Помоги проекту - поделись книгой:
Последние слова он произнес нарочито громко, поднимаясь по ступенькам и ведя за собой жену.
«И вот мы здесь, — подумала Сюзанна. — Кто мы на самом деле? Куда мы идем? Какие страхи нас преследуют? Начни сначала», — сказала она себе, цепляясь за остатки разума и чувствуя, как почва уходит у нее из-под ног.
Она еще помнила, как ее зовут. Энн Кристен. У нее есть муж Роджер. Они жили в этом чертовом 2155 году. Они жили в одном и том же ужасном мире. Этот мир, словно огромный корабль, отчаливший от причала, уходил все дальше от цивилизации в океан зла и уносил с собой миллиарды людей, хотели они того или нет, за край земли, в море безумия, в термоядерную топку.
Они вошли в кафе. Мужчина смотрел на них не отрываясь. Зазвонил телефон.
Звонок напугал Сюзанну, она вздрогнула и вспомнила телефонный звонок двести лет назад — в будущем, синим апрельским утром 2155 года. Она сама подняла тогда трубку.
— Привет, Энн! Это Рене, ты уже знаешь? Я имею в виду путешествия во времени. Древний Рим, битва при Ватерлоо, все это можно увидеть своими глазами! Любое время и любое место!
— Рене, ты шутишь?
— Ни в коем случае! Они отправили моего знакомого в Филадельфию 1776 года. Конечно, это стоит кучу денег, но, ты представь — увидеть горящий Рим! Да ты, наверное, тоже получила их рекламу по пневматической почте.
Сюзанна открыла контейнер и действительно нашла там рекламу.
Голос Рене пищал в телефонной трубке:
— Мы с Томом заказали 1492 год и отправляемся завтра. Они организуют для нас плавание с Христофором Колумбом. Изумительно, да?
— Да… — прошептала Сюзанна, совершенно потрясенная услышанным. — Ты полагаешь, с этой турфирмой все чисто? Что говорит правительство о ней и о путешествиях во времени? Тут все законно?
— О, конечно, полиция за ними следит! А то как бы кто не попытался сбежать в Прошлое, чтобы не платить налоги. Каждый путешественник во времени должен обязательно оставить залог — недвижимость или крупную сумму денег. Кроме того, сама понимаешь, идет война.
— Да, война, — пробормотала Сюзанна. — Война…
Сюзанна стояла, прижав трубку к уху, а сама думала о том, что путешествие во времени — это, пожалуй, шанс убежать из ненавистного 2155-го. Мужу не нравилась ее работа на военном заводе, где делались бомбы, а она тоже не любила свою вынужденную службу.
«Там, в далеких забытых столетиях, они их не найдут. Никто больше не найдет нас, — думала Сюзанна, — никто больше не сможет перлюстрировать наши мысли, командовать нами, загонять нам страх под кожу. Этот кошмар закончится где-нибудь и когда-нибудь, двести или триста лет назад…»
Телефон звонил в мексиканском кафе. Они были в Мехико, в 1938 году.
Она оглянулась, посмотрела на темные, обшарпанные стены.
Бюро путешествий гарантировало своим клиентам полный релакс в Прошлом — вроде бы забота об отдыхе людей, но и забота о Будущем. Они выбрали 1938 год и место — Нью-Йорк, Манхэттен. Три дня они гуляли по городу. Музеи, театры, статуя Свободы, которая, по-прежнему зеленая, стояла посреди залива. На третий день они переоделись, поменяли имена и сбежали в Мексику.
— Это точно он, — шепнула Сюзанна, глядя на мужчину за столиком напротив. — Эти сигареты, сигары и бутылки выдают его с головой. Помнишь наш первый вечер в Прошлом?
Месяц назад, в Нью-Йорке, они за один вечер перепробовали все удивительные, незнакомые напитки, накупили необычных продуктов, сигарет разных сортов по несколько пачек, потому что в Будущем ничего этого не было, практически там ничего не было, кроме войны, но зато война — это было все. Они ошалели от такого изобилия, бегали по магазинам как сумасшедшие, тратили деньги не считая.
Человек перед ними был такой же — в нем чувствовалась вековая жажда хороших напитков и сигарет — человек из Будущего. Он внимательно смотрел на Уильяма и Сюзанну, подмечая все — как они одеты, как движутся, как садятся за стол.
— Не волнуйся, — тихо сказал Уильям жене. — Ты представь, что это платье носишь годами.
— Зря мы сбежали тогда из Нью-Йорка, — прошептала она.
— Господи! — вздохнул Уильям. — Он идет сюда. Позволь, я буду с ним говорить.
Незнакомец поклонился. Сюзанне показалось, что она услышала, как по-военному щелкнули его каблуки, она замерла — этот звук особенно ужасен посреди ночи у вашей двери.
— Мистер Кристен, — сказал незнакомец, — вы не поддернули ваши брюки, когда садились.
Уильям окаменел на секунду. Он смотрел на свои руки, сложенные на коленях.
— Вы ошиблись, — ответил Уильям. — Я не Кристен. Меня зовут Уильям Трэвис, — сказал Уильям. — И я не понимаю, зачем я должен всякий раз поддергивать брюки.
— Извините, — сказал мужчина и сел рядом. — Если вы не будете их поддергивать, на коленях очень быстро образуются некрасивые мешки. Тут все так делают, поэтому я понял, что вы — это вы. Я устал, дорога была длинная, и не с кем перекинуться словечком, мистер Трэвис. Кстати, меня зовут Симмс.
— Мистер Симмс, нам очень жаль, но мы и сами хотели как следует отдохнуть. Завтра мы уезжаем в Акапулько.
— Чудесное место. Я только что оттуда, искал там друзей, но они успели смыться. Я обязательно должен их найти. О, леди неважно себя чувствует?
— Спокойной ночи, мистер Симмс.
Они пошли к двери, Уильям твердо держал жену под руку. Они не обернулись, когда мистер Симмс их окликнул.
— Только один вопрос. — Он помолчал и затем сказал тихо: — Две тысячи сто пятьдесят пятый…
У Сюзанны круги поплыли перед глазами, она чуть не упала, но продолжала идти, не видя площади, залитой огнями фейерверка…
Они вошли в отель, поднялись в свой номер и закрыли за собой дверь. Они стояли в темноте, и тогда Сюзанна расплакалась. Слезы текли ручьем, а за окном все взрывалось, раздавался громкий смех.
— Однако железные нервы у этого типа, — сказал Уильям. — Сидит перед нами, смотрит на нас как удав на кроликов, разглядывает с головы до ног, курит свои чертовы сигареты, потягивает ликер. Убил бы гада! — Голос у него сорвался, он кричал теперь истерично. — Он даже назвал мое настоящее имя! Да, это профи. Заметил, что я не поддернул брюки, когда садился. Проклинаю себя за то, что этого не сделал. Он сразу меня вычислил. Он моментально решил — вот человек, который никогда не носил брюки со стрелками, который сжился с военной униформой Будущего. Ну и дурак же я! Убить меня мало!
— Нет, это я виновата, — возразила Сюзанна. — Я совсем не умею ходить на шпильках. А ко всему прочему еще наши прически, да и не только. У нас, наверное, очень необычный вид для этого времени, чересчур продвинутый, людей это настораживает и пугает.
Уильям включил свет.
— Он нас испытывает. До конца он еще не уверен и будет следить за каждым нашим шагом. Поэтому мы не можем сейчас убежать — это сразу даст ему все козыри в руки. Как мы ему и сказали, мы просто поедем в Акапулько.
— А если он уверен, что это мы, и он только забавляется с нами?
— Вполне прогнозируемая ситуация. У него времени полно. При желании он может вернуть нас в Будущее за несколько секунд. Оставлять нас в неведении, играть с нами, пока ему не надоест, — это его прерогатива.
— Они не станут делать это публично?
— Не посмеют. Им надо поймать нас так, чтобы мы были одни, посадить в Машину Времени и послать обратно.
— Тогда остается шанс, — сказала Сюзанна. — Мы должны всегда быть в толпе.
За дверью послышались шаги.
Уильям быстро погасил свет. Раздевались они молча, в темноте. Кто-то прошел мимо.
Сюзанна стояла у окна и смотрела на площадь.
— Значит, это здание напротив и есть церковь? — уточнила она.
— Да.
— Я часто думала, на что похожа церковь, у нас их давно никто не видел. Может быть, мы сходим в нее завтра?
— Конечно. Давай спать.
Они легли в постель.
Через полчаса зазвонил телефон. Сюзанна подняла трубку.
— Алло?
— Как бы кролики ни прятались, — сказал голос, — а лис их все равно найдет.
Она положила трубку и долго лежала, похолодев от страха.
За окном на площади, в 1938 году, гитарист взял три раза подряд одну и ту же ноту, затем попробовал другую…
Ночью она вытянула руку из-под одеяла и почти явственно год 2155-й коснулся ее. Кончиками пальцев она ощущала холод веков.
Она слышала, как миллионы военных оркестров играют миллионы военных мелодий, и марширующие колонны, а перед глазами вставали ряды стеклянных герметически закрытых цилиндров, десятки тысяч, с телами умерших от туберкулеза, от бубонной чумы, от тифа и от проказы. Затем страшный взрыв, ее рука объята пламенем, рука горит, покрывается сетью мелких трещин, пепел падает вниз, весь мир словно приподнимает и с силой бросает вниз, здания рушатся, люди гибнут тысячами, не успев ничего осознать, вулканы извергают потоки лавы, термоядерный вихрь несется над планетой, сметая все, Сюзанна просыпается много лет спустя в Мексике и рыдает…
За всю ночь им удалось поспать час, не больше, а рано утром на улице загудела машина. Сюзанна вышла на балкон Она увидела группу людей, человек восемь, и автомобиль с красными буквами. У входа в отель толпились любопытные.
Оиё раза?[1] — спросила она мальчишку.
Тот ответил ей.
Она повернулась к мужу и сказала:
— Кино приехали снимать. Американцы.
— Интересно. Пошли посмотрим. Думаю, в Акапулько нам рано уезжать. Попробуем обмануть Симмса.
Яркое солнечное утро, радостные возгласы собравшихся внизу заставили ее забыть на момент, что где-то в отеле затаился человек, который любит хорошие сигары. Американцы входили в отель, и она хотела крикнуть им: «Спасите меня, помогите мне, спрячьте меня! Я из Будущего, из 2155 года!»
Но слова застряли у нее в горле. В Бюро путешествий во времени работали не дураки. Каждому клиенту они запихивали в мозги специальную программу, блокирующую опасные желания поделиться с кем-нибудь из Прошлого тайной своего присутствия в данной эпохе. Прошлое и Будущее не должны соприкасаться. И только при таком условии людям разрешалось путешествовать во времени. Будущее должно быть надежно защищено от любых изменений в Прошлом, а опасность представляли как раз всякие «чайники», попадающие в другое время.
— Не пора ли подкрепиться? — спросил Уильям.
Они спустились в столовую. На завтрак всем предлагалась яичница с ветчиной. Киношники уже ввалились в столовую, громко разговаривая и смеясь.
Их было восемь — шесть мужчин и две дамочки. Сюзанна инстинктивно села поближе к ним, они давали ей уверенность в себе, чувство защищенности, тем более что тут появился мистер Симмс. Он с явным наслаждением курил турецкую сигарету. Симмс кивнул им издалека, и Сюзанна ответила ему с улыбкой — она ничего не боялась, находясь в компании американцев.
— Хочу нанять парочку артистов из их команды, — сказал Уильям. — Объясню им, что это шутка, розыгрыш. Дадим им нашу одежду и нашу машину, устроим так, чтобы Симмс увидел их, когда они выедут из гаража. Он бросится за ними. Пока поймет, что ошибся, что его обдурили, мы успеем удрать.
— Привет! — К ним наклонился толстяк, весь пропахший виски. — Американские туристы? Мне так надоели аборигены, что я готов вас расцеловать! — Он стал жать им руки. — Идите к нам! Мы снимаем тут кино. Меня зовут Джо Мелтон, я командую этой бандой. Остальные артисты приедут завтра. Ох и повеселимся!
Уильям и Сюзанна рассмеялись вместе с ним.
— Вот, вы уже смеетесь! — воскликнул Мелтон. — Вам хорошо?
— Замечательно! — ответила Сюзанна.
Мистер Симмс не спускал с них глаз. Сюзанна фыркнула в его сторону. Он подошел ближе.
— Мистер и миссис Трэвис, я думал, что позавтракаю вместе с вами, — сказал он.
— Извините, — пожал плечами Уильям.
— Садись, мужик, — заулыбался Мелтон. — Друг моих друзей — мой друг.
Мистер Симмс сел рядом с ними. Артисты болтали без умолку. Симмс тихо спросил:
— Надеюсь, вы хорошо спали?
— А вы?
— Кровати в этом времени неудобные, — ответил Симмс, ухмыльнувшись. — Зато я всю ночь ел, пил и курил. Потрясающие впечатления. Что значит двести лет долой!
— Не знаю, о чем вы, — сухо проговорил Уильям.
— Маскируетесь? Напрасные старания. И толпа вам не поможет. Я выслежу, когда вы будете одни, я чертовски терпелив.
— Эй, ребята, — вмешался Мелтон, — этот урод вас уже достал?
— Все в порядке.
— Скажите только слово, и я ему так накостыляю!
Мелтон снова повернулся к своей «банде», и мистер Симмс продолжил:
— Давайте все уточним. Я гоняюсь за вами уже месяц, вчера угрохал целый день, чтобы просканировать вас досконально. Если вы тихо и спокойно пойдете со мной, вам не будет никакого наказания — вернетесь на свою работу. Вы, мистер Кристен, должны закончить проект новой водородной бомбы.
— Бомба? Что за чушь?
— Хватит! — крикнул Симмс. — Поймите же, несчастные! Мы не позволим этого никому! Вам не удастся сбежать из 2155 года. Глядя на вас, все разбегутся, а нам нужны люди.
— Чтобы воевать, — добавил Уильям.
— Билл!
Поделиться книгой: