При чем тут руны?

Он установил компактную коробку с антенной на столе напротив меня, вручил наушники и повернул какой-то тумблер. Я надел наушники и сказал в микрофон:

— Витя, как слышно?

— Хорошо слышно, — ответил голос старшего лейтенанта.

— Всё под контролем, заходите в деревню, — доложил я.

— Что под контролем? — неприязненно уточнил он. — Докладывай подробней!

— Ну, всё значит всё! — тоже раздражился я. — Взяли мы деревню!

— Вам же приказали только разведать, — проговорил он растеряно.

— И что теперь? — не понял я. — Вернуть всё обратно⁈ Если так положено, иди сюда и воскрешай немцев!

— Да иду я, иду! — ответил Витя и выключил связь.

* * *

Во дворе росла яблоня. Весь седой дед сказал, что посадил дерево на рождение первенца. А теперь его, благообразного мужика в пиджаке, повесили на ветке яблони как европейского пособника. Мужик служил старостой.

В селе нашли ещё пяток полицаев, но вешали их прямо на местах, где поймали. Казни предателей не вызвали особенных волнений даже у их родных, все будто знали, что это просто часть сделки с оккупантом, этим всё и должно закончиться.

Впрочем, вслух никто из селян не комментировал. Бойцы тем более чихать хотели на штатские проблемы. Распределились по домам, моя подгруппа осталась в том же здании, и я с новым главой семьи, седым дедом расплачивался рублями за постой и домашние продукты.

Утром принесло командира батальона старшего лейтенанта Сенцова. За чаем он поведал, что село мы захватили приличное, и кроме большого дома старосты тут имеется управа, бывшая администрация сельхозпредприятия, там ещё и почта раньше была.

Вот возле управы захвачен «опель-капитан» в хорошем состоянии, да в деревне взяли три грузовика с тентами «опель-блиц». Машины эти для наших дальнейших планов очень подходящие.

Я закончил чаепитие и перешёл к делам. Вызвал к себе троих пацанов, владеющих немецким без акцента и велел им подобрать для себя форму рядовых. Сам тоже переодевался. Оберлейтенант оказался нищим, запасного мундира у него не нашлось, пришлось сдирать с мертвеца.

Я давно уже не переживаю из-за такой чепухи, но немчик при жизни мог бы быть пошире в плечах. И вообще европейская форма казалась неудобной и тонкой, ещё и с дырами. Мне-то с мехом рыси форма не очень нужна, а парней жалко.

Мы вчетвером погрузились в легковушку, за руль уселся Петя. В моём отряде все водят любые машины, а мне нельзя — немецкие офицеры за баранкой не сидят. За нами на грузовиках выдвинулся отряд и командированные от разведки армии.

Ехали по дороге с нормальной скоростью. Слабого мага я почувствовал за целый километр, а он ничего не ощутил. Я сказал Пете:

— Впереди противник.

Он кивнул и плавно остановил машину. Короткая остановка это сигнал моим бойцам, чтоб снизили магическую заметность, а я, как обычно, вызвал дух рыси и спрятался в тотеме.

На развилке стоял передвижной жандармский пост. Половину дороги перегородил броневик, направив на нас стволы пулемётов, у мотоциклов стояли солдаты с автоматами. Маг в чине лейтенанта всем этим командовал.

Я сосредоточился, собрал силы пацанов в легковушке и отключил его от эфира — он на долгую минуту стал обычным человеком. Немецкий солдатик жезлом скомандовал остановку, Петя послушно притормозил.

Открываются все дверцы, из машины выскакивают парни и нападают на жандармов. В пузо солдатика с жезлом я воткнул большой нож, мага зарезал Серёжа. Беру под контроль экипаж броневика, они тоже ничего не замечают.

Петя запрыгнул на капот и перерезал горло пулемётчику. Следующим из-за руля вывалилось тело водителя. К тому моменту жандармов ликвидировали, и броневику хватило бы лимонки в люк, но зачем так обращаться со своим уже имуществом?

Бойцы выпрыгнули из кузовов и подбежали помогать, но к их приходу остались организационные вопросы. Со мной десяток солдат надели шинели и бляхи жандармов, взяли их автоматы.

Я назначил первую смену в броневик. Долго в этом железе без печки не просидеть. Мертвецов затащили в кузов грузовика. Сами грузовики поставили на обочине и велели парням носу из них лишний раз не показывать.

В коляске одного из мотоциклов обнаружилась рация. Приданные специалисты хотели её тут же и растерзать в научных целях, но я их отогнал от европейской техники — вдруг, да вызовут жандармов, а рацию разобрали.

Так-то я и сам всё интуитивно понял. Загорится лампочка, надо щёлкнуть тумблером и слушать в наушник, а отвечать в микрофон. Ну, всё, как у нас. Мысли же сходятся не только у гениев.

Стояли на морозе с полчаса, и ребята начали замерзать, как я снова почувствовал слабого мага. Крикнул парням, чтоб приготовились. Бойцы сделали европейские суровые вражеские рожи…

Бесполезно им говорить, что европейцы такие же люди. Это трудно объяснить, пусть пока корчат рожи, может, они такие от рожденья. Европейцы тоже бывают всякие.

Показалась колонна грузовиков, а впереди ехала легковушка. Серёжа жезлом скомандовал остановиться. «Опель-капитан», чуть его не задавив, притормозил.

Я опознал мага, снова обера, и врезал направленным рысьим подавлением. Переключая подавление с направленного на общее воздействие. На такой дистанции противник от ужаса впадает в ступор.

Я открываю дверцу легковой машины слева и за шиворот вытряхиваю на снег водителя. Мужик средних лет с усиками сжался у моих сапог в позе зародыша.

Обер справа чуть опустил стекло и протянул Сергею руку с бумагами. Тот открывает дверцу, так офицер без сознания сам выпал к его ногам, Серёже только зарезать.

У кабин всех грузовиков мои маги. Для не-магов сами отчего-то открылись дверцы, непонятная сила их выбросила на снег и зарезала. Во всех машинах какие-то ящики, а в кузове последней гражданские мужики.

Оказывается, местные! Подрядились к оккупанту на погрузку-разгрузку. Жить как-то людям и при оккупации надо. Приказал просто выгнать охламонов, пусть идут домой.

Более-менее привёл в чувства водителя легковой машины. Тот рассказал, что везут они снаряды и патроны на склад № 2. Где этот склад, он знает очень хорошо, не раз уже туда ездил.

Соврать магу этот дядька не может при всём желании. Поверил ему, нам и надо проехать на какой-нибудь склад. Снимаем жандармские бляхи и шинели. Часть парней в полушубках солдат Гардарики сели в опустевший грузовик. Наши грузовики пристроились в хвост колонне.

Впереди ехала легковушка со мной, водила ж один знал дорогу. За то за нами поехали жандармы на мотоциклах, за ними броневик, а за нами грузовики. Очень получилось представительно.

Правда, никто нас не видел, а то бы странно стало, что впереди легковой автомобиль. Дядька с усиками сосредоточенно рулил и спросил вдруг:

— Говоришь по-немецки?

— Конечно, — сказал я благодушно.

— Вы всех убили, — продолжил он неуверенно. — А меня?

— А ты пленный, — сказал я лениво.

— Знаешь, а я догадался, кто ты, — проговорил он, понизив голос. — Ты ведь боярин Большов⁈

— И с чего ты взял? — удивился я.

— Кожа на лице, — ответил он. — Рысье ухо выбилось из-под фуражки.

Я поправил уши и сказал:

— Ты угадал. Как тебя зовут?

— Франц, — сообщил немец.

— Я не буду тебя убивать, Франц, — пообещал я.

Тот заметно приободрился. Ехали ещё с полчаса, и я почувствовал несколько магов. Одного с натяжкой можно назвать средним и пятерых слабеньких. Подъезжаем. Я сказал:

— Франц, остановись.

Тот послушно притормозил. Я велел ехать дальше со средней скоростью. Вскоре впереди показался контрольно-пропускной пункт с мешками песка, станковым пулемётом и шлагбаумом.

Мы остановились у преграды, и я протянул жандарму в приоткрытое окно бумаги. Он лениво их просмотрел и вернул, шлагбаум поднялся, водителю жезлом скомандовали проезжать.

Одного мага я опознал на КПП, но колонна же ещё не проникла внутрь. Тут и кроме него есть маги. И такие склады охраняются не только станковыми пулемётами, на защиту ставят пушки 85-мм. Ещё с танковой жизни ненавижу такие места!

Над рядами врытых в землю ангаров натянута маскировочная сеть — с воздуха не обнаружить. И охраны почти батальон солдат при поддержке магов. Такого противника и надо моим ребятам!

Начался день рождения хорька в курятнике, парни выпрыгивают из грузовиков и разбегаются. Карты объекта у нас нет, но война план покажет. Зато я знаю, с чего начать.

Франц оглянулся к боковому стеклу, и я втыкаю лезвие с рунами ему под лопатку. 'Мёртвые не кусаются"©. И не стреляют. Или кто-то ждал, что боевой рысь в таком замесе будет сторожить одного немца? Тем более не хватало только кому-то из моих парней поймать пулю этого говна.

Этому дяде я ничего не должен, его сюда никто не звал. А что он мне поверил — его трудности. Война — путь обмана. Ему разве не говорили, что врагу на войне верить нельзя ни в коем случае?

Да, я коварная и жестокая тварь, плевать — сразу про Франца забываю. Главное боевая задача. Под охраной таких складов устраивают посты радиоэлектронной борьбы.

Наши специалисты мечтают посмотреть на вражеское оборудование, поговорить с европейскими коллегами, когда рядом бойцы с автоматами и коллеги корчатся на полу и молят о пощаде…

Глава 5

К сожалению, всех подряд истреблять мы не могли. Требовались пленные, а их пригодность для допроса сразу не определялась. Телепатия даже магически невозможна.

Да и обладай мы этой возможностью, наш уровень не позволял определять, кого оставлять жить дальше. Просто нам поставили эту задачу в основном потому, что мы можем оставить в живых многих.

Прибавим к общим сложностям и то, что походу захвата мы изучали объект. Никто заранее не знал, какой склад нам подвернётся, и вообще добыть сведения о конкретном складе довольно трудно.

Полковник Кравчий сказал, что склады целиком ещё не удавалось захватить. Противник держит там магов, и склады проще уничтожить дистанционно артиллерией или авиацией.

В частях рейдовой пехоты тоже есть маги, они атаковали довольно много складов. Однако везде не удавалось получить живых связистов, при угрозе захвата они взрывали свои строения с собой и оборудованием.

Немногие захваченные в плен европейцы офицерского звания правдиво показывали, что ничего о связистах не знают, они подчиняются своей структуре. Вход в их помещения воспрещён всем посторонним под угрозой расстрела на месте, они командиров обеспечивали связью на расстоянии посредством телефонных проводов.

Служат связисты посменно, вахтовым методом, привозят их группы на броневиках, и парни по две недели носа из землянок не показывают. Еду им приносят в бачках в строго оговоренное время, а нужник у них свой.

Маги офицеры среди связистов магов не чувствовали, да оно по-европейски логично. Зачем ставить мага на чисто техническую должность, тем более маги тоже очень хотят жить и с гораздо большим трудом поддаются внушению.

Никто ведь не думает, что связисты все герои? Этим обычным людям просто внушили самоубийственный приказ довольно сильные маги. Отложенный магический приказ, или гипноз из мира без магии.

Неудивительно, что нашему магическому отряду назначили такую цель. Первая задача у нас — взять склад без стрельбы. Он представлял собой скопище землянок, прикрытых маскировочной сетью. Даже ангары на две трети закопали под землю.

По периметру огородили тремя рядами колючей проволоки, устроили доты и позиции пушек 85-мм. Работали с такими европейцами без церемоний, разве что использовали только ножи. Первым не повезло немчикам на въезде.

Раньше всех зарезали лейтенанта, слабого мага, кто сунулся к броневику что-то спросить. А не-маги, вообще, беззащитны против моих ребят. Сделали врагов быстро и без шума.

Лично я отправился в штаб, а то где ж ещё сидеть самому сильному вражескому магу. Меня, конечно, поддерживали пятеро бойцов. Часового немца у входа в землянку выключил, метнув в него рысий нож.

Можно было и усыпить, просто нельзя раньше времени использовать магию. Ничего личного, чисто технический вопрос. Да и не стоит дохлый европеец всех этих слов, он уже всего лишь статистика.

Перешагнули труп часового и входим в землянку. Три стола завалены конторскими папками. Один стройный лейтенант в очках стоял у стеллажа с делами. На меня недовольно уставились европейцы.

Я сразу понял, кто из них маг, гауптман за большим, почти свободным столом с двумя телефонами. Наверное, всем тут командовал. Отключаю его от эфира, по-рысьи ускоряюсь и открытой ладонью врезал ему в лоб. Немец в нокауте падает вместе со стулом.

Без поддержки начальника трое его подчинённых не успели позвать мутер, как мои парни уложили всех мордами в доски пола. А у нас у капитанов полы в блиндажах земляные! Что значит сидеть у склада!

Лейтенант скулит и нашаривает ладошкой очки. Он получил меньше всех повреждений, Коля ему только в печень заехал. Я нагнулся, подобрал его окуляры, задрал ему голову за волосы и надел очки на нос.

Тот вынужденно встал на карачки, посмотрел мне в лицо и громко пукнул. Наверное, узнал, или я на кого-то похож. Пока не вдаваясь в детали, говорю ему по-немецки:

— Знаешь, где сидят связисты?

— Знаю, — пролепетал тот.

Я поднимаю его за шиворот и вежливо пока прошу:

— Веди.

— Не! — воскликнул лейтенант в испуге. — Там же всё заминировано!

— Тебе гауптман сказал? — уточнил я.

— Да, — ответил немчик.

— Тогда просто покажешь дорогу, с нами ходить не надо, — сказал я. — Пойдём.

Вышли из землянки, и я сказал своим ребятам по-русски:

— Сами к связистам сразу не полезем. Коля, позови специалистов.

Парень убежал, а мы пошли за унылым лейтенантом в очках. Обошли длинное строение и европеец, показывая пальцем, сказал мне:

— Вон кухня и за ней сразу связисты.

— Пойдём, ближе покажешь, — ответил я.

Он печально вздохнул — явно не хотел идти — и побрёл вперёд. Приблизились к кухне, там уже хозяйничали мои бойцы. И ничего не взорвалось! Немец пошёл увереннее.

Нас догнал Коля, и с ним пришли четыре специалиста. Одеты парни в солдатские полушубки и все не-маги, а так от моих бойцов не отличаются. Вместе обошли большую землянку кухни, и немец издалека показал пальцем на одинокий бункер:

— Там.

Что в землянке связисты, понятно потому хотя бы, что над ней стоят высокие шесты антенн. Я отчётливо ощутил обитателей землянки и перевёл дух — среди них ни одного мага, никто не заметит моих магических действий. Уже уверенней я задействовал свою редкую способность, взял их под контроль на расстоянии, не видя, и приказал уснуть.