Помоги проекту - поделись книгой:
Вместе с Бэтменом и Суперменом Диана образует так называемую «Троицу» – неофициальную группу, являющуюся наиболее могущественным и уважаемым союзом на планете, первой и последней линией обороны Земли и моральным ориентиром для всех героев.
Чем для нас интересна Диана, так это тем, что в ней воплотилось несколько интересных аспектов американских комиксов в целом и комиксов DC в частности: увлечение греческой культурой, роль женщин и их эмансипация в середине ХХ столетия, личность автора и, как ни странно, анализ образа Супермена через другого персонажа. Начнем по порядку, а именно с культуры.
Не приводя культурологический анализ американского общества начала–середины ХХ века (как бы мне ни хотелось), попробую лишь описать его широкими мазками. Европа всегда оказывала на Америку большое влияние – начать с того, что американская нация появилась именно благодаря европейской экспансии. Десятки народов привнесли множество культурных особенностей, элементов быта, языка, кухни, привычек, суеверий и тому подобных вещей – и при этом американская культура испытывала заметный антагонизм по отношению к Европе. Американцы искренне считали и считают себя и свою страну цитаделью свободы, страной равных, противопоставляя свое республиканское устройство старым европейским монархиям.
При этом Америке так или иначе нужно было опираться на некий исторический фундамент. Молодая нация обратила свой взор в далекое прошлое, ко временам Рима и, что более важно, Древней Греции; поэтому национальный символ Америки – это орел, Конгресс заседает в Капитолии (так назывался один из холмов, на которых возник Древний Рим), интерьеры которого украшают изображения олимпийских богов. Греческая демократия была идеологически очень близка американцам, поэтому к греческой культуре интерес был всегда. И уж точно многие слышали об амазонках, древних воительницах, богах и богинях и о прочих героических персонажах. В этом смысле Диана перекликается с Суперменом, который тоже был «геркулесоподобным», т. е. восходил к образу древнегреческого Геракла.
Второй немаловажный срез – это то, что Диана женщина. Конечно же, она не была первой супергероиней в истории (до нее уже было несколько персонажей, ныне почти забытых), но в 40-е годы стала самой популярной и известной не только среди женских персонажей, но и среди супергероев в целом. Неспроста Диана, наряду с Суперменом и Бэтменом, смогла пережить спад интереса к супергероям конца 40-х годов и успешно войти в новое десятилетие.
Также при разговоре о Чудо-Женщине необходимо учитывать контекст времени, ибо в 40-е годы женщины в обществе зачастую не играли ведущую роль – если обратиться к кино, то им отводились либо второстепенные роли, либо заглавные трагические («Унесенные ветром»). В политике, бизнесе, армии и пр. главенствовали мужчины. И тут появляется персонаж, который мало того, что берет свою судьбу в собственные руки, не особо считаясь с мнением окружающих, так еще и открыто декларирует, что «миру мужчин нужна помощь», как бы намекая на то, что без участия женщин общество ждет множество проблем (что, в общем-то, правда).
Неудивительно, что Диана достаточно быстро стала иконой феминизма и символом сильной женщины, которая не отступает перед трудностями, а, наоборот, бросается в бой для защиты слабых и угнетенных. Сами авторы дополнительно поддерживали этот позитивный заряд – помощница редактора Алиса Марбл, например, запустила отдельную колонку под названием
И здесь мы переходим к третьему срезу образа Дианы, а именно к личности ее автора. Тут ситуация далеко не однозначная. Придумал ее писатель и психолог Уильям Моултон Марстон, долгое время работавший над поведенческими теориями (стили, предпочтения в поведении, действия разных людей в стрессовой ситуации и т. д.). Марстон на заре становления комиксов дал достаточно важное интервью одной газете, опубликованное под заголовком «Не смейтесь над комиксами», в котором положительно отозвался о комиксах и о Супермене.
Растущая популярность комиксов не могла не привлечь критиков и различных представителей «совести нации», поэтому союзники вроде Марстона были ценны – так подумал и наш старый знакомый Макс Гейнс (учредитель All-American Publications, дома Общества Справедливости Америки), который связался с Марстоном и предложил ему стать консультантом издательства. Но Марстону это было не очень интересно, поскольку он вынашивал идею супергероя нового типа, отличающегося от всех существующих на тот момент.
Его идея была проста и, собственно, остается актуальной и по сей день – супергерои решают все проблемы силовым путем, сражаясь с очередным негодяем; значит, нам нужен супергерой, обладающий несколько иным набором личностных качеств. Супруга Марстона настояла на том, что раз уж он создает нового героя, то он должен быть женщиной. Уильяму идея понравилась, он обратился с ней в издательство и получил зеленый свет – так Чудо-Женщина дебютировала в
Личность Марстона довольно противоречива, о чем можно прочесть в работах американских феминисток, изучающих Чудо-Женщину, – с одной стороны, он поддерживал движение, много высказывался в его поддержку, даже придумал и популяризовал персонажа, символизировавшего схожие идеи. При этом Марстон был полиамором, что особенно не скрывал, сожительствуя с женой и одной из своих студенток, да и к тому же, судя по всему, бондаж-фетишистом – если играть в игру «пей каждый раз, когда Диану связывают или заковывают в цепи», то выпуску к 10 можно натурально упасть под стол. В ответ на осторожные вопросы читателей – мол, а чего это у вас Диану вечно связывают, Уильям как-то раз ответил, что это попытка разделить в сознании детей и взрослых связывание как акт любви и как акт агрессии и подчинения.
Я уверен, что если бы Марстон жил в 60-е, то Диана была бы хиппи, а он бы усиленно продвигал антивоенную повестку и свободную любовь.
Собственно, поэтому Джилл Лепор, профессор Гарварда в области американской истории, в своей книге «Тайная история Чудо-Женщины», анализируя личность автора и идейную составляющую ранних комиксов о Чудо-Женщине, задает весьма неоднозначный вопрос: как воспринимать эти комиксы – как один из первых феминистских манифестов или как откровенно фетишистские фантазии самого Марстона? Я скажу так – основной посыл персонажа прошел с ней сквозь десятилетия и был позитивным и правильным; эти же странности с бондажированием так и остались в 40-х годах, и по ним никто не будет скучать.
Но каким был этот посыл? Тут-то мы подходим к четвертому, заключительному срезу, через который стоит рассматривать не только Диану, но и всех супергероев в принципе – как она соотносится с образом Супермена. Тут мы снова пойдем по уже проверенной схеме.
Костюм
Костюм Чудо-Женщины отнюдь не уникальный, но уж точно запоминающийся. В нем как раз-таки и проявляется то самое «греческое наследие» – присмотритесь к оригинальному облачению Дианы повнимательнее.
Что мы видим? Красный и синий цвета, звезды на шортах, золотой орел на груди… Мало того, что совпадает с цветами Супермена, так ее костюм даже более «американский» (звезды – это штаты, а орел – государственный герб)! При этом Диана – амазонка, то есть, по идее, должна соотноситься и с греческой культурой; так вот, из средиземноморского в ней – диадема и пятиконечная звезда – и то она пришла из Древнего Рима, где была символом Марса, бога войны. Греки даже близко не могли носить шорты (это совсем уж безумие какое-то), а ее кираса вообще не похожа ни на один вменяемый доспех в мировой истории – с открытой-то спиной! Короче, Диана одевается так, как если бы американка решила на Хэллоуин одеться в гречанку. Но плохо ли это?
Конечно, нет – она же американская супергероиня, как ей еще было выглядеть в 40-х годах?
С течением лет Диана все же «окультурилась» – шорты сменились привычной грекам юбкой, кираса стала больше похожа на древнегреческие оригиналы, но орел на груди остался – его сегодня очень умело стилизуют под орнамент самого доспеха, что выглядит довольно здорово. Да и вы вряд ли будете задумываться о том, что ее облачение не исторично, а наоборот охотно отметите «греческие» мотивы.
Суперспособности
Вот мы и подошли к проблеме того, что «все супергерои похожи на Супермена». На первый взгляд Диана кажется урезанной версией Супермена – летает, обладает сверхсилой, у нее прочная кожа (но не непробиваемая), она быстрее и выносливее обычного человека. Но она не просто умелый и сильный боец. Ключевое отличие Дианы от сотен других супергероев – это ее Лассо правды, мистическое оружие, способное разговорить любое существо во Вселенной.
Не до конца ясно, каковы его исторические корни. В мифологии ничего подобного не наблюдается, поэтому лассо обычно ошибочно связывают с тем фактом, что Марстон, якобы, приложил руку к созданию первых детекторов лжи – оба эти факта неверны. Во-первых, к делу усовершенствования полиграфа он имел довольно опосредованное отношение, работая в области измерения артериального давления, что является лишь
Таким образом, Диана олицетворяет, с одной стороны, породу супергероев, вдохновленных Суперменом, но более скромных в своих возможностях, даже более последовательных; с другой стороны, ее отличительная способность напрямую произрастает из личности ее автора, то есть она обладает Лассо правды, потому что она Чудо-Женщина, а не наоборот. Попробую пояснить.
Супермен долгие годы был подобен глине – его мяли, растягивали, сжимали, лепили из него самые разные фигуры, экспериментировали со способностями и личными качествами, делая из него невероятно многогранного сверхгероя, способного, казалось бы, на что угодно. Последующим персонажам и их авторам во что бы то ни стало надлежало быть непохожими на многоликого и всесильного Супермена, поэтому их характеры становились более четкими (в них легче прослеживались определенные черты), а их способности сосредотачивались в гораздо более узком диапазоне. Флэш умеет быстро бегать – вот пусть бегает, крутится, руками машет; Фонарь создает конструкции из воздуха – придумаем сотню самых безумных; Чудо-Женщина летает, дерется и будет пуленепробиваемой – а раз уж она такая благородная, то дадим ей особое оружие, которое будет извлекать на свет правду, поскольку она горой за нее стоит.
Но вопрос: откуда у амазонки Лассо?
Почему амазонки?
Вопрос, как водится, интересный, но внятного ответа на него нет – мы входим на территорию домыслов и моих личных выводов. Тем не менее, давайте подумаем, почему Диана происходит из мифического не то народа, не то общества воительниц?
Когда Марстон твердо решил сделать своего персонажа женщиной, да еще и подобной Супермену, то наверняка встал перед дилеммой – какой бы ориджин (историю происхождения) придумать для персонажа? Уж не знаю, через какие думы он прошел, но в итоге пришел к образу женщины-воина, по силе сравнимой с Геркулесом (тогда Супермена часто с ним сравнивали), и ответ как будто появился сам собой – амазонка. Но были ли у него другие варианты? Были.
Если проследить историю человеческой цивилизации, то можно найти несколько примеров воинских сообществ, которые состояли лишь из женщин. И если те же амазонки, скорее всего, персонажи вымышленные, то, например, женщины Скандинавии зачастую ходили в набеги вместе с мужчинами. Можно также вспомнить онна-бугэйся – женщин из сословия самураев, что почти поголовно владели оружием и тоже участвовали в военных походах. И тем не менее, женщина-воительница была явлением довольно нетипичным, особенно для западной цивилизации – викинги в массовом сознании все равно были ордой немытых мужиков с бородой до колена, а Японию американцы полноценно открыли для себя лишь после Второй мировой войны. В классическом понимании воин, а затем и солдат – это мужчина. Почему – вопрос интересный и крайне непростой, с кучей факторов и причин – от патриархального уклада жизни до особенностей быта и характера древних войн. Но суть в другом – амазонки стали идеальным выбором для Марстона, совмещая в себе интерес к греческой культуре, известность в широких кругах и, прости господи, «реалистичность», мол, существовали же какие-то амазонки, значит, и в Чудо-Женщину можно верить.
Все изложенное – лишь мои домыслы. Но ведь интересно о чем-то таком подумать, правда? А дальше последуют домыслы на тему, о которой кроме домыслов ничего и не предположить, – почему Чудо-Женщина похожа на Супермена и почему на самом деле это не так?
Образ и характер
В первом, втором и третьем приближении они поразительно похожи – обладают схожим набором сил, являются чуть ли не сильнейшими существами на планете, оба новички в этом мире, оба преисполнены чувством долга. Так в чем их разница, если даже сам создатель Дианы говорил о ней как о «женщине с силами Супермена»?
При внешней схожести Диана и Кларк различаются скорее заложенной в их образе корневой мыслью, которая может быть незаметной в руках плохих авторов и в плохих комиксах, но просто не может не проявиться за восемь десятилетий. Диана – воительница, воспитанная воительницами на острове воительниц. Ее мировосприятие очень «греческое» – есть война несправедливая, ужасная, а есть война справедливая и благородная. Она – благородный воин, что не ставит под сомнение вероятность возникновения конфликта.
Кларк – простой фермер, воспитанный фермерами. Его мировосприятие исключительно пацифистское – он верит в людей, в мир без войн, любой конфликт для него в тягость. К тому же он ощущает огромный груз на своих плечах – ведь моральный ориентир, символ для всего человечества. Диана же не является таким символом. Почему?
Да потому, что Диана культурологически восходит к божественному пантеону, представители которого были созданы людьми по своему образу и подобию, и поэтому, при всей фантастичности и невероятности, она воспринимается привычно. Супермен – существо иного порядка, иного уровня для жителей комиксной Вселенной. Он – олицетворение чего-то внеземного, невероятно могущественного и, следовательно, непостижимого. С Дианой все просто – греческая богиня, которая ведет себя вполне предсказуемо. Кларк не может позволить себе того, что допустимо для Дианы, – например, убить кого-то. Для Дианы с ее пониманием «справедливой войны» убийство не табу, а пусть и вынужденный, но способ решения тех или иных проблем. Коллеги по Лиге могут не принять того, что Диана кого-то убьет (здесь сразу на ум приходит эпизод из комиксов с Максвеллом Лордом, антагонистом последнего фильма о Чудо-Женщине), но сама Диана будет твердо уверена в своей правоте.
Диана может быть милостивой, сострадательной, может – неукротимой и неудержимой, может с удовольствием уплетать мороженое и ставить рожки Бэтмену, а может с боевым кличем бросаться в самую гущу битвы, ведя за собой остальных, и горе тому, кто встанет у нее на пути. Подлинная богиня, не находите?
Что можно сказать о ней в целом? Она показала потенциал супергероев-женщин, намекнула, что можно создать героя, похожего на Супермена, но не являющегося им, и здорово разнообразила мужской супергеройский коллектив. Я отнюдь не большой ее поклонник, однако мой внутренний почитатель греческой мифологии положительно реагирует на такого персонажа, воплощающего в себе нечто мифическое и возвышенное.
Увы, ей не так повезло с яркими произведениями, как Супермену (а тем паче и Бэтмену), но все же есть из чего выбрать.
На русском языке:
«Чудо-Женщина. Книга 1–3», Брайан Аззарелло, Клифф Чанг и Тони Эйкинс;
«Чудо-Женщина. Гикетейя» (сингл);
«Чудо-Женщина. Земля-1. Книга 1».
На английском языке:
Таким образом, в арсенале DC оказалось два могучих героя, способных бросить вызов любому сопернику, олицетворяющих собой защиту, милосердие и надежду на светлое будущее. Они парят в небесах, указывая нам путь; но всегда нужен кто-то, кто стоял бы ногами на твердой земле, которая не озарена ослепительным сиянием греческой богини и сына Криптона.
Пожалуй, что пора спуститься с небес на землю, а точнее, на крыши.
Глава 4
Темный Рыцарь
Рождение самого популярного уличного борца с преступностью в мире
Бэтмен – мой любимый персонаж, на приключениях которого я вырос и которому посвятил множество статей и выступлений; персонаж, о котором было уже написано очень много, который уверенно занимает лидирующие позиции в спорах о лучшем супергерое и является самым популярным и прибыльным персонажем DC за последние лет 30. Образ Бэтмена, ночного мстителя в плаще, прочно вписан в анналы массовой культуры, и трудно найти человека, который ничего о нем не знает.
Но как в несколько страниц уместить все многообразие сюжетов, воплощений, тем и идей, в него заложенных? Я все же попробую – раз уж Бэтмен не отступает перед трудностями, то и мне не пристало. И, как и с другими персонажами, мы рассмотрим историю его появления и становления, его ключевые черты, попробуем взглянуть на него с нескольких непривычных ракурсов и ответить на вопрос – насколько он вообще релевантен в наше время?
Феноменальный успех Супермена свидетельствовал о том, что за супергероями будущее. Спешно стали создаваться новые герои и истории, десятки авторов и редакторов пытались разгадать формулу Супермена и транспонировать ее на другого персонажа. У кого-то получалось лучше, у кого-то хуже, а кто-то смог создать нечто, что впоследствии затмило первоисточник. Это получилось у редактора Вина Салливана, сценариста Билла Фингера и художника Боба Кейна – где-то в тенях, на высоких крышах мрачного Готэм-Сити в 1939 году, год спустя после появления Супермена, возник Темный Рыцарь.
Если Супермен на пару с Дианой восходят к мифологии, то Бэтмен – плоть от плоти продукт американской культуры и образа жизни. Главными источниками вдохновения для свежеиспеченного героя стал классический фильм «Маска Зорро», а также два других борца с преступностью – Фантом и Тень. Именно они и сформировали образ обычного человека, «виджиланте», скрывающего лицо под маской и вершащего свое правосудие.
Фантом – персонаж комикс-стрипов, придуманный Ли Фальком в 1936 году, герой из длинной династии борцов с несправедливостью, передававших мантию Фантома от отца к сыну (из-за чего многие считали Фантома бессмертным). Он не обладал сверхспособностями, только силой, ловкостью и мастерством владения оружием. О нем был снят одноименный фильм, вышедший в 1996 г., получивший смешанные оценки критиков и неважные сборы (я его даже смотрел в далеком-далеком детстве).
Тень – персонаж многочисленных бульварных детективных рассказов, впоследствии перекочевавший в комиксы. Тень стал для своего времени персонажем весьма прорывным, поскольку в его приключениях появились те элементы супергеройского архетипа, которые потом вберут в себя остальные персонажи – тайну личности, напарников, архизлодеев и даже тайное убежище. Причина, по которой он не стал таким влиятельным, как Супермен, скорее всего в том, что он воспринимался как бульварный персонаж из детективов, а не как супергерой (в отличие от Бэтмена, который очень многое перенял у Тени: они даже несколько раз встретились спустя три десятилетия после появления Бэтмена). Про него было снято гораздо больше фильмов и сериалов – последний вышел в 1994 году, не получил высоких оценок и не набрал должного количества кассовых сборов, но я искренне считаю его хорошим фильмом.
В этом было главное отличие Бэтмена от Супермена, которое в будущем станет одним из ключевых столпов их антагонизма: Брюс Уэйн – обычный человек. Он не умеет летать, жечь лазером, не может обогнать пулю или перепрыгнуть через дом, он обычный человек из плоти и крови, нешуточный храбрец, сражающийся в одиночку против шаек грабителей и налетчиков. Это делало персонажа чуть более реальным и вызывало искренние сопереживания читателей.
При этом в обычный жизни Брюс Уэйн – миллионер, а потом (когда миллионеры вышли из моды) и миллиардер, человек обеспеченный и зажиточный. Зачем ему переодеваться в костюм и лупить по ночам бандитов? Ответ дан на первой странице первого комикса о Бэтмене – случайный бандит застрелил его родителей при попытке уличного ограбления, и мальчик поклялся сделать все, чтобы подобное несчастье не постигло других людей. Посвятив жизнь тренировкам, изучению разнообразных наук и получению полезных навыков, Брюс подготовился к своей личной войне – не хватало лишь одного штриха, которым стал костюм летучей мыши.
Казалось бы, что в нем выдающегося? Подобные мстители в масках десятками пестрили на страницах комиксов, а в 40-х годах их, в вычурных костюмах и с замысловатыми атрибутами, появилось еще больше. Но в конце концов восторжествовал именно Темный Рыцарь, став примером «героя в маске», балансирующего на грани закона.
Давайте разбираться, разложив его на базовые составляющие.
Костюм
Причину, по которой Брюс Уэйн выбрал себе костюм летучей мыши, он изложил в своем первом комиксе легендарной фразой «Criminals are superstitious and cowardly lot» – «Преступники трусливы и суеверны». Бэтмен не просто герой в плаще – он порождение ночи, скрывающееся в тенях, расправляющее свои перепончатые крылья и нападающее откуда-то с крыши, из темного переулка или коридора. И в глазах преступника он уж точно не человек!
Само по себе его облачение не супер-оригинальное – плащи уже тогда прочно вошли в супергеройскую моду, а маску носили те же Зорро и Тень. Любопытен был, пожалуй, анимализм персонажа – ассоциация себя с каким-то животным или птицей, что станет невероятно популярным в последующие десятилетия. При этом костюм с годами все больше трансформировался технологически – если сделать несколько поисковых запросов на эту тему, то в ответ выпадут внушительные статьи, разбирающие материалы, функционал и прочие характеристики костюма. Это, конечно, не Железный Человек, но по сравнению с другими персонажами костюм Бэтмена на порядок «прокачаннее» и сложнее.
Впоследствии костюм неизбежно стал обрастать собственной мифологией и без преувеличения развиваться – точнее, Бэтмен становился все больше Бэтменом, как бы странно это ни звучало. В комиксе «Бэтмен. Год первый» Фрэнка Миллера и Дэвида Мацукелли читатели поняли, почему Брюс выбрал именно летучих мышей – потому что в детстве они до смерти его перепугали, и он решил экстраполировать свой детский страх на других. Если посмотреть на комиксы 70-х, то такие художники как Нил Адамс часто закутывали героя в плащ, изображая в темных проулках или комнатах, делая образ более мрачным и пугающим.
А Бэтмену жизненно необходимо быть пугающим – ведь это его главное оружие!
Способности
Мир супергеройских комиксов таков, что подавляющее число персонажей, будь то мутанты, суперсолдаты, пришельцы или жертвы разнообразных экспериментов, наделено теми или иными силами. Так, в DC персонажей (точнее, популярных персонажей) без экстремальных способностей крайне мало. Но пусть и мало, но все они в тельняшках (то есть в плащах), и ведет их Бэтмен.
Долгое время этот факт был чем-то само собой разумеющимся. Все знали, что Бэтмен обычный человек, и читателя просто удивляло разнообразие его гаджетов и прочих хитрых инструментов (с неизменной приставкой «бэт» в названии); но в последние десятилетия «обычность» Бэтмена стала чуть ли не главным его достоинством, определяющим качеством. В мире богов и космических полицейских сильнее всего поражает обычный человек, который стоит с ними наравне. Возникает парадоксальная ситуация – людей больше поражает и восхищает отсутствие суперспособностей у Бэтмена, нежели их наличие у Супермена, и во многих спорах о персонажах отсутствие сверхспособностей является чуть ли не ключевым аргументом в пользу Темного Рыцаря.
Этот антагонизм – обычность и сверхсилы – начал подчеркиваться параллельно с ростом популярности Бэтмена, то есть где-то с конца 80-х годов. Связано это, скорее всего, с тем, что к супергеройским комиксам стали подходить с более реалистичных позиций, стараясь дать сколь-нибудь правдоподобное объяснение суперспособностям и одновременно исследовать то, как «обычные» герои способны жить в мире, полном сверхсуществ, и могут ли они вообще им противостоять? Тут-то на авансцену и вышел Брюс Уэйн как самый популярный персонаж из тех, кто не одарен суперсилами.
При этом назвать Бэтмена «обычным» все же язык не повернется – десятилетиями его описывали как человека на пределе физических и умственных способностей, что впоследствии вылилось в дискуссии на тему того, сколько боевых искусств он знает, сколько жмет от груди, каковы его детективные способности, ведь «У Бэтмена всегда есть план». И, к сожалению, эта ситуация все усугубляется, что делает Брюса порой абсурдно всемогущим, в одиночку укладывающим на лопатки целую Лигу Справедливости, например.
Отсутствие непробиваемой кожи или лазеров из глаз ему заменяют всевозможные гаджеты, с количеством которых может поспорить, пожалуй, лишь Железный Человек – десятки разнообразных видов бэтарангов, гранат, ловушек, спреев, миниатюрной взрывчатки и целый автопарк. В этом плане Бэтмен удивительно похож на Супермена, который тоже страдал от феерического разнообразия самых странных сверхспособностей – к счастью, оба персонажа с годами остепенились и их арсенал, в общем и целом, устаканился (хотя Бэтмен нет-нет да и швырнет какой-нибудь супербэтаранг, который делает забор крови, ошеломляет и усыпляет всех в радиусе двадцати метров).
И тут вроде бы можно было остановиться, но нет – на самом деле Бэтмена характеризует гораздо больше атрибутов и способностей, нежели костюм и навыки рукопашной. Если задать вопрос: «С чем у вас ассоциируется Темный Рыцарь», то в ответ вы услышите…
Бэтмобиль
«Машина – не средство передвижения, это стиль жизни» – так бы, наверное, говорил Брюс Уэйн, если бы был чуть более поэтичен. Большинству супергероев не нужно средство передвижения, а те, которые не умеют летать, перемещаются на условных вертолетах/самолетах. У Бэтмена же его транспорт стал вещью в себе, визитной карточкой персонажа и неотъемлемой частью образа. За почти 80 лет дизайн автомобиля менялся пару дюжин раз, колеблясь от простых легковых машин с эмблемой на капоте до монструозных автомобилей со стилизованными хвостами и крыльями, хищными мордами и турбодвигателями. Так или иначе, автомобиль символизирует то, что Бэтмен в прямом смысле близок к земле в отличие от других супергероев, парящих в небе.
Бэт-сигнал
Совершенно уникальное устройство, которое выполняет аж две функции: связи и устрашения. Казалось бы, как простой прожектор может помочь дополнить образ персонажа? Но в комиксах и фильмах десятки раз акцентировалось внимание на том, что сигнал в ночном небе натурально наводит ужас на преступников, свидетельствуя о том, что Бэтмен где-то рядом. К тому же здесь тонко обыгрывается тот момент, что хоть Бэтмен и находится формально вне закона, с законом он все же сотрудничает – его партнерство и дружба с комиссаром Гордоном, самым честным полицейским Готэма, держится на взаимном доверии и уважении, и Гордон неоднократно попадал под шквал критики за то, что действует заодно с мстителем в маске.
А крыша полицейского управления, на которой стоит прожектор, является культовой локацией для всех поклонников Бэтмена, это своего рода нейтральная зона, в которой слуга закона и ночной страж равны и работают сообща, обсуждают дела и вызовы, спорят и принимают совместные решения, обходя всевозможную бюрократию.
Бэт-пещера
Да, Бэтмен обожает все с приставкой «бэт», смиритесь. На самом деле, немного супергероев могут похвастаться своим личным убежищем – обычно это либо квартира/особняк, либо оперативная база и штаб, вроде Башни Мстителей или Спутника Лиги Справедливости. На ум приходит Крепость Одиночества Супермена, в которой он раздумывает и отдыхает от окружающего мира, но пещера Брюса все равно держит пальму первенства в категории «Штаб супергероя».
Появившись в начале 40-х годов, пещера из просто помещения и ангара для машин превратилась в полноценную оперативную базу, склад улик, тренировочный и медицинский центр и аналитический центр Бэтмена. Это обширное темное помещение, скрытое от чужих глаз, наполненное самыми разнообразными вещами. Именно здесь Бэтмен позволяет себе краткий отдых и только здесь он может расслабиться под неусыпным контролем своего верного друга и дворецкого Альфреда.
В пещере же находится еще более уникальная штука.
Зал трофеев
Бэтмен все же не просто уличный мститель – он в первую очередь ночной охотник, собирающий трофеи с побежденных им преступников. Зал трофеев содержит множество культовых предметов, которые десятилетиями кочуют из комиксов в комиксы. Троицу наиболее популярных уверенно занимают гигантский пенни, отнятый у Двуликого, робот-динозавр, появившийся после путешествия на Остров Динозавров, и огромная игральная карта Джокера, отнятая, собственно, у Джокера.
Это, кстати, довольно интересный штрих к образу самого Бэтмена – ему не чужда толика тщеславия, раз он бережно хранит подобные вещи в самом важном для себя месте. Возможно, это служит напоминанием самому себе о том, сколько побед он уже одержал, или о том, как порой причудливы и необычны повадки злодеев, с которыми он борется.
Перейдем, наконец, к самому главному – к образу Бэтмена. И здесь много о чем можно поговорить.
Образ и характер
Сразу стоит обозначить, что Бэтмен за прошедшие 80 лет изменился очень сильно, и от периода к периоду, равно как от медиа к медиа, его изображали порой настолько по-разному, что иногда роднит этих персонажей только имя. Так что «описать Бэтмена» у меня не получится никак – если только не привести с десяток различных описаний.
Поэтому мы поступим по-другому – выделим ключевые черты его характера и поговорим о них и о том, как они находят свое отражение в разных интерпретациях персонажа.
Смерть родителей и клятва
В последние десятилетия превалирует точка зрения о том, что Бэтмен родился в момент смерти его родителей. Иногда к этому добавляют, что в тот момент умер и сам Брюс, но о дуализме «Брюс Уэйн-Бэтмен» мы поговорим чуть попозже. Подавляющее большинство супергероев, на самом деле, люди глубоко травмированные – они зачастую потеряли кого-то из близких, и это впоследствии толкнуло их на путь геройства. Бэтмен не исключение, ибо беззаботный сын состоятельных жителей Готэма мог бы вырасти и жить обычным плейбоем, если бы не роковой случай в переулке.
Интересен генезис этой темы сквозь десятилетия – первые лет тридцать существования персонажа факту смерти его родителей не уделялось большого внимания, просто постулировалось, что Брюс потерял родителей, поэтому решил помогать людям. Лишь с 70-х годов начала исследоваться тема его детской травмы, и образ Бэтмена приобрел привычное ныне толкование – смерть родителей все еще оказывает на него влияние, он так и не смог полностью пережить ее. Одновременно с развитием этой темы ярче стали отношения Бэтмен—Робин, которые из разряда «нам нужен подросток-супергерой для детской аудитории» переросли в то, что Брюс тем самым пытается заполнить пустоту в своей душе, стараясь дать этим мальчикам то, чего у него не было, – семью.
Стало понятно, что подпитывают его стальную волю и целеустремленность не только обостренное чувство справедливости, но и боль утраты родителей и стремление жить так, чтобы они могли им гордиться. Эта тема неоднократно звучит в сюжетах о Бэтмене. Где-то она проявляется сильнее, где-то слабее, но факт остается фактом: современный Бэтмен – это травмированный человек, который так и не смог справиться с трагедией своего детства.
При всем при этом данный эпизод его биографии во многом способствовал сопереживанию герою и дал серьезный толчок к его популярности. «Мы все можем понять его горе, понять его бессилие, когда на его глазах убивают родителей, бессмысленно отнимают жизнь у самых дорогих ему людей, и мы можем понять его стремление сделать хоть что-то, чтобы отомстить за их смерть. История Бэтмена приземлена в эмоциональном смысле. В первобытных, вечных и темных эмоциях», – писал художник и редактор Дик Джордано[3].
Бэтмен-детектив
Если с годами травма и общая отрешенность Брюса лишь росли и крепли, то Бэтмен-детектив как будто бы отходил на второй план – и очень зря, поскольку это интереснейший аспект его личности. Погружаясь, например, в комиксы 70-х годов, читатель с удивлением обнаруживает у персонажа чисто «холмсовскую» страсть к разгадыванию загадок – именно страсть, из-за которой Брюс целенаправленно начинает распутывать дела или исследовать городские легенды просто потому, что ему нравится упражнять ум и раскрывать преступления.
Подобные сюжеты использовались и ранее, но зачастую носили более комедийный характер, а со временем обрели и криминальный оттенок – воровство, коррупция, убийства и прочие пороки общества. Эта любовь к загадкам органично уравновешивает образ Бэтмена, ибо вкупе с привычкой собирать трофеи с преступников Темный Рыцарь характеризуется как гениальный сыщик с налетом театральности, что гораздо интереснее угрюмого мужика, который носится по городу и только и делает, что работает кулаками. Конечно, Бэтмен – это в первую очередь экшен-герой, но, когда он поражает смекалкой или находчивостью, еще сильнее проникаешься к персонажу и в полной мере осознаешь, насколько он многогранен.
К сожалению, эта черта характера в последнее время отошла на второй план, и причина этого вполне банальна – Бэтмен с начала 90-х набирает стремительную популярность и становится частым персонажем многочисленных кроссоверов с тучей персонажей, которые противостоят инопланетным захватчикам и прочим тиранам; а тут места для дедукции особо и нет.
Зато начала проявляться другая черта характера Бэтмена.
Бэтмен-стратег, или «У него всегда есть план»
Изначально Бэтмен задумывался как герой локальный, как гроза преступности отдельно взятого мегаполиса, ему противостояли гангстеры, клоуны, любители загадок и прочие безумные и эпатажные персонажи. По Космосу мотались герои вроде Супермена, и они же сражались со всякими чудищами, магами, такими же сверхлюдьми и прочими малоприятными личностями. При том, что Бэтмен с начала 60-х годов входил в состав Лиги Справедливости Америки, роль его была больше консультативная и финансовая – например, содержание Лиги и ее штаб-квартир отражалось именно на его кошельке. Но с того момента, как Бэтмен начал сталкиваться с богами, монстрами, инопланетянами – словом, с противниками, заведомо сильнее его (к тому же соратники по Лиге были как на подбор сверхлюдьми), – надо было как-то уравновесить шансы. Идея лежала на поверхности: пусть Бэтмен будет готов.
В самом деле, довольно логично ожидать от человека, ведущего картотеку преступников, обладающего феноменальной памятью и незаурядными аналитическими способностями, того, что у него нет-нет да и будет в загашнике припрятана хитрая бомба или особый гель, или что-то в этом духе; ну или как минимум, что он в целом будет готов к встрече с кем-то сильнее его, и либо перехитрит его, либо потянет время до прибытия тяжеловесов вроде Зеленого Фонаря или Чудо-Женщины. Но в какой-то момент авторы комиксов перегнули палку, и ключевым моментом, когда Бэтмен окончательно перешел в статус всесильного персонажа, стал сюжет «Вавилонская башня», опубликованный в рамках серии комиксов о Лиге Справедливости Америки.
Идея о том, что Бэтмену надлежит ночами напролет строить коварные планы по нейтрализации кого угодно в десяти возможных вариациях, крепко засела в сознании как авторов и редакторов, так и читателей, и начала самым нещадным образом эксплуатироваться. И в целом довольно адекватный концепт порой становился чем-то совершенно абсурдным, потому что в момент очередной серьезной потасовки Бэтмен доставал из кармана очередной невероятный гаджет, влегкую нейтрализующий очередного негодяя. Складывалась парадоксальная ситуация – величие и важность Бэтмена как персонажа и члена Лиги Справедливости подчеркивались не его личными качествами, не работой в команде, не уважением остальных героев, а тем, что он просто может всех физически уничтожить, т. е. банальным террором.
Поделиться книгой: