Игра на одевание

Для Гурова и Крячко это означало поездку на свежий воздух минимум на один вечер. Работы там обычно было немного, просто убрать листья и проверить водопровод, зато можно было вечером посидеть на крыльце и посмотреть на закат, обсудить дело, спокойно, обстоятельно, на свежем воздухе и вдали от шумного города.

После запрета на розжиг костров на дачных участках друзья сложили небольшую кирпичную печь. Получилась она, конечно, кривенькая, но Стас пообещал, что, когда выйдет на пенсию, первым делом переделает ее и научится складывать красивые печи. Что фактически означало, что жить семейству Крячко с этой печкой на веки веков. Льву она нравилась, тем более что шашлыки в ней получались очень вкусные. И вообще практически любые блюда.

Жены подозрительно быстро отпустили друзей вечером в пятницу на дачу Крячко. С возвращением в субботу. Это говорило о том, что барышни тоже задумали спокойно провести вечер без мужей, возможно, за походом по магазинам…

– В кино они собрались. Выходит новый фильм с каким-то бывшим коллегой Маши. Он очень нравится Верочке. И Маша пообещала его с ним познакомить, – слил подруг Гуров.

– Точно! Я с этими песнями и плясками народов Кубы про все забыл. Мне же Наташа говорила. Она нам приготовила все, что понадобится, заеду за тобой в восемь.

Про покушение и почему Гуров приехал на служебной машине домой женам, само собой, не сказали. Крячко уже знал, что случилось, поэтому общая легенда была такой: машина сломалась и сейчас осталась на выходные на служебной стоянке. Мастер будет только в понедельник.

– А по субботам мы Родину не защищаем, – сказала Мария фразу, которая очень смешила полковника. Он часто ловил себя на мысли, что с этой женщиной ему никогда не бывает скучно. И только он начинал думать, что уже хорошо ее знает, как она находила чем его удивить.

Эту фразу она первый раз сказала, когда они поехали отдохнуть на Балтийское море. Маша сама выбрала город Балтийск. Бывший гарнизонный город, вдали от курортной суеты старых немецких населенных пунктов на море. Огромные пляжи, тишина вечером, длинная набережная и строгие силуэты военных кораблей. Гуров и не знал, что его жена не только знает, какой корабль флагман Балтийского флота, но еще и неплохо разбирается в их видах. Как-то раз они возвращались с пляжа, и мимо них из залива в море выходил малый десантный корабль «Зубр». К своему стыду, полковник первый раз видел корабль на воздушной подушке, который шел с диким ревом на одном из трех воздушных винтов. «Зубр» тогда потряс Гурова. Лев почувствовал себя мальчишкой, который увидел диво дивное. Мария рассказала ему, что воздушная подушка называется «юбкой» и, когда на рейд пойдет «Зубр», его можно будет узнать по громкому реву, с которым он надувает эту юбку. И что этот корабль способен не только идти по воде, но и заходить на сушу для высадки десанта морской пехоты.

– Откуда ты все это знаешь?

– Как-то раз понадобилось для роли. И неожиданно увлеклась, – пожала плечами довольная актриса. И с тех пор Гуров почти каждый день их небольшого отпуска ждал, когда же снова пойдет «Зубр». И в одну из суббот Мария весело сказала, поймав взгляд, которым муж смотрел в сторону горизонта:

– По выходным «Зубр» не выходит. Он же всю пятидневку работает, а по субботам Родину не защищает.

Она так пошутила, конечно. Корабли стояли на рейде каждый день, но эта фраза прочно вошла в обиход и подразумевала, что выходной нужен всем вне зависимости от сложности работы.

– Вы как мальчишки, которые сбегают играть во дворе в казаки-разбойники, – улыбнулась Мария. Она тепло обняла мужа и дала ему небольшую дорожную сумку. – Наташа мне уже позвонила, я все собрала. На всякий случай положила еще чай с кофе. А то всегда забываешь. И твой несессер.

– Моя дорогая. – Лев вложил в эту фразу все благодарность к жене. Он знал, что женой сыщика быть сложно. Особенно актрисе. Она часто сама бывала в разъездах, и, может быть, Марии хотелось бы, чтобы муж разделял ее интересы. Прилетал на премьеры, восхищался, дарил больше цветов. Может быть, говорил с ней о любви. Но у нее был он – сыщик из Главка, у которого были свои способы сказать «я тебя люблю». Делом, а не словами. Как и у Марии.

– Позвони, когда поедете обратно, – сказала она.

– Каким-то образом нам нужно успеть съесть все, что приготовила Наталья. Судя по всему, она знала, что воду включат сегодня, еще вчера. Потому что тут солянка, запеченные фаршированные перцы, два вида салатов и еще что-то, что я не понял, но пахнет это вкусно, – отчитался Стас.

Гуров кивнул:

– Маша нарезала и замариновала мясо. И собрала мне сумку. Похоже, наши жены точно знали, когда включат воду, и заранее подготовили нам плацдарм для отдыха, а себе для побега. Думаю, что у них очень большие планы на вечер после кино.

– Спа. У Наташи сестра работает в новом модном спа-салоне. Туда можно на целый день, так что, я думаю, после премьеры они туда. – Машина Крячко выехала из города, и Лев поймал себя на мысли, что улыбается. Да, сегодня был тяжелый день. И покушение, пусть оно и было, прошло как-то слишком легко, и можно было даже сказать, что оно было каким-то… игрушечным? Но все же оно было. Все равно и оно, и дело Кубинца временно остались за чертой города. А на природе они смогут наконец-то все обсудить.

Вокруг постоянно крутилось слишком много свидетелей, и нельзя сказать, чтобы Гуров не доверял Романенко, но если есть подозрение, что в ФСБ утечка, то никто никогда не сможет точно сказать, откуда она.

Участок у Крячко был у самого леса. Все три участка на линии выходили калитками в лес. И Стасов был посередине.

– О… Эта женщина успела первой. – Станислав смог произнести это с таким трагизмом в голосе, что Гуров не выдержал и рассмеялся.

«Этой женщиной» они называли Валерию. Бухгалтера СНТ. Все бы в ней было неплохо: старательная, внимательная, исполнительная. И глупая как пробка. А еще жадная. Именно весной в ней расцветали пышным цветом мания величия, преследования и удивительная одновекторность в плане мышления.

Кроме всего прочего, она была сторонником теории заговоров, но придумала ее сама, на основе смеси репортажей телеканала «Спас» и РЕН ТВ.

Страшный человек, в общем. Основная работа бухгалтера заключалась в том, что она должна была собирать со всех деньги, следить, чтобы каждый участок вовремя оплачивал все жировки и всегда были электричество и вода, а мусор вывозился по расписанию. Она честно все это делала и даже немного больше. По ее инициативе все дорожки были засыпаны гравием, канавки содержались в чистоте, даже лавка-магазин приезжала строго по расписанию и не оставляла после себя мусора. На самом деле, одна женщина проделывала огромную работу, и жители СНТ даже не подозревали, что может быть как-то по-другому, что где-то не стоит шлагбаум на въезде, что где-то не вывозится мусор, а зимой не чистится снег и дорогу к своей калитке нужно сначала откопать. Но ко всем этим добродетелям добавлялись удивительнейшие тараканы в голове.

– Самое главное, не спорь сейчас с ней. Ты же помнишь, что, пока у нее в голове не выкипят макарошки, она не успокоится, – тихо сказал Гуров и усмехнулся.

Это тоже было одной из особенностей «этой женщины». Внутри ее головы постоянно варились страсти. Как те самые «макарошки» в кастрюльке. И им нужно было обязательно дать довариться. То есть дослушать. Иначе происходила катастрофа.

– И ведь не глупая баба. И не дура. И не злая, но что же с ней так тяжело-то, а? – вздохнул Стас, возвращаясь на участок. За это время Гуров успел припарковать машину друга и вытащить часть сумок, поставив их на крыльцо.

– И что ей нужно было?

– Ерунда. Оплатить взносы, которые повысились. Вернее, они должны были повыситься. Но, с точки зрения, Валерии фраза «за следующий месяц мы будем платить на две тысячи больше», оказывается, значит, что платить больше мы будем прямо сейчас. И она буквально бежала мне навстречу, нашей машине, чтобы сообщить это.

– А как она узнала? – заинтересовался Гуров. – Ее дом же с другой стороны.

Стас пожал плечами:

– Видимо, информация передается по воздуху.

Лев заметил, что неугомонная бухгалтер как раз пробегала мимо них за следующей жертвой: когда в СНТ включили воду, то практические все, кто смог, приехали. Он решил спросить:

– Дорогая вы наша, а как же вы узнали, что прибудем?

– Так у меня камеры со шлагбаума выведены в телефон, – отозвалась женщина и гордо показала смартфон. – Очень удобно.

– Какой кошмар, – искренне сказал Станислав. – Теперь нам нигде не будет покоя, Лева. Нам пора делать шапочки из фольги. За нами следят буквально везде, теперь можно даже с телефона.

– Да…

Лев задумался, пожевывая травинку. Он крутил эти мысли все время, пока они разбирали и проверяли водопровод, пока разжигали печь и уже в ночной тишине разогревали в печи все блюда, которые приготовила жена Стаса. Есть что-то удивительное в живом огне. Он ластится к рукам, греет и обжигает, а самое главное, когда смотришь на него, с одной стороны, можно полностью освободить голову, а с другой стороны, найти правильное решение, которое давно не мог найти. Или просто побыть наедине с собственными мыслями. Давно Лев не успевал сделать этого.

– Я думаю, что подруга нашего Кубинца поставила камеры у него в квартире. И видела, что мы нашли там другой ноутбук. ФСБ проверяла квартиру на микрокамеры?

– Нет, – сказал Стас. – При мне Романенко как раз распекал кого-то из своих подчиненных, что они не проверили на прослушку и камеры. Очень странно ведет себя ФСБ в этом деле. Иван радостно скинул убийство на нас и сам целыми днями занимается какими-то своими делами. Мне показалось, что он побаивается говорить у себя в кабинете. И в нашем тоже. Но его проверили на все виды жучков.

Мужчины сидели на ступеньках крыльца, и в них вряд ли можно было бы опознать сыщиков Главка. Немного копченные от дыма, в старой одежде, растрепанные, но удивительно гармоничные и счастливые в этот момент. Быть в этой минуте означало, что, с одной стороны, можно спокойно обсудить дело, а с другой стороны, это дело их тут еще не касалось. Оно осталось где-то в городе.

– Значит, делаем по старинке. Если хотим обсудить дело с Иваном, то только вне его и наших кабинетов. Где-то у нас очень интересная утечка, – решил Лев. И Стас с ним согласился.

Утро субботы прошло спокойно: друзья доделали все дела и стали собираться в город.

Самым странным за эту ночь и утро было, пожалуй, то, что на телефоны обоих напарников пришли одинаковые сообщения, что они выиграли в лотерею. И для получения выигрыша нужно перейти по ссылке.

Но ни один, ни другой, к счастью, этого не сделали, а помня о том, чему их учили на занятиях, на всякий случай просто удалили сообщения. Мало ли что.

Из суеверия? Вряд ли. Скорее всего, оба поймали себя на том, что перестали вдруг доверять всему, что связано с телефонами. А может быть, кто-то проверял их на прочность. Был еще один интересный момент. Этой ночью кто-то пытался проехать на территорию СНТ без ключа. Разбудили охранника, чтобы поднял шлагбаум, но кто сидел в машине, он не запомнил, вроде бы парень с девушкой. Говорили, что доставка продуктов. Охранник мстительно не пустил, сказал, чтобы звонили клиентам, вроде как раз разбудили, то пусть сами и разбираются.

– Ну как, починили машину? – раздался знакомый голос у калитки.

– О, это наша новая соседка, в прошлом году купила тут дом, – сказал Стас. – Только, похоже, вы уже знакомы.

– Это Ира, – ответил Лев, размышляя, что совпадения вокруг него становится все интереснее и интереснее.

Ира махнула рукой, собираясь пойти дальше:

– Не, это не совпадение, я вас видела тут несколько раз и машину вашу запомнила, поэтому, наверное, и обратила внимание на колесо, потому что рассматривала внимательно: вы это или не вы. Я тут вашу старшую, сказать по правде, побаиваюсь. Носится по улицам, постоянно бормочет себе что-то под нос про повышение цен, очень… – мехвод замялась, подбирая слова, – деятельная особа.

– Не то слово, – отозвались друзья почти хором.

– Как вы думаете, Ира, машину моего друга испортили специально? – спросил Стас. Конечно, оба напарника понимали, что специально, но хотелось третьего мнения. Тем более что внимательность и хорошая память Иры спасли если не жизнь, то целостность организма и машины Гурова.

– Да. Это сто процентов. У меня небольшая автомастерская на выезде из города и еще одна в Калуге. Если хотите, пригоняйте, мастера хорошие, посмотрим, может, что-то еще заметим.

– Ир, а у тебя зеркала, случайно, нет, чтобы проверить, не прилеплено ли что к днищу машины? Лезть под нее сейчас неохота.

К радости обоих сыщиков, Ира действительно была очень необычной девушкой. Она принесла не только специальное зеркальце, но еще и тестер, чтобы проверить бортовой компьютер автомобиля.

– Один умелец у меня в мастерской сделал. Если к вашей биби прикрепили трекер, он его найдет, – пояснила Ира, настраивая свой чудо-аппарат и не видя, с каким восторгом переглянулись за ее спиной сыщики. А все дело было в добром и теплом слове «биби».

Они перекинулись еще парой слов, и после этого Ира ушла к себе, оглядываясь, не вынырнет ли на нее откуда-нибудь вездесущая «эта женщина».

Когда друзья выезжали из поселка, то обратили внимание на то, что у ворот стояла машина. Молодой парень в толстовке с накинутым капюшоном о чем-то очень настойчиво расспрашивал Валерию.

– Тебе не показалось ничего странным? – спросил Станислав, когда они отъехали от СНТ.

– Она ничего тебе не сказала и не окликнула нас, – отозвался Лев. – Вообще, странно.

Друзья решили не думать об этом. Но Валерия позвонила вечером Стасу сама и сказала, что про него расспрашивали какие-то очень подозрительные люди. Молодой парень и девушка. Говорили вроде бы, что хотят купить его участок, что хозяин сам им это сказал и они договаривались. А она им ничего не сказала и участок Стаса не показала.

– Очень подозрительные. Вы же предупредили бы меня. А парень все зыркал в сторону сторожки, пытался разглядеть, что у нас там. И спрашивал, бывали ли пожары, есть ли камеры. Я сказала, что везде есть. И что собаки у нас тут злые и вообще у нас в СНТ очень сложно купить дом без согласования с остальными жильцами.

Глава четвертая

Даже если вы очень давно в браке и искренне любите друг друга, все равно полезно иногда проводить время раздельно. И Лев был рад, что Маша в каком-то смысле отдохнула от него. Иногда ему начинало казаться, что он слишком… однобок для нее. В голове одни убийства, даже беседу не поддержать. Но сыщик гнал эти мысли, напоминая себе, что Мария выбрала его. А он ее.

Иван Романенко позвонил в воскресенье. Рассказал, что поиск по лицу ничего не дал. Удивительная Алиса нигде больше не засветилась, но им удалось спасти часть данных с компьютера Кубинца, и там было кое-что интересное. Романенко предложил приехать в отдел.

– Давай лучше встретимся в кафе Кубинца. Не то чтобы я не доверял твоим орлам. Ради кофе, который сварила Лариса Даниловна, я бы там у вас поселился, но что-то у меня не особо хорошее предчувствие.

– По поводу твоего кабинета тоже? – быстро сориентировался Романенко.

Лев кивнул, не думая о том, что Иван его не видит:

– Да. И по поводу моего кабинета тоже, с Крячко и Орловым мы это тоже обсудили, так что будем устраивать выездные сессии без мобильных телефонов. Или переводить их в авиарежим.

– Ну, это все мифы, авиарежим не защитит от прослушки в телефоне. Если ты боишься ее, тут нужно вытаскивать батарею.

Они встретились в кафе, Романенко рассказал, что они провели несколько внеплановых проверок и сейчас вынуждены буквально жить на работе. Кто-то постоянно ведет атаки на их серверы. Притом работает бессистемно и хаотично, и от этого немного тяжело. Приходится быть все время «на стреме». Квартиру Кубинца после погрома проверили: понятное дело, что толку ноль, но нашли несколько мест, где могли быть камеры. И что он идиот, да. Признает. Но слишком отвлекся.

– Вы хорошо друг друга знали, – неожиданно сказал Гуров, когда понял, что в этом деле показалось ему странным. И что разговор у них сейчас, возможно, будет очень личный.

– Да. Я знал его практически с детства. Наши семьи дружили, но, как ты сам понимаешь, по службе я эти связи не афиширую. Серхио было мне как младший непутевый брат, который неожиданно стал настоящим вундеркиндом. Он много помогал мне в других делах. Негласно, понятное дело. С детства обожал копаться в компьютерах, я думал, что будет больше по железу. Инженером. А он увлекся программированием. Стал кодить. Честно, Гуров, я понимаю, что по уму меня нужно отстранить от дела. Ты и Орлов единственные, кто знает, что с Серхио я был давно знаком. От Петра Николаевича вообще сложно что-либо утаить. И это я настоял на том, чтобы вас подключили. Использовал все свои связи, какие мог, но я уверен, что ты найдешь его убийцу.

Иван выпалил все как духу, кажется даже не делая вдоха, и с надеждой посмотрел на Льва: наверное, он ожидал немного другой реакции, но полковник просто улыбнулся и пожал плечами.

– Вот с этого и нужно было начинать. Смотри, какие интересные игрушки с помощью одной нашей знакомой, той самой Иры, мы нашли в моей машине и на машине Стаса.

Лев достал из сумки нарядную коробку из-под украшения известной фирмы и пододвинул Романенко. Тот открыл и чуть присвистнул:

– Они все были на его машине?

– Да.

– Достаточно было бы одного. А тут мини-камера с отличным микрофоном, еще один микрофон… Кстати, я знаю эту модель: пишет звук до сорока часов в автономном режиме. И четыре трекера. За кого они приняли Стаса, что так нашпиговали его машину?

– Мы это обсудили, Ира тоже неплохо помогла нам. Сам понимаю, привлекаем гражданских и все такое, но не тебе меня судить. Тем более что в тот день она была за рулем. Так вот. У нее создалось впечатление, что водитель, которого приставили следить за мной, – неумеха. И вот сейчас тоже: места, в которые были установлены эти жучки, то, как их поставили и в каком количестве, – все говорит о том, что мы имеем дело с дилетантами в этой области. Они явно не знали, что и как делать.

– Возможно. Тогда пока предлагаю негласно считать главарем этой шайки Алису. Ее действия как раз логичны. Ей нужны ключи, не знаю, от чего и зачем, данные, электронная цифровая подпись, коды, пароли, это может быть все что угодно, но это оставил в наследство и спрятал Серхио. Он не хотел, чтобы оно попало к ней.

Остаток дня Лев посвятил домашним делам. Стас пообещал сделать то же самое, но мысли о том, что какие-то неумехи пытаются подобраться к ним поближе, не давали друзьям покоя. Непрофессионалы страшнее всего тем, что их действия непредсказуемы, а значит, новых сюрпризов нужно ждать откуда угодно. И если в банде, допустим, та самая Алиса и у нее есть напарник или напарники, то, как только запахнет жаренным, она их, скорее всего, сольет.

На следующее утро в здании Главка развернулся настоящий вокзал. Первым желанием Льва, когда он открыл центральную дверь, было шагнуть назад и сделать вид, что он тут не работает. Весь главный коридор у дежурного был заполнен людьми. Все они шумели, кричали, требовали что-то и размахивали в воздухе бумагами. Сразу человек десять говорили хором. Кричали, размахивали в воздухе какими-то документами и требовали главного, кулер с водой, того, кто разберется с их проблемами, и справку для работы.

Дежурные отбивались как могли, но явно творился какой-то ад.

– Это что за караван-сарай? – спросил Лев, добравшись до дежурного и поймав себя на том, что служебным удостоверением он прикрывается практически как щитом.

– С утра всем этим людям пришли повестки, что они срочно должны явиться к нам, иначе им грозят административный штраф и другие санкции вплоть до тюремного заключения, – удивленно сказала одна из дежурных, призванная на помощь. – Но никого не вызывали. Это даже не наши бланки. Только адрес верный. Бланки пришли в электронном варианте на зарегистрированные адреса электронной почты.

– Кто-то решил устроить нам тут бардак, – резюмировал Лев. И он даже знал кто: группа хакеров уже начала сильно раздражать его. Какие-то малолетние вредители.

И в этот момент в бой ринулась Верочка. Секретарь Петра Николаевича была настоящим мастером быстро наводить порядок. Она была бессменным стражем кабинета генерала, и Орлов частенько шутил, что и сам побаивается ее в те моменты, когда Вера решает причинить миру добро. Верочка навела порядок за секунды. Она умела говорить тихим спокойным голосом в самом громком месте, среди людей, но так, что все вокруг не просто слышали ее, а начинали прислушиваться. Вдруг эта крошка говорит там какие-то гадости себе под нос?

Очень быстро все те, кто получил фальшивые повестки, были выстроены в живую очередь для того, чтобы получить справки, что они не прогуливали работу, а стали жертвами мошенников.

Еще через полчаса было подготовлено официальное выступление пресс-секретаря Главка о том, что все пострадавшие могут обратиться через электронную приемную. Виновники будут обязательно найдены и наказаны. Женщина с длинными растрепанными волосами вцепилась в рукав Гурова, размахивая перед его лицом бумагами. Правда, Лев успел заметить, что это была не повестка, а отчего-то газета, когда он почувствовал жжение в правом боку.

Потом кто-то закричал:

– Кровь!!!

Толпа поддалась вперед, и Лев не успел остановить их. Именно это и спасло, скорее всего, сыщика. Позже они с Крячко просматривали камеры и пытались понять, кто именно из всех, кто находился в приемной в этот момент, стоял ближе всего к Гурову. К сожалению, в толпе было плохо видно.

Из-за того, что кто-то увидел кровь на светлом пиджаке сыщика, не слишком удачное покушение сорвалось.

– Странно все это. – Лев сидел в кабинете Орлова, пережидая шторм имени Петра Николаевича.

– Ты о чем? О том, что тебя пытались убить? – Казалось, в гневе генерал даже стал выше ростом.

Лев потер бок, где нож оставил небольшую, пусть и глубокую царапину. Больше ущерба было для одежды, чем для здоровья. Видимо, попали в сосуд, поэтому и крови было столько.