Гроза

— Я хочу кончить тебе в рот. Вафлёрши так оканчивают еблю.

Выудив из файла новенькое слово, парень чувствует себя отсидевшим мужчиной. Встав на колени перед лежачей девушкой, быстро-быстро дрочит и успевает оросить несколькими каплями спермы белые брови и ресницы.

Елена, чувствуя, как сперма обжигает веко левого глазика, покрывает "брандспойт" ротиком. Высосав остатки из уретры, девушка соскребает семя с личика и ухмыляясь ошарашивает парня:

— Вообще-то знающие мужчины, оканчивают в жопу девушки…. Чтобы она не залетела.

— Да, знаю я! — начинает оправдываться парень. — Ротик твой мне понравился. А в жопу я в следующий раз…

— Это как просить будешь, подарочки там, вкусняшки сулить. — ещё до поездки сюда, Елена была несколько скромнее, думала конечно, что половой акт будет. В будущем планировала быть преподавателем в начальных классах и не о какой "коммерции" телом не помышляла. Каким образом ей пришло на ум пустить тело-в-дело не знала, и вылетевший "воробей" удивил её саму.

— Потом побазарим. Ты достойна награды. — он расправил скомканные трусы, определил где зад-перед на них и надел.

Из домика он вышел, как Гай Юлий Цезарь сквозь триумфальные врата Рима после победы при Фарсале. У столика отхлебнул большой глоток пива, поинтересовался, чем помочь у жаровни.

— Переворачивай мясо. Минут пять ещё пожарь, а я что-то скажу Тамаре. — Владимир посмотрел на вышедшую из домика Лену, захотел о том же "поговорить" со своей подружкой.

"Отговорившая" улыбнулась Тамаре, слегка подморгнула глазом с пеленой спермы на ресницах, а затем поискала взглядом Михаила. Тот сидел у печной дверцы бани, подкидывал дрова.

КсеСа уже много раз наблюдалО половые акты Томки с мужчинами, поэтому не стали раздумывать как быть — выбор естественный — что будет делать новая проститутка.

— Мне нужна тёплая вода. — уверовавшая в воздействие возбудителя, не произнесла: "А теперь проверим на что способен ты!", прозрачно намекнула для чего ей нужна вода.

— Я… пощупаю… — после секундного размышления, Михаил подобрал нужный глагол. — Не хотелось бы преждевременных огорчений в виде ожогов.

— Да-да, ты прав. Мы, девушки, иной раз так неосмотрительны. Совершаем глупости… милые глупости. — уточнила белобрысая лиса, беглым взглядом оценившая стать парня со спины.

Где-то в её памяти нашлась примета: если ягодицы мужчины плотно сбиты в кулачки, то член его "выпирается" из таза мышцами.

Парень набрал в ковшик воды из бака, мокнул палец, одобрил температуру.

— Тебе, наверное, нужна помощь? Полить?

— Глупышшшш. — прошипела Леночка. — Не знаком с женским флиртом?

— Знаком…. Но не хотелось бы вмешивать свой "разговор" в твою "беседу" с Димкой. — он не любитель оправдываться, особенно со шлюхами, поэтому завуалировал оправдание намёками.

— Беседа была не о чём, в основном "говорил" Димка, а я лишь молча глотала его жидкие потуги, и сразу забыла. — девушка настроилась на многозначительные намёки. — Что-то здесь жарко становится и виновен ты — накидал дров. Выйдем в предбанник, там…

Акт с Димкой выявил некоторые ошибки в её поведении, и она решила не повторять их с Мишкой. Во-первых, чтобы быть оценённой и отдаренной, нужно чтобы партнёр руководил процессом, требовал от девушки желаемого. Она потом сможет оценить "трудозатраты", выпросить подарок. Во-вторых, показывать классность исполнения.

Михаил притянул за попку тело к себе, упором половиной твердости в животик, показал намерения, поцеловал в уста. Они по вкусу напомнили о глотке пива, которым девушка прополоскала ротик, впрочем, молодой человек об этом сокрытии улик не знал.

Конечно в его обеспеченной семье был модный по тем временам видеомагнитофон, кассеты с фильмами 18+. И молодой человек решивший относиться к Елене, лишь как к объекту самоудовлетворения, сразу попросил "поцелуя хуиной головки".

Улыбка девушки свидетельствует лишь о услужливости, но скрывает радость сознания, что она избрала правильную тактику. А уж посещения школьного драматического кружка только украсили невинность коленопреклонения перед "господином". Она нежно достаёт причиндал из трусов, оценив взглядом габариты, понимает, что гланды могут пострадать серьёзно. А если она выдумает новый способ: не глотать окончательно, а лишь облизывать головку и ограничив длину ствола кулачком, сосать до такого упора.

Член набухал не по минутно, а по секундно, как Гвидон рос не по годам, а по часам. Девушка оттянула крайнюю плоть, подивилась радужной, от синеватой до алой, окраске головки. Заметила под венцом некоторое количество застоявшейся смегмы, подумала чуток не отправить ли парня омыть конец, но он сам вогнал член меж губок. Так что девушке пришлось испытать стезю проститутки — сосать грязные члены, облизывать потные яйца, ещё не вступив официально на такой путь.

"Ксюш, мы там, в нашем времени, закончим трахаться, покинем это время. Я правильно рассуждаю?" — спросил Санька. Смотреть, как Ленка обсасывает волосатые яйца, парню надоело.

"Сама не знаю. Но если судить по времени, то мы здесь уже больше двух часов. Всяко должны были кончить. И по моим ощущениям, мы там просто шевелимся, не меняя позиции. А я такого не люблю. Так что по срокам ничего не ясно. Я бы хотела подольше здесь побыть".

"Я тоже не хочу возвращаться. А может мы все эти годы здесь проживём? Хотя надоест, я думаю!"

"Меня не это огорчает. Что если наши тела истощатся? Без воды, без еды. И трахаться без остановки это больно для слизистой".

"Сутки продержимся?" — во фразе Саши так же огорчение.

"Нет! Думаю, часов через пять-семь выдохнутся наши тела и что будет потом, не знаю. — такая тоска объяла её, что она почувствовала, как взлетает над землёй. — Весело было. Ленку развратили…"

"Я вспомнил кого она мне напоминает — Елену Владимировну Вайтман. Училку нашу. Не помнишь разве? Не проститутка значит. Замужем точно! Младший сынок со мной учится. Не грусти, сестрёнка! Помирать ещё рано! Я верю — ты что-нибудь придумаешь!"

Гинекологи — самые пиздатые врачи…

"Нет, она меня не учила. Может в институте ещё была. А вот мужа её Вайтман Виктора Исааковича я знаю. Он гинеколог в поликлинике. Извращенец такой. На профосмотрах молодых женщин обязательно детально осматривает, а старухам просто печати в бегунки ставит. В летние периоды ходит в кабинете в халате, а под ним ничего. Сквозь прорехи залупа мелькает. И чем красивее деваха, тем чаще, как бы невзначай, вылезает залупа."

"Напрашивался на палку?" — в интонации Саньки слышатся нотки ревности.

"Ага. Но я же говорила, что хранила верность Губенко. А он, говорят, подпольными абортами наживается…. Если выживем, то я запишу на него компромат и выужу кучу бабок! Стоп! Стоп! Сашенька, стоп, не сбивай с мысли…. Родитель то мой богатеньким стал. Та-а-ак! Пошли к нему!"

КсеСа мгновенно оказалось у ног, совокупляющихся Тамары и Владимира. Испытанным способом — через гениталии оказались в теле парня. Ксюша вступила в борьбу его сознания с чужаками, а Саша продолжил двигать его тазом. Не думал он, что придётся трахать мамочку Тому задолго до своего рождения. И тем это было восхитительней.

В своём времени он не любил её, даже больше — испытывал отвращение. Да и как полюбить существо ни разу не выказавшее материнские чувства, как любить ту, кто чаще совокуплялась на его глазах с различными мужиками, облизывала им хуи. А его писюн, в детстве мыла Ксения, целуя в лобик, укрывала как должна была ухаживать МАМА.

И сейчас он совершал акт. Акт возмездия, за ещё несовершённое преступление против детей. Членом Владимира он сношает Тамару, как ебут подзаборную блядь. Не жалея загоняет член до удара животом о пухленький лобок, кусает её около сосков и за плечи. Тамара не понимает причин изменившегося состояния партнёра, считает, что ему так нравится, просит быть осторожнее с засосами — мама Галя заметит, "шибко ругаться будет, однако!".

А Ксения угомонила сознание Владимира и сделала установку: "В две тысячи шестнадцатом году в букмекерской конторе сделаешь ставку на спорт. В финале чемпионата мира по футболу две тысячи восемнадцатого года сыграют Франция против Хорватии. Победят французы со счётом четыре два. Третье место займут бельгийцы, которые победят англичан. Поставишь миллион долларов в рублёвом эквиваленте. Заберёшь выигрыш. В мае следующего, девятнадцатого года, ты вспомнишь, что всегда хотел выплатить алименты Тамаре. Переведёшь весь выигрыш на имя Ксении Владимировны Афониной, своей дочери. Позвонишь ей двадцать четвёртого мая девятнадцатого года на номер мобильника ******** До тех пор ты забываешь сегодняшнее происшествие!"

Затем Ксения взялась за Тамару.

"Двадцать третьего мая, две тысячи девятнадцатого года, сразу после окончания работы, ты сойдёшь на остановке электрички, прибежишь на нашу дачу и оживишь своих детей. Они будут находиться в смертельной опасности. Запомни! Спаси их! Они верят тебе и ждут! До встречи, мамочка!"

КсеСа покинулО тела Тамары и Владимира.

"Я же говорил, что ты найдёшь выход. Сколько у нас времени до шести часов?"

"Там мы пришли на дачу в десять часов. Спали некоторое время, потом, то, сё. Здесь уже третий час. Возможно часа два-три осталось… трахаться. Чтобы отвлечься, предлагаю пошалить! Что хочешь?"

"Сегодня второе сентября. Начало учебного года. Погнали в школу. По моим расчётам там появилась немка. С ней то ты знакома точно…? Ага, классная твоя, Эмма Фридриховна. И завтра нашего времени у меня контрольная по-иностранному. Ты же знаешь, как я немецкий не люблю, по-ихнему ни хрена не могу балакать. Так может компромат на неё раздобуду!"

"Шалунишка мой…. Вот мы и в школе. Вот и Эмка. Что дальше?" — то, что они мгновенно оказывались возле нужного человека, перестало их удивлять.

Среди человеческих органов самый расточительный — мужской половой орган, а самый расчётливый — женский.

"Молоденькая ещё. Новенькая среди учителей. Нужен озабоченный старшеклассник!"

"Правильно! Только так мы сможем блокировать её сознание. Кто тут юный онанист? Покажись!"

В рекреации третьего этажа стоят два парня и увлечённо что-то рассматривают. Порнографические карты. Лучшего варианта не придумать. Возбуждены оба, гормоны расслабили сопротивляемость сознания. Не зря говорят, что в такие моменты разум мужчины находится в яйцах.

Испытанным тараном — порно роликами из своего сознания, КсеСа блокирует сопротивление остатков разума, более-менее симпатичного парня.

— Сёмка! Новую немку видел? Я, бля, уже подрочил на неё. Вчера после линейки, сегодня утром перед уходом в школу ещё два раза.

— И я-ааа тож. Гы! Пахнет вкусно, так бы и сожрал. Гы! Васёк, мож подём в туалет, подрочим, помотрим хто дальшее спустит?

— Ага, пошли. — голосом Василия отвечает Сашка. — Я немку на втором этаже видел. Она там чего-то ждёт. Пошли…!

— Бля, даебись как! Мож она нам даст? — брызгая слюной соглашается Семён, поправляет возбуждённый орган в штанах.

Сознание Василия делает попытки вернуть управление разумом и телом. Тогда КсеСа нокаутирует его GIF-роликом

Эмма ждёт завуча — ей не по душе составленное без неё расписание уроков. Появление двух старшеклассников озадачивает её. Кто позволил им покинуть класс? Кто эти парни вообще? По виду один из них олигофрен. И направляются они в её сторону. Может хотят что-то сообщить?

Парочка останавливается в нескольких метрах от преподавателя, о чём-то переговариваются, а затем дебил уходит в противоположном направлении.

Секс — это как математика: добавь кровать, вычти одежду, раздели ноги, и надейся, что умножение не произойдёт.

— Здравствуйте, Эмма Фридриховна. Я Василий Лавочкин. У меня к вам просьба. Не могли бы вы заниматься со мной индивидуально? Не бесплатно конечно. Это родители мне предложили… Последний год обучения, институт, а у меня по вашему предмету…

— Василий, я не уверена, что вообще продолжу работу в этой школе…

— Пусть даже в другой будете преподавать, но это же не помешает. Такие времена настают, везде коммерция… Лишний рубль всегда найдётся куда потратить!

— Хорошо! Видимо Таисия Петровна меня избегает, завтра с утра я её перехвачу. Где тут свободный класс? Обговорим…

— Если вы не против, то предлагаю ко мне домой. Он через дорогу отсюда. Там мама дома. — КсеСа уже знает, что родители Василия трудятся в коммерческом магазине и скоро начнётся час-пик, вырваться никак невозможно. — Чаем с пирожками угостит нас. Вы ведь с утра здесь…

Доводы парня не смущают молодую, 24-ёхлетнюю девушку, она действительно голодна и ей нужно по маленькой нужде. А школьные туалеты вызывают отвращение зазнайки.

Через несколько минут, парень пропустил Эмму в квартиру, задвинул засов двери.

— Странно, куда это мама ушла? — изображая удивление говорит КсеСа за Васю. — Я поставлю чайник, вы можете помыть руки в ванной.

Она решает начать с совместного поедания пищи — это сближает, снимает условные препоны. Пирожки действительно существуют. Шоколадные конфеты — девушки к ним также неравнодушные, занимают самое видное место.

Парень садится на табурет и, под гипнозом постороннего сознания, замирает.

А КсеСа спешит в туалет — возможно удастся нашептать пошлости молоденькой училке. Эмма сидит на унитазе и радуется неге освобождения мочевого пузыря. Это так восхитительно. С таким ощущением сравнится только посторгазменная нега. Да, уже три месяца, как она вернулась в свой город, а любимый сокурсник получил назначение в другую область.

"Вспоминай, вспоминай, Эммочка. Что тебе нравилось в сексе? Предварительная игра? В строгую учительницу и мямлю-школяра? Ой, ты кажется потекла! Вон ковш, набери водички и омой гениталии. Омой, не стесняйся, это ведь естественная нужда женщин. Что ж поделаешь? Придётся юбочку снять… колготки тоже мешают. Их можно сразу в сумочку. Ну, понюхай, понюхай трусики. Всего лишь капля желания, а какая ароматная. И мыло запашистое готово к контакту с твоей писечкой. Мужчине твоему нравилось вдыхать запах цветочного мыла. Хлюпай, не смущайся, Васька на кухне, не услышит. Хлюпай громче! Ну, подумаешь мальчик услышит! Разве он соображает в женских делах? Даже если соображает, то он парень культурный, пошлятину не выскажет. Пошлость не страшный порок — все люди по-своему развращены. Он, вероятно, встречается с девочкой, говорит ей свои пошлости. Тебе ведь парни также говорили, а ты при них смущалась, а ночами корила себя за зажатость ножек. Ой, да ты вновь течёшь! Вспомни, как ты отказала Андрейке, однокласснику, а сколько он зажимал тебя? Ты насмехалась над ним, довела до попытки суицида. Хочешь искупить вину? Вот он мальчик, ждёт тебя на кухне. Искупи вину перед Андреем, не отказывай Василию, он такого же возраста. Да! Да! Да! Желай! Проси! Парень никому не скажет, прогони эти мысли прочь, сейчас главное загасить желание. Юбочку конечно нужно надеть, согласна, что может вернуться мама…. Трусики потом наденешь, будет ещё момент".

— Эмма! Простите мне мою ложь! Мой ин. яз — английский. Но вчера на линейке вы так понравились мне, что я решился пойти на хитрость. Заманил вас к себе… Нет! Родители только к десяти ночи вернутся.

— За ложь, следовало бы тебя отшлёпать. Но искренность, граничащая с наглостью, нуждается в поощрении. Иди омой гениталии! Ты ведь это хотел от меня получить? А я чуток перекушу.

Девушка откусывает половину пирожка, развернув конфету, закидывает её следом. Она торопится — сейчас нужно загасить голод желудка, а потом, она посмотрит на что способен хитрован. Эмма успевает поглотить два пирожка и пяток шоколадных изделий до того, как на кухне появляется парень. Он гол! Член его, приятных пропорций, возбуждён "и очень опасен".

Учёбы в столичном институте хватило для некоторого "обучения" искусству эротики. И девушка начинает свою игру. Подняв грудь, она совершает круги вокруг парня, осматривает как плантаторша раба. Ноги, икры, ягодицы. Плечи, руки, ладони. По мере нарезания кругов, она расстёгивает пуговицы на своей блузке. Пиджачок и рубашка опадают к ногам раба. Она приказывает ему наклониться к вещам и не распрямляться, пока она не позволит.

Девушке понраву задний ракурс на мошонку, отягощённую яйцами. И чем тяжелее кокушки, тем восхитительней "бычок". Она пропускает ладонь из-под ягодиц к мошонке, взвешивает груз яиц. Восхитительно! Они тяжелее чем у её бывшего. А член? Насколько он твёрже?

Ладошку из-под живота к стволу. Есть контакт! Да! Да! Он несгибаемо деревянный! Она приказала выпрямиться и посмотрела на паутинку, образованную слизью, вытекающей из уретры. Вкусная? Ещё бы ей быть отвратительной! Конечно восхитительно вкусна!

Эмма наконец почувствовала ту волну возбуждения, до которой она доходит при каждом половом акте. Теперь фрикции в разогретой до нужной кондиции вагине. Быстрые, с минимальной амплитудой. После первого оргазма, успокоительные, с максимальной амплитудой фрикции, обязательно в миссионерской позе. Если партнёр достаточно быстро восстановится, то пусть он руководит "полётом".

Девушка выбрала позицию "стоя в дверном проёме", объяснила рабу, как он ОБЯЗАН сношать "госпожу".

КсеСа переместилОсь в тело Эммы — не известно, как скоро Томка вернёт их в своё время, нужно успеть закодировать немку.

"Эмма, двадцать пятого мая две тысячи девятнадцатого года, ты услышь кодовую фразу: "Лавка знает, что "лавка" по-немецки "Der bank". Тебе нужно сделать всё так, как прикажет Александр Афонин! Сегодняшнее происшествие молодой человек забудет. Но если ты захочешь следующей встречи, то произнеси фразу: " Grobe Eier eines roten Hundes" (Крупные яйца рыжего пса). Парень будет послушным исполнителем твоих причуд."

Покинув тела Эммы и Василия, КсеСа почуствовалО, что их тела кто-то растаскивает….

— Я думала они тут градом поранены, а они ебутся! — кричит запыханная Томка. — Сердцем почувствовала неладное. Бесстыжие вы!

— Спасибо, мам. Замёрзли, грелись таким образом, да забылись. — давно Ксюша не называла Тамару мамой.

— В смысле забылись? Сношались как в последний раз чо ли? Дома могли бы наебаться вдоволь.

— Дома не то! Там вы со Светкой мешаете. А тут оторвались за милую душу. — Санька посмотрел на пенис. Красный, болезненный. — Ксю, писька не сгорела?

— Болит, любимый мой, болит. Но заживёт. Я уверена. Мам, разогрей нам похавать, у нас сил нет.

— Вы, чудики, без гондона сношались! Залететь не боишься? — скидывая из стеклянной банки на сковородку макароны по-флотски, ворчит Тамара.

— Ну и что с того? Рожу…. Да не беспокойся, найдутся гроши. Выращу ляльку — мне не привыкать. А вот будешь ли ты бабушкой, от тебя зависит — не прекратишь бухать, не позволю трогать дитя.

Вскоре они умяли все продукты, которые заготовили на два дня, выпили по несколько чашек чая. У Ксении в сумочке нашлась губная помада. Она взялась лечить любимого. Мать смотрела, как её дочь обрабатывает пенис брата. Что-то подсказало ей, что нужно самой лечить сына.

— Господи! Головка практически оголённая. Вы сумасшедшие, чо ли? Ты, сынок, разве не чувствовал чо у сестры пизда сухая? Ну не можешь кончить, так не кончай… или в рот её, зачем до крайности доходить? А ты, чучело моё, ты то в первую очередь должна соображать. Вот хуй ещё могу помазать, полечить. А пизду твою как лечить?

— Мам, ты главное мужика вылечи, а я как-нибудь.

— Ложку носовым платком обмотаю и остатками помады измажу тебе там. Ложись…. Ой-йо-ёй! Аж клочья висят с краю. Звони таксисту, пешком вы не дойдёте…. А здесь тем более не оставлю вас. Сынок, платочком писюн обмотай, чо бы не тёрся о штаны. Дома, если херово будет, вызову скорую. — продолжая ворчать, Тамара собирает вещи. Но дети уговорили её оставить всё здесь. До субботы дотерпит и рассада.

***

Светка не дождалась подружку Томку, учистила в клуб. К полуночи она вошла в квартиру в состоянии лёгкого подпития. Как не странно Томка трезва и деловита. В квартире пахнет лекарством. Сестра с братом одеты в ночнушки. При взгляде на лица родственников она поняла, что те чем-то приболели — ни разу не видела она таких морд на лицах сестры и брата.

— Вас чо градом побило? Девки такое рассказывают, чо мурашки по коже бегают.

— Побило, сестрёнка, побило. Чуть не умерли. — отвечает Ксения.