Помоги проекту - поделись книгой:
– Ага! А бобтейл это кито? – уточнил он у Алёны.
– Порода котов такая – бесхвостая. А что?
– Опять пугаююють! – тихо вздохнул Рыжик. – Не хочу быть бесхвостиковым говоряющим котиком!
Тенька, сидя на тапочке Павла о чём-то напряженно раздумывала, а потом громко тявкнула, привлекая внимание:
– А кто такая фасмагория туральная? Хоть это мне можно знать? Может, она не такая вредная, как вы тут. И с ней поговорить можно и поиграть?
– Рыжик, а то, что Тень лает, ты понимаешь? – вдруг заинтересовался Павел.
– Да. Но она сейчас так непонятно спрашиивает… Я и сам не знаю, кито это все такие… никальный существы и туральные фасмагории. Наверное, потом я буду ооочень умный и висё буду знать! Но сейчас, может, ты мине скажешь?
– Паш, лучше спать иди. А то, если ты завтра заказчикам и начальству будешь рассказывать о таких уникальных существах и натуральной фантасмагории, тебя отправят на лечение за счет честно заработанной премии! – рассмеялась Алёна.
– Точно! И Алёна про них знает! Надо проследить за ней. Может, она их где-то тут прячет! – решила Тенька.
– Да уж… лучше пойдем спать. Кстати, я хотел уточнить, есть ли хоть малейшие шансы, что мне это снится? Ну, вот это вот всё! – Павел махнул рукой на выглянувшего из-за Алёны Рыжика.
– Я не снюсяяя, – помотал головой Рыжик.
– Ни малейших! – уверенно ответила Алёна. А когда он уже добрался до родной и так опрометчиво покинутой подушки, тихонько спросила:
– А ты хотел бы, что бы мы тебе только снились?
Павел представил себе жизнь с абсолютно нормальной работой, с мамой, тоскующей в одиночестве и словно выцветающей от этой тоски. Представил Бэка, который истово его ждал у дверей и тоже грустил. Вспомнил свою жизнь такую разумную, упорядоченную, прохладную, как опасная бритва у горла и усмехнулся:
– Нет уж! Лучше вы всё, и говорящий кот в придачу! В миллион раз лучше!
– А я вот и говоряю, а Урс с Бэком сердятися, чито я за вами пошель! – детский голосок приближался к кровати, перечисляя плюсы говорящих котиков вообще и его личные в частности, пока Павел не сгрёб его за шкирку, не поднял на кровать и не закатал в край своего одеяла.
– Надо бы запомнить единственный способ затыкания говорящих Рыжиков… – пронеслось в его голове, и Павел глубоко и спокойно уснул.
С утра выяснилось, что есть ещё одна возможность – дать коту в зубы что-то съедобное и тогда, пока он жуёт, у слушателей есть некоторый шанс влить кофе в себя, а не на выглаженную белоснежную рубаху, и собраться на работу, а не хохотать, держась за живот.
Матильду Романовну поразило такое веселье из кухни сына, и она, потихоньку постучав, заглянула к ним.
– Вот, а я и говоряю, чито не надо пумпончики забирать, они же тама живут. И налапники без них такие сразу лысые-лысые, а Мышка… Ой, ой, я же просто забыл, что низзя это было говорять, а ты сразу дратииися… Алёёнааа, ну, что она бьётсяяяя больно!
Матильда схватилась за голову и глянула на сына. Павел, вовремя отставивший чашку на стол, с удовольствием смеялся, вытирая глаза. Рядом на стуле скакала разъяренная мелким ябедой Мышка и стучала по его округлому рыжему тылу.
– Ну, я же не сказааал, что ты их спирятала под шкафом, где живёт жаба! Ой, мамочки! Оно сказалося случааайно! Алёёёнаа, спасиииии!
Матильда только головой покачала на притворное ворчание Павла, обещающего прийти вечером и выслушать их объяснения, про утаивание такого важного элемента в их жизни. Зато ей тоже почему-то припомнилась ухоженная, роскошная Лара, и она потихоньку и очень счастливо вздохнула. – Какой невозможно прекрасный сумасшедший дом! Как же я счастлива!
Глава 31. Ни одна мышь не плоха
Невозможно прожить почти тридцать лет с одним характером, а потом, словно по мановению волшебной палочки, измениться. Светлана дивно поругалась с матерью, поссорилась с Иваном по поводу того, что он собирался взять подработку для съема квартиры сестричке, которая всё-таки перевелась в Москву.
– Да, я не белая и пушистая, а чешуйчатая и зелёная! – бормотала Светлана, орудуя тушью для ресниц и поглядывая на блузку болотного оттенка. – Прям по теме!
Вот бывает такое, встал человек не с той ноги, да так и идёт. И если ещё и характер у такого человека подходящий, то попадаться ему на пути, не важно, под какую именно ногу, просто небезопасно.
Первой это оценила Ираида из подъезда, где Ленка живёт. Нет, сама Света её не трогала, оно само приползло и начало цепляться к Касе.
– Чего это ещё удумали, на собаку ботинки одевать! Ишь ты…
Собственно, на этом её выступления и закончились, дальше она только рот разевала. Молча.
Кася и Блэк сидели рядом и восхищенно внимали речам хозяйки. Даже мимопробегающий Добби притормозил и заслушался, о чём быстро пожалел, упустив один из объектов игры.
Потом, приехала Света в офис, и как назло, ей принесли на проверку отчет о проведенной работе. Света начала читать и временное облегчение, наступившее после Ираиды, растаяло, как снег в мае.
– Люба, кто это делал? – Светлана непонимающе подняла глаза на коллегу.
– Роза.
– Кто?
– Ну, Роза. Ээээ, нам её перевели, потому что надеются, что мы её подтянем.
– Куда это можно подтянуть? Она же вообще ничего не соображает в том, чем занимается!
– Да, мы все уже в курсе. Поэтому тебе на проверку и принесли. Её дядя утверждает, что мы придираемся. Ты одна ещё не придиралась, то есть не проверяла. Так что твоя очередь!
– А дядя у нас кто? – уточнила Света тоном министра-администратора из фильма «Обыкновенное Чудо».
– Дядя у нас начальник отдела, – отчиталась Люба.
– Так пусть себе и берёт свою донну Розу.
– Не может. Он же начальник программистов. Ну, сисадмин всея корпорации – Артём Михалыч. А если Розочку взять туда, не только мы работать не будем, половину Москвы накроет! Она потыркает маникюром в кнопочки и наобум создаст какой-нибудь страшный компьютерный вирус.
Света тоскливо покосилась на отчёт. – Люба, скажи мне честно, мы всё испробовали, чтобы от неё избавиться?
– Ну, разве что средства физического воздействия ещё не применяли! Понимаешь, по слухам девушка приехала, чтобы выгодно выйти замуж. Поэтому никаких усилий для того, чтобы хоть чуточку вникнуть, она не прикладывает. Зачем? Ведь завтра она встретит принца, и он избавит её от нашей рутины.
– Ты какого-нибудь свободного принца знаешь? – уточнила Света.
– Нууу, разве что Джорджа, сына принца Уильяма, но он маленький ещё. Розочка его не заинтересует.
– Понятно. Ладно, пойдём другим путём! Зелёным и чёшуйчатым! – Света хмыкнула. – Пойду-ка пообщаюсь с девушкой.
– Ааа, может, её сюда вызвать? – опасливо покосилась на Свету коллега.
– Не стоит. Посмотрю цветочек наш ненаглядный в среде обитания, так сказать… – Света брезгливо, двумя пальцами, словно грязную тряпку, прихватила отчёт и направилась к огромному помещению, оборудованному перегородками, где трудились рядовые сотрудники их департамента.
До обеденного перерыва было ещё далеко, но Розочка, сочтя, что, выполнив непосильный труд по выписыванию показателей в отчет, имеет полное право отдохнуть, занималась благоустройством собственных ресниц. Изящно завивавшиеся вверх длиннющие ресницы, кое-где склеенные тушью, она разделяла обычной иглой. Света только вздохнула. На её взгляд, ни один макияж, даже нанесённый с учетом охоты на принцев, не стоит такого близкого соседства глаза и иглы. Роза вполголоса оповещала соседок о том, что гидра сейчас проверит отчёт и наверняка нагрузит её новой работой, а она и так очень устала, прямо-таки изнемогла от трудов непосильных. Соседки гидру-Светлану Владимировну заметившие чуть раньше, благоразумно развернулись к собственным рабочим местам, а Розочка, закончив макияж глаз, и убрав иглу в специальный кармашек косметички, приступила к губам.
– Роза? – Света с благодарностью вспомнила сегодняшнее утро, которое наградило её таким подходящим «гидринным» настроением. – Хотела вам сообщить, что у вас действительно уникальный отчет. За свою практику я ещё не встречалась с подобным совершенством. Ни одна цифра в нём не соответствует действительности.
Светины глаза сверкнули таким стальным блеском, что находящиеся рядом сотрудники непроизвольно подались в стороны. Дальнейшее пребывание Розы в общем помещении было сведено к минимуму, достаточному для того, чтобы собрать личные вещи и отправиться за страшной гидрой.
– Уволит? – перешептывались коллеги.
– Счас! Это слишком просто! – злорадно думала Светлана. Дело в том, что дядюшка Розы обладал очень сложным характером, и абсолютно бесспорным талантом к общению с компами. Даже самый мерзко, медленно и паршиво работающий агрегат, при малейшем участии в его существовании Артёма Михайловича, тут же очухивался, работал стремительно и с удовольствием. Его подчиненные шутили, что комп можно даже в розетку не включать, главное Михалычу под руки подсунуть, всё равно работать будет. Только вот личное присутствие этого самого Михалыча у компов их департамента было делом редким, очень ценным и сложнодобываемым.
– Уволить дурёху, или перевести дальше – много ума не надо, а вот сделать из неё чего-нибудь полезное, это совсем другой коленкор!
Роза, приведенная в крошечную комнатку, недоуменно огляделась.
– Сегодня поработаешь тут! Бумажки в папку пока подшей! – грозно приказала гидра – Светлана.
Всю дорогу домой она размышляла:
– Вопрос! Куда можно безвредно пристроить такую красу-девицу? Вариант заброса конкурентам для полного развала их организации, не предлагать. Дядюшка расстроится!
Поганое настроение сгущалось над головой Светочки всё сильнее. Даже Ираида, загодя увидав утреннюю скандалисту, спаслась бегством за тощую березу и делала вид, что её там не наблюдается!
Вернулась домой, выгуляла собак, выяснила, что Ваня опять задерживается. И пришла в такое расположение духа, что Блэк потихоньку принялся задвигаться под кровать, а Кася юркнула на лоджию и, открыв зубами задвижку, рванула за помощью.
– Кась, ты чего? Кася! Что случилось-то? – Алёна увидала смешную собаку, кружащую с самым озабоченным видом.
– Рыжика спроси, он объяснит! – посоветовал Лёха.
– Рыжинька, что она говорит? И почему ты так долго не говоришь? Уже целых полчаса?
– Айка не велелааа. А я толико спел маинькому. Ему пондравилося, он так весело мяукал! А Айка выгинала и рыкнула не петь! И не говорять. И вообсще молчать, пока не спиросят. Вот я и молчаал.
– Как будто затычку из бочки достали! – прошептал Павел, в восхищении внимавший этому словесному потоку.
– Только заткнуть обратно потом очень трудно! – посетовал Урс. – Кась, объясни ты этому болтуну, что у вас там случилось!
Кася залаяла, зафыркала, покрутила головой, показывая, что всё ой-ой как нехорошо.
– Она говоряит, что её самая лучишая в мире хозяйка оченно зляется и готова висех покусякать. Блэк спряталься под кроватью, но весь туда не помещиается. А она пирятаться не хочиет, а хочиет помочь хозяйке, потому чито она оченно зляется и готова висех покусякать! – монотонно забубнил Рыжик.
Павел прикрыл глаза рукой. – И ведь я не сплю! – простонал он.
– Однозначно! – Матильда успокаивающе подлила сыну чаю и похлопала по руке. – Ничего-ничего. Раньше и женщин за людей не считали, а вон как всё изменилось.
– Мам… Утешение так себе! – пробормотал Павел, представляя себе далёкое будущее и кинолого-фелино-нестическое движение за равные с человеком права.
– Не боись, они нас слишком для этого любят! – Матильда иногда это умела – немного угадывать мысли близких и любимых.
– Опять семейная телепатия? – хмыкнул Павел и снова прислушался к беседе Рыжика, Алёны и Марины Сергеевны.
– Да, она последнее время раздраженная, как гюрза в жаркую погоду. Людмила опять цепляется, да и матушка Вани активизировалась. Дочь всё-таки перевела в Москву учиться, а та постоянно ноет, что ей в общаге плохо-плохо и она ж девочка домаааашняя. Рыдает, цепляется за брата и пищит, что мать денег не присылает. Вот Ваня и собрался брать подработку, чтобы ей квартиру снимать. Привычка-то вторая натура. Так что со Светой они знатно поругались. Короче, полагаю, пора сходить к Свете в гости. Ну, или пригласить её к нам, а то она пока с Рыжиком не знакома, – говорила Марина Сергеевна.
– Шокотерапия? – хладнокровно подняла бровь Алёна.
– Именно так. Кася, погоди, не прыгай. Сейчас письмо хозяйке отнесешь, – Марина Сергеевна написала несколько слов с просьбой прийти и отдала бумажку обрадованной Касе.
– Единственная в мире почтово – скоростная собака! – сказал Лёха вслед образовавшемуся за Касей вихорьку.
Светлана пришла вместе с Касей, Блэком и собственным поганым настроением, которое никуда не делось, но было забито в самый дальний угол.
– Как дела, я думаю, можно не спрашивать, потому что над тобой только что молнии не блещут! – поприветствовала Марина внучку. – Мы собрались по одному очень любопытному поводу. Хотим тебе кое-кого представить.
– Хоть кому-то представить, как положено! – пробормотал Павел, ещё не полностью переживший прошлую ночь.
– И кого же? У нас новый зверь?
– Вот. Мой кот Рыжик! – Лёха поставил на стол Рыжика и вовремя убрал из-под него свою тарелку.
– Поздравляю! – хмуро кивнула Света. – Только я его уже видела.
– Да, но не слышала… – хмыкнул Павел. – Мноооого потеряла. Ну, ничего, наверстаешь…
– Здрасите! – жизнерадостно поприветствовал её Рыжик.
– Здрасссссс… – машинально откликнулась Света. Уже на середине слова она уловила, что это как-то неправильно и уставилась на кота. Тот молча рассматривал её.
Кася внимательно оглядывала обоих участников замерших на полпути переговоров и, не выдержав, тявкнула.
– Она говоряет, чтобы я тебе перевел! – начал Рыжик. – Говоряет, чито тебя оченно любит и ты самая-самая лучишая. Ой! Ну, чито ты сердишься, Кася. Ну, забыл. Самая-самая-пресамая! Вот!
Света молча посмотрела на Касю, потом снова на Рыжика и медленно-медленно опустилась на стул.
– А с другой стороны, может, так как у меня получилось, и лучше было… – пожал плечами Павел. – По крайней мере, креативненько! Не факт, что я пережил бы такой шок, если даже кремень-Света, так реагирует.
Света несколько раз пыталась заговорить, вышло с четвёртой попытки, зато потом вопросы посыпались градом.
Она забыла про сложности с матерью, ссору с Ваней, проблемы на работе. Только глазами сверкала пораженно.
– Не видела бы сама, ни за что бы не поверила. Класс какой! Ну, какой же класс! Вот я дура-то! И чего там сижу, злюсь. Всего-то к вам надо прийти. От вас же любые проблемы сбегают. Потому как в таком дурдоме ни одна порядочная проблема не выдержит!
– Как тараканы, да? – уточнил Рыжик.
– Да, именно! Вот посижу с вами ещё немножко, с котиком поболтаю… может, даже соображу, куда мне Розу девать.
– В вазу, как куда? – удивился Лёха. – Ну, или как Алёна – в ведро, то есть в вёдра!
– Она туда не влезет. Роза – это неописуема красивая и такая же тупая девица, – Светлана вдруг осознала, что может воспринимать вопрос с юмором и это здорово помогало – Правда, хладнокровная, как чёрная мамба. И принца ищет.
– Наборчик однако… – понимающе протянул Павел.
Поделиться книгой: