог Эммы Ксения.

— А вы откуда знаете…? Да, наивная девочка, никак не могла охомутать перспективную личность. Я посоветовала. Сейчас прелестный образец ячейки общества.

— Помнится лет семь назад вы с ней и ещё какой-то женщиной отдыхали на курорте. Как патронесса, вы показали пример? — продолжила допрос Ксюша.

— Мы и раньше устраивали девичники. Поверьте, они такие наивные. В рот заглядывают, сами просятся на грех.

— Когда впервые произошёл ваш контакт с подопечными? — даже голос Ксении звучал, как у святого отца, призывающего грешника покаяться.

— Дочка нашей бывшей завуч, Машенька начала показывать такой же гонор, как у мамы. За шесть лет преподавания в школе завуч у меня — вот где сидела, стерва старая. И дочку свою готовила себе на замену. Однажды, после школьных мероприятий, я пригласила Машку в свой класс. Там ангелочек мой Леночка уже столик накрыла. Выпили, поговорили. Я тихим сапом подливаю сучке. Затем предлагаю продолжить кутёж у меня дома. Своих я отослала к свекровке, мне полный карт-бланш. У подъезда моего стоит моя заготовка. Вася Лавочкин! Я его наставила на путь удовлетворения меня сразу после того, как он отучился в универе. Холостой, эрудированный самец с бычьими яйцами! Я представила его как своего племянника. Мол он ненадолго, по делам, забрёл. Леночка душенька моя, сразу догадалась о моих намерениях, попросилась домой — угнетают её измены мужу, видите ли.

— Она уже общалась с Лавочкиным до этого?

— Если вы о половом общении, то да. Но она мне нужна была по моему плану. Я должна притвориться уснувшей, а она должна предложить соблазнить молодого человека. Естественно я запретила девочке моей уходить. Один, два раза изменила, какая разница? Пообещала ей лесбийскую ночь, так она и поплыла. Отрубилась я значит, в кавычках, наблюдаю за игрой молодых людей. Вася приглашает Машку на танец. Ну, и эта сука поплыла. Леночка лапонька моя тоже присела, будто уснула. Машка вначале отталкивала руку парня, на нас поглядывала. Потом надумала укрыться в ванной комнате. Вася за ней, там разок мокнул кончик в манду, предложил более комфортное лежбище — в зале. Та снова "Стесняюсь. — говорит, — вдруг Эмма Фридриховна проснётся. Давай в спальне!". Но Васе известен мой закон — супружеская спальня святое место. В детской такое же правило. Потащил сучку практически за космы к нам, перекинул её тельце через спинку кресла, и начал дрючить. А тут и мы проснулись, в кавычках. Я вначале показала, что сильно гневаюсь за то, что она соблазнила моего племянника. Но потом будто оттаяла, погладила её тело в нужных местах. Сказала, что забуду всё, если она позволит молодому человеку проникнуть в её попку. Ох, как она испугалась! Начала умолять меня не разглашать измену мужу. А я её успокаиваю, говорю, что это не больно, даже приятно и она будет дурочкой, если упустит такую возможность. Ведь супругу такую перверсию тяжело предложить — не поймёт. И для примера попросила свою лапочку Леночку совокупить её попочку с членом Васи. Машка во все глаза высматривала не больно ли Леночке. Та хорошо сыграла роль — изобразила на личике такую усладу, что не поверите, я сама бы трахала её в попку, будь у меня член. Таким образом Машка отдала жопу на растерзание Васенькой.

Что являлось его личной просьбой — хорошего любовника нужно поощрять не только своим телом, но и извращениями в виде целостных анусов шлюх типа Машка. Посадила я таким образом Машку на член-иглу. Всё! Теперь она подкаблучница моя. Мне, Леночке, иногда так отлижет, что диву даёшься почему она не мужик.

— И её муж чужого ребёнка растит? — поинтересовался Саша.

— Расскажите, как развлекались на курорте. — перебивая брата, потребовала Ксюша

— Если не врёт, то оба малыша от мужа. Оргия была, не скрою. Но в основном отдельные перепихоны с самцами и лесбийские вечера, когда Машка подбирала семя мужиков из наших влагалищ. Её хлебом не корми, дай вафлю собрать. Если тебе, Александр, захочется фелляции, то рекомендую Маньку. Лучшей минетчицы я не знаю. Желаете, Саша, завучу за щеку дать? Могу позвонить… прибежит, как миленькая.

— Мне так же известна ваша связь с супругом Елены Владимировны. — наугад сказала Ксения.

— О многом, Ксюшенька, ты осведомлена. Но Лена об этом знает. И о многих остальных похождениях Виктора наслышана, бедненькая моя девочка. Ну, кобель, что вы хотите? Весь день влагалища перед глазами…. Не всякий устоит. Тебя так же соблазнял…? Ну ты молодая ещё, созреешь, я три года держалась, а он кобелина, мудьями соблазняет. Я отпор, а он новую тактику — куннилингус применил. Лежу на кресле, а он осмотрел вагину, да и приложился языком. Ты наверняка от процедуры возбуждаешься? И сейчас ты течёшь…, как и братик твой…. Может продолжим общение в более благоприятной обстановке? — в голосе женщины послышались доминирующие призывы. И осанка её вновь преобразилась в дьявольско-повелительную.

— Не за этим мы здесь. Все считают вас теневым директором школы. Как вам удаётся повелевать Борисом Ивановичем?

— Наблюдательна ты, девочка моя. — голос Эммы гипнотизирующий. И если бы не повеление чего-то в подсознании, она бы ни за что не откровенничала с красоткой, а принудила тут же, в классе, совокупиться с братом. — Если кто-то слаб, то над ним должен быть доминант. Слабость Бориса в том, что он мужчина. Он считает, что может быть хорошим любовником. Ха! Что он знает о желаниях женщины? Истинных желаниях женщины! Таких как он — массы! А таких как Василёк, десяток на тысячу… кобелей, в кавычках. Ну естественно я этим воспользовалась, оргазмировала, опять же в кавычках, говорила, что он и только он, удовлетворяет меня. Тем самым внушила ему, что я и только я, достойна тех благ, которыми он управляет. Ксюша, я вижу ты разбираешься в вопросах любви, испробуй Борьку в постели. Разочаруешься мгновенно. — сознание Эммы скорее всего уже сбросило оковы подсознания, сейчас она выглядела, как единовластный хозяин школы и вызвать самого директора ей не затруднительно.

Осанка — откинутое на спинку стула тело, левая нога лежит на правой, оголяя крупное бедро до края капроновых чулок, говорит, что она соблазняет ученика. Взгляды её переходят с глаз на паховую область парня, как бы говорят: "Посмотри, мальчик, как у тебя воспламеняется желание трахнуть немку. Ну, же не стыдись! Оголи конец! Запутайся в паутине моей!"

И парень, очарованный интонацией её откровений, задаёт следующий вопрос:

— Гелла Ильинична не в вашей компании?

— Хм…. Сашенька, у тебя не дурной вкус. Африканку приметил…. Она ведь всего один учебный год проработала, чурается моего присутствия. Но если ты желаешь шоколадку, то я активизируюсь и через неделю, другую могу вас свести.

— Мы удовлетворены вашим откровением. — вырывая брата из гипноза Эммы, сказала с такой же интонацией Ксения. — Если ваши услуги нам понадобятся, мы обратимся к вам. До свидания, Эмма Фридриховна.

Сестра повела Сашу прочь от этой плохой женщины — не зря в школе её ненавидят многие.

— И вот кто после этого шлюха? Мама Тома или эти… леди преподавания, блин?! — скорбным голосом спросила она брата.

— Ксюш, я чувствую вину за собой. Не соверши мы тогда этот поступок, возможно она была бы хорошей супругой.

— Возможно! Но я не о том, что она сношается как блядь, а том что она любит повелевать другими, принуждать их изменять супругам. В этом мы не виновны. Не мы наставили её свалить нашу вину на своего супруга. Бедный мужик, считает чужого ребёнка своим, радуется его успехам…. И Ленка такая же стерва, чувствует вину свою, прощает Вайтману измены. Так что забудь. Шлюхи они. В этом плане, мама наша, как мать Тереза, святая праведница, никогда не лгала…. Кто такая Гелла?

— Математичка. В понедельник она будет принимать тест. Но я не для того, чтобы шантажировать на экзамене. Я действительно хочу её трахнуть. Парни говорят, что темнокожие женщины пахнут, сношаются, по-другому.

— А клялся: "Люблю только тебя!", "Никто кроме меня не имеет права на Ксюшино тело!". — весело напомнила сестра. — Да, ладно уж — чпокни шоколадку. Потом расскажешь, может украдкой видео снимешь…

— Ксюнь, а у меня большие яйца?

— Я только у Губенко трогала. Твои больше. Видела яйца других парней, но не касалась. У некоторых такие же как твои…. В трёх оргия участвовала.

— И что? Только с Губой трахалась? Никто не пытался тебе присунуть?

— Твоя сестра-любовница отличается умом и преданностью. Парней отваживала увёртками, шлюх, которые пытались накрыть мой перчик ротиком или влагалищем, умело переводила на другие объекты. Правда однажды мне пришлось исполнять роль оператора, тогда-то Губенко был оккупирован не одной сучкой. Я потом покажу тебе ролик…. О! Звонок с неизвестного номера. Папаня мой наверняка…. Алло? Да это я…. Ждёте у подъезда? Через несколько минут буду. Спешит куда-то родитель мой. Я волнуюсь, не уходи…

— Ты жена мне, как я могу отпустить тебя одну?

— Ещё раз повтори…

— Ты… жена моя…. Ксюнь, я два дня не вытерплю…

— Надо было Эмке дать отсосать.

— Ты жена моя, я муж твой. Не изменю тебе.

— Это достойно поощрительного минета…. Не дури, до дома потерпи… Здесь же люди, сумасшедший…. Ну перестать, любимый…. Щас по попке получишь!

— Какое великолепное слово "попка". Она то работает?

— Воспользовался хитрец. Только потом не ной, что карандаш болит. Вон наш дом, беги, готовься к встрече с гостем. Я в магазин зайду за молоком.

Сашка посмотрел на сестру, поднимающейся по пандусу в магазин у дома по соседству — ветер бьёт ровно в подол платья, прижимает его к бёдрам и животику, отчерчивает латинскую букву Y.

Парень успел подумать, что в обуви на высоких каблуках, Ксюша будет бесподобно стройной, как услышал:

— Красивое тело у той вон…, в салатовом платье…. Я если бы не тёрки с сестричкой, я б к такой штучке подкатил. — не скрываясь, громко произнёс парень из припаркованного у Сашкиного подъезда "Субару".

— А ты видел свою, так называемую сестру, хоть раз? Может это она и есть? — произнёс девичий голос из салона авто. — Зачем мы сюда приехали, отдали бы ей деньги в кафешке.

— Потому что у кое-кого резко поменялись планы, сестричка. Ксению не видел ни разу. Но адресная справка по запросу "Ксения Афонина", выдала такие координаты.

Сашка уже прошёл мимо "Субару", услышав имя сестры, остановился. Подумал немного и пошёл в магазин.

Девочка в салоне авто заметила на себе и брате внимательный взгляд какого-то парня, подумала, что он вспомнил о чём-то. Отметила, что парнишка хоть и просто одет, но держит осанку и выглядит достаточно обаятельным. "Вот бы он учился в нашей школе, а лучше в нашем классе. Познакомилась бы с ним. Девчата уже все с парнями, одна я… бесхозная, не целованная!".

НЕСОВРАЩЁННОЛЕТНЯЯ