Алсу и Человек в черном

— Это точно андроид.

— Как твои родители и маленькая сестренка, там, в том городе Романа? — с сомнением спросил Костя. — Теперь добрались до моего бати? Но зачем? И почему он молчит, не трогается с места?

— Скорее всего, он разряжен.

Всё оказалось намного сложнее, чем Алсу могла предположить. Роман погиб, а его роботы здесь. Почти столь же похожие и наверняка такие же прочные и быстрые. А может, он и сейчас с кем-то общается на радиочастотах. Под каким номером его лампочка на пульте управления? И почему Янотаки его пропустил? Или не пропустил? Может, этот робот появился здесь позже вчерашней схватки? А может, заготовлен для другого действия — для апробации как ужасная боевая машина? Так много вопросов и никаких ответов.

Глава 10. Как его притащить?

— Блин, мне кажется он прикалывается. — Костя пощекотал отца, зная, что это самый простой способ вызвать его гнев и самое отвратительное, что можно сделать. Вениамин Петрович ненавидел щекотку до такой степени, что мог легко вмазать и по мозгам. Костю сейчас бы такая реакция порадовала.

В глазах Алсу блеснули огоньки. Видимо, она изучала лицо Кости в разных ракурсах, пыталась понять, искренне ли он задает вопросы.

— Король игры и перевоплощения. Властелин царства грибов. Владыка театральных подмостков. Блин… — сокрушался Костя. — У меня мозги кипят. Кто с ним такое сотворил? Конкуренты?

— Смею предположить, что — нет.

В общем-то Алсу понимала. Если бы хотели использовать андроида, он не стоял бы здесь призрачным истуканом. Может, сбились настройки, и он после подзарядки ушел в другую сторону? Или у него была другая задача? Фантазия Алсу не смогла дать точного ответа, слишком много вариантов, слишком много непредсказуемых телодвижений. Чтобы узнать, откуда и зачем здесь появился андроид в образе Вениамина Петровича Сидорова, надо залезть в голову Романа. А его слава богу… уже не существует. Думать о Романе не хотелось, и так по уши переполнена воспоминаниями последних дней.

— Но какая великолепная работа, — ходил Костя вокруг машины. — Даже и не верится.

— Ты прекрасно знаешь, как его проверить.

— На что ты намекаешь?

— В нем чуть меньше полтонны. Даже чтобы его тронуть с места, нужна богатырская сила.

Стараясь поднять, Костя, откинувшись всем корпусом назад, потянул «отца» вверх. Бесполезно. Только почувствовал, как от натуги рвутся собственные жилы и хрустят косточки.

— Может, он реагирует на голосовые команды? — задумался Костя, приказал. — Отец, иди домой!

Вместо отца откликнулась ночь, наползла черной тяжестью, только и оставила в небе дырочку для луны. На нее, распахнув бегемотову пасть, наплывала туча, с желанием проглотить. Теперь сквозь призрачные размытые границы губ, словно мараных кровью заката, просачивался слабый отсвет ушедшей луны. Унылая картина в унылом свете.

— Нам надо возвращаться. — устало протянула Алсу.

Костя уселся рядом с роботом и довольно нервно стал рвать лопух на кусочки. Видимо, его мозг перегрелся и отключился, а без него он никуда уходить не собирался.

— Ты зря так сел, — сказала Алсу. — может и током шибануть.

Костя хмыкнул.

— Я не шучу.

Откатился, словно отмотал себя от бумажного рулона.

— Я не понимаю, что делать, — честно признался он.

— Предлагаю сейчас разбежаться по домам, а проблему решить поутру. Хотя не понимаю как. Может, оставить здесь. Пусть стоит — есть-пить не просит.

— Но это вроде как мой отец.

— Окстись. Это робот. Болванка. Очень дорогая, хорошо сделанная болванка. Советую об этом не забывать. Справишься?

— Ладно. Пошли. Даже не представляю, как рассказать отцу. Прикинь, я прихожу домой и говорю бате, там-то там, незнамо где стоишь ты, ну, то есть не ты, а робот, вылитый ты, ну прям точная копия. Отец мне въедет по балде и будет прав. Бесфамильная, я притомился от тебя. Ну ты прям бьёшь по самые яйца.

— Э, харе грубить. Я-то тут при чем? Спрашивай у отца, где он засветился. Вбухался в какую-то авантюру, а Бесфамильная виновата. И вообще, чего это я тебя успокаиваю. Оставайся здесь, а я пошла домой.

Алсу поднялась с земли, и, отряхнувшись от прилипшей опавшей листвы, перепрыгнула через соседнее упавшее дерево. Сзади донеслось что-то типа «прости, извини, давай провожу, заблудишься». Ага! Щас! Это мой лес! Ты сам не отставай!

Тьма сгустилась окончательно. В ночной тишине хрустели ветки, в ямах чавкала вода. Алсу шла наугад, пару раз запнулась, упала на колени, потом провалилась в яму с водой. Все лицо заполонила влажная паутина, сбрасывала ее вместе с волосами. Иногда появлялась луна и тогда место, где они находились, больше походило на необитаемый остров, вокруг которого волнами качались ветки кустов.

Вскоре поняли, что действительно заблудились.

Немного погодя раздался звук мотоцикла. Алсу впервые за вечер, вспомнила про Лену, Сашу и Веронику, почему-то испугалась, что они их ищут. Не сговариваясь, рванули на звук, вышли на дорогу. Не федеральная трасса, конечно, но все лучше, чем воевать с валежником.

Костя принялся голосовать. Около двух уставших и грязных подростков долго никто не останавливался, осмелилась только фура. Водитель опустил стекло, спросил — что случилось?

— Нам до Крувазье.

— Так Крувазье я уже километров семь как проехал. Вам, ребят, в другую сторону.

Через два часа они стояли около дома Алсу. Костя хотел обнять, она отстранилась, просто пожала руку и зашла в дом. А он побежал к трассе, оставляя в воздухе тихий шелест шагов.

На веранде сидели родители с Янотаки и тихо разговаривали. Заметив Алсу, Королева соскочила с кресла, бросилась обнимать.

Янотаки чудесным образом сдерживался, его чонмаги (култышка на голове) искрилась в ночи. Алсу в детстве это нравилось, и она иногда специально злила воина. Да, но это было в детстве, а сейчас она лишь тихо вздохнула и сразу все рассказала про андроида Вениамина Петровича в лесу.

— Странная история, — поднялся Янотаки с места. — Пойду провожу пацана. Боже, откуда он только взялся! — потом пальчиком погрозил Алсу. — Вот как прикажешь мне приходить тебе на помощь? Вы постоянно целуетесь. Ведь это неприлично.

Алсу смущенно покраснела.

— Вот если бы я не оставил вас наедине, то сам бы обнаружил этого вашего Вениамина Петровича.

— А почему вы его не обнаружили вчера?

— Честно говоря, мы так далеко не ходили. Мы только прочесали округу в радиусе трех километров. Но мне даже в голову не пришло, что один из них окажется настолько прытким. Ты ложись отдыхать, а завтра мы его поищем, если ты, конечно, ничего не перепутала.

— Ну Янотаки, — заскулила Алсу, чуть не подавившись супом. — Что я по-твоему, врушка какая-то?

— Ладно, ладно, — чмокнул её воин в темечко. — Пойду провожу твоего, чтобы он опять ни во что не вляпался.

— Ой, спасибо Янотакушка, Коконакушка, — восторженно взвизгнула Алсу и принялась за чай.

Глава 11. Лестница

— Что все-таки произошло? Объясни подробнее, — попросила Королева и тут в доме вспыхнул свет.

Всю кухню заполонил световой куб. Шкафы и посуда озарились голубоватым мерцанием. Куб стал разрастаться, его стены, преодолевая преграды, издавали мелодичный звук.

Королева напряглась, замолчала, зашла в дом, следом двинулись отец с Алсу.

— Что-то случилось? — спросила Королева у куба.

— Ваше Величество! Совет акумов собран, — раздалось потрескивание.

— А вы разве не обо всем договорились? — Обернулась Королева к мужу. Он пожал плечами, мол, все было ОК.

— Ваше Величество, это касается всей семьи, и поэтому совет запросил экстренного заседания.

— Мне это не нравится, — напряглась Королева.

— Нам тоже, — ответил куб. — Посмотрите.

В центр куба устремился поток света. Ожила восьмимерная картинка. По лесу шли трое… быстрая перемотка…из троих осталось двое… собирали грибы…перемотка…перемотка… перемотка…И вдруг картинка стала более точная.

Алсу их узнала — это были Лена Шеина с Сашей Парфеновым. У одного дерева Лена задержалась, сфокусировалась на корнях, долго разгребала листву, словно кого-то ловила. Изящная длинноногая девушка с загорелой кожей кружила посреди огромного сырого леса, особенно внимательно вглядываясь в подножия трёхствольных деревьев, росших из одного корня. Временами она с диким криком кидалась на землю, как кошка на мышь. Парфенова эта картина серьезно пугала, это было видно по его округлённым глазам. Он не понимал, что именно она пыталась найти. Вдруг она вскочила, вздёрнула руки и перед его носом открыла ладонь: на ней звездным узором шевелились красные пиявки. Что именно ей сказал Парфенов, понять было невозможно, настолько неразборчивы были слова — сплошное шебуршание, словно сквозь металлические палочки шел поток горячего воздуха.

Вскоре звук наладился и все услышали Лену.

— Это здесь, — сказала она и взяла его за руку.

— Что здесь?

— Вход в королевство Нети.

— С ума сошла? Какое королевство? Какое Нети? Я не пойду. — Его щеки дергались, как юбки у танцовщиц румбы.

— Не бойся, тебе понравится.

Лена оказалась умнее и смелее, чем могла предположить Алсу. Надо, конечно, отдать ей должное. Алсу бы еще сто раз подумала, прежде чем лезть башкой в петлю, иначе это никак не назвать. Может, у Парфенова хватит мозгов уговорить ее отказаться от этой губительной затеи. Но нет. Он сопротивлялся не столь уверенно, как это того требовало.

Ступили на подножку узла корня, где дерево раскидывается в стороны. На одном из деревьев вспыхнуло тёмное пламя, пошел дым. Обычная профилактическая реакции системы, защита от случайных проникновений. Парфенов судорожно взвыл, дернулся сбежать. Лена же, наоборот, радостно ухнула, вцепилась в его кожу коготками.

— Больно же! — заскрипел зубами Саша.

— Не ссы! Щас все будет.

Прошло несколько секунд и за спиной что-то щелкнуло. Тут даже Лена вздрогнула. Она не видела, как от ствола отвалилась квадратная крышка и обнажила щиток с семью кнопками.

Парфенов увидел раньше Лены, показал пальцем.

На табло красным горели слова: «Рады приветствовать вас дома!».

Лена, чуть посомневавшись, выбрала седьмую кнопку.

Сработала сирена:

— Пропуск! Опасно! Пропуск! Опасно!

Ленин палец уткнулся в кнопку «пять!»

— Опасно! Опасно! Опасно!

«Три»

— Добро пожаловать!

Один ствол дерева дернулся в сторону, проехал по окружности и обнажил лестницу, ведущую вниз.

— Я не пойду, — вновь застонал Саша.

Лену это явно разозлило.

— Блин, чего как тряпка? Я тебе говорю, там здорово. Я уже там была.

— С кем?

— С Бесфамильной. Это ее Королевство.

— Какое королевство. Свихнулась?

— Да, думала, свихнулась. Думала, приснился сон. Пиявки эти. Вот смотри, все настоящее. Нас пускают на третий уровень озера Нети. А их семь, как и говорила Бесфамильная.

Алсу тихо застонала. Ну почему так? Почему? Почему заклятие забвения на Лену не подействовало?

Дерево тронулось чтобы встать на место.

Лена подтолкнула Парфенова на лестницу и в последний момент заскочила сама. Позади ухнула дверь, а впереди зажглись огни.

В нос Алсу ударил запах сырости и затхлости. Куб умел передавать не только запахи, но и температуру, радиочастоты, кромвели. Алсу в отчаянии свалилась на табурет. Смотровой куб заливал лунный свет с показателями радиационных излучений, геометрического воздействия на квадратный сантиметр и еще кучей разных показателей, абсолютно сейчас не нужных.

Тем временем Лена с Парфеновым осторожно спускались по лестнице, хватаясь за выступающие из стен корни деревьев.

— Перемотайте! — попросила Королева.

В кубе замерцало. Лена с Парфеновым заструились по экрану, как переломанные марионетки, движения хаотичные, рваные. И вот они оказались у входа.

— Куда ведёт эта дверь? — спросил отец.

— Кажется, к стадиону планетарных игр, — стала вспоминать Алсу. Она и сама не раз пользовалась этим проходом. Очень удобно — во время демонстрации фильма зрители не особо обращали внимание на новый объект. Все списывалось на задумки режиссера или оператора.

— Туда, где показывают земные фильмы ужасов? — уточнил отец.

— Отлично! — обрадовалась Королева. — Может, это заставит их вернуться?

…Дверь распахнулась и Лена с Сашей ввалились внутрь кадра, и попали на кладбище… из известного фильма ужасов.

Лена струхнула, подалась назад, но теперь ее удержал Саша.