Тайная поклонница

Конечно, лучшей пары для Хэлли было не найти. По крайней мере, на бумаге. Они оба были садовниками. Могли до посинения беседовать о флоре и фауне. Он был добрым, того же возраста, симпатичным.

В нем не было ничего, что могло бы не понравиться.

Но с таким же успехом она могла признать, что Оуэн Старк по всем статьям пал жертвой Джулиана Воса. Это, и… Оуэн органично впишется в ее жизнь. Он был бы идеален, в том смысле, что был бы слишком идеален. Отношения с Оуэном были бы естественными. Ожидаемыми. Человек, который придумал термин «остепениться», вероятно, имел в виду именно такого рода отношения. И остепениться означало… вот это все.

Она была садовницей с острова Святой Елены и оставалась бы ею до конца своей жизни.

Хотела ли она этого? Сердце говорило «да». Но стоило ли доверять этому чувству?

Когда Хэлли переехала жить к Ребекке, она впервые в жизни вздохнула с облегчением, потому что бабушкины привычки укрепили ее. Дали опору, чтобы встать на ноги. Чтобы перестать крутиться, как волчок. Однако без поддерживающего присутствия Ребекки она снова начала набирать обороты. Раскручиваться. Она беспокоилась, что принадлежала Святой Елене только из-за Ребекки, а теперь…

Оуэн кашлянул, давая Хэлли понять, что она отвлеклась.

– Прости, – пробормотала она, пытаясь сосредоточиться на нем. Подумать о нем.

Может быть, в следующий раз, когда он пригласит ее на свидание, она скажет «да». Наденет платье и надушится, наймет для собак няню и на этот раз отнесется ко всему серьезно. Она тоже видела, что это надвигается. Оуэн отправил в рот жвачку, немного пожевал и надул пузырь. О, это действительно серьезно. Он собирается в стейк-хаус.

Зачем она оставила собак дома? Они всегда были идеальным предлогом, чтобы сбежать.

– Хэлли, – начал Оуэн, его щеки залились румянцем. – Поскольку сегодня пятница и вообще, я хотел спросить, есть ли у тебя планы на…

У нее зазвонил телефон.

Она благодарно вздохнула, схватила его и хмуро уставилась на экран. Неизвестный номер. Ну и что? Она предпочла бы даже телемаркетолога свиданию в стейк-хаусе и многочасовой личной беседе с Оуэном.

– Алло? – прощебетала Хэлли в трубку.

– Хэлли.

В животе стало тяжело, как от мешка с песком. Джулиан Вос? Ей позвонил Джулиан?

– Да. Это я. – Ее голос звучит неестественно? Она не могла разобрать собственные интонации из-за внезапного белого шума в ушах. – Откуда у вас мой номер?

– Я погуглил «Цветы Бекки в Напе» и нашел.

– Ах да. – Она облизнула пересохшие губы, отчаянно подыскивая остроумный ответ. – Вот как важно иметь сайт в интернете.

Нет. Получилось совсем неостроумно.

– Кто это? – не слишком тихо поинтересовался Оуэн.

– Кто это? – после паузы тоже спросил Джулиан.

– Клиент, – одними губами ответила она Оуэну, и он понимающе поднял вверх большой палец. Джулиану она сказала:

– Я в питомнике, покупаю материалы для еще одного проекта на сегодня. Столкнулась со своим другом Оуэном.

– Ясно.

Секунды тикали.

Она проверила телефон, чтобы убедиться, что они не разъединились.

– Вы еще там?

– Да. Прошу прощения. – Он кашлянул, но звук получился приглушенным, как будто он на мгновение прикрыл трубку рукой. – Меня беспокоят сусликовые норы в моем дворе.

У нее давление подскочило, когда прозвучали самые ненавистные для садовника слова. За исключением, может быть, «сорняков», или «крабовой травы»[9], или «принимаете ли вы личные чеки».

– Сусликовые норы?

Оуэн сочувственно поморщился и отвернулся, рассматривая пластиковую полку с мини-кактусами.

– Да, по крайней мере, три штуки. – Она услышала шаги, как будто он подошел к окну, чтобы посмотреть на зеленую лужайку и залитый солнцем виноградник за ней. – Одна из них находится прямо среди цветов, которые вы вчера посадили. Я подумал, может быть, вы раньше имели дело с чем-то подобным. Есть ли у вас способ убедить сусликов уйти? Или мне придется звонить в службу борьбы с вредителями?

– В этом нет необходимости, у меня есть смесь, которую я могу использовать, чтобы… – она прыснула от смеха, – …убедить их.

– Вы не согласны с моим выбором слов? – задумчиво протянул он.

– Вовсе нет. Я представила официальные переговоры. Как только соглашение будет подписано, мы пожмем его маленькую лапку. Он соберет свой крошечный чемоданчик и пообещает написать…

– Вы очень забавны, Хэлли. – На мгновение она услышала тиканье, как будто он поднес к лицу часы. – Извините, у меня есть только пять минут на этот телефонный звонок. Вы в состоянии с этим справиться или мне просто попробовать смыть его из шланга?

– Боже, нет. Не делайте этого. – Она провела рукой по шее, хотя он не мог ее видеть. – Вы только размягчите почву и облегчите ему копание.

Оуэн бросил на нее полный ужаса взгляд через плечо. Любитель, одними губами произнес он.

– У меня сегодня днем работа, но я могу заскочить позже, – сказала она Джулиану.

– В какое время?

– Когда закончу.

– Это крайне неопределенно, – выдохнул Джулиан ей в ухо.

Как это могло случиться? Кто-то совершенно ей не подходит, но его глубокий голос и сам факт, что он вообще позвонил ей, вызывают такую бурю у нее в животе? Это же практически бессмысленно. Затянувшаяся влюбленность заставляла ее чувствовать себя глупым, наивным подростком. В то же время от предвкушения снова его увидеть у Хэлли почти закружилась голова.

Поэтому она позволит себе еще раз сходить на виноградник, даже рискуя продлить это увлечение дольше, чем оно должно продолжаться. Но она не собиралась ради него сворачивать горы. О нет. В этот момент на кону была ее гордость против этого ничего не помнящего придурка.

– Боюсь, неопределенность – это все, что у меня есть. – Она посмотрела на радужный глаз[10] в поисках моральной поддержки. – Или так, или никак.

Он собирается сказать ей, чтобы она засунула свой визит сама знает куда. Когда молчание затянулось, она себя в этом убедила. У семьи Вос деньги текли из ушей. Они в любой момент могли найти кого-то другого, чтобы решить свою проблему с сусликами. Джулиан вовсе в ней не нуждался.

– Увидимся позже, Хэлли, – вздохнул он. – Бог знает когда.

– Почему? – выпалила она.

– Прошу прощения?

Почему она не может просто попрощаться и повесить трубку, как обычный человек? Оуэн как-то странно посмотрел на нее. Как будто догадался, что это не обычный звонок клиента, и с каждым мгновением его любопытство росло.

– Почему вы хотите, чтобы я приехала для переговоров с сусликом в конкретный момент? Вас, очевидно, беспокоит, что я не могу назначить официальное время.

– Это очень прямой вопрос для того, кто так стремится быть неопределенным.

– Я не… стремлюсь… – Она что, стремится к тому, чтобы быть неопределенной? – Пожалуйста, просто удовлетворите мое любопытство.

– Ваш друг Оуэн все еще там?

Он тут? Она подняла глаза и натянуто улыбнулась Оуэну, который определенно пытался подслушать.

– Да. Почему вы спрашиваете?

– Просто удовлетворяю свое любопытство.

Она почти услышала, как скрипнула его челюсть. Неужели его раздражает то, что она находится где-то с другим мужчиной? Нет. Ни за что. Это не так – ни в малейшей степени.

– Очень хорошо. Да, я хочу, чтобы вы, в частности, вернулись и вмешались в ситуацию с сусликом. Вчера, уходя, вы сказали: «Было действительно приятно снова тебя увидеть», и тот факт, что я не могу вспомнить, как и где мы встречались, к чертям собачьим сбил мою сосредоточенность.

– О. – Выдохнула она. Ну что ж. Этого она не ожидала. На самом деле, у нее сложилось впечатление, что он испытал облегчение, увидев, что она уходит, и ему наплевать на приветствия и прощания. – Прошу прощения. Я и не подозревала, что это будет так уж важно.

– Уверен, это не так уж и важно. Для большинства людей.

Хэлли подумала о том, как тщательно он складывает конспекты лекций. Как аккуратно закатывает рукава рубашки. О том, как он не может бросить писать, пока не выйдет время.

– Но вам необходимо, чтобы все было организованно и аккуратно. Верно?

Он выдохнул.

– Верно.

Вот и вся причина. Джулиан не хотел видеть ее снова из-за влечения или потому, что ему нравилось ее общество. Ему просто нужно завязать их знакомство аккуратным маленьким бантиком, чтобы вернуться к своему маниакальному увлечению машинописью.

Может быть, ей тоже нужно завязать с их отношениями, какими бы случайными они ни были.

Не только суслику нужно двигаться дальше.

– Хорошо. – Она проглотила застрявший в горле комок. – Может быть, позже я вам расскажу, где мы познакомились.

– И снова неопределенность.

– Всего доброго, Джулиан.

Когда она повесила трубку, Оуэн вопросительно посмотрел на нее.

– Странный разговор, – усмехнулся он.

– Ты так думаешь? – Она медленно прокатила мимо него тележку. – Суслики кого угодно выведут из себя.

Позади Хэлли раздался металлический лязг, сигнализирующий о том, что Оуэн развернул свою тележку, чтобы они могли двигаться в одном направлении. Обычно это ее не беспокоило. Во всяком случае, не в питомнике, где повсюду, куда ни кинь взгляд, растут разноцветные цветы, действуя как яркие маленькие буферы. Перед звонком Джулиана Оуэн едва не пригласил ее на свидание. И она смирилась с тем, что скажет «да». Но теперь? Теперь она колебалась. Снова из-за Джулиана Воса.

Блин, ей действительно нужно выбросить Профессора Классные Руки из головы, раз и навсегда. Она к себе несправедлива. Или к Оуэну, если уж на то пошло.

– Оуэн. – Хэлли резко остановила тележку и повернулась, глядя ему прямо в глаза. Кажется, это его ошеломило. – Я знаю, ты хочешь пригласить меня на ужин. Фактически – на свидание. И я хочу сказать «да». Но мне нужно немного времени. – Пронзительные глаза Джулиана цвета бурбона вспыхнули в ее сознании, но вместо того, чтобы заставить ее остановиться, они дали ей стимул двигаться вперед. – Это большая просьба, учитывая, сколько времени ты мне уже дал. Если ты скажешь «нет», я пойму.

– Я не собираюсь говорить «нет». – Он почесал затылок. – Конечно, не собираюсь. Ты не торопись. – Прошло мгновение, прежде чем он пришел в себя. – Я просто прошу отнестись ко мне серьезно.

Его слова ударили ее, будто камнем.

– Я так и сделаю, – с полной ответственностью сказала она.

Глава четвертая

Возможно, Хэлли не совсем точно определяла время, но ее приезд прозвучал как фейерверк. Рычание двигателя грузовика смолкло, за ним последовал хлопок ржавой двери. Один из псов залаял, и его приятели в знак солидарности присоединились к нему, объявляя о прибытии своей королевы.

Джулиан сидел за столом в кабинете и распечатывал статью о солнечных часах, которые недавно были обнаружены в Египте. Он собирался в исследовательских целях прочитать ее сегодня вечером перед сном. Его рука замерла на пути к принтеру, и он медленно наклонился вбок, глядя во двор поверх компьютерного монитора. И когда в поле зрения появились ее белокурые локоны – на этот раз стянутые белой резинкой, – у него пересохло во рту. Очень сбивающая с толку реакция на кого-то, кто так неаккуратно обращается со временем, весь чертов день вызывала у него стресс. В сочетании с тем фактом, что прошлой ночью он потерял несколько часов сна, пытаясь вспомнить, откуда они друг друга знают. Достаточно сказать, что его влечение к ней раздражало.

После сегодняшнего вечера он надеялся о ней забыть.

Ему просто нужно завязать этот маленький узелок, и он, как обычно, вернется ко сну, работе и концентрации.

По словам матери, в детстве он страдал от нервозности. У него были нервные приступы, как назвала их Коринн единственный раз, когда они обсуждали эту тему. Никто понятия не имел, была ли его нервозность вызвана определенным событием или он просто родился со страхом в костях, но в возрасте шести лет он начал посещать психотерапевта.

Доктор Патель подарил Джулиану умение составлять расписания. По сей день организованный распорядок дел был инструментом, который он использовал, чтобы контролировать свою нервозность. Проще говоря, это работало.

Во всяком случае, вплоть до пожара на винограднике четыре года назад. Впервые с детства он потерял контроль над структурой, потому что в огне расписание ничего не значило. С тех выходных он придерживался графика еще более жесткого, чем раньше, отказываясь допустить еще одну оплошность. Очередную утечку через трещины. Душевный срыв Гарта стал тревожным звонком, стимулом сделать шаг назад и переоценить ситуацию.

До пожара Джулиан возвращался на остров Святой Елены каждый август в начале сезона сбора винограда, оставаясь на винограднике в течение месяца и следя за тем, чтобы ежегодный процесс проходил гладко, после чего осенью возвращался в Стэнфорд преподавать. Даже будучи в отъезде, он консультировал по вопросам, касающимся винодельни. Но не более того. Возможно, если бы Джулиан в какой-то момент взял, как Гарт, передышку, он смог бы избежать того, что случилось после пожара. Его отец мог бы продолжать доверять ему помогать в управлении виноградником, вместо того чтобы свалить все на мать и сбежать в Италию.

Казалось, в горле встал ком.

Сосредоточься на текущей проблеме.

Эта молодая женщина, с которой он, по-видимому, встречался в какой-то момент в прошлом, ткнула пальцем в страховочную сеть, которую он соорудил вокруг себя. Наверное, ему не следовало ей перезванивать. Это было рискованно. Он сопоставил угрозу своему рассудку с наградой за знание – хорошо, за чертово желание увидеть ее снова, – и, что удивительно, колонка «Риски» проиграла.

Теперь он за это расплачивался.

Вой собак отвлекал, но не так сильно, как она сама. Несмотря на то что наступил вечер, солнце все еще ярко светило в небе Напы. Оранжевые лучи падали на нее, как любящие прожекторы, окрашивая щеки девичьим румянцем. Она когда-нибудь перестает улыбаться? Ее губы всегда казались изогнутыми, как будто она хранила какую-то тайну – и так оно и было, напомнил он себе. В первую очередь поэтому он и позвал ее, вместо того чтобы просто приготовить самому домашнюю смесь для отпугивания сусликов (на самом деле эту информацию он нашел одним быстрым поиском в интернете). Не для того, чтобы вожделеть изгибы фигурки Хэлли.

– Господи Иисусе, возьми себя в руки, – простонал Джулиан, проводя рукой по лицу и отталкиваясь от стола. Он откинулся на спинку стула и поправил беспроводную клавиатуру, повернулся и направился в переднюю часть дома. Да, прошлой ночью он не спал по нескольким причинам. Попытка раскопать забытое воспоминание – вот с чего все началось. Но все эти размышления о веселой блондинке и обтягивающей футболке привели к кое-чему совсем иному. Дважды.

Когда в последний раз он мастурбировал дважды за одну ночь?

Кажется, в старшей школе. И даже тогда он не мог припомнить, чтобы так усердствовал по этому поводу. Лежа лицом вниз на животе, не меньше. Ему пришлось посреди ночи бросить простыни в стиральную машину и перебраться в другую спальню. Унизительный поворот событий, если он когда-либо о таком слышал. В самом деле, невероятно глупо было снова звать ее сюда.

Что, если этот визит не принесет ему успокоения? Попытается ли он увидеть ее снова?

Вернувшись в Пало-Альто[11], он целенаправленно встречался с женщинами, которые не занимали слишком много свободного места. С женщинами, которые придерживались плотного графика, у которых не было проблем с планированием таких вещей, как ужин, секс или рабочее мероприятие. Хэлли даже не стала бы уточнять свое время прибытия. Если бы они проводили много времени вместе, он за неделю оказался бы в смирительной рубашке. Так что да, покончить с этим и вернуться к работе. Строгий план.