Я один вижу подсказки 3

Кабинет был довольно тёмным. Пожалуй, самая мрачная комната во всём поместье. Книги, стопки газет – их здесь даже больше, чем у меня. Что уж говорить, я на его фоне просто ребёнок.

Мой отец – настоящий книгоман.

У него даже есть «особая коллекция». И нет, это не записи семьи об испытаниях, это само собой, а именно книги из другого мира.

– Садись…

Он указал не на большой стол, а на чайный, где обычно отдыхал или вёл дружеские разговоры.

Мы сели в мягкие кожаные кресла напротив друг друга.

– Что была такого важного?

Мне пришлось приложить усилия, чтобы сказать правду.

Хотелось солгать, наплести что-то вроде того, что просто появился навык «Ока». Только это же неправда. У меня в руках ядерная боеголовка, а не просто вшивый навык проводника.

– Сначала тебе нужно знать две вещи, – спокойно начал я. – Первая – за Рангом «А» идёт Ранг два «А».

Он удивился. Однако спокойно кивнул, будто я сообщил о погоде. Его самоконтроль поражал.

Заметьте: его сын говорит, что добился результата выше ранга «А». У любого другого отца от счастья и удивления крышу бы снесло.

– Вторая – за рангом два «А» идёт ранг три «А»...

Он поднял руку, останавливая меня:

– Я всё понял... – отец тяжело поднялся с места.

Он подошёл к ларцу, где лежала бутылка вина и два бокала.

– Ты будешь?

– Нет.

Я не пью алкоголь. Меня он просто не привлекает. Не говоря о большом вреде. И всё же он открыл бутылку. Сладкий аромат распространился по комнате.

Не думаю, что это было какое-то дешёвое пойло. Он налил немного, пятую часть бокала. Чтобы одним глотком выпить и спросить:

– А ещё?

– Родовой навык «Око» превратился в навык «Всевидящий». Теперь я вижу подсказки, словно невидимая рука направляет меня по испытанию. Благодаря этому у меня появляется возможность достигать гораздо большего, чем обычный проводник или даже опытный избранный.

Думал, что отец как-то отреагирует: радость, удивление или грусть. Однако он, не зная всех обстоятельств, сразу же сказал:

– Больше никому не рассказывай.

– Вообще никому? – уточняю я.

– Да. Даже если у тебя будет жена. Эту тайну унеси с собой в могилу.

Отец дал понять, что этот разговор не выйдет за пределы комнаты. Даже показалось, что не столько для себя, а для меня.

Теперь главный вопрос: Почему это так серьёзно?

Есть легенда – когда человек проходит девять испытаний, он становится богом. И два человека, которые, возможно, больше всех знали об этой Башне Бога, сейчас сидели и понимали это.

Перспективы поражали, затмевая всё остальное.

Вот только мир полон жадных, злобных, испорченных людей. Как только посторонние люди узнают секрет, наша «мечта» разрушиться.

Люди скажут: это нелогично.

В качестве примера – ведро с крабами. Один краб легко может бы выбраться и обрести свободу, но если их много, они начинают хвататься друг за друга, мешая всем.

Иногда значение логики сильно преувеличивают. По сути, люди нередко действуют нелогично, и в этом кроется их опасность.

Поэтому сразу же и возник вопрос:

– Что с другими избранными? – отец всегда смотрел в корень проблемы.

– Про навык – нет. Однако они были вместе со мной.

Теперь уже детально рассказал обо всё. О девушках, об испытаниях и секретных дверях. Абсолютно всё.

– Не беда. Я думаю, стоит замаскировать его под «Око».

Отец сразу же помог.

– Да. Это было бы отлично.

Однако всё же встал вопрос о двух родах: Морозовых и Юмагуловых.

Отец не я. Он не тупит. Он точно знает все Рода в Российской империи. Мне кажется, он даже всю их родословную помнит наизусть.

– Вот значит почему...

Уже сейчас на уровне слухов было известно про дедушку и внучку семейства Юмагуловых, которые вернулись три дня назад.

Сразу же всё семейство закрылось в поместье. Все встречи, праздники были отменены. Даже выход для слуг был закрыт. Будто случилось какое-то важное событие.

Отец не подозревал, что это событие – я.

– С ними же не будет проблем?

Надеялся найти ответ у него. Однако он просто почесал свою седую голову и пожал плечами. Ему сильно не хотелось говорить, что проблемы точно будут.

– И что делать?

Мне же нельзя проходить испытания в одиночку, без избранных. Как бы такой опции нет. Конечно, бывают отдельные случаи, когда на испытании появляется два-три человека. Может, даже когда один.

И всё же такое бывает очень редко.

А быть жестоким и убивать всех, кто каким-то образом узнал «тайну», узнал о том, какой я невероятный человек – это не то что глупо, это невозможно.

Ведь мне нужно заботиться не только об этой жизни, но и о следующей. Мне не хочется гореть в аду вечность только из-за этой проклятой тайны.

– Вот смотри, как поступим…

Его слова прервал стук копыт. К нам пожаловал незваный гость, и беседу пришлось прервать.

Глава 3 – Долг

Мы с отцом подошли к окну, чтобы посмотреть.

К дому подъехала чёрная карета. Её поверхность, покрытая лаком, блестела на солнце. Кучер остановил лошадей прямо возле парадной лестницы.

Главное не сама роскошная карета, а герб на ней. Это классический круглый щит, часто используемый при создании гербов. На нём изображены два разъярённых медведя.

Звери направили свою ярость друг на друга, вцепившись передними лапами и встав на задние. Это герб рода Карениных.

Что тут сказать?

Только самый свирепый род, обладающий властью и силой, может поставить себе дерущихся медведей на герб. Род, который не боится ничего. У которого тысячи слуг и огромная дружина.

И вот такие важные люди пожаловали к нашему порогу.

Карета просто замерла, будто там никого нет. Видимо, дожидались, когда горничные выйдут и встретят их.

Однако даже когда все вышли, и даже моя матушка появилась на крыльце, этот именитый гость не торопился покидать экипаж.

– Вот же мерзавец, Каренин, изображает из себя девицу... – прокомментировал отец.

Конечно, Каренину хотелось, чтобы его поприветствовал глава рода. Вот только у моего отца скверный характер. Он не выйдет и никого не встретит.

Как говорится: не приходите в наш дом, мы вам не рады.

Спустя пять минут дверца кареты наконец открылась. И оттуда вышел, как и сказал отец, Александр Каренин. Лично глава рода.

Высокий и худощавый мужчина, с заметной бледностью. Одетый в строгий, элегантный фрак. Кожа чуть бледная, глаза уставшие. Когда он вышел, то презрительно осмотрелся по сторонам.

А затем, будто зная, куда смотреть, он поднял взгляд к окну, где стояли мы с отцом, и довольно улыбнулся. Своими белыми и ровными зубами.

Эта улыбка была как у самого дьявола.

Он двигался медленно, но уверенно. Спустился с кареты и поприветствовал мою мать.

Это самый омерзительный человек из всех, кого я знаю.

Есть разные люди: хорошие, доблестные, есть люди достойные. А есть люди, полные жадности и злобы.

Не скажу, что Каренин именно такой.

Однако это самый изворотливый человек. Он в любую щель пролезет, не задумываясь о последствиях.

Мне порой кажется, что если ему надо, то он и бездомного обманет. И не для того, чтобы заполучить заплесневелую буханку хлеба.

А потому, что он может. Потому что ему каждый день хочется самоутвердиться и сказать всем: бойтесь меня, уважайте.

И тут возникает вопрос: что делает такой человек у нашего порога?

Пришёл забирать долги.

– Приехал всё же, – устало вздохнув, сказал отец. Вся радость от разговора с сыном исчезла.

– Ты его ждал?

– Не сегодня.

Такой неуверенный ответ отца вызвал беспокойство.

Однако Каренин приехал не один, с ним также прибыл его самый младший сын – Михаил. Мой так называемый знакомый. Мы с ним учились вместе, иногда виделись на различных светских мероприятиях.

Дружеских отношений никогда не было. И мне было непонятно, что он тут вообще забыл.

Неужели чего-то хочет?

Мне хотелось бы узнать ответ. Вот только навык «Всеведущий» не работал в моём мире. К сожалению, он как будто выключился и молчал.

В один момент даже стало страшно: а может, он вообще исчез?

Однако я сразу себя остановил. Накручивать себя на пустом месте – гиблое дело.

Каренин был тут не в первый раз. Он приходил каждый месяц, специально.

Откуда взялся долг?

Это было ещё до моего рождения. Пятьдесят шесть лет назад.

В 1701 году началась глобальная война. Её назвали мировой, в ней участвовало множество стран.

Наш род был довольно великим. И мы, конечно же, участвовали. Всё же у нас была дружина, была мануфактура, даже без родового навыка «Ока». Мы могли жить и процветать много лет.

Однако война всё это отняла.

Всё сгорело. Воины погибли. Образовался огромный долг.

Мы взяли его, чтобы оставаться на плаву, и он тоже сгорел.