Младший сын князя. Том 8

Так что, даже если я поделюсь закрытой информацией с её подчиненной, я могу быть уверен, что эта информация не выйдет за пределы её группировки.

— Просто на работу Волковых это не похоже, — сказала девушка, подойдя и остановившись напротив меня. — Среди известных линеек доспехов я их не припоминаю. При этом они выдержали несколько прямых ударов от химер, равных по силе магам четвёртого круга. Если не секрет, откуда они?

— Можно сказать, что это доспехи моего производства, — честно ответил я девушке. Всё равно это недолго бы осталось в тайне. — К ним также приложил руку рунный мастер Намор, но за само производство отвечаю я. В продажу они пока не поступили, но в обозримом будущем их можно будет купить на рынке. Пока что, увы, это только прототип, который я решил испытать.

— Не знала, что вы решили заняться бизнесом, — удивлённо сказала Робин. — Мне отчего-то казалось, что вы решите пойти по пути госпожи Виктории или выберите схожую стезю.

— Я тоже не думал, что до окончания Академии буду заниматься бизнесом, но жизнь предугадать тяжело, — развёл я на это руками. — К слову, ты с какой-то целью интересовалась доспехами или просто из любопытства?

— Скорее, первое, — без утайки ответила Робин. — Не будет секретом, что госпожа планирует расширить группировку и набрать себе в отряд побольше наёмников. Понятное дело, что все они не смогут быть такими же сильными, как мы. Поэтому хорошее оружие и доспехи могут стать в этом деле хорошим подспорьем. Узнай о таких доспехах ваша сестра, и она наверняка не отказалась бы их прикупить.

— Вот оно что, — кивнул я головой. — Спасибо за наводку. Я поговорю с ней, когда появится свободное время.

— Не за что, княжич, — нейтрально сказала Робин, после чего мы продолжили стеречь химер до прибытия жнецов. Учитывая их количество, возможно, этим ребятам придётся сделать не один рейс на базу и обратно.

Правда, у жизни на меня были совсем иные планы, поскольку не прошло и пары минут с конца нашего разговора, как на интерфейсе шлема появился одинокий сигнал бедствия в четырёх километрах от нас. Причём шёл он от границы территории Рязанских.

Очень вряд ли это могло оказаться ловушкой. Маловероятно, что кому-то взбрело бы в голову проникнуть на территорию Рязанских, чтобы убить меня. Мало того, что операция была полностью секретна, так ещё враг физически не мог знать, что я окажусь недалеко от этого места, чтобы отреагировать на сигнал.

Значит, скорее всего, это кто-то из слуг Рязанских. Будь это наши бойцы, сигнал безумия отображался бы иначе. Так или иначе, нужно идти спасать человека или весь отряд, даже если к нашему приходу будет слишком поздно.

— Робин, за мной. Я поймал сигнал бедствия, — отдал короткий приказ я девушке.

— С химерами что делать? — ни на секунду не замешкавшись, спросила она.

— Не трогай их. Выпутаться из верёвок они не смогут. В худшем случае их сожрут звери. В любом случае, человеческая жизнь важнее, — ответил я, после чего поспешил на помощь.

Конечно, я мог проигнорировать сигнал бедствия, ведь спасение слуг Рязанских — не моё дело, но так поступить не позволяли мои моральные принципы. Если я могу спасти человека в тяжелой ситуации, то я должен хотя бы попытаться. Это то, что делает нас людьми.

Если на то пошло, в прошлой жизни моя возлюбленная вытащила меня с того света. Я был одной ногой в могиле, и не рискни она своей жизнью, добираясь до поля боя, меня могло здесь сейчас и не быть.

Хотя природа того, как я попал в этот мир, для меня по-прежнему оставалась загадкой. С одной стороны, я полагал, что кто-то мог перенести мою душу в этот мир, однако со временем эта теория всё больше подвергалась сомнению.

Я пришёл к такому выводу из-за того, что магии переноса души ни в одном прочитанном мной древнем трактате я не нашёл. Лишь косвенные теории того, что существует некая невидимая глазу и неосязаемая энергетическая оболочка, которую мы и называем душой.

Даже существуй такая магия в этом мире, зачем кому-то было призывать душу из иного мира? Тоже не очень понятно. Да, я вполне мог стать самым могущественным магом и заставить людей пересмотреть взгляд на саму магию, но кому это могло быть выгодно?

Поэтому мои мысли сводились к тому, что это было природным явлением неизвестного мне происхождения. Так или иначе, искать способ вернуться в свой мир я не собирался. Глупо посвящать новую жизнь на то, чего я вряд ли бы достиг. Впрочем, ладно.

Я постарался увести эти мысли подальше от головы и сосредоточиться на происходящем. И сейчас я не мог не обратить внимания, что точка сигнала бедствия перестала двигаться. Значит, с запросившим помощь бойцом могло случиться три вещи.

В лучшем развитии событий он спрятался от химеры и та теперь пытается его найти. В плохом варианте он ранен и не может двигаться. Есть надежда, что химера посчитает его мёртвым, но это маловероятно. Ну и худший вариант — смерть.

Я всё же понадеялся на первый вариант. Благо мы с Робин к этому моменту почти прибыли на место.

Глава 31

Дойдя до сигнала бедствия, мы наткнулись на несколько лежащих на земле тел.

В том, что это были бойцы Рязанских, я лишь больше убедился, обратив внимание на броню убитых. Помнится, в такой я сражался против Гиневарда, и одной из её особенностей была возможность создавать с помощью рун магическое оружие.

Похоже, за прошедшее время британцы её доработали, раз уж она теперь на бойцах Рязанских. Но против напавших химер она не спасла. Не было похоже, чтобы кто-то из них просто лежал без сознания.

— Опоздали, — вслух сказала Робин, в то время как я изучал тело одного из слуг на наличие ран. Надо же было понять, с какой тварью они столкнулись.

— Надо было хотя бы попытаться, — ответил я девушке и, закончив изучать одну сторону, перевернул тело бойца на живот. — Глянь сюда. Какая странная рана…

Увиденное меня озадачило. На теле парня была ровно одна рана. Приходилось она в спину, а если быть точным, между четвёртым и пятым шейным позвонком. Очень странно.

— Не похоже на скрытую атаку, — подтвердила мои подозрения девушка. — Судя по всему, других убили точно так же, — заключила она, подойдя к другому телу и обнаружив точно такую же рану.

— Видимо, они не сопротивлялись, — сказал я, мысленно пытаясь воссоздать картину случившегося. — Раз кто-то дал сигнал о помощи, то значит, они знали о присутствии противника. Они какое-то время сражались с тварью, прежде чем умереть.

— Однако других ран у них нет, — продолжила за меня мысль Робин. — Значит, их не могли парализовать ядом. Разве что у брони отсутствует система фильтрации. Но ведь и на такой случай есть зелья, способные частично ослабить действие слабых ядов.

— Это химеры, о которых мы мало что знаем. Тем более Виктория говорила, что их феромоны способны обходить фильтры, — возразил я, сложив весь пазл в голове. — Должно быть, они сражались с врагом в сотне-двух метров отсюда. Затем феромоны существа попали в тела бойцов и стали действовать с задержкой. Их либо парализовало, либо накрыло иллюзией. В любом случае, эта тварь смогла без проблем убить их всех в шею.

— В таком случае надо ли нам охотиться на такую опасную тварь? — с опасением спросила девушка. — Будь это магическая иллюзия, проблем бы не возникло. Однако никаких контрмер против этого существа у нас нет.

— Ты права. Стоит отступить и передать информацию роду, — немного подумав, ответил я, решив не подвергать свою и чужую жизнь лишней опасности. — Возвращаемся к нашим «гноллам».

Конечно, можно было попытаться отомстить за бойцов, чтобы их смерть не стала напрасной и никто больше не пострадал, но тогда я бы пошёл на неоправданный риск. Такой тип противников мог оказаться мне не по зубам. Да и Робин тоже.

Только вот появившаяся в груди нарастающая тревога говорила о том, что встречи с врагом мне не избежать. Похоже, тварь всё это время пряталась где-то недалеко от нас, и выжидала подходящий момент для атаки, когда мы ослабим бдительность. Но раз я смог почувствовать её присутствие, то она не так уж сильна.

— Робин, приготовься, — говорю я девушке, а сам тем временем прогонял ману через энергетические каналы, готовясь как можно быстрее создать магический конструкт.

Только вот не успеваю я даже создать магический конструкт, как перед глазами начинает двоиться, а затем всё плыть. Руки и ноги коченеют, и сам я не в силах двинуться. До меня мгновенно доходит, что это дело рук монстра, но моё тело отказывается меня слушать.

Это не магическая атака, а скорее, отравление невидимыми глазу веществами. Непонятно даже, когда он успел атаковать ими. Так что вариантов действовать у меня немного. Или ждать, чтобы мой иммунитет избавился от яда, либо своими силами воздействовать на разум и вернуть контроль над телом.

Организм будет бороться с дурманом и без моего вмешательства. Значит, нужно придерживаться второго варианта. Поэтому я закрываю глаза и пытаюсь войти в медитативное состояние.

Только стоит мне это сделать, как передо мной предстаёт знакомая картина. Сколько раз я её видел в своих снах или, вернее сказать, кошмарах? Сотни, а то и тысячи раз, с момента, как впервые убил человека. Отличались лишь мелкие детали.

В лучах багрового заката я неподвижно стою перед горой мёртвых людских тел, из которых к моим ногам ручьём стекала кровь. Каждый из них был убит моей рукой. И в прошлой жизни, и в этой.

Возле этой горы, словно призраки, стояли и молча глядели мои боевые товарищи. Тех, кого я пытался спасти, но не смог. И те, кто пожертвовал собой, чтобы я мог встретить завтрашний рассвет.

Раньше их молчание давило на меня сильнее любых слов. Скажи они, что я виноват в их смерти, и мне стало бы легче. Однако их мёртвые осуждающие взгляды, словно призывали сделать вывод. И от него всегда становилось горько на сердце.

Любое убийство– это груз, который оставляет след на душе. Несмотря на всю подготовку, каждый переживает этот опыт по-своему. В моём случае это стали кошмары, в которых я видел тела убитых мне людей. И к ним я быстро привык, поскольку считал должным убивать солдат альянса.

Но война ужасна тем, что на ней погибают в том числе те, кто успел стать твоим другом. И вот раз за разом переживать их смерть стало болезненным опытом. Их души были свидетельством моей слабости и беспомощности, ведь будь я сильнее, то смог бы уже закончить эту кровопролитную войну.

Сейчас же, глядя в лицо кошмару, я чувствую равнодушие. Это лишь моё воображение и сожаления о том, что я не справился. Теперь же, с высоты прожитых лет, я понимал, что в каждой ситуации делал всё возможное, чтобы спасти как можно больше людей. У меня нет причин сожалеть о том, чего я не могу исправить.

Поэтому вместо того, чтобы стоять как вкопанный и терзать себя, я снова пытаюсь войти в медитативное состояние, и в этот раз с успехом. Я отделяю свой разум от наваждения, после чего пытаюсь вернуть контроль над телом.

Выходит не очень. Меня словно накачали снотворным. Веки глаз упорно норовили закрыться, но я не позволяю себе этого сделать. И очень вовремя, поскольку стоит мне вернуть контроль, как я замечаю химеру, уже готовящуюся убить Робин.

Эта гуманоидная тварь выглядит настолько мерзотно, насколько это вообще возможно. Ни глаз, ни ушей, ни шерсти у неё нет. Вместо рук у него странные конечности, которые чем-то напоминают иглу.

Казалось, что это не химера, а какое-то создание, прибывшее из другого мира. Видимо, не стоит недооценивать фантазию древних магов. Страшно представить, кем это животное было до своей «метаморфозы».

Увы, времени использовать заклинание нет, да и я не в том состоянии, чтобы точно направить заклинание в цель и не задеть при этом девушку. Поэтому я хватаюсь за свой пистолет и делаю выстрел прежде, чем тварь успевает хоть как-то отреагировать.

Мне хватило одного прицельного выстрела ей в голову, чтобы убить химеру. Хотя я сделал ещё несколько контрольных, для уверенности, ибо не факт, что её мозг находился именно в голове, а не где-нибудь в груди.

С каждой новой секундой ко мне полноценно возвращался контроль над телом. Побочные эффекты, такие, как слабость, стали уходить, только вот я чувствовал себя даже чересчур спокойно.

Словно кто-то чужой дёрнул за рубильник и разом отрубил все эмоции. Необычное чувство, на котором я не стал заострять слишком много внимания. Сейчас имелись дела поважнее.

Я послал сигнал жнецам, где лежит убитая мной тварь, после чего подошёл к Робин. Она стояла с закрытыми глазами, но по щекам текли слёзы. Похоже, этот дурман вызывал кошмары у людей.

Недолго думая, я влил ей в рот зелье здоровья, чтобы оно побыстрее вывело из организма неизвестные вещества. Хуже оно в любом случае не могло сделать. Сразу же за этим я положил девушку на плечо и поторопился вернуться в лагерь. В таком состоянии мы точно не сможем сражаться с химерами.

* * *

— Ты как, в порядке? — спросил я девушку после того, как она пришла в себя в лагере.

Заняло это у неё несколько часов, так что я мысленно радовался своему сопротивлению большинству существующих ядов. Ради этого мне пришлось пройти через адские боли, но по крайней мере, сейчас оно определённо спасло мне жизнь.

— Чувствую себя отвратительно, — не скрывая своего состояния, ответила Робин. — Словно какой-то менталист захватил полный контроль над моим телом, а затем показывал не самые неприятные воспоминания.

— Я в какой-то степени пережил то же самое, — кивнул в ответ я, после чего сел напротив неё. — Химера показала старые страхи. Благо мой организм быстро справился с дурманом, и я успел тебя спасти.

— А по вам не скажешь, что у вас есть хоть какие-то страхи, — с небольшим любопытством в глазах сказала Робин.

— За редким исключением, у всех нас есть свои страхи и демоны, — сказал я, невольно вспоминая Киру. — Просто мы их хорошо скрываем. Например, за время нашего, пусть и недолгого знакомства, ты ни разу не делилась внутренними переживаниями. Многие же вообще их никому не раскрывают.

— И то верно, — согласилась со мной девушка. — Своими внутренними переживаниями я не делюсь даже с друзьями. Лишь время от времени обсуждаю свои переживания с госпожой Викторией. Всё-таки это не те вещи, с которыми хочется делиться.

— Ладно, не будем о плохом, — решил я увести тему в другую сторону. — Похоже, что действие дурмана закончилось, но мне с тобой придётся пойти на базу, чтобы сдать анализы.

— Неужто это такая необходимость? — удивлённо спросила Робин, всем видом показывая, что не горит желанием прерывать охоту.

— Мы же не знаем, что за вещества попали к нам в тело, — развёл я руками. — Тут нужно перестраховаться. Так что охоту оставим на Соню с Вадимом.

— Ваш приказ я оспаривать не буду, — спокойно ответила девушка, после чего встала на ноги. — Зато мы с вами сможем принять горячий душ.

— Это точно, — согласился я. — Я хоть и был постоянно в доспехах, но кожа всё равно пропиталась неприятными запахами.

— Значит, вы меня прекрасно понимаете, — улыбнулась на это девушка.

После этих слов мы вместе с Робин вернулись на базу в сопровождении нескольких бойцов. К нашему приходу на базе открыли полноценную передвижную лабораторию. Анализы мы сдали быстро, ответ должен был прийти к завтрашнему дню. Я же воспользовался этим шансом, чтобы отдохнуть.

Всё-таки когда ты без остановки охотишься на монстров, то у организма накапливается усталость. Она не чувствуется, пока ты настроен на работу, но стоит позволить себе немного расслабиться, и ты уже не в силах что-то делать.

Впрочем, нормально отдохнуть мне всё равно никто давать не собирался. Не прошло и полдня с момента, как я вернулся на базу, как от отца поступил приказ объединиться с силами Рязанских и дать отпор новому наплыву химер.

Точнее сказать, это был приказ самого императора, чтобы два рода объединили усилия и поскорее разобрались с угрозой. А раз так, то проблема с химерами обретала гораздо больший масштаб, чем я изначально себе представлял.

И почему я не удивлён такому повороту событий?..

Глава 32

Я сидел в уже знакомом мне переносном штабе, где у нас впервые проходило собрание между членами семьи. Только в этот раз Киры и Амелии тут не было, лишь моя старшая сестра Виктория.

Девушка расположилась напротив меня и отчитывала за мою безрассудность касаемо того, что я полез на территорию Рязанских и вмешался не в своё дело. И ведь будто этого мало, я подверг опасности и себя, и Робин.

Впрочем, к таким разговорам я давно привык. Тем более я приводил весомые доводы того, что спасение людей должно быть в приоритете. С этим, к сожалению для моей сестры, она спорить не могла.

— Твоя принципиальность однажды доведёт меня до нервного срыва, — уперевшись руками о стол, чтобы слегка придвинуться вперед, и, посмотрев мне в глаза, сурово сказала Виктория. — То, что ты хочешь спасать людей, это хорошо, но инициатива зачастую оборачивается против инициатора. Хотя ты всё равно будешь поступать так, как тебе этого хочется.

— Ничего не могу с собой поделать, — развёл я на это руками. — У нас ведь уже был похожий разговор, и ты сама прекрасно всё понимаешь. Порой я должен подвергать себя опасности, поскольку это мой долг как аристократа, по крайней мере, в этом я вижу свой путь и свою честь. А если из-за моих действий вдруг у Рязанских возникнут вопросы к нашему роду — я лично займусь их решением. Не беспокойся.

— Я не перестаю удивляться твоей уверенности, — ответила сестра, после чего перешла непосредственно к делу. — Ты получил подробности задания от отца?

— Не в деталях, — коротко ответил я девушке, и добавил: — Я лишь знаю, что недавно на том же месте произошёл ещё один прорыв химер, и в этот раз их было даже больше, чем раньше. Остановить прорыв Рязанские физически не могли, даже задействовав магов восьмого круга и выше. Множество химер теперь вновь блуждают по лесам и если ничего не предпринять, разрушат сначала деревни и посёлки, а затем атакуют ближайший город. Мне надо возглавить силы Львовых, объединиться с Рязанскими и уничтожить силы противника.

— Всё так, — согласно кивнула Виктория. — Только правильнее будет сказать, что тебе с твоим отрядом придётся перейти под временное командование Рязанских.

От услышанного я вскинул брови. Нет, я бы понял, попроси они меня, как союзника, помочь убить как можно больше химер, сообщая их местонахождение.

Однако переход под прямое командование говорил о том, что мне будут давать приказы и при этом могут послать выполнять такую операцию, где могут пострадать мои люди.

Мой отец не дурак и сам ни за что бы не послал меня сражаться под чьим-то командованием. Исключением могли стать лишь члены императорского рода или главнокомандующие армиями на фронтах. Однако ни первого, ни второго не произошло. Значит, тут крылось что-то, о чём мне было неизвестно.

— Вижу, новость тебе пришлась не по нраву, — вырвала меня из мыслей сестра, прочитав смешанные эмоции на моём лице.

— Приятного в ней мало, — тяжело вздохнул я и потёр переносицу. — Это ведь не отец напрямую приказал, верно?

— Отец, насколько я знаю, лично договаривался с главой рода Рязанских, но тут в целом играют множество аристократических тонкостей, — несколько расплывчато ответила старшая сестра, поправляя свою чёлку. — Рязанские — потомственные военные, и напрямую подчиняются императорскому роду. Их можно считать частью императорской армии.

— Я не понимаю, к чему ты клонишь, — честно признался я сестре.

— Императорский род лично планирует принять участие в ликвидации химер, — сказала сестра, после чего вся картина сложилась у меня в голове. — Рязанские выступают временным звеном. Через некоторое время ты и твои бойцы перейдут под командование одного из принцев. Просто это нигде не будет зафиксировано официально.

— С этого и стоило начинать, — сказал я, но на душе от этого легче не стало. Скорее, наоборот, раз императорский род лично собирался вмешаться в операцию, то должно быть химеры появились и в других местах. — Правда, не пойму, почему отец выбрал меня? Я же показываю лучший результат на охоте, из-за чего наш род в потенциале теряет много добычи.

— Тем более твой опыт охоты на химер пригодится Рязанским, — хитро улыбнулась сестра, из-за чего я не понял, говорила она всерьёз или же просто пошутила. — На самом деле это я выдвинула твою кандидатуру.

— Вот уж удар прилетел оттуда, откуда не ждали, — сложил я руки на груди и хмуро посмотрел в глаза сестры.

— Не надо на меня волком смотреть. Это пойдёт тебе на пользу. Насколько я помню, ты ведь дружишь с Гиневардом Давидовичем? — спросила Виктория.

— Верно, — кивнул я, перестав кидать хмурый взгляд на девушку.