Мечта для пса из породы хранителей

– Да, похоже, хорю хвост накрутили! – Бэк хмыкнул, как музыку слушая истошный хорячий визг. – А что у нас теперь по палну?

– По плану, – мягко поправил его Урс, не зря живший рядом с Матильдой и Мариной Сергеевной. – Хвост, ему, по-моему, почти оторвали, по крайней мере, он об этом вопит. Сейчас Чара и соседские кошки его погонят на улицу.

Словно по команде Урса вопли Шнура перекрыл солидный лай Чары и соседский объединённый кошачий хор.

– Как орут, как орут! – удивился Бэк.

– Так их же восемь штук! От одной Мыши шума много, а если их толпа? – восхищенно прислушивался Урс. – Хорошо пошли! Куууда? – он ловко изловил вышеупомянутую Мышку, которая мылилась выскочить в открытое окно веранды, около которого и заседал координационный собачий совет.

– Ты куда?

– Так любопытно же! Ну, пустииии… – Мышка заизвивалась в зубах Урса.

– Неее, твоя работа будет позже! Имей терпение! – вразумил упрямицу Бэк.

– Погнали в правильном направлении! – одобрил Урс. – И полосатый перехватил.

– Да что с него толку-то? – возмутилась Мышка, бывшая крайне низкого мнения о полосатом Алином ухажере.

– Он отвечает за пробег по улице. Ты же видела палн! – Бэк кивнул на бережно добытый кусок миллиметровки, щедро размеченный отпечатками лап разного размера. – То есть план! Всё будем делать, как положено!

– Ой, пожалеете ещё, что ему такую важность поручили! – посулила Мышь. – Точно подведёт!

Но она была не права. Местные свободногуляющие кошки и коты были совсем не рады известию о появлении в посёлке наглой хориной морды. Они опасались за котят, за себя и кормовую базу, а также за то, что люди могут подумать, что это кошки набедокурили, а вовсе не хорь, с радостью согласились помочь. И теперь Шнурка гнали по всем правилам великой охоты, не позволяя свернуть, не давая ни секунды передышки!

– Жалко, мало времени было. Надо было ещё сов привлечь. У Фёдора в сарае на чердаке живут. Им тоже хорёк тут ни к чему! – покачал головой Урс.

– Ничего, по-моему, ему и так хватит! – утешил друга Бэк, озабоченно заглядывая в бумагу. – Кажется, пора.

– Мышь! Ты на страже! Поняла? – строго уточнил Урс. – Отвечаешь за дом и безопасность всех, кто в нём. Если этот меррзяк запрыгнет сюда, плохо будет!

– Поняла! – Мышь уселась на подоконнике, распушилась и грозно сверкала зелеными глазами вслед псам, легко преодолевшим подоконник и скрывшимся в темноте.

– Думаешь, получится? – пыхтел Бэк

– Посмотрим… – Урс насмешливо пофыркал. – По крайней мере, хорь на месте!

Место, где оказался запыхавшийся хорь, было необычным… – Где это я? Неважно… Главное, что от этих придурковатых котов отделался. Ничего-ничего… Я каждого из них еще встречу один на один… – он принюхался. – Чем-то вкусненьким пахнет. Молоком что ли? Правда, необычно как-то…

– Точно! Всё как мне и говорили! Пробрался, значит, убивец поганый! – козёл Кеша стоял неподвижно и зорко следил за каждым движение поганца-хоря. Козлы отлично знают про мелких и вредных ласок, которые обожают доводить до нервных припадков домашнюю скотину, особенно лошадей. Хорей не любят за компанию. Кроме того, они могут напугать, а то и поранить маленьких козлят, да и козу покусать.

Кеша, как и все козы, прекрасно видел в темноте, поэтому, вдоволь мог наливаться гневом, наблюдая, как хорь, отряхнувшись и чуть освоившись, самоуверенно топает по козлятнику. По ЕГО козлятнику! Личному, неприкосновенному и совершенно, абсолютно не для хорей устроенному!

– Ну, ну, иди поближе… – Кеша и так собирался обойтись с пролазной животиной максимально жестко, но хорь сделал и совсем уж непозволительную вещь – он подкрался к Кешиной козе и понюхал её вымя! – Совсем совесть потерял? – взмемекнул сходу разъярившийся козёл и рванул к хорьку.

– Ээйййй, ты чё? Ой, мааамочки-хоречки… Хто это? – Шнур выпустил ядовитый вонючий залп, который никаким образом не повлиял на нападающую жуткую тварь. – Ай, чего тебе? Ой, спасите!

– Как ты думаешь? Его уже пора спасать? – Бэк склонил набок голову, прислушиваясь к воплям, меканью и топоту от которого крепкий сарай даже несколько покачивался. – Вроде, пятый круг дают и, кажется, уже по стенкам топают… Интересно, а они могут по стенкам?

– Они даже по скалам могут и по деревьям, – кивнул Урс. – Неее, давай ещё пару кружков подождём. По-моему, эти двое друг друга стоят!

На шум, козьи вопли и топот примчалась хозяйка Кеши и непонимающе уставилась на сарай. – И кого это Иннокентий опять поймал? Надеюсь, не змею… Я их эвакуировать не люблю! – рассуждала она. – А с другой стороны, может, кого-то уже бодает! – прислушалась ещё раз. – Неее, ещё гоняет! Ну, пусть погоняет. Чего под ноги-то попадаться!

– Шестой круг! – считал Бэк, – Седьмой… Пора?

– Да, давай, а то Маринка Лёхе за возврат шкурки Шнурка голову откусит! – согласился Урс и неторопливо направился к двери сарая.

– О! А вы тут что делаете? – удивилась соседка при виде двух собак. – Он что, кого-то из ваших поймал? Ну, это я не виновата! Я никого к козлу в гости в ночи не приглашаю. Кто сам залез и не спрятался, я ни при чем! Если что, выносить останки будете сами.

Она распахнула дверь и включила свет. Картина, представшая перед прижмурившимися зрителями, потрясала!

Козы и козлята жались по углам, а по полу метался хорёк, с высунутым от усталости языком, в арьергарде за ним азартно подпрыгивал козёл. Кеша точными ударами копыт гнал хорька к двери, где и собирался добить мерзкую животину, но яркий свет и внезапно появившаяся на пороге хозяйка его несколько обескуражили.

– Ой, кхех-хеее, фуууууу, ой, мамочки, да что ж тут было-то? – ахнула Зина, отпрянув от воздушных масс, вырывающихся из козлятника. – Вроде, с Кешей я уже ко всему привыкла, но это-то кто?

– Кто-кто… Хорь в пальто! – Урс предусмотрительно придержал приятеля, не позволяя ему шагнуть за человеком в сарай. – Газовая атака! Двойной концентрат. Ууууу, не, даже тройной! Козёл, хорёк и их дружеская встреча, кха-кха… Аж досюда долетает!

Из последних сил Шнурок юркнул между ногами незнакомого человека в спасительную темноту, шатаясь добрался до первых зарослей, где и рухнул прямо у лап двух крупных псов.

– Так-так… И кто это тут у нас? Змейка или ящерка? – протянул насмешливый знакомый голос у него над головой. – Ааааа, это хориный подкустовный выползень! И что это мы тут делаем?

Урс брезгливо поднял правую лапу, к которой подполз абсолютно измученный Шнур.

– Ссссп…

– Чего-чего?

– Спппси…

– Друг мой, Бэк, ты не знаешь, чего сипит этот странный зверь? – тоном хорошо воспитанного джентльмена уточнил у приятеля Урс.

– Понятия не имею. Он как-то так невнятно сипит! – пожаловался Бэк.

– Спасите! – простонал хорь.

– Кого? Кого тут надо спасать? – преувеличенно недоуменно огляделся Урс. Он ни разу не был псом вредным или коварным, но на кону стояло спокойствие его человека, а сладить с этим паскудным существом можно было только и исключительно подобными методами!

– Мммменяяяя. Спассиитттеее Шшшнюююрюююю! – взвыл хорёк, с ужасом оглядываясь на шум от сарая, где Кеша по зрелому размышлению решил, что недобитков оставлять как-то не по козлиному! Основательный козёл он что? Он доводит все дела до конца! В данном случае до хориного конца. Прибить насмерть и по останкам попрыгать всеми копытами – вот достойный итог!

– Ну, не знаю, не знаю… Ты сам решил сбежать, сам полез к козлу! Чего тебя спасать-то?

– Я хозззззяйский! Я – нужный! – припомнил хорь ключевую истину.

– Кому? Девочке Марине? Так если ты так ведёшь себя постоянно, она Лёхе нашему только спасибо скажет, что ты того… Закозлился!

– Нееее, я ей нрррравввлюююсь! – проскулил хорь, со всё возрастающим ужасом наблюдая за переговорами Зины и Иннокентия, который с истинно козлиным упорством рвался добить выползка.

– Ну, а мы-то тут при чём? Ты нас за день достал! Завонял всё, расстроил всех, клетку порушил, сбежал. Испортил Тенькин мячик, да ещё и напаскудничал на него!

– А сосед? К нам же ещё сосед явится с претензией! – напомнил основательный Бэк. – Ты ж в его курятник полез! Ты там, небось, такого натворил!

– Яяяя? – от возмущения у хоря даже голос прорезался. – Я натворил?

– А то, кто же? – невинно фыркнул Урс.

– Да это они там все того! Сумасшедшие по самые перья! Я просто заглянул, а эта… курица припадочная кааааак растопырит крылья, как кинется на меня! Когти, зубы!

– Глянь, видать козлом ему в голову вдарило! – сочувственно заметил Бэк. – Какие у курицы зубы, болезный?!

– Да там такой хапальник, что против него мои зубки! – оскорблено проскулил хорь. – Она мне чуть глаза не выклевала! На голове плешь чую… Ветром продувает! – пожаловался хорь, ощупав лапкой лысинку, оставшуюся на месте особенно ловкого куриного выпада. – Прям между ушей. У меня аж искры из глаз полетели, не успел очухаться, а там ещё змей какой-то! Длинный белый и шипит! И как хватит меня за бок! Я – бежать в дырку, а он меня за хвост и обратно тянуть! Чуть отстрелялся! А так бы и хвост оторвали и самого бы слопали! А потом эти припадочные напали.

– Какие именно? – Урсу было сложно не кататься по земле от смеха, но он старался и сдерживался.

– Какая-то псяка и коты! Мннннооогоооо! Я – бежать. Только вырвался со двора, а вокруг их ещё больше собралось. Ой, что ж вы мне не сказали, что тут так страшно-то?

– Да чего тут страшного? Нормальная ночь… – равнодушно хмыкнул Бэк. – Это про тебя ещё никто и не знает особенно. Вот если бы через пару дней сбежал… Тогда да!

– Что да? – хорь поджал хвост.

– Ну, то есть нет… Тогда бы было «нет хорям»! Видишь ли… Вас на свободе не очень-то любят.

– Да-ты-что? – Шнурок не подозревал, что окружающий мир так опасен и сложен.

– Ему еще повезло, что совы не прознали! – тихо сказал Урс Бэку.

– А что совы? – тут же испугался Шнур.

– Любят хорей! – уверенно заявил Урс. – Считают удлиненными мышами!

– Ой, это они зря… – хорь резко посочувствовал мышам.

– Ладно, бывай! Мы пошли. Пора нам! – Урс демонстративно потянулся и развернулся по направлению к дому. Бэк, не оборачиваясь на хоря, потрусил за приятелем. Козёл буянил в дверях сарая, в кустах хищно посвёркивали кошачьи глаза, а в небе явно кружили страшные совы, высматривая удлиненных мышей. И кто бы такое выдержал?

– Куда? Куда без меня? Подождите! – хорёк запрыгал за псами и спрятался от сов, выписывая сложные фигуры под собачьими лапами.

– Чего ты под нами мельтешишь? – строго уточнил Урс.

– Домой иду! – сообщил хорь.

– В Москву? Так тебе в другую сторону, – равнодушно кивнул Бэк, указывая направление.

– Неее, в клетку!

– Так она ж тебе не по нраву! Ты сбежал, небось её разбил! Неее, вали отсюда, вали!

– Никуда я не пойду! Вы что? Тут все какие-то сумасшедшие хорькоеды! Я в клетку! И буду там тихихинько так, как мышка… Удлиненная!

– Да неее, ты лучше на свободе поживи. И нам хорошо, спокойно. И воздух чище, и люди не нервничают, и мячики никто рвёт, и не гадит. Вот ночью прятаться будешь, а днем-то раздолье. Гуляй – не хочу! – покачал головой Урс.

– Не хочу! Тем более, что значит гуляй, если тут эти… Сороки есть. Они ж как куры?

– Сороки, гораздо, гораздо опаснее! – серьёзно сказал Урс. – Это ты вряд ли переживёшь. Не, от одной, может, и смоешься, но они стаями летают.

– Стаями? – Шнуру представились летящие за ним стаями черно-белые сумасшедшие куры, и он даже приотстал, а потом, опомнившись, кинулся за собаками. – Я буду хорошо себя вести!

– Ты понятия не имеешь, как это делается! – отмахнулся хвостом Урс. – И вообще, отстань. Надоел ты нам!

Чем больше собаки его гнали, тем ярче перед хорьком рисовалась безрадостная картина его жизни. Последний этап пути до участка он проделал с жалобным скулежом и вихляниями перед носом Урса.

– Ой, ну и приставучий ты! Как репей. Ладно. Иди в гараж, лезь в то, что осталось от клетки и сиди там! Даже если там осталась одна дверца – прячься под ней. И чтобы никаких фокусов в ближайшие две недели!

Псы, переглянувшись, внимательно наблюдали за тем, как хорь, ловко цепляясь за кирпичи, пробирается к вентиляционной трубе и втягивается внутрь, потом в гараже отчетливо загремело клеткой и наступила тишина, прерываемая только дальним скандалом оскорбленного Кеши.

Глава 11. Лиса и пёс

Лёха крался к гаражу почти на цыпочках. Ночью, сквозь сон, ему померещился какой-то шум, а утром пришло подозрение, что «это жжжж» было неспроста. – А ну как сбежал? Это кошмарное создание потом же не поймать! Маринка меня не простит!

Открыл гараж, осторожно прокрался по лестничке наверх, и оторопело воззрился на валяющуюся на полу клетку. Поддон от неё был перевёрнут вверх дном, наполнитель высыпался, корм тоже. Металлическая верхняя часть со смешной крышей – пагодой валялась на боку.

– Всё! Я пропал! – решил Лёха и обреченно уселся на верхнюю ступеньку лестницы. – Этого паршивца точно теперь не найти.

Негромкое пофыркивание заставило страдальца повернуть голову. – Ой, кто это?

– Кто это, кто это? Я – это! – чихнул хорь, которому на прутьях сидеть было неудобно, поэтому, он приспособил в качестве мягкой подстилки гамак и теперь выглядывал из-за него. – Не видишь что ли?

– Не сбежал? Ой, счастье какое! – Лёха рванул к клетке, словно его катапультой туда метнули. Быстро перевернул клетку, поставил на пол, опасливо глядя на лениво зевающего в гамаке хорька. – Надо же, невозмутимый какой! Я его чуть не вывернул из лежанки, а ему хоть бы хны!

– Хны мне… Да после такой ночи, мне уже без разницы, как ты гамак трясёшь! Главное, чтобы здесь этих… Кур зубастых не было, и того… Козла чокнутого! – проворчал Шнурок.

Лёха быстренько собрал наполнитель в клетку, корм в миску, установил поддон и мигом надел верх клетки на её основание. – Так, защелки закрыть! Только вот… Ещё бы проволокой эту бандуру обмотать. Вдоль и поперёк!

Он аккуратно снёс клетку вниз, а потом установил её на крыльце дома, опасливо поглядывая на хоря. Хорь упорно спал.

– Чем он таким ночью занимался, что даже ухом не ведёт? – удивилась Алёна. Потом подозрительно принюхавшись, пошла уточнить, что это у них в травке такое… Благоухает. Нашла останки мячика, щедро помеченные со всех сторон и ещё более подозрительно воззрилась на клетку. – Чего-то я не поняла… Столкнул клетку, выбрался, разорвал Тенькин мяч, испоганил его, а потом ушел обратно в клетку? Да нуууу?

– Нууу, да! Я бы много чего сделал бы, если б тут все нормальные были! – вздохнул Шнур, упорно делая вид, что крепко спит. Конечно, Алёна его не поняла, зато отлично понял Урс.

– Вот как полезно быть ненормальными! – глубокомысленно фыркнул он, озабоченно провожая взглядом Теньку, которая искала мячик. – Ну, сейчас начнётся…

– Где моя игрушка? Где? – Тень смешно повела носиком, чихнула, потерла мордочку лапой, как кошка и, сделав шаг, ошеломленно уставилась на то, что осталось от её любимого мячика. – Ааааааййй! Кто? Кто это сделал? Кто посмел? – Тень медленно осознала и гибель любимой игрушки и виновника этого преступления!

Алёна попыталась было Теньку утешить, но не успела. Маленькая черная собачка рванула на крыльцо, начала кидаться на клетку с истошным, пронзительным лаем и вполне солидным рыком, явно копируя кого-то значительно более крупного и важного.

– Негодяй! Ты убил мой мячик! Я тебя сейчас сожррру! – Тень отважно напрыгивала на клетку, клетка покачивалась, хорь, вцепившись в край гамака, изумленно смотрел на мелкую шавку, так упорно атакующую его убежище.

– Ууубери её! Чего она… Ну, подумаешь, ну, поиграл я… – взмолился он, наконец, – Чего ты башкой трясешь?

Урс головой действительно потряхивал, пытаясь избавиться от одного особенно пронзительного Тенькиного визга. Пёс насмешливо глянул на хоря.